Лаванда

      Не спрашивая и не посмотрев, кто пришел, Анхель открыл дверь и замер. Перед ним стоял парень его возраста. Встретившись взглядами, парень заулыбался еще ярче.       — Вижу, ты не спал, — уточнил он, проходя во внутрь.       Парень был одного роста с Анхелем. Одет он был во все темное: темные, потертые джинсы; водолазка с воротником. В качестве аксессуара у него был кулон, необычной формы со вставками из пяти драгоценных камней. На правой руке, на указательном пальце красовалось серебряное кольцо, со вставленным вдоль бериллом. Его волосы были аккуратно уложены в высокий конский хвост. Но даже так, концы доставали до поясницы, если не ниже.       Бледный цвет кожи, фиалкового цвета глаза, иссиня-черный цвет волос у основания макушки и переходящий к концам от голубоватого в бледно-голубоватый оттенок, худое лицо и атлетическое телосложение — все это придавало изящество этому парню, который с интересом наблюдал за котом, который с протяжённым мяуканьем поприветствовал в коридоре гостя.       — Вот уж кого, а тебя я не ожидал встретить.       — Да вот, так вышло, что мое путешествие неожиданно отложилось.       Анхель впервые за долгое время почувствовал себя как нельзя лучше. Настроение заметно поднялось, стоило ему встретить знакомое лицо спустя полгода.       — И… ты надолго?       Пропустив гостя в квартиру, парень направился на кухню, чтобы налить себе и другу кофе.       — Ты ведь знаешь, моя работа — это бесконечные командировки.       Анхель как-то грустно улыбнулся. Он знал, что его гость так и ответит. Однако, парень надеялся, что его друг — Окай, скажет на этот раз обратное. Но, увы, каждый раз, задавая этот вопрос при очередной их встрече — получал один и тот же ответ.       — Как ты поживаешь, Анхель? Вид у тебя, скажу, не очень.       Голос Окая напоминал парню звучание мелодичной нежной и глубокой игре на струнном инструменте. Но на каком именно — он не мог точно сказать. Умеренный темп речи Окая успокаивал и погружал в разговор настолько, что и лишняя мысль не могла закрасться в голову Анхеля.       — Живу, как жил, — пожал плечами Анхель, отпивая кофе. — Моя жизнь будет поскучней твоей. Расскажи, где ты был? Что на этот раз изучал?       — Ну, — Окай, поняв, что не получит большего ответа на свой вопрос, нахмурился и медленно облокотился на спинку дивана. К кофе он не спешил притрагиваться. — В основном я путешествовал по Китаю. Но изучал далекую от этой страны тему.       — Это какую же?       Рыжий кот терся об ноги Анхеля. К Окаю он не собирался подходить, словно знал, что может оставить след, в виде светлой шерсти, на темных джинсах гостя.       — Будет смешно звучать, но я продолжаю тему исследований ученых про взаимосвязь лития с количеством самоубийств.       Окай рассказал принцип исследования. Хотя с каждым словом парня, Анхель терял взаимосвязь одного с другим, он понимал, что Окай заинтересован в этом исследовании, и в скором времени он добьётся успеха. Чтобы не показать свою растерянность, он улыбнулся. При этом его левая бровь дернулась.       — Без шуток? — усмехнулся Анхель.       — Конечно, нет! Это наука, — воскликнул Окай, резко принимая ровное сидячее положение.       Они разговаривали целый час, без стеснения задавали разные вопросы. Ни Окай, ни Анхель не чувствовали стеснения.       — Я знаю, что поздно говорю, но у меня для тебя подарок.       Окай закинул ногу на ногу и внимательно посмотрел на удивленного парня.       — Правда?       Поглаживая кота, мирно спящего на его коленях, Анхель выпрямился.       — Да. Правда, курьер пришлет его ближе к вечеру. Я так долго его выбирал, думаю, что тебе понравится. Костюм тебе будет к лицу. И с размером, кажется, угадал. Ведь ты совсем не изменился.       — Спасибо за подарок, — мягко улыбнулся парень.       За все то время, что они знакомы, Окай всегда дарил Анхелю подарки. От сувениров до одежды, в которой Анхель сейчас был одет: мягкий бежевый свитер, который во время неудачной стирки и сушки растянулся и теперь оголял плечи парня. Под ней майка серого цвета, подчеркивающая ключицы, и черные спортивные штаны.

***

      Как они познакомились, Анхель помнит хорошо: зимняя ночь, когда Анхель, после очередной встречи со своим «спасителем» в отеле, пошел в бар, чтобы забыть события их жаркой ночи. Однако тогда, перебрав со спиртным, Анхель и шагу не мог сделать, при этом не ударившись об стену здания или скамейку или споткнуться об свои две едва державшие ноги. Вот тогда-то и на помощь вызвался Окай: он не мог смотреть на парня, выходящего из бара, который то и дело падал и ругался.       — Вам помочь? — вежливо поинтересовался парень, присев у упавшего на колени Анхеля. — Вы далеко живете, вам вызвать такси?       — Я и сам могу! — отмахнувшись, Анхель постарался встать, но у него ничего не вышло. — Чего? — он почувствовал, что незнакомец схватил его за руку. — Отпусти.       — Если я вас отпущу, вы упадете снова. В таком состоянии, разве, вы сможете благополучно добраться до дома и не нарваться на гопоту?       — А тебе какое дело?! — возмутился снова Анхель и замахнулся, чтобы ударить Окая, но промахнулся, и снова бы упал, но сильные руки вовремя подхватили его.       — Не стоит упираться. Прошу, позвольте мне вас подвезти. Я опаздываю на встречу и не хотел бы, чтобы меня ждали.       — Ну, так вали!       Окай настойчиво тянул за собой Анхеля к машине, выслушивая ругательства со стороны парня.       — Эй! Наверное, думаешь, что поехав ко мне, я тебе дам! — от такого заявления, Окай ошарашенно уставился на нахмуренного паренька.       И только теперь, при свете уличных вывесок, он увидел багровые засосы на шее, алые щеки и блеск в глазах от алкоголя.       — Не говорите чепухи! Садитесь немедленно, — и с этими словами он ловко посадил Анхеля на переднее пассажирское сиденье.

***

      После этой встречи, уже спустя пару дней, Окай навестил ночного пьянчугу, дабы узнать, как у того дела. И с тех самых пор у ребят завязалась дружба. Но только недавно Анхель признался, что все, что он имеет сейчас — это заслуга его «спасителя». И то, что он продает тело, взамен получая за это лекарства и деньги, которые жизненно ему необходимы.       — Слушай, а ты веришь в загробную жизнь?       Неожиданно поинтересовался Окай, чем удивил Анхеля.       — Жизнь после смерти?       — Ну, что-то такое.       — Как-то не задумывался.       — Я тут на недавно в одной книге на легенду наткнулся. Что в нашем мире есть хранилище, куда перемещают жнецы души умерших. Души ждут своей очереди, как к врачу. Это может длиться годами и столетиями, — он замолчал, наблюдая за Анхелем и продолжил. — Но, есть еще одни существа, которые могут забирают души умерших и перемещают их в свое хранилище, подобное раю. Там они живут и не знают ни горя, ни бед. Как тебе такое?       — А что не так?       — Ну, если это была бы правдой, то что бы ты выбрал? Ждать нового перерождения или жить в раю?       Анхель задумался над вопросом, но долго не думал над ответом. Подобные разговоры о жизни и смерти не казались ему чем-то удивительным: он когда-то и сам был на грани. И выбирать, что лучше — не приходилось. Наоборот, с возращением в люди, Анхель ни за что не променяет дарованную ему жизнь на вечные скитания во тьме или еще лучше — жизнь в раю. Как бы ему она не казалась соблазнительная эта идея: жить без страха о предстоящем завтрашнем дне и не беспокоиться за кого-то.       — Жить в раю, при этом забыв о боли и несчастье. Такое вообще существует? Подобное место… Если бы я выбирал, то, наверное, выбрал шанс на перерождение. Какой бы ужасной не была моя жизнь сейчас, кто знает, как было бы в другой? Жизнь в томительном ожидании на перерождение дает шанс переосмыслить свои ошибки в прошлом и не дать им случиться снова.       — Я тебя понял.       Окай напрягся, чего не мог заметить Анхель.       — А ты, что бы ты выбрал?       — Наверное, жить в раю. Иногда душа устает и ей нужен покой. Ну, думаю, все еще впереди. И может моё решение поменяется.       Парень улыбнулся, чем вызвал неловкость у Анхеля. Взглянув на свои часы, Окай обратился к другу:       — Мне пора.       — Уже?       Анхелю было приятно с Окаем. И время, что они вместе провели, незаметно пролетело.       — Да, нужно успеть сделать пару дел, чтобы со спокойной душой отправиться в командировку.       Парень расстроился, наблюдая, как Окай взялся за свой рюкзак и направился к выходу.       — Не забудь, вечером приедет курьер, — не оборачиваясь и надевая кеды, сказал Окай.       — Не забуду, — тихо бросил парень, с грустью провожая друга. — Хорошей дороги.       Окай мягко улыбнулся и подошел к Анхелю, положив свои руки на его оголенные плечи.       — А ты постарайся не грустить, пока меня не будет. Обещаю, что как вернусь, мы пойдем в самый лучший бар и повеселимся на славу.       — Буду ждать, — улыбнулся Анхель.       — Ну, бывай, — помахав парню, Окай ушел.       Теперь же, оставшись в квартире один, с котом, парень почувствовал, как снова, он погружается в свои мысли. Он один, снова. В этой пустующей квартире явно не хватает человека, который день и ночь был бы рядом с парнем. Который бы желал «доброе утро» или «спокойной ночи». Этого было бы достаточно для Анхеля, чтобы почувствовать себя капельку счастливее.       Вернувшись в комнату, он набрал знакомый номер и на дисплее высветилось имя «Герман, а не овсянка»       Пару гудков и послышался тяжелый голос «спасителя».       — Зачем звонил? — холодным тоном спросил Анхель.       — Ты должен быть у меня. Сегодня. Вечером.       По голосу Герман был чем-то зол.       — Вам не хватило того, что было вчера? — убирая кружки со стола в раковину, парень включил громкую связь.       — Это не обсуждается. Ты должен прийти сегодня, иначе я преподам тебе урок, мелкий говнюк.       — Ладно, приду. В семь вечера буду у вас, — вздохнув, Анхель включил воду.       — Да. Жду тебя в семь. Попробуй только опоздать!       Собеседник завершил разговор.