Breathe

Занзас понимал, что в том, что мелкий лажает, есть и его вина. Каким бы крутым не был этот чертов аркобалено, но он явно не озаботился тем, чтобы обучить своего ученика хотя бы азам: как правильно дышать, держать оружие и целиться. Но что Занзаса несомненно радовало, так это то, что вонголенок хотя бы натренирован физически. Но судя по всему плохо переносит перепады температур, и это существенный минус, потому что мало ли куда может занести миссия. Спустив ноги с кровати, Занзас слегка пнул Тсуну в бок. Тот резко сел и начал озираться, пытаясь понять, что его разбудило, пока не наткнулся взглядом на мужчину. — Что? — Собирайся. — Куда? — В лес. — Что? Зачем? — На тренировку. — Рано же. — Мне насрать, мусор! Я сказал, ты — встал и собрался, ясно? — Да, — сказал Тсунаеши, понурив голову. *** Занзас не был хорошим учителем. Он был грубый, хмурый, много курил, не считался с мнением Тсунаеши и оскорблял. Но несмотря на взаимную неприязнь, каждое слово варийца словно выжигалось на подкорке, и его уже невозможно было забыть. Он действительно пытался учить и направлять, иногда даже без пинков и угроз оружием. — Ноги на ширине плеч. Спина прямая. Голова чуть приподнята. Руки прямые. Пальцы должны плотно обхватывать рукоять. Стреляй только держа пистолет двумя руками. А теперь, видишь вон ту зеленую банку из-под дерьмового пива, стреляй в нее! Тсуна выстрелил. И промазал. — Ты прицел выровнял? — Д-да, — заикаясь произнес Тсунаеши. — Объясни как? — теряя терпение, прошипел мужчина. — Ну… Я навел дуло на банку… — Серьезно? Тсуна понял, что этого не стоило говорить, только тогда, когда получил пинок под зад. Это было так неожиданно, что Савада не смог устоять на ногах. А еще это было унизительно и обидно. — Поднимайся! Подросток встал. — Теперь подбери пистолет и встань в стойку! Савада сделал все так, как его просили, а потому он совсем не ожидал, что к нему сзади прижмется чужое горячее тело. Это ввело парня в ступор. Руки Занзаса скользнули по его рукам, останавливаясь на рукояти и приподнимая ствол. — А теперь, — горячее дыхание мужчины коснулось красного от стыда уха Савады, — смотри на мушку. Мушка — это такая хрень на конце ствола, и она должна находиться по центру выбранной цели, тебе понятно? — Д-да, — срывающимся голосом ответил подросток. Такая близость Занзаса выбивала его из колеи. Еще чуть-чуть — и он будет готов бросить оружие и убежать. — А раз понял, выровняй прицел и стреляй… Второй выстрел почему-то показался оглушительнее первого. — Молодец, мусор! А теперь открой глаза! Или ты думаешь, что всегда сможешь поразить цель с закрытыми глазами? Тсуна не думал. Он чувствовал, как бешено колотилось собственное сердце, как от напряжения тряслись руки и пересыхало во рту, и причиной этому был Занзас, которого он боялся, и который неизвестно когда может рвануть от его неуклюжести и тупости. Сглотнув, мальчишка все-таки открыл глаза и вновь выстрелил. И, как ни странно, пуля достигла своей цели, смяв бок банки чуть выше предыдущего отверстия. — А теперь сам, — произнес мужчина, отстраняясь. *** Тсуна стрелял до тех пор, пока Занзас не сказал «достаточно». А он этого не сделал, пока не увидел, что пистолет уже начал валится из рук мальчишки, а он сам еле стоит на ногах. И вот снова машина, дорога и сигаретный дым, который размывает пейзаж за окном. Пока они возвращались домой, Тсунаеши исподтишка наблюдал за мужчиной, пытаясь понять, что двигало этим человеком, когда он согласился его обучать? И не понимал. Одно было ясно точно, согласился он не за звонкую монету. Даже оказавшись дома, Савада не мог перестать думать, почему же согласился Занзас. Любопытство его разъедало и в конце концов, он не выдержал и спросил: — Почему вы согласились? Тсуна не ждал, что Занзас ответит, но надеялся. — У меня есть парочка протухших секретов, и я не хочу, чтобы о них кто-то знал, а теперь спи! — И все-таки? — Если не заткнешься, завтра я отправлю тебя в клуб для извращенцев, и поверь, пробитые соски тебе покажутся невинной лаской, ясно? Ответом ему была тишина. — Вот и хорошо.