Дочка Мародера

      Сириус резко сел на кровати, при этом потянув за собой Нериссу. Прижав девушку, которая совершенно не сопротивлялась, к себе, мужчина с вызовом посмотрел на явно раздраженную Тонкс. Нерисса уткнулась носом ему в ключицу, пытаясь понять, кто и когда успел расстегнуть его рубашку.       — Я спрашиваю, что здесь происходит? — снова спросила Тонкс, мрачно глядя на Сириуса.       — Мне казалось, что ты видела, что здесь происходит, — насмешливо сказал Сириус.       — Рисса, он… — Решив от дяди ей все равно ничего не добиться, Тонкс обратилась к девушке.       — Я его спровоцировала! — четко произнесла Нерисса, не давая Тонкс продолжить. — В том, что произошло, виновата я сама!       — Дора, выйди, пожалуйста. Если хочешь поговорить, то можешь подождать меня в моей комнате, — спокойно попросил Сириус, но в его голосе прозвучали стальные нотки.       — У тебя пять минут! — прежде чем выйти, бросила Тонкс.       — Ты ей соврала, — тихо заметил Сириус, когда дверь за его племянницей закрылась.       — Не сказала всей правды, — поправила Нерисса. — Это действительно была провокация.       — Хочешь сказать, что специально так поступила? — скептически поднял бровь Сириус.       — Гриффиндорское любопытство, — просто сказала Нерисса. — Но я не думала, что ты этого не заметил, — насмешливо прибавила она, пытаясь хоть немного разрядить обстановку.       — Нерисса, я уже не мальчик, не надо со мной так играть, потому что подобные игры могут привести к непоправимым последствиям, — жестко произнес Сириус.       — А может, я этого и добиваюсь, — прошептала девушка.       — Зачем? — нахмурился Сириус. — Только не говори, что из любопытства. Сама ты вряд ли будешь счастлива, если я буду у тебя первым.       — Почему нет, говорят, Сириус Блэк — хороший любовник, — пробормотала Нерисса, глядя в стену.       — Ради Мерлина, выкинь этот бред из головы! — резко произнес Сириус, несильно оттолкнув ее от себя. — Спокойной ночи!       Он вскочил на ноги и поспешил убраться из ее комнаты. Он точно знал, что не было никакой провокации, она просто придумала ему оправдание. Опять! Зачем она это делает, он не понимал. Да еще ее последние слова. Что не так с этой девочкой, раз она думает о нем, как о хорошем любовнике? Сириус резко остановился и глубоко вздохнул. А соблазн доказать ей, что он больше, чем просто хороший, у него был. Сам до сих пор не понимает, почему не сорвался. Особым самоконтролем он никогда не отличался.       — Что же со мной делает эта ведьма? — оперевшись о стену, прошептал он.       Собравшись с мыслями, он решительно оттолкнулся от стены и направился к себе. В комнате его ждала очень злая Тонкс. Даже волосы какие-то огненные, глаза гневно блестят.       «Ну и что я должен ей сказать? Извини, Дора, я влюбился в дочку своего лучшего друга?» — мысленно вздохнул Сириус.       — Ты что? — растерянно переспросила Тонкс, мигом растеряв весь свой боевой запал.       И Сириус с запозданием понял, что произнес последнее предложение вслух.       — Я окончательно свихнулся, — буркнул Сириус, опускаясь в кресло. — Эта девочка сводит меня с ума.       — Но она же всего лишь ребенок! — воскликнула Тонкс.       — А ты нет? Например, для меня ты тоже все еще ребенок, что бы ты там о себе не думала, — хмыкнул Сириус. — И не надо мне рассказывать о том, насколько я не подхожу ей. Сам все это знаю, — тихо прибавил он.       — Не подходишь кому? — нахмурилась Тонкс. — Нериссе? И почему же, позволь спросить?       — Я в два раза старше нее. Ее отец — мой друг. Я полжизни провел в Азкабане, а она еще и пожить толком не успела. Мне продолжать? — еле ворочая языком, пробормотал Сириус, старательно не глядя на племянницу.       — Знаешь, я вообще-то не считаю, что вы не подходите друг другу. Напротив, вы вдвоем так гармонично смотритесь, что мне иногда начинает казаться, что вы… ну, уже давно вместе, — немного смущенно пробормотала Тонкс. — Но вот то, что я видела, это слишком. Она действительно еще ребенок. Неужели ты не можешь подождать хотя бы до ее семнадцатилетия?       — Я не собирался даже целовать ее. Просто… не выдержал. Вот так и получилось, — промямлил Сириус.       — А ты действительно ее любишь, или… — Тонкс замялась и замолчала.       — Люблю, наверное. Никогда такого не испытывал. Знаешь, вроде хочется к ней прикоснуться, поцеловать, но в тоже время страшно до нее дотронутся, словно одно прикосновение ее сломает. — Сириус горько улыбнулся. — И угораздило меня влюбиться в дочь друга!       — Ты ей не говорил, да? — тихо спросила Тонкс.       — Я боюсь! Боюсь потерять ее дружбу, испугать ее, — прошептал Сириус.       — А твои действия не сделают этого быстрее? — подняла брови Тонкс. — Или она считает, что для тебя это в порядке вещей?       — Кажется, именно так она и считает. Каждый раз находит мне оправдание, в то время, как я мучаюсь, пытаясь хоть что-то придумать, — невесело усмехнулся Сириус.       — Интересно… — протянула девушка. — Ладно, не буду больше тебя пытать. Спокойной ночи! — поспешно прибавила она и вышла из комнаты, оставив Сириуса на растерзание совести, которая так неожиданно в нем проснулась.

***

      Как только дверь за Сириусом закрылась, Нерисса упала обратно на кровать. Низ живота до сих пор странно болел, а сердце бешено стучало. А он ведь толком и сделать ничего не успел. А она успела расстегнуть ему рубашку, даже пару пуговиц оторвала. Вот они, на кровати валяются. А еще она опять нашла ему оправдание. Может, он таким образом хочет ее оттолкнуть, отпугнуть. А может, здесь замешано что-то другое. Но, как бы ей ни хотелось, больше, чем друзья они друг другу не будут. Зачем ему влюбленная малолетка, да еще и дочь его друга? Но ведь она действительно была бы не против, если бы он был у нее первым, а еще лучше и последним, мужчиной.       — Мечтать не вредно! Но потом сложно смириться с реальностью, — вздохнула Нерисса, глядя в потолок. — Может, стоит поговорить с Тонкс? Узнать, как бороться с этим…       Девушка опять вздохнула и перевернулась на живот. Где-то она слышала, что первая влюбленность со временем проходит. Возможно, и у нее пройдет. Да только что делать, если ничего не пройдет, а только усилится? Как же все сложно.       В дверь кто-то постучал. А потом в комнату вошла Тонкс, закрыла дверь и уселась на кровать.       — Хочешь поговорить? — спросила Тонкс.       — Ты уже закончила допрашивать Сириуса? — насмешливо спросила Нерисса, повернув в сторону собеседницы голову.       — Он же тебе нравится, да? — не обратила внимания на вопрос Тонкс.       — Кто нравится? — нахмурилась Нерисса, нервно сжав в пальцах уголок подушки.       — Сириус, конечно, — нетерпеливо ответила Тонкс.       — Так заметно? — сглотнув, тихо спросила Нерисса.       — Ну, Сириус вряд ли догадывается, — усмехнулась Тонкс.       — А ты как догадалась? — без особого интереса спросила Нерисса, прикрыв глаза.       — А я могу не отвечать? — тихо спросила Тонкс.       — Можешь, — махнула рукой Нерисса. — А это… это нормально, когда… — Она запнулась и замолчала, закусив губу.       — Когда что? — поторопила ее Тонкс.       — Когда внизу все так ноет, — тихо пробормотала Нерисса, глядя прямо перед собой.       — Вполне нормально, — усмехнулась Тонкс, поняв, что имеет в виду ее собеседница. — Сначала все тело горит, а потом начинает тягуче болеть, когда не получает того, чего хочет. — Она внимательно посмотрела на девочку. — Неужели с тобой об этом не говорили?       — Кто? Может, стоило устроить папе такую пытку? — невесело усмехнулась Нерисса.       — Разве он в одиночку тебя воспитывает? — удивленно спросила Тонкс.       — В одиночку, — кивнула Нерисса.       — Тогда, вряд ли он беседовал с тобой на эту тему, — вздохнула Тонкс. — Со мной мама об этом разговаривала, когда у меня начались…       — Мы с ним договорились, что, если понадобится, я поговорю с тобой, — перебила ее Нерисса.       — Серьезно? — удивленно вскинула брови Тонкс. — Что, больше не с кем?       — Ты мне нравишься, — просто ответила Нерисса. — И папе нравишься, — тихо прибавила она, в надежде перевести тему.       — Думаешь? — не уверенно спросила Тонкс.       — Я знаю, — хмыкнула Нерисса, радуясь тому, что ее план сработал. — Разве ты не замечаешь, как внимательно он следит за тобой, когда ты общаешься с другими мужчинами? Как вдыхает твой запах, когда ты возвращаешься откуда-нибудь, так он проверяет, где и с кем ты была. Он всегда старается оказаться поближе к тебе, и не всегда осознанно. — Она села, чтобы было удобнее смотреть на девушку. — Знаешь, если ты понравишься зверю, то сможешь покорить и его самого.       — А как понять, нравлюсь я зверю, или нет? — нахмурилась Тонкс.       — Кровь, — пожала плечами Нерисса. — Посмотреть на его реакцию, если ты поранишься, — заметив непонимающий взгляд Тонкс, пояснила она.       — Объясни, как ты можешь замечать отношения между другими, но не видеть, как относятся к тебе? — немного насмешливо спросила Тонкс.       — Мне раньше хватало того, что я знала, кто относится ко мне дружелюбно, а кто враждебно, — вздохнула Нерисса, не совсем понимая, что имеет в виду Тонкс.       — Уже этого не хватает? — хмыкнула Тонкс.       — С того момента, как я встретила Сириуса, не хватает, — пробормотала Нерисса.       — Он до этого тебя целовал? — с неподдельным интересом спросила Тонкс.       — Первый раз я сама его поцеловала. Сказала, что просто экспериментировала, — не глядя на девушку, буркнула Нерисса. — Второй раз он меня поцеловал, это был третий раз, и за поцелуем потянулась я. Правда, я бы его не поцеловала, если бы он не… Это не важно!       — Выходит, ты действительно его спровоцировала, — пробормотала Тонкс. — А я думала…       — Много думать, вредно, — фыркнула Нерисса. — Лучше скажи, как мне с этим справиться.       — Ну, ты и сама неплохо с этим справляешься. Я вот до сих пор от Римуса ни одного поцелуя не добилась. А у тебя на счету целых три, — недовольно пробурчала Тонкс.       — Дора, как мне справиться с этим влечением? — помотала головой Нерисса.       — А зачем? — нахмурилась Тонкс. — Раз тебе нравится Сириус…       — Зато я ему не нравлюсь. Друг, и не больше, — заявила Нерисса. — Если он узнает о моих чувствах, то и дружбы никакой не будет, никакого общения. А я этого не хочу!       — Как же с вами сложно, — подняла глаза к потолку Тонкс. — Пойду я, а то поздно уже. Спокойной ночи!

***

      — Доброе утро, красавица! — улыбнулся Сириус, когда Нерисса опустилась на свое место.       — Противное утро, — недовольно буркнула Нерисса. Ей удалось поспать лишь часа три, потому что всю ночь она изводила себя не самыми радужными мыслями.       Сириус только усмехнулся, положив перед ней кусок шоколада. Молли, как всегда, неодобрительно покачала головой. Найти общий язык с этой девочкой никак не получалось. Слушалась она исключительно Римуса и Сириуса, что очень не нравилось женщине. Этих двух Мародеров с трудом можно было назвать взрослыми, даже Римуса. Да только как объяснить это девочке-подростку, которая смотрит на Молли, как на какую-то часть интерьера.       — Смотри, что у меня есть, — улыбнулся Сириус, показывая девушке желтый конверт.       — Это же результаты экзаменов, — воскликнула Нерисса, отбирая у мужчины свое письмо.       — Что у тебя? — тут же подскочили к ней близнецы.       — Шесть «Превосходно» и три «Выше ожидаемого», — выдохнула Нерисса. — Как я и предполагала, — с улыбкой прибавила она, передавая пергамент Римусу.       — Между прочим, Лунатик, у нее результаты лучше, чем у тебя, — заметил Сириус.       — Ну да, я зелья завалил, а она сдала на «Превосходно», — усмехнулся Римус. — Как ты могла написать на «Выше ожидаемого» астрономию?       — Не поверишь, — невольно улыбнулась Нерисса. — Я не успела отметить на карте звезду под названием Сириус.       За столом послышались смешки. Сириус улыбался во все тридцать два. Римус только покачал головой, пряча улыбку.       — А тебе понадобится История Магии для выбранной профессии, — произнес Сириус, заглядывая в пергамент.       — Ты уже выбрала профессию? — удивленно спросил Римус, подняв на дочь глаза.       — Выбрала, — невозмутимо кивнула девушка. — Адвокатом, — заметив вопросительные взгляды, ответила она.       Все даже не сильно удивились. То, что она неплохо ладит с Сириусом, заметили все. И такой ее выбор был вполне ожидаем. Римус внимательно посмотрел сначала на друга, потом на дочь, но решил промолчать. Не хватало ему снова поругаться с кем-нибудь из этих двоих.       — Тебе ведь надо будет посетить Косой переулок, — отодвинув пустую тарелку, сказала Тонкс.       — Я с ней пойду, как обычно, — пожал плечами Римус. — Но можешь составить нам компанию, Дора, — немного поморщившись, прибавил он.       Нерисса только улыбнулась, когда Сириус вопросительно посмотрел на нее. Как хорошо, что Римус сидит напротив. Пинать его вполне удобно.       На слова мужчины никто не обратил особого внимания. Никто, кроме Гермионы, которую очень напрягла фраза: «как обычно». Вывод напрашивается сам: Нерисса знала Люпина еще до того, как тот начал преподавать в Хогвартсе. Гермиону озарила одна догадка, которая могла объяснить многое. Осталось только спросить.

***

      — Ничего, все могло быть и хуже! — пробормотал Сириус, когда они вернулись домой.       — Куда уж хуже, — проворчала Нерисса, с силой вцепившись в плечо мужчины. — Как я вообще умудрилась подвернуть ногу?       — Ну, ты могла ее сломать, и тогда пришлось бы все объяснять Лунатику, — помогая девушке сесть в кресло, заметил Сириус. — А вывих я могу вправить.       — И где же ты научился? — опустившись в кресло, спросила Нерисса.       — Лили собиралась стать целителем. А подопытными кроликами, в большинстве случаев, были мы с Джеймсом. Я просто запомнил ее действия, — опускаясь перед креслом на колени, ответил Сириус. — После побега из Азкабана эти знания мне неплохо помогли, — тихо прибавил он.       Очень осторожно мужчина снял с ее ножки туфлю и стянул гольф.       — Будет больно! — предупредил он.       — Думаешь, когда я ее вывихнула, было щекотно? — буркнула Нерисса, напряженно наблюдая за манипуляциями мужчины.       Сириус ничего не ответил. Одним заученным, быстрым и резким движением, он вернул кости на место. До его слуха донесся тихий вскрик, а потом рычание. Сириус мельком взглянул на девушку. По ее щекам быстро текут слезы, челюсти крепко сжаты, глаза зажмурены. Сириус сглотнул и опустил взгляд обратно на маленькую ножку. Его пальцы сами по себе начали нежно поглаживать стопу, потом медленно стали подниматься выше. Такая нежная, немного загоревшая кожа, к которой он так давно хотел прикоснуться. Он сам не заметил, как начал медленно, наслаждаясь каждым прикосновением, повторять пройденный пальцами путь губами, постепенно теряя крупицы самообладания от ее запаха.       Нериссу колотила мелкая дрожь. А когда ее кожи коснулось его горячее дыхание, по ноге побежали толпы мурашек. По всему телу прокатилась волна тепла, когда его губы начали нежно прокладывать себе путь. Добравшись до колена, он замер, уткнувшись лбом в коленную чашечку. Его дыхание опаляло чувствительную кожу. Нерисса до этого момента и не подозревала, что каждый миллиметр ее кожи настолько чувствителен к чужим прикосновениям. «Нет, все дело в том, что эти прикосновения принадлежат именно ему!» — перебила собственные мысли девушка.       — Ты сказал, чтобы я выкинула эту глупость из головы, — прошептала Нерисса, откинувшись на спинку кресла и пытаясь сохранить разум трезвым.       — И я от своих слов не отказываюсь, — хрипло прошептал Сириус, не поднимая на нее глаз.       — А что делать, если ты сам подталкиваешь к этой глупости? — сверху вниз глядя на его лохматую голову, спросила Нерисса.       — Отбиваться. Кричать. Бежать, — зажмурившись и тяжело дыша, прошептал Сириус.       — Кусаться, царапаться и лягаться, — со смешком добавила Нерисса.       — А может, меня это, наоборот, возбуждает, — немного отстранившись, хмыкнул Сириус.       Ответить Нерисса не успела. Сириус резко вскочил на ноги и, схватив первую попавшуюся книгу, всучил ее растерявшейся девушке, которая машинально открыла книгу. В этот момент в библиотеку вошла Гермиона, которая замерла на месте, когда на нее устремились два внимательных взгляда. Пока Гермиона растерянно смотрела на Сириуса, Нерисса скинула вторую туфлю и подогнула под себя ноги так, чтобы не был заметен оставшийся гольф.       — Мисс Грейнджер, неужели Молли решила прекратить вашу муку сегодня пораньше? — улыбнулся Сириус.       — О чем вы? — нахмурилась Гермиона.       — Он об уборке, — хмыкнула Нерисса. — Вы сегодня рано закончили.       — Я просто ушла! Рисса, а с каких пор ты интересуешься нумерологией? — вдруг спросила Гермиона.       — Я не то чтобы интересуюсь. Просто мы с Сириусом обсуждали одну тему, — бросив взгляд на мужчину, промямлила Нерисса.       — Да, мы обсуждали взаимосвязь между числами имени и даты рождения, — пришел ей на помощь Сириус, присев на подлокотник кресла, в котором сидела Нерисса.       — Вы занимались нумерологией? — удивленно спросила Гермиона, переводя удивленный взгляд на мужчину.       — Один из моих любимых предметов, — выдавил улыбку мужчина, ногой незаметно заталкивая лежащий на полу гольф под кресло. — Но Лунатик разбирается в этом гораздо лучше меня, — поспешно прибавил он.       — Гермиона, ты что-то хотела? Нужна какая-то книга? — перевела тему Нерисса.       — Вообще-то, я искала тебя. Хотела поговорить, — замялась Гермиона, бросив неуверенный взгляд на Сириуса.       — Не буду вам мешать, девушки, — улыбнулся Сириус. — Ах да, Рисса, тебе ведь никто так и не сказал. — Он резко остановился у двери. — Твой план сработал. Сейчас у них началось расследование, в котором принял участие Кингсли. — Он подмигнул девушке и покинул библиотеку.       — О чем он говорил? — спросила Гермиона, усевшись в кресло.       — Я просто озвучила перед Орденом одну идею, относительно произошедшего на Тисовой улице. И эта идея, кажется, приносит плоды, — пожала плечами Нерисса.       — И ты ничего мне не рассказала? — воскликнула Гермиона. — Прежде, чем озвучивать ее перед всеми, могла бы посоветоваться со мной, — обиженно прибавила она.       — Я не успела! Мы с Сириусом на кухне вечером разговаривали, а там Дамблдор услышал наш разговор. Ну и… — Нерисса тяжело вздохнула. — Так о чем ты хотела поговорить?       — Твой отец, это же профессор Люпин, да? — тут же выпалила Гермиона.       — Долго же ты думала, — усмехнулась Нерисса.       — А я думала, ты будешь отрицать, — пробормотала Гермиона.       — Зачем отрицать очевидное? — удивленно спросила Нерисса. — Да мы с ним так похожи, что только слепой этого не заметит. Одна любовь к шоколаду чего стоит. Сириус все твердит, что любовь к книгам и шоколаду передается по наследству.       — Сириус знает? — зачем-то спросила Гермиона.       — Разумеется, знает. И Тонкс знает. А кто не знает, тот подозревает, — хмыкнула Нерисса. — Меня Кэти на четвертом курсе прямо спросила, а не родственники ли мы с Люпином. Я ей сказала, что родственники, а кто именно, она уточнять не стала.       — А что там с делами Ордена? — решительно перевела тему Гермиона.       — Ну, слушай…

***

      Бродяга крался по лесу, то и дело останавливаясь и принюхиваясь. Лапы мягко ступали по разноцветным листьям. Осень подкралась слишком быстро. Но пока еще было тепло, и пока он еще мог наслаждаться компанией одной лисички, которая сейчас спряталась где-то в лесу. Пес снова остановился и принюхался. Запах снова вел назад. Запутывать следы она точно умела. Резко замерев, Бродяга внимательно прислушался, вроде он слышал посторонний звук. Вот, снова раздались чьи-то легкие шаги. Бродяга припал к земле и медленно двинулся к источнику звука. Шаг, еще один, и прыжок. Из-под лап взметнулись листья, а прямо перед его носом к корням дерева метнулась серая мышка. Пес разочарованно зарычал и выпрямился. Еще раз внимательно прислушавшись, он развернулся и пошел обратно. Но внезапно ему на спину упало что-то тяжелое. Взвыв от неожиданности, Бродяга запрыгал на месте, пытаясь скинуть это что-то со своей спины. Остановившись и тяжело дыша, Бродяга увидел прямо перед своей мордой довольную мордочку лисы, в глазах которой прыгали смешинки.       Бродяга фыркнул и отошел на несколько шагов. А потом перекинулся в человека. Лиса внимательно посмотрела на человека и решительно забралась к нему на ноги, позволяя ему погладить себя. Они не знали, сколько так просидели, просто слушая звуки леса и наслаждаясь обществом друг друга. Когда стало прохладнее, Сириус взмахом палочки развел огонь.       Лиса спрыгнула на землю и завороженно уставилась на красные языки пламени. Медленно, словно к добыче, она подкралась к небольшому костру и потянула носом. Сириус с улыбкой наблюдал за ней. Во всей ее позе была напряженность, словно она готова сорваться с места в любой момент. Вдруг искры взметнулись особо высоко, падая рядом к ее черным лапками, и лиса мгновенно распушилась, сорвалась с места и прижалась к человеку. Сириус несколько растерянно погладил лисичку, с удивлением понимая, что она ищет у него защиту. Точнее, ее внутренний зверь ищет у него защиту, а значит, он доверяет ему.       — Что это было? — тихо спросила Нерисса, сидя рядом с ним на земле и продолжая прижиматься к нему.       — Дикие звери боятся огня, — улыбнулся Сириус. — Я, к примеру, боюсь грозы, если нахожусь в облике Бродяги.       — Это так странно, — пробормотала девушка, еще сильнее прижавшись к нему и с опаской глядя на огонь.       — Ты такая милая, когда напугана, — улыбнулся Сириус, поглаживая девушку по спине.       — Весьма сомнительный комплимент, — нервно усмехнулась Нерисса.       — Никогда не умел их правильно подбирать. Но никто, кроме тебя, не жаловался, — хмыкнул Сириус, поднимаясь на ноги.       — Ты куда? — обхватив себя руками, спросила Нерисса.       — Никуда, — фыркнул Сириус, накидывая на ее плечи свою кожаную куртку. — Куда я от тебя денусь? — прошептал он себе под нос.       Нерисса просунула руки в рукава куртки и подтянула ноги поближе к телу. Вскоре Сириус опять сел рядом с ней, только в руках он держал гитару. Видимо, трансфигурировал из какой-нибудь ветки. На вопросительный взгляд девушки он только улыбнулся.       — Надеюсь, я смогу вспомнить хоть несколько аккордов, — пробормотал Сириус.       — Что умеешь, того не забудешь, — улыбнулась Нерисса.       Сириус на это только что-то неслышно пробурчал, коснувшись пальцами натянутых струн. Девушка задумчиво провела рукой по земле, собрав несколько листов. Пока Сириус пытался наиграть какую-то мелодию, напевая мотив себе под нос, Нерисса кидала листья в огонь, наблюдая за тем, как они быстро сгорают.       — Я знаю одну подходящую песню, — вдруг произнес Сириус. — Словно про тебя писали, — улыбнулся он, поудобнее перехватывая гитару.       Он с секунду задумчиво смотрел на девушку, а его пальцы, словно живя собственной жизнью, принялись наигрывать незамысловатый мотив.       Облетела листва, у природы свое обновленье,       И туманы ночами стоят и стоят над рекой.       Твои волосы, руки и плечи — твои преступленья,       Потому что нельзя быть на свете красивой такой.       Потому что нельзя, потому что нельзя,       Потому что нельзя быть на свете красивой такой.       Потому что нельзя, потому что нельзя,       Потому что нельзя быть на свете красивой такой.       Эти желтые листья в ладони свои собираешь.       Отсверкали они и лежат на холодном лугу.       И ты сердцем моим, словно листьями теми, играешь.       И бросаешь в костер, не сжигай только нашу мечту.       Потому что нельзя, потому что нельзя,       Потому что нельзя быть на свете красивой такой.       Потому что нельзя, потому что нельзя,       Потому что нельзя быть на свете красивой такой.       Я боюсь твоих губ, для меня это просто погибель.       В свете лампы ночной твои волосы сводят с ума.       И все это хочу навсегда, навсегда я покинуть.       Только как это сделать, ведь жить не могу без тебя.       Потому что нельзя, потому что нельзя,       Потому что нельзя быть на свете красивой такой.       Потому что нельзя, потому что нельзя,       Потому что нельзя быть на свете красивой такой.*       Казалось, его голос разносится по всему лесу. Нерисса не могла отвести от него глаз. В этот момент он выглядел намного моложе своих лет, словно и не было двенадцати лет Азкабана, не было двух лет, проведенных в бегах. Молодой, даже не мужчина, а юноша, который только вступил во взрослую жизнь. Просто невероятное преображение.       Когда мелодия стихла, минут десять царила тишина. Сириус как-то мечтательно смотрел то ли на нее, то ли сквозь нее. Его губы были растянуты в нежной улыбке. Нерисса придвинулась к нему поближе, сама не заметив этого. Сириус аккуратно провел пальцами по ее щеке.       — Нельзя быть такой красивой, девочка, это любого может свести с ума, — прошептал Сириус.       — Считаешь, что я красивая? — тихо спросила Нерисса.       — Нет, ты слишком хороша, чтобы быть просто красивой, — улыбнулся мужчина.       — Если бы это еще было правдой, — вздохнула девушка.       — Знаешь, меня Лунатик тоже приучил никогда не врать, — хмыкнул Сириус.       — А можешь научить меня играть на гитаре? — спросила Нерисса, понимая, что спорить бесполезно.       — Тебе больше подойдет пианино, — покачал головой Сириус.       — Не думаю, что у меня есть слух, да и голос, — зевнула Нерисса.       — Кажется, пора домой, — заметив зевание девушки, сказал Сириус.       — Что ты хотел сказать этой песней? — спросила Нерисса, когда Сириус потушил огонь.       — Сама решай, — ушел от ответа Сириус. — А сейчас домой. Где портал?       — В кармане, — пожала плечами Нерисса.       — Так, доставай, — немного напряженно, сказал Сириус.       — Мне лень! — растянувшись на земле, заявила Нерисса.       — Давай поднимайся, а то еще простынешь, — буркнул Сириус, наклоняясь над девушкой.       — А ты заставь меня! — нагло ухмыльнулась Нерисса.       — Ну ладно… — прорычал Сириус.       Он одним рывком поставил девушку на ноги, а та чуть не упала обратно, и ему пришлось снова прижать ее к себе. Нервно сглотнув, Сириус проверил карманы ее шорт, пытаясь понять, почему она себя так ведет.       — Ну, и где портал? — нахмурился мужчина.       — В заднем кармане, — ему в грудь пробубнила Нерисса.       Глубоко вздохнув, Сириус проверил задние карманы. Стараясь не думать о том, что у девушки слишком соблазнительная попка. Нерисса тяжело выдохнула, когда его руки исчезли с ее ягодиц, только сейчас понимая, что зачем-то задержала дыхание.       — Там тоже нет, — спокойно констатировал Сириус, удивляясь тому, что ему удалось совладать с голосом.       — Значит, в нагрудном кармане, — невозмутимо произнесла Нерисса.       В этот раз Сириус зарычал. Это уже слишком! Кажется, у Нериссы сегодня слишком игривое настроение. И как его угораздило остаться с ней наедине в такой момент? Все плохо! Все очень-очень плохо!       Глубоко дыша, Сириус медленно поднял руку. Зачем-то зажмурился и аккуратно проверил нагрудный карман, чувствуя под пальцами мягкую грудь и с трудом борясь с желанием несильно сжать ее.       — Нет! — выдохнул Сириус, открывая глаза и возвращая руку на ее талию.       — В бюстгальтере посмотри, — хихикнула Нерисса, с трудом сохраняя спокойствие.       — Издеваешься надо мной? — зарычал Сириус.       — А ты только догадался? — глядя ему прямо в глаза, нагло спросила Нерисса. — Портал в кармане куртки.       — Ведьма, — выдохнул Сириус, вытаскивая портал из кармана своей куртки, надетой на девушке.       — А ты сомневался? — коварно улыбнулась она.       И эта улыбка стала последней каплей. Как только они оказались в его комнате, Сириус прижал ее к стене, впиваясь в ее губы жадным поцелуем.