19.
14 июля 2018 г., 22:25
«When the world turns you in circles
And the wind is at your face
When you need somewhere to run to
I know a place
If you want someone who's willing
To lay down their heart
Someone to dry your tears
I'm here
I volunteer»
Алиса.
Русская сама не понимала, почему стала такой самоуверенной и написала ему такие сообщения. Раньше она и подумать о лишнем слове в его сторону боялась, а сейчас грозится дать ему «пенделя» при первом удобном случае. Пенделя она, конечно, может дать: такого легкого, даже нежного, но до безумия устрашающего. Воронцова внутренне изменилась до полярного «Алиса с севера России» состояния, но кое-что в ней оставалось неизменным — она всё так же нервно накручивает прядь волос на палец, когда печатает ему свои «самоуверенные» послания.«Как тебе это удается? Ты подняла мое настроение с самого дна до небес. Мы сделаем всё возможное. Я сделаю всё возможное ради этой победы. И как же я могу игнорировать твоё присутствие рядом со мной? Конечно же, мы обязательно…»
«…увидимся. Я думаю, нет ничего страшного в том, что я скажу, что скучаю по тебе? Я скучаю! А ты, держу пари, уже сняла мой скромный подарок на том самом матче. Как бы там ни было, я жду встречи!»
Алиса даже не стала распускать сопли и свои мысли в полет после его «я скучаю», потому что «ясное дело, что он скучает по мне, черт возьми!». Но ей не давало спокойствие его странная претензия по поводу браслета, который с того самого дня висит на её запястье, будто приклеившийся намертво. В этот же миг она оправила ему фотографию своей руки с самым дорогим подарком в её жизни.«[фотография]. И всё же, Гризманн, тебе не видать от меня пощады. Пенделя я тебе знатного отвешу за такие слова!»
Она уже успела на него подуться, но поспешно прибывшее от дорогого собеседника фото с точно таким же браслетом, который также имелся на его руке, отсекло всё то негативное, что, казалось, начало подбираться к горлу.«Я буду счастлив получить от тебя по заднице по этому поводу.» Antoine Griezmann был в сети одну минуту назад.
И опять эта улыбка, которая снова кажется ей запредельно дурацкой. Щёчки залились ярким румянцем, глаза начали своеобразно поблескивать, будто девушка приняла пару бокалов игристого. Она подошла к зеркалу и собрала свои волосы в тугую косичку, на открытые участки шеи нанесла свой любимый аромат, который пах, как ни странно, самой знаменитой улицей Парижа — улицей Шаз-Элизе, которая более известна как «Елисейские поля». Пару капель парфюма девушка, будучи очень дальновидной, брызнула за уши, будто у той на вечер весьма интересные планы. Настроение было надеть самое красивое платье из своего шкафа и кружиться в нем до потери сознания, но Алиса натянула на себя уже местами потертую форму волонтера, которая, как она сама отметила, именно сегодня сидела на ней просто изумительно. «У тебя всё будет прекрасно. Всё в твоих руках!» — проговорила самой себе русская и, захватив рюкзак с необходимыми вещами, выдвинулась в сторону стадиона, ведь на часах вот-вот будет два.***
— Нет, думаю, что будет лучше положить эти шорты немного иначе, — командовала Алиса в раздевалке сборной Португалии. — Давай ты повесишь остальные футболки, а я займусь Францией, иначе мы долго будем тут возиться. Всё как всегда — нужно развесить форму по ящичкам. Кажется, для Алисы это стало чем-то слишком обыденным и рутинным, она больше не чувствует ощущения «прикосновения к прекрасному». Но все изменилось, когда руки дошли до раздевалки хозяев турнира. Когда она вешала одну футболку за другой, в её голове всплывали образы и воспоминания, будто каждый второй футболист трехцветных — её давний друг. Жиру. Такой мерзкий и чересчур эгоистичный на первый взгляд. Он знает все свои сильные стороны, знает, что прекрасен внешне, чем постоянно пользуется. Но ведь Алиса чувствует, что он чуткий и не менее ранимый, чем Лоран Косьельни. Кстати, он тоже весьма милый парень. Погба. Уф, этот парень способен свести с ума каждого своей игрой в ногомяч. Такой вечный «мотор» команды, шутит, подкалывает. Помнится, он не раз заглядывался на Воронцову во время тренировок. Кажется, это все из-за Антуана. Льорис. Этот парень интересовал русскую во вторую очередь. Такой обаятельный, красивый, истинный француз. И, что самое главное, прекрасный друг, что не раз подтверждал Гризманн. Кстати, о нём… Алиса стряхнула с футболки с седьмым номером всю невидимую пыль и аккуратно повесила ее на плечики. Она снова смотрела на неё, будто завороженная. Конечно, Воронцова чувствовала, что что-то может пойти не так. Больше всего она ненавидела эту свою склонность всё предугадывать. Победы и горькие поражения. Казалось, что она чувствовала всё, но в этот раз молила о том, чтобы её ощущения оказались ложными. Тишину в помещении нарушало лишь эхо от музыки на стадионе и мягкие, едва слышные шаги только что вошедшей в раздевалку Жюли. — Я знала, что найду тебя именно здесь! — будто похвалила француженка саму себя. — Хватит глазеть на футболку, тем более у меня для тебя кое-что есть! Жюли протянула удивленной подруге красивый крафтовый пакетик, на котором красовалась милая надпись «de tout mon cœur» [прим. автора: «от всего сердца»]. Открыв его, Алиса увидела забавную фотографию, которую сделали подруги в первый день их знакомства. На дне пакета было много всяких мелочей и бомбочка с клубничным вкусом, которая, кажется, стала неофициальным символом их дружбы. — У нас с тобой сегодня последний матч вместе. Завтра я уезжаю в Лотарингию [прим. автора: регион на северо-востоке Франции], ты в скором времени отбудешь в Россию. Я безумно не хочу этого, но нам нужно начинать прощаться. Не сказав больше ни слова, девушки крепко обнялись, и из глаз обеих полились слезы. Больше всего в жизни Алиса ненавидела прощаться, особенно с теми людьми, которых явно будет не хватать. Отсюда и слезы, что так редко появлялись в глазах северянки. — Так, всё, хватит разводить сопли, тем более Жан попросил передать, чтобы ты нашла его сейчас же. Нужно с чем-то важным помочь, — вытирая щёки от слез, опомнилась француженка. От смешного, но милого вида заплаканной подруги, Жюли чуть ли не засмеялась. — Хорошо, бегу, — Алиса уже вышла из раздевалки, как остановилась и робко сказала: — Я обожаю тебя, Жюли. Ты прекрасная девушка!Антуан.
Всё как всегда — долгая дорога по парижским пробкам до стадиона, вокруг сосредоточенные лица игроков сборной и всевозможных тренеров, а в наушниках любимая музыка. Сейчас Антуан слушает любимого рэпера Kid Ink и смотрит на красоты Парижа, а рядом с ним похрапывает Поль Погба. Мысли в голове Антуана были похожи на его любимую пасту карбонара — такие же запутанные, слизкие. Мыслей много, а зацепиться хоть за одну из них практически нереально. Но одно Антуан знал точно — Алиса явно запала в самые глубины его души. Уже вторую тренировку подряд он не может сфокусироваться на финале. Ноги его не слушаются, а голова занята совсем другим. Там, где нужно было разрабатывать новую тактику, Антуан вспоминал каждую встречу с русской. Там, где для всех вкусно пахло долгожданным обедом, Антуан чувствовал лишь запах её волос. Если сны, то только с Воронцовой в главной роли. Даже Оливье перестал подшучивать над чувствами Гризманна, потому что понял, что тот реально «парится» по этому поводу. Нельзя сказать, что седьмой номер был рад тому, что так нежданно и негаданно к нему явилась любовь. И любовь ли это? Явно. — О чем думаешь? — заметил задумчивое лицо друга Поль, который, видимо, за то время, пока Антуан рассуждал о прошлом и будущем, успел проснуться. — Всё о том же, — коротко кинул Антуан первое, что ему пришло в голову. Погба выдохнул и положил свои наушники подальше, как бы показывая, что пришло время серьезно поговорить. — Гризи, я не буду говорить тебе о том, что ты идиот и что только идиот может влюбиться в простого волонтера на кубке. Все мы люди и не стоит приравнивать себя к лику святых. Но если тебе так хочется быть с ней, почему бы не сделать этот шаг на встречу? Сегодня, возможно, последний шанс для этого. Действуй же, иначе ничего может и не быть. Тем более, если её приодеть во что-то помимо волонтерской формы, думаю, что она вообще будет красоткой высшей степени! — с серьезным лицом протараторил Поль. С настолько серьезным, что Антуан еле сдержался, как бы его не подколоть. — Я идиот, Поль, причем самый натуральный, — законспектировал Антуан, — но я ничего не могу с этим поделать. Спасибо тебе за поддержку. И именно в этот момент автобус остановился у стадиона в Сан-Дени. До матча оставалось ровно два часа.
