Croire а son etoile

К финальному матчу Евро 2016 дикое напряжение испытывали как футболисты и их болельщики, так и волонтёры, которые выкладывались на все сто, чтобы все прошло по высшему классу. Болельщики всё чаще обращались за психологической поддержкой — играли нервы. Вроде бы до игры ещё есть время, но все на пределе. Алиса четко выполнила свои основные обязанности, а затем все оставшееся время командовала группой своих волонтеров как team-лидер. — Девушка, извините, можно Вас? — послышался чуть дрожащий голос молодой девушки, которая с самой макушки головы до пят была обвешена мерчем трехцветных. Алиса натянула доброжелательную улыбку волонтёра и положительно кивнула в ответ, подойдя чуть ближе к незнакомке. В голове промелькнула мысль о том, что она будет безумно скучать по всем этим живущим футболом и нуждающимся в помощи болельщикам. — Я очень сильно волнуюсь. Не думаю, что в Ваши обязанности входит выслушивание чужих проблем, но я должна была поделиться своими переживаниями с кем-нибудь непосредственно причастным к этому действу. Пока Воронцова прилагала все свои усилия для того, чтобы эмоциональное состояние француженки пришло в допустимую норму, ее голову то и дело посещали мысли, что незнакомка кого-то сильно ей напоминает. То ли знакомого человека, то ли голливудскую актрису. Так ничего и не вспомнив, русская решила отдернуть эту навязчивую мысль от себя и продолжить работать. — Огромное спасибо за столь ценные советы! Я знала, что мне стоит к Вам обратиться, — благодарила болельщица. — Оу, я совсем забыла! Девушка, представившаяся как Мод, протянула Алисе крафтовый свёрток, схожий с тем, что часами ранее вручила ей Жюли. Глаза русской из-за недоумения стали похожи на арбузы, в её зрачках читался вопрос «Что это и зачем это мне?» — Мне сказали передать Вам, — Мод уже не была похожа на нервного болельщика, а на её губах виднелась добрая улыбка. Алиса была не из глупых, поэтому через пару мгновений непонимания происходящего, она сразу же сообразила, что Жан хотел устроить короткое прощание с Евро перед матчем финала. Кажется, он решил сделать все настолько тайно. — Спрашивать от кого, по-видимому, нет смысла? — нарушила своё молчание рыба-Алиса. Мод ещё больше улыбнулась и, положительно кивнув, отправилась на свою трибуну. «Это первенство даже в последний свой день не даёт мне расслабиться. Всюду какие-то загадки!» Открыв заветный конверт, Алиса увидела лист бумаги, на котором было написано лишь несколько слов — «в 17:00 у автомата». Чуть наморщившись, она взглянула на свои часы и тотчас побежала туда, куда звала ее записка, боясь быть замеченной не на своём рабочем месте. «У автомата? У какого именно?» — крутилось в голове, пока ноги сами несли ее куда-то вглубь стадиона. В голову сразу же пришёл автомат с водой, который бережно установили для всех нуждающихся в H2O сотрудников стадиона и спортсменов, но, как и следовало ожидать, никого, даже Жана, в том районе не было. Только спустя минуту Алиса поняла, что она стоит прямо напротив раздевалок. Именно тут в первый рабочий день девушка встретилась взглядом с тем, кто с того самого дня не хочет покидать ее мысли. От воспоминаний на её губах появилась милая, едва заметная улыбка. Сколько счастья и незабываемых ощущений принесло ей это первенство. Именно от осознания того, что уже завтра всё будет так, как было раньше, и всего того, что ей присуще сейчас, попросту не будет, Алиса уже находилась в состоянии «вареной картошки». Грустной вареной картошки. — Чего грустишь, красавица? — от неожиданности русская вздрогнула. Это был Поль Погба. Алиса могла даже не оборачиваться на его голос, чтобы понять это, ведь у Поля был весьма своеобразный тембр, такой низкий, но при этом моментами чересчур звонкий. Настолько, что хотелось закрыть уши подушками. Эта фраза, которую кинул ей Поль, напомнила ей об архангельских парнях, которые не раз обращали на нее внимание и выдавали похожие фразы из своих заниженных машин. — Я совсем не грустная, — слегка опешила Воронцова, отшатнувшись от именитого футболиста. Поль, что странно, не стал ей докучать и сразу же отправился восвояси, хотя по его лицу было заметно, что тот хочет о чём-то поболтать. Когда Погба находился рядом с девушкой, она всегда думала о том, что Эйфелева башня не порядком его выше. Но сейчас не об этом. Простояв еще минуту-другую, Алиса, разочаровавшись, отправилась на рабочее место. Видимо, это была чья-то шутка. — Алиса! — громко прозвучало откуда-то позади, словно в драматической мыльной опере. Голос был до мурашек знаком, будто её окликнула родная мать, по которой та так сильно скучает. Мурашки не прекращали танцевать сальсу на её теле, пока та не обернулась и не окунулась в глаза цвета самого чистого и глубокого озера во всем этом мире. Конечно, это был тот, кто заставлял её содрогаться с каждым его вздохом, тот, кто банально одним своим присутствием рядом заставлял сердце колотиться так, будто Алиса пробежала спринт на лыжах со стокилограммовой гирей на плечах. Это был тот, которому так идет их синяя форма. Преодолев себя, Алиса обернулась и замерла, боясь поднять на футболиста глаза, чтобы окончательно не сойти с ума. В голове снова борются два лагеря: первый, который неустанно твердит о том, что это все сон и больное воображение, и второй, который уже не может справиться с тем потоком чувств, который каждый раз со всё большей силой накатывает на русскую. Нужно перестать ощущать себя какой-то пресловутой девушкой-фанаткой, тем более, она явно претендует на большее. Больше всего Алиса боялась, что футболист, стоящий напротив неё, улыбнется, и её «крыша» снова полетит в самое дальнее путешествие. Сил сдерживаться уже не было. — Дай я тебя обниму, — нарушил молчание Антуан, будто сам нахоился в состоянии прострации. Это всё, что требовалось. Объятия. Такие долгожданные и тёплые. Схожие ощущения, когда ты живешь на севере своей и без того холодной страны и заходишь зимой с улицы домой, устраиваешься рядом с теплой батареей и медленно тянешь свой горячий шоколад из кружки, который уже успел приготовить тебе кто-то из домашних. Хотя, нет, это определенно другие ощущения. Людей рядом либо не было вовсе, либо мозг отключил всех вокруг, кроме этих двоих. Не хотелось слышать никого и ничего, кроме звуков друг друга. Казалось, что эти двое даже дышали в такт. Руки Антуана еле касались её бёдер и талии. Она казалась ему такой маленькой и хрупкой, что было страшно причинить ей даже малейший дискомфорт. Или дело в том, что француз боялся реакции на проявление такого близкого контакта. Алиса сама не заметила, как уткнулась носом в его плечо и, едва касаясь кончиками пальчиков его кожи, рисовала разнообразные рисунки у него на шеи. Когда нападающий перестал себя перебарывать и применил малейшую силу к её талии, Воронцова заметно выдохнула, от чего покраснела. Её голос уже не дрожал перед его величием как раньше, скорее наоборот — такого полного спокойствия она не чувствовала никогда, разве что находясь рядом с мамой. Они ощущали друг друга так, как никогда раньше. Сил сдерживать свои порывы не осталось. Это был пик, шкала коснулась самой верхней точки чувств. — Ты бы знал, как я соскучилась по тебе. И снова выдох, более похожий на еле слышный стон. Казалось, что с каждой выдавленной из себя фразой пропасть между этими двумя, которая так мешала наслаждаться, сжималась силой их же чувств. Всё, как в сказке. Правда, теперь Алисе стало ясно, что это вовсе не фанфик, которые она так любила читать на скучной паре, не фильм с «хэппи-эндом» и не самый сладкий её сон. Это её жизнь, которая каждую секунду рядом с ним переворачивается с ног на голову. Хотя Алиса всё так же периодически пощипывает себя за руку, словно маленькая девочка, боясь остаться ни с чем. — Ты бы знала, как соскучился я. Они долго стояли, обнявшись. Больше ничего не хотелось: финал случился, правда, их личный финал, а не финал Европейского чемпионата. Да, в тот момент Алисе казалось, что это явный предел. Минуты шли, момент их разлуки становился ближе. Алиса снова вытерла одинокую слезу у щеки, пока никто не заметил её грусти. Рабочая рация Алисы, по которой волонтеры связывались друг с другом, буквально трещала по швам — все её искали. А в этот момент она единственный раз хотела оказаться так и не найденной. Или найденной в объятиях симпатичного француза, от которого так соблазнительно пахло дорогим парфюмом. — Гриз, нам пора, — их личную идиллию нарушил Льорис, который крайне деликатно отдернул этих двоих друг от друга, высунув из-за двери раздевалки только лишь голову. — Алиса, рад тебя видеть! Русская в ответ лишь мило улыбнулась, и её взгляд снова устремился на Антуана. Она уже прощалась с ним взглядом, но не находила слов, чтобы сказать ему «au revoir» [прим. автора: «до свидания»]. — Тебе пора, — отдергивала она сама себя от навязчивых мыслей, — что бы ни случилось на поле, я хочу, чтобы ты знал, что ты самый лучший. Рука Алисы проскользнула по щеке парня, от чего та удивилась сама себе. Видимо, она наконец-таки повзрослела. Голова француза покорно двигалась, следуя за рукой девушки. Воронцова не стала дожидаться его слов, боясь обжечься об его прощание. Она развернулась и ушла так же внезапно, как и появилась. «Погуглив», Алиса поняла, что эта записка — дело цепких рук седьмого номера, ведь Мод — это его сестра. «И всё же французы — дикие романтики!»

***

20 июля 2016. Сан-Дени. Финал Евро-2016. Португалия — Франция.

Финал первенства — это всегда что-то нечто особенное, то, чего так все долго ждут. Особенно те, чья сборная играет в этом главном матче непосредственно. Это всегда битва не на жизнь, а на смерть. Ты либо лучший, либо ты мог бы им быть, но ты так глупо упустил свой шанс всего за один шаг до виктории. Финал 2016 — самый нервный финал прежде всего потому, что в нем играют хозяева турнира и тот, за которого не на шутку переживает Алиса, которую уже на предматчевой разминке начало потряхивать. С одной стороны она была уверена в них, в хозяевах, которые ни за что не должны упустить возможность выиграть у себя на Родине. С другой стороны, была её интуиция, которая готовила к обидному проигрышу. Воронцова стояла на своем полюбившимся месте у входа в подтрибунку и буквально осязала, как накаляется атмосфера на стадионе. Жюли находилась рядом и то и дело успокаивала подругу, хотя сама не на шутку переживала за сборную своей страны. Интуиция Алисы уже в который раз оказалась права. Обидный проигрыш с разницей в один мяч, который был забит на 109 минуте, жесткая игра Пайета в центре поля против Роналду, после чего тот отбыл в подтрибунное помещение на носилках, невезение Гризманна и Жиру, которые так и не смогли поразить ворота соперника, и слезы французских фанатов, всхлипы которых доносились отовсюду. Финальный матч Евро закончился так же странно, как и проходил весь турнир в целом, ведь его выиграла команда, которая шесть из семи матчей сыграла вничью в основное время. Но этот финал уж точно войдёт в историю как один из самых драматичных. Жюли рыдала от боли и безысходности на плече подруги, которая сама с трудом сдерживала слезы, чтобы не расстроить Антуана, которому и без того будет определенно плохо.

Свисток. 1-0, Португалия без Роналду — Чемпион Евро-16.

Несмотря на то, что волонтерам нельзя выбегать на поле без разрешения, Алиса сломя голову побежала к тому, который упал на колени и что-то злостно бормотал себе под нос. Она остановилась посреди поля, приняв решение дать ему минуту побыть наедине с собой. Воронцова не боялась выговоров начальства, ведь Чемпионат Европы официально закончен и финальная смена отработана. Теперь она лишь человек, которому небезразличен игрок на поле. Она тихо направляется к нему, боясь реакции. Ведь настроение явно на самом дне, а в этом состоянии можно наговорить такого, от чего будет плохо и обидно и ему, и ей. Словно на носочках, Алиса пробирается через ликующих португальцев и смотрит на своего француза сверху, падая рядом с ним на коленки. Она долго пытается понять, нужно ли ему её внимание в данный момент. Когда тот протянул к ней руки, словно младенец к матери, Алиса прижалась к нему и чмокнула в лоб, еле касаясь губами. Камеры тут же устремились на этих двоих, но было уже так всё равно. И снова эти объятия, которые были так нужны ему. Когда весь мир уходит из-под ног, когда кажется, что всё потеряно — у каждого человека должен быть тот, кто скажет, что все неудачи ведут к ещё большему успеху. — Быть Чемпионами Европы для вас — это слишком малая заслуга, как бы странно это не звучало. Через два года вы будете на вершине, обещаю, что именно в моей стране ты станешь настоящим чемпионом всего Земного шара. Ты самый достойнейший из достойных, и это не просто слова. Высказавшись, Алиса дала слабину самой себе, и из её глаз потекли слезы отчаяния и такой скорой неминуемой разлуки. В самый, как казалось бы, неподходящий момент, в кармане завибрировал телефон, сигнал которого не мог остаться проигноренным, так как её номер знали лишь самые близкие.

Сообщение от Мамы <3: «Мне очень жаль, что Франция проиграла. Не забудь, что завтра в 16:40 у тебя вылет домой. Мы тебя ждем, наша любимая девочка!»

Слезы снова хлынули, будто сейчас происходит то, чего та так не хотела. — Завтра в 16:40 самолет. Поверить не могу, что все закончилось. Антуан продолжал на неё смотреть, будто очарованный и озадаченный всем спектром эмоций. Сперва она сама поддерживает тебя, находит слова и успокаивает, а через секунду — плачет от сообщения, которое напоминает ей об её отбытии. Гризманн смотрел на неё, наслаждаясь тем, что рядом с ним сейчас именно эта девушка, а не кто-то иной. Они всё так же продолжали сидеть в самом центре поля, ровно как и половина состава Франции, молча укутавшись в национальные флаги. Болельщики не уходили с трибун, они аплодировали каждому, кто довел их команду до финала. Возможно, от этого не так сильно скреблись кошки у тех, кто так и не дожал до золота. Руки француза, казалось, чувствовали себя на теле Алисы как на своей территории. Он бережно убрал прядь волос с её лица, подобно кадру из какого-нибудь кинофильма про любовь и наконец-таки сказал то, что так долго планировал: — Ты никуда не уедешь от меня. Победу в финале я уже упустил, но тебя точно никуда не отпущу, иначе я потеряю совершенно всё и останусь ни с чем. Я не хочу говорить громких слов, но мне так хорошо с тобой с того самого дня, когда я впервые увидел тебя. Думал, что такого не бывает, знаешь, с первой встречи и по-крупному. Но оказывается, что я исключение. Алиса была готова ещё больше расплакаться от слов, сказанных ей. Они словно мёд на душу, ведь эти слова мечтают услышать миллионы девушек по всему миру, но сейчас их слышит именно она, а не кто-то иной. Миллионы девушек мечтают оказаться так близко к этим губам, почувствовать тепло тела именно этого человека. Это всё, казалось, принадлежит только ей. — Знаешь, а я бы ни за что не уехала от тебя, Гризманн. Ни за что, понимаешь? В этот момент у обоих появилась робкая улыбка на лице. Казалось, что еще моментом ранее они потеряли всё, чем жили: победу, первенство. Но сейчас всё снова возвратилось ещё в большем объёме. Антуан медленно приближался к губам Алисы. Настолько медленно, что та успела назвать его «хитрым котом» от того, что тот так играет с ней и ждет, как та первая его поцелует. Но Гризманн оказался бессильным перед ней. Когда их губы коснулись друг друга, Алиса, казалось, пребывала где-то на седьмом небе. Их вкус именно такой, как она себе представляла ,— со вкусом мятной жвачки. Репортеры сразу же взяли момент себе на вооружение, ведь эти двое в центре поля даже не собирались прекращать наслаждаться друг другом. — Эй, молодые люди, прикройтесь! — Оливье оказался как всегда вовремя и накрыл влюбленных французским триколором, попутно чмокнув обоих в лоб, словно батюшка на венчании. Кажется, что французы и вовсе были больше рады за Антуана, чем грустили из-за проигрыша. От комичности ситуации Алиса рассмеялась и снова уткнулась в уже такую родную шею. Трибуны скандировали знаменитую песню Эдит Пиаф про любовь, а Воронцова с каждой секундой убеждалась в том, что Франция — это её страна и её люди. Наслаждаться друг другом пара решила продолжить внутри стадиона, вдали от тысячи пар глаз. Но на один вопрос репортёров эти двое все же ответили. — Алиса и Антуан, думаю, что на «ты» в тот день вы перешли удачно? — возвращалась к «слухам» о браслетах влюбленных ведущая одной из футбольных программ Франции. Алиса лишь скромно кивнула, а Антуан опешил, а затем , уже не обращая внимания на ведущую, развернул к себе новоиспеченную девушку и спросил: — Кстати, Алиса, может, перейдём на «мы»? — выдавил по-русски из себя Антуан, из-за чего Алиса снова покраснела, ведь это значило, что тот изрядно готовился к этому финалу не только в отношении своей игровой формы. Русская зря накручивала себя посторонними мыслями. Алиса снова чмокнула его, как бы давая положительный ответ, и отвела туда, куда направлялись изначально. Воронцова долго копалась в своём рюкзаке и, состряпав самую милую моську во всей планете, протянула Антуану всё ту же шоколадку «Алёнка», которую Алиса нашла в русском магазине на одной из улиц Парижа. Ведь именно с этой сладости всё и началось. Антуан, казалось, был очень счастлив вновь почувствовать этот вкус, то и дело чередуя его со вкусом губ Воронцовой. — Нет, и всё-таки. Я не хочу молчать о том, что люблю тебя. Алисе явно нужно привыкнуть к этому набору слов из уст футболиста. Опять эти пресловутые бабочки в животе. — Я тоже люблю тебя.

«От любовного пожара не застрахуешься» © Эдит Пиаф.