Black Lace

Эмма не была уверена, была она разочарована или нет, когда Реджина на самом деле привела их к раковине. Правда, у неё у самой были полные руки тарелок, но почему-то мысль о том, что они на самом деле будут мыть посуду, была последней в ее списке возможных исходов. Тем не менее, девушка обнаружила, что смотреть за Реджиной, идущей к раковине было ну слишком увлекательно. Бедра женщины немного покачивались, а изгиб ее задницы стал ещё более заметен через эту обтягивающую юбку, когда Реджина наклонилась, чтобы поместить каждую миску от мороженого по одной в мыльную воду. Эмме было интересно, знала ли Реджина, как она заводилась, просто наблюдая за ней. Даже при всей этой напряженности между ними, даже с сыном в соседней комнате, она хотела бы знать, знала ли Реджина, какой эффект она оказывала на нее. Если бы она знала, то была бы уже.. - Что выберете, мисс Свон, мокрую или сухую? - Что? - пискнула Эмма, она только моргала, пока слишком уж весёлая Реджина, наконец, не повернулась к ней. Встряхнувшись, шериф продолжила смотреть на мэра, думая, не ослышалась ли она. С хищностью кошки Реджина подошла ближе, медленно сокращая расстояние между ними. Ее рука вытянулась вперёд. Но Эмма слишком поздно поняла, что совершила ошибку, заняв свои руки тарелками, потому что Реджинины теперь были пусты, и становились все ближе. Эмма могла только молча наблюдать, как вытянутые пальцы прошлись по воздуху возле ее лица, в дюйме от кожи. С задумчивым выражением, Реджина внимательно смотрела на нее, и Эмма чувствовала себя обнаженной. А потом она вздрогнула, вспомнив, как именно себя чувствовала, при виде обнаженной Реджины тем вечером. Колени Эммы начали дрожать. И, наконец, руки Реджины опустились к её собственным. Эмма удивленно моргнула и едва ли не всхлипнула, когда пальцы женщины лишь осторожно забрали грязные тарелки из рук блондинки. Реджина не опускала взгляда, держа его прикованным к глазам Эммы. Ее лицо было слегка настороженным, но глаза блестели весельем. - Значит будете вытирать, - усмехнулась она. Тарелки присоединились к остальным в мыльной воде. Реджина сделала паузу, рассматривая Эмму, словно та была каким-то домашним животным. - Хотя я не уверена, должна ли в данный момент доверять вам фарфоровую посуду. Вы выглядите... отвлеченной. Кончик ее языка высунулся изо рта, смачивая нижнюю губу. Реджина начала закатывать рукава и, наконец, отвернулась от Эммы. Заклятие словно пало, и Эмма ощетинилась, мысленно встряхивая себя. Посуда. Они были одни в комнате, а сексуальное напряжение между ними было настолько сильным, что хоть ножом режь, а Реджина беспокоилась о своей чертовой посуде. - Я в порядке, - настаивала Эмма, становясь рядом с женщиной, которая уже начала смывать ужин с одной из тарелок. - Я съела все, спасибо. Задумавшись, Реджина взглянула на девушку, с осторожностью передавая ей вилку, на что блондинка только что-то неразборчиво проворчала. - Конечно съели, - ухмыльнулась мэр. - Если бы вы только следовали установленному времени с таким же... усердием. Эмма зарычала, натирая вилку полотенцем до первоначальной сухости, перед тем как отложить её в сторону. Она открыла рот, чтобы возразить. Но Реджина только пожала плечами, не отрываясь от мытья посуды. - Нет, я должна признать, что это было умно с вашей стороны. Манипулировать Генри. Играть на эмоциях... нашего... сына, - казалось, Реджина изо всех сил старалась не задохнуться от этого местоимения. - Которые работали в вашу пользу. Она сделала паузу, оценив работу Эммы с вилкой и сочтя ее достойной чего-то побольше, например, чашки. Женщина снова взглянула на блондинку, передавая той посуду. - Я почти впечатлена. Эмма чуть ли не выхватила чашку, вытирая её в считанные секунды. - Ну, что ж. Спасибо, - её взгляд ожесточился, а тон стал обвинительным в попытке подавить нараставшее чувство вины. - Ты поступила так первой. Карие глаза сверкнули на нее снизу вверх, то ли с гневом, то ли с забавой, или, возможно, и с тем, и с другим. Она передала Эмме тарелку. - Точно. Они замолчали, опустив глаза к своим обязанностям. Вымыть посуду, а затем, сияющую, поставить её на стол. Через какое-то время Реджина уже вытирала руки, а Эмма все еще протирала кастрюлю. Тишина оглушала. Самое время, чтобы протянуть оливковую ветвь. Самую тонкую. - ... Спасибо, - наконец, пробормотала блондинка, покрутив кастрюлю в руках. - За ужин... Это была, вероятно, лучшая лазанья, которую я когда-либо пробовала. - Разумеется, - Реджина не смотрела на нее, опуская и застегивая рукава рубашки. - Нет никакого смысла делать что-либо, не делая это хорошо. От этих слов Эмма не смогла сдержать смешок, поднимаясь на цыпочки, чтобы поставить кастрюлю в шкаф. - Так что? - недоверчиво произнесла она. - Доводить меня в течение двух проклятых дней только, чтобы оставить меня прикованной к чертовой тюремной камере? Это было тяжело, но ей удалось сохранить нормальный тон голоса. Последнее, что она хотела это, чтобы Генри прибежал сюда. - И вот вы здесь, мисс Свон, - промурлыкала Реджина ей на ухо, и Эмма вздрогнула. Еще одна ошибка: она отвела глаза от Реджины. Это было невероятно, как быстро мэр могла оказываться рядом с ней. Но что более невероятно, как быстро Эмма почувствовала ответную реакцию своего тела. Сдерживая стон, когда Реджина прижалась к её спине, Эмма почувствовала пальцы, почти небрежно скользящие по изгибу ее руки, все еще протянутой к шкафу, хотя посуда была давно убрана. Опустив руку, Эмма повернулась лицом к женщине, стоящей так близко как только возможно. И это была пока самая большая ошибка за вечер. Выражение желания на лице Реджины было таким захватывающим, оно было практически осязаемым. Ее глаза потемнели от вожделения, зрачки расширились, Эмма вздрогнула, и её колени подкосились сами по себе. - Как раз там, где ты хочешь? - снова пискнула Эмма. Реджина, казалось, не возражала против изменения положения, наклоняясь, чтобы впечатать себя в грудь Эммы. Губы приоткрылись в миллиметре от уха блондинки, а язык высунулся, задевая мочку. Руки добрались до пояса джинсов, зацепившись за ремень. Удерживая Эмму. Она могла слышать удовольствие в голосе Реджины, когда та подтвердила: - Именно там, где я хочу тебя. А потом губы Реджины втянули мочку Эммы, медленно и нежно посасывая. Эмма ахнула, и прежде чем она смогла воспротивиться, её рука запуталась в волосах Реджины. Другая рука скользнула ниже, сжав мягкий шелк рубашки. Дрожа, голова Эммы наклонилась в сторону, предоставляя Реджине лучший доступ и обнажая всю длину своей шеи. Не теряя времени, Реджина оставляла жаркие поцелуи, а затем впилась зубами в кожу Эммы. - Ммм... - промурлыкала она между поцелуями. - Вы.. поцелуй.. хоть представляете.. поцелуй.. что я собираюсь с вами сделать.. поцелуй.. Мисс Свон? Горячие губы сомкнулись прямо над венкой, и у Эммы даже не было шанса сдержать выкрик удивления и желания. Ее руки сжались, а та, что была в волосах Реджины, потянула их вниз. Это было единственным показателем протеста. Усмехнувшись, Реджина пробежалась языком по всей длине шеи блондинки. И, наконец, ловкие пальцы без предупреждения скользнули под пояс джинсов, чтобы опуститься на центр Эммы поверх трусиков. И если Реджина до этого не знала какое влияния оказывает на Эмму, то теперь, она знала точно. Трусики блондинки были мокрыми насквозь. - О, - Реджина снова усмехнулась этому открытию, слегка надавливая пальцами, и тонкий хлопок никак не спасал от этих прикосновений. - Я вижу, что представляете. Закрыв глаза, Эмма глубоко вдохнула, пытаясь получить хоть крошечную долю контроля над своим телом. Стараясь не простонать или проскулить Реджине, чтобы та трахнула ее прямо здесь и сейчас. Ей нужно было каким-то образом восстановить контроль. Она не могла позволить Реджине победить. Не здесь. Не так. Как по сигналу, часы в столовой стали бить. Семь часов. Эмма сделала ещё один глубокий вдох, и голова начала проясняться. Но все сделалось хуже, когда пальцы Реджины начали постукивать в унисон с курантами. В порыве самоконтроля, Эмма схватила запястье Реджины, глядя на нее со сталью во взгляде. Выдернув эти чертовски талантливые пальцы из джинс, Эмма отступила назад, установив столь необходимую дистанцию ​​между собой и мэром. - ...Может я и там где ты хочешь, - выдохнула она, отпуская запястье Реджины и пытаясь восстановить дыхание. - Но не тогда, когда ты хочешь. Вспышка гнева мелькнула в коричневых глазах. Судя по всему, Мадам Мэр не любит, когда ей говорят "нет". Даже если она и не показывает этого словами. Реджина тоже перевела дыхание. Сразу после этого, голос Генри прозвучал с другой стороны двери. - Mа.. Эмма? - позвал он, одергивая себя, но слишком поздно, ведь в глазах Реджины уже мелькнула боль. - Ты идёшь? Эмма вздрогнула от неудачного выбора слов. - ...Как раз заканчивала кое-что с твоей мамой, Генри, - ответила она, немного задыхаясь. - Дай мне минуту. - Окей! - слишком бодро крикнул их сын. Прошло несколько секунд, прежде чем кто-то из них сдвинулся с места. Реджина была первой, она смотрела на шерифа с бесстрастным лицом. Исчезла боль, зрачки стали нормального размера, вездесущая маска хладнокровного мэра прочно вернулась на место, что Эмма даже позавидовала этому. Она почти ненавидела это, и поклялась, что до окончания ночи она сотрёт этот злой восторг с её лица. Реджина просто слегка кивнула, поглядывая на дверь. - Имейте в виду во время игры с моим сыном, мисс Свон: Генри нужно быть в своей постели не позднее девяти пятнадцати, - она подалась вперед, в считанные секунды сокращая расстояние, которое Эмме удалось создать между ними. Прежде чем она успела возразить, губы Реджины снова опустились на ее ухо, а язык скользнул по краю. - И в том случае, если вы забыли, - соблазнительно мурлыкая, продолжила Реджина. - В десять я жду вас в своей. Эмма ничего не смогла с собой поделать и застонала, а её руки автоматически опустились на талию Реджины. Понимая, что опустила их, девушка мысленно ударила себя. Будь проклята Реджина за то, что так легко отнимает у неё контроль над собой. Она уже была готова признать, что Генри был прав: Реджина действительно была Злой Королевой, и, очевидно, наложила на неё какое-то сексуальное заклятье. Это бы все прекрасно объясняло. Отходя, Реджина улыбнулась, как будто ничего не случилось, и снисходительно похлопала Эмму по щеке, прежде чем кивнуть в сторону двери. - Бегите прямо сейчас. Я уверена, что мой сын становится нетерпеливым. Он никогда не был очень хорош в ожидании. Эту черту, я уверена, он унаследовал от вас. - Возможно, - пробормотала Эмма, надеясь, что это вышло увереннее, чем ей показалось. Выпрямившись, она смогла восстановить самообладание и посмотрела на Реджину со сталью во взгляде. - ...Хотя, в нужном настроении, - продолжила она. - Я могу быть. Чертовски. Терпеливой. Подняв бровь, Реджина, вероятно, приняла это как вызов. Ее глаза с жадностью прошлись по всему телу Эммы, задерживаясь на определенных местах таким образом, что заставила Эмму снова покраснеть от желания. Уголок губ Реджины снова поднялся. - Посмотрим. Она снова кивнула в сторону двери. Ещё раз сглотнув и сделав глубокий вдох, Эмма сумела задержать свой взгляд на Реджине до тех пор, пока не вышла из комнаты. Она буквально пробежала всю дорогу до гостиной, но увидев сына, она одарила его улыбкой. - Надеюсь, ты выбрал что-то жестокое, - пробормотала она. - Я очень хочу кого-нибудь пристрелить.