Глава 2.
19 июля 2016 г., 22:45
На протяжении многих лет Реджина сталкивалась с бесчисленным количеством проблем. Каждый брошенный судьбой вызов она преодолевала с присущим ей одной детерминизмом. Впрочем, многие бы назвали это одержимостью. И вот, возможно, в первый раз за всю сознательную жизнь бывшая королева оказалась в замешательстве.
Реджина окинула высокий жилой комплекс нервным взглядом, глубоко вздохнула. Она проезжала мимо этого здания сотни раз и столько же парковалась напротив. Но сколько бы не фантазировала, как нажимает на кнопку звонка у двери квартиры Генри и Эммы, даже подумать не могла, что в один прекрасный день, это произойдёт на самом деле.
— Просто войди, — пробормотала она вслух. — Не ищи оправданий. Просто войди.
Медленно, на ватных ногах, но в то же самое время уверенным шагом Реджина пересекла улицу. Снисходительно улыбнулась одетому в форму швейцару, который любезно придерживал дверь открытой, дожидаясь, пока она войдёт.
В переднем фойе в глаза бросилась длинная батарея почтовых ящиков вдоль стен. Предпоследней преградой — кроме закрытой двери — оказался список жильцов и цифры напротив каждой фамилии. Реджина отыскала среди прочих «Свон», но вместо номера квартиры, которая, насколько она понимала, принадлежала той самой Эмме Свон, красовалась пустота.
— Старые привычки умирают с трудом, — усмехнулась женщина.
Она передёрнула плечами, отмахиваясь от порыва ещё разок со всех сторон обдумать поспешное решение принять приглашение Генри. И недрогнувшей рукой нажала на белую кнопку напротив соответствующей фамилии.
— Кто там? — донёсся до неё искажённый небольшими помехами голос.
Королева наклонилась к маленькому динамику.
— Реджина.
— Кто?
Она закатила глаза. Несносная Эмма Свон в своём репертуаре.
— Женщина, которая сегодня пыталась спасти вашего сына от грабителя.
— А. Точно, — дверь с жужжанием разблокировалась. — Одиннадцатый этаж, последняя дверь справа.
Реджина вошла в кабину лифта и, нервно закусив губу, нажала кнопку нужного этажа.
Когда Эмма подробно рассказывала, как доехать до жилого комплекса, и диктовала адрес, ей пришлось притвориться, что записывает за ней в телефон. На самом деле в этом не было необходимости. Она прекрасно знала, где они живут, а вот в каких условиях — нет. И раз подвернулась такая возможность, ей не терпелось посмотреть на двухкомнатную квартиру изнутри.
Обычно, когда чего-то очень сильно ждёшь, время тянется мучительно медленно, но не на этот раз. Реджине показалось, что лифт слишком быстро достиг одиннадцатого этажа.
Она шагнула в длинный коридор, освещённый слабым светом и пропахший карри. Мягкий ворс ковра, устилавшего пол, заглушал стук тонких каблуков, пока она не спеша шла по коридору вдоль одинаковых дверей. Так много путей к отступлению, так много возможностей сбежать.
Остановившись напротив последней, Реджина вздохнула и занесла руку, чтобы постучать, но не успела. По ту сторону двери послышалось какое-то движение, а через мгновение она рывком распахнулась.
— Привет, — доброжелательно выдохнула Эмма.
Реджина растерянно застыла в дверном проёме. Волосы Свон, собранные в небрежный пучок, открывали лицо и эффектно подчёркивали скулы. Очки с довольно толстыми стёклами в чёрной оправе нелепо смотрелись в сочетании с аккуратным курносым носом. Не слишком уместно смотрелся и полосатый передник, надетый поверх повседневной одежды, не говоря уже об аппетитных запахах, доносящихся из квартиры.
Реджина скользнула взглядом по редким пятнам на переднике, очевидно от теста для блинов, и остановилась на испачканных мукой щеках.
— Войдёте? — Эмма смахнула выбившуюся прядь волос со лба.
Реджина моргнула. Когда Свон начала носить очки? Она не замечала раньше, чтобы у неё были контактные линзы.
— Да, конечно.
Королева перешагнула через порог. Ей понадобилось лишь мгновение, чтобы сориентироваться. Квартира оказалась маленькой, но чистой и светлой. Встроенное освещение давало рассеянный мягкий свет, а кухня сверкала нержавеющей сталью. Здесь не было настоящей столовой, впрочем, пока Эмма не устраивает изысканные вечеринки, можно запросто обходиться столом в углу гостиной и кухонным островом. Стены пестрели картинами, а многочисленные стикеры-напоминания и наклейки на холодильнике создавали впечатление бурной жизни.
Реджина протянула Эмме бутылку апельсинового сока.
— Обычно я приношу хозяевам вино, — пояснила она. — Но подумала, что это больше подойдёт к ужину.
Свон приняла апельсиновый сок с таким видом, будто это и в самом деле бутылка изысканного вина.
— Спасибо, — она тепло улыбнулась. — Это… здорово.
В гостиной надрывался телевизор, и Генри, сидевший спиной к двери, играл в какую-то военную видеоигру. Из объёмной стереосистемы звучали крики и короткие автоматные очереди. Реджина бы ни за что на свете не разрешила сыну заниматься подобным, особенно, зная, что кто-то должен прийти на ужин.
— Парень! — рявкнула Эмма, силясь перекричать шум. — Вырубай эту штуку! У нас гости!
Реджина позволила себе коротко улыбнуться. Может быть, Эмма не так безнадёжна. До неё донёсся тихий стон сына, но возражений не последовало, и подросток послушно выключил телевизор и отсоединил приставку.
— Привет, — просияв от радости, Генри бросился к Реджине. — Ты пришла!
До этого момента королева чувствовала себя совсем не в своей тарелке. Ей было неловко переминаться на пороге гостиной, да и вообще находиться здесь, но искромётная улыбка сына того стоила.
— Разумеется, — она мягко улыбнулась в ответ. — Грубо отказываться от приглашения на ужин.
— Я могу взять твоё пальто? — предложил Генри, подпрыгивая с пятки на носок. В нём всегда было слишком много энергии, и эта привычка появилась у него в раннем детстве, как только научился ходить.
— Да, спасибо, — Реджина сбросила с плеч шерстяное пальто и протянула подростку. Кажется, за последние пару часов, что они не виделись, он стал ещё выше.
Пока Генри изображал из себя маленького джентльмена, Реджина разгладила ладонями юбку. Она не знала, что надеть по этому случаю, но и большого выбора, если подумать, не имела. Единственной одеждой, которую взяла с собой в поездку, были мэрские костюмы.
За неимением большего Реджина остановила свой выбор на узорной юбке-карандаше и шелковой блузке. Тёмно-синий цвет которой — скромность никогда не входила в число её добродетелей — идеально дополнял иссиня-чёрный оттенок волос.
Между тем Эмма вновь вернулась к готовке. На большой сковороде шипели и пузырились картофельные блины, а на кухонном острове в миске для смешивания своего часа ждало оставшееся тесто. В воздухе почему-то витал аромат жаренного бекона.
— Могу я чем-то помочь? — Реджина прислонилась к кухонному острову и, пытаясь унять сердцебиение, скрестила руки на груди.
— У меня всё под контролем, — возразила Эмма. — Кроме того, что я за хозяйка, если нагружу вас работой? — она открыла дверцу духовки и ловко подхватила противень. Аромат бекона стал более выраженным, когда молодая женщина опустила противень с мясной прослойкой на специальную подставку.
Генри мгновенно оказался рядом, потянулся за горячими кусочками бекона, за что получил от Эммы шутливый шлепок по руке.
— Не так быстро, ребёнок. Почему бы тебе не накрыть на стол?
— Ладно, — Генри, получив справедливый упрёк, опустил голову. И Реджина не в первый раз подавила желание смахнуть с глаз сына отросшую чёлку. Пальцы её беспомощно сжались.
— Так какова ваша история? — поинтересовалась Эмма.
Реджина, с нежностью наблюдавшая за подростком, который безропотно занимался сервировкой стола, поспешно отвернулась.
— История? — повторила она, разглядывая кухню, чтобы не встречаться взглядом с женщиной.
— Да. Вам не впервой принимать от незнакомцев в тёмных переулках приглашения на ужин?
Реджина заметно ощетинилась. Она не была готова к таким вопросам, а если быть совсем честной, то и к этому вечеру тоже.
— Нет никакой истории. Я… Я просто не хотела отказываться, чтобы не показаться грубой, — повторила она своё объяснение.
Эмма указала на неё лопаточкой.
— Вы ведь не отсюда, я права? Сначала пытаетесь спасти моего сына от грабителя, хотя должны были проигнорировать, потом боитесь показаться грубой. Нетипичное поведение для жителя Нью-Йорка.
— Вы правы. Я в городе по делам, — у Реджины не было времени придумать правдоподобную предысторию, поскольку она вообще не собиралась встречаться с кем-то из них, да ещё и за ужином.
— Откуда вы?
— Уверена, название вам ни о чём не скажет, — уклонилась она от прямого ответа. Резким движением отвела волосы назад. — Крошечный городок в Мэне.
Эмма подарила ей обезоруживающую улыбку.
— А вы попробуйте. Я могу вас удивить.
— Сторибрук, — после секундного замешательства призналась Реджина и зачем-то добавила: — Мэн.
Свон медленно моргнула.
— Сторибрук, — повторила она, словно пробуя слово на вкус.
Реджина резко втянула воздух. Неужели Эмма вспомнит? Сможет ли название крошечного прибрежного городка пробудить её память?
— Ваша правда, — женщина покачала головой. — Никогда не слышала.
Королева выдохнула. У неё в животе словно завязался узел, и она никак не могла понять, что за эмоция вызвала это ощущение. Облегчение? Разочарование? Или, может быть, она просто проголодалась.
— А что насчёт вас? — спросила Реджина, отмахнувшись от своих мыслей. — Какова ваша история? Вы часто приглашаете незнакомцев к себе домой на ужин?
— Нет, — Эмма склонила голову в очаровательном жесте, который напомнил ей о Генри. — И технически — это завтрак.
Реджина невольно облизнула губы.
— И правда.
— Стол готов! — громко объявил Генри.
— Всё так аппетитно пахнет, Эмма, — честно говоря, когда она услышала «завтрак на ужин», то представила себе яйца и хлопья с молоком.
— Есть у меня несколько скрытых талантов, — небрежно пожала плечами Свон, но по её довольному виду было видно, что комплимент пришёлся ей по душе.
— Ты обязана попробовать её яблочный турновер, — вмешался Генри. — Офигенный.
Улыбка Реджины дрогнула.
— Яблочный турновер? — повторила она надтреснутым голосом.
— Что-то наподобие пирога, — охотно пояснила Эмма.
Реджина хотела бросить, что она прекрасно знает, что такое яблочный турновер, но с этой версией Эммы Свон надо быть обходительнее. И королева, проглотив готовую сорваться с языка колкость, лишь слабо улыбнулась.
— Звучит восхитительно.
***
Истерика накрыла Реджину только в гостинице, едва она вошла в номер и закрыла дверь. Сегодня она замечательно справилась. Искусно контролировала эмоции на протяжении всего ужина, подавила желание обнять Генри на прощание, когда тот помогал ей надеть пальто. Вышло немного неловко, но ничего, она вовремя спохватилась и пожала подростку руку. Потом была долгая поездка в такси от дома Эммы до гостиницы. Только оказавшись в номере, наедине со своими эмоциями, она упала на кровать, как была, в пальто и шарфе, и наконец-то позволила возведённым стенам рухнуть. У Реджины не было времени на пустые истерики, но слёзы сами ручьём текли по напудренным щекам, а тело содрогалось от рыданий. И тут внезапно зазвонил сотовый. Ослеплённая слезами, Реджина вытерла глаза, чтобы рассмотреть на дисплее телефона имя звонившего. Впрочем, она и без того знала, кто её беспокоит; только у одного человека есть этот номер. — Что ты хочешь?! — рявкнула Реджина. На том конце трубки резко вздохнули — она мгновенно пожалела о потерянном самообладании. Дрожащими пальцами пригладила волосы и сказала: — Здравствуй, Снежка. — Реджина, ты должна вернуться. — Я ещё не готова, — упрямо возразила она. Снежка вздохнула в трубку. — Мне это не нравится. Ты слишком много времени проводишь за пределами Сторибрука, но не знаешь, чем это может грозить, с учётом второго проклятия. Реджина единственная из обитателей Зачарованного леса, на кого не подействовало оригинальное проклятие, и именно по этой причине она осмелилась пересечь городскую черту. Остальные даже представить боялись, что произойдёт, если попытаются. Они и в первый раз никуда уехать не могли. — Я буду осторожной, — раздражённо отрезала Реджина. — Меня не волнует, насколько ты будешь осторожной, — Снежка тоже повысила голос, чтобы дать королеве достойный отпор. — Наш план заключался в том, чтобы убедиться, что с ними всё в порядке, а потом вернуться домой. — Я знаю, какой план… был. Но у Эммы есть воспоминания, которыми я не собиралась с ней делиться. — Что? — Сегодня во время ужина Генри сказал… — Стой-стой-стой! — прервала Белоснежка. — Ужин? Мы договаривались, что ты не будешь с ними общаться. Ты собиралась наблюдать издалека, Реджина, а не ужинать с ними. — Технически это был завтрак на ужин, — вяло парировала королева. — Ты понимаешь, о чём я! — воскликнула Снежка. — Даже несмотря на то, что их воспоминания изменены, то, что ты делаешь, — опасно! Ты лучше всех знаешь, какой непредсказуемой может быть магия. — Именно. Именно по этой причине мне нужно больше времени. Заклинание сработало некорректно. Мне нужно удостовериться, что с Генри всё будет хорошо. — Как она? Реджина закрыла глаза. В голосе Снежки слышалось явное беспокойство. — Хорошо. Правда… Хорошо. — Правда? — со слезливой интонацией переспросила принцесса. Реджина глубоко вздохнула. — Они оба кажутся очень счастливыми. Думаю, на этот раз мы правильно поступили с нашими детьми, Снежка. Мы дали им лучший шанс. В трубке раздались сдавленные всхлипы. — Спасибо тебе за это, Реджина. — Мне пора, — нарочито бодро сказала она и нажала «отбой». Они со Снежкой никогда не были подругами. У них слишком богатая история, чтобы когда-либо становиться таковыми.
