Глава 3.
22 июля 2016 г., 19:12
Разговор с Белоснежкой чуть-чуть успокоил. Посидев ещё немного, Реджина проделала привычные ежевечерние ритуалы, предшествующие отходу ко сну.
Зачесала назад волосы и стянула эластичной лентой, смыла макияж и дважды почистила зубы — щёткой и зубной нитью. Время десятилетиями было не властно над ней. Но с падением проклятия, лишившись неприкосновенности, оно стало единственной вещью, которой она по-настоящему боялась. И всё чаще мелькала мысль, что надо было почаще предаваться соблазнительным порокам, когда была такая возможность.
За окном гостиничного номера, где-то далеко внизу своей сумасшедшей жизнью продолжал жить Нью-Йорк. Даже с высоты тридцать первого этажа Реджина прекрасно слышала звуки большого города: раздражённые гудки клаксонов, удалённые голоса и взрывы хохота. Сквозь неплотно прикрытые жалюзи пробивались мигающие разноцветные огни празднично украшенной Таймс-сквер, отражающиеся от соседних стеклянных небоскрёбов.
Чуть позже, уже лёжа в кровати, Реджина безучастно смотрела в потолок. Сон никак не приходил. Теперь, когда она пообщалась с Эммой и Генри, все зловещие предостережения Дэвида и Снежки всплыли в её памяти с новой силой. Они поручили Реджине пересечь городскую черту, чтобы проверить детей, и она не должна была лакомиться блинами вместе с ними. Впрочем, сами виноваты. Чармингам нужно было семь раз подумать, прежде чем доверять миссию ей.
Соблазн проводить с Генри как можно больше времени оказался слишком велик, а она, какая неожиданность, никогда не могла похвастаться умением отказывать себе в желаниях. Но всякая магия имеет свою цену, и возобновление общения с сыном не пройдёт без последствий.
На следующее утро она запланировала кое-какое важное дело. Приятного мало, если Эмма когда-нибудь узнает… С другой стороны, сейчас не время переживать ещё и об этом. Один только Генри имеет значение.
Реджина вздохнула, натянула одеяло до подбородка и заставила себя закрыть глаза.
***
Она не могла сказать, чего именно ожидала, но определённо не этого. Освещение в двухэтажном мебельном магазине Уильямсбурга было самым что ни на есть естественным. Свет поступал через огромные окна от пола до потолка. Давным-давно, на рубеже тысячелетий в величественном здании находился завод, но попал под сокращение финансирования и был закрыт. Теперь же место приспособили под магазин мебели ручной работы. Реджина пробежалась ногтями вдоль причудливо изогнутой спинки деревянного обеденного стула. Во время жизни в Зачарованном лесу она общалась со многими талантливыми плотниками. Её собственные вкусы в области декора и дизайна можно назвать безупречными, как и всё, за что она бралась. Кто бы ни создал этот обеденный гарнитур, он определённо не обделён талантом. Прискорбно, что мастер на поверку оказался парнем Эммы Свон. Нехитрый поисковый запрос из слов «Нью-Йорк», «мебель» и «Уолш» предоставил Реджине адрес мебельного магазина Оскара Уолша. Согласно фамилии этот мужчина был умелым ремесленником, но что он за человек? Это Реджина и собиралась выяснить, вооружившись юбкой-карандаш, красными туфлями на высоком каблуке и такого же цвета блузкой с двумя расстёгнутыми верхними пуговицами. — Могу я вам помочь? Реджина подняла на него глаза и ослепительно улыбнулась. — Я надеюсь на это. В Оскаре Уолше не было ничего примечательного. Высокий, угловатый, с узкими плечами и худощавым лицом, он больше напоминал пугало, чем человека. Серьёзно, мисс Свон? Из всех потенциальных партнёров в миллионном городе вы связались вот с этим? Учитывая, что их обеих физически привлекал Грэм, Реджина предполагала, что у неё с Эммой похожий вкус на мужчин. Возможно, во всём виноваты ложные воспоминания, которые не просто повредили Свон мозги, но и повлияли на пристрастия. Королева протянула руку. — Реджина Миллс, — представилась она. Уолш вцепился ей в ладонь своей костлявой рукой, энергично потряс. — Оскар Уолш. Приятно познакомиться. Чем я могу вам быть полезен? Реджина придала лицу беспомощное выражение. — Я ищу офисный стол, но у меня очень специфические вкусы. Уолш засунул руки в передние карманы вельветовых брюк и принялся раскачиваться на каблуках. — На втором этаже у нас представлен довольно большой ассортимент, но если ни одна из представленных моделей не придётся вам по душе, мы всегда можем разработать индивидуальный дизайн и сделать на заказ. — На заказ? — эхом повторила Реджина. — Кто же выполняет весь объём работы? — Я. Это мой магазин, и я сам занимаюсь дизайном, сам делаю мебель. Королева восхищённо сложила ладони. — Звучит впечатляюще. Уолш склонил голову, и его кудрявые каштановые волосы упали на лицо. Реджина в ответ на скромную реакцию нахмурилась. Это не мужчина. Глупый мальчишка. Определённо не лучший образец мужского поведения для её сына. — У вас найдётся время показать мне доступный ассортимент? — спросила Реджина, опуская ресницы, чтобы скрыть выражение глаз. — Я буду очень благодарна, если человек, создавший все эти чудесные вещи, расскажет мне обо всём и проведёт небольшую экскурсию. — Конечно, — Уолш кивнул. — Нам на второй этаж, — он махнул в сторону эскалатора. — Сюда, пожалуйста. Высокие каблуки туфель Реджины звонко цокали по кафельной плитке. За ней, скрипя резиновой подошвой ботинок, едва поспевал радушный хозяин магазина. — Невероятная работа, — бросила женщина через плечо. Хотя она и пыталась оставаться непредвзятой, всё равно никак не могла понять, что Эмма нашла в этом сдержанном мужчине. Реджина никогда бы не обратила на Уолша внимания. Он и близко не стоял в сравнении с побывавшими в постели Королевы любовниками. — Спасибо. — Не многие в наше время скажут, что хотят мастерить мебель, когда вырастут, — заметила Реджина, пока они поднимались на эскалаторе. — Как вы попали в этот бизнес? — Можно сказать, что оно само пришло ко мне в руки, — Уолш пожал плечами. — Я занимаюсь этим так давно, что даже и не помню, когда всё началось. Реджина невнятно промычала в ответ. И притворилась, что с интересом рассматривает представленный ассортимент, хотя и не собиралась ничего приобретать. При других обстоятельствах, возможно, соблазнилась бы на что-нибудь. Но маловероятно, что грузовик службы доставки смог бы найти дорогу в заколдованный Сторибрук, который, ко всему прочему, снова находится во власти проклятия. При последней мысли она помрачнела. Среди праздничной суеты Нью-Йорка слишком легко забывалось, что где-то там есть загадка, над решением которой придётся изрядно потрудиться по возвращении домой. Что произошло за потерянный год? Почему она ничего не помнит? Как они снова попали в Сторибрук? Реджина провела ладонью по гладкой, полированной столешнице из красного дерева. — Отлично, — одобрила она. — Мне нравятся мужчины с умелыми руками, — резко развернулась на каблуках, почти столкнувшись с Уолшем, следовавшим за ней по пятам. — В наши дни это большая редкость. Все вокруг зависимы от компьютеров и роботов. Уолш криво ухмыльнулся. — В моей мастерской вы не найдёте ничего из этого. — О, я бы с удовольствием посмотрела на ваше рабочее место, — она провела кончиком языка по нижней губе. — Не сомневаюсь, там невероятно захватывающе. — Ничего интересного; всего лишь куча старых инструментов. Прямо сейчас я вижу только один инструмент. Тебя. — Итак, что скажете? — поинтересовался Уолш. — Присмотрели что-нибудь? — Я вижу возможности, — промурлыкала Реджина. Подавив содрогание, нарочито медленно скользнула взглядом по его телу. — Но, как я сказала… У меня специфические вкусы. — Могу я предложить вам сделать на заказ? — спросил он. — Возможно, мы могли бы перейти к обсуждению дизайна? Реджина обиженно нахмурилась. — Не могли бы вы встретиться со мной после работы? Я в городе проездом, и у меня очень плотный график. — Я, хм, обычно я не… — Я вам заплачу, сколько понадобится, — резко оборвала Реджина, схватив его за тощее предплечье. — В моей гостинице есть прекрасный бар. Очень уютный. Почему бы нам не встретиться там позже и не поломать голову над этим вопросом? — она не выпускала руки Уолша. — Надо же, — восхитилась она. — У вас такая твёрдая рука. — Я… э-э… это из-за резьбы по дереву. — О, исходя из того, что я видела, могу уверенно сказать: вы знаете, как управляться с деревом, — Смех, да и только. — Скажите, что встретитесь со мной сегодня. — Я, хм, да. Я мог бы подъехать. — Фантастика. Увидимся там около восьми, — для верности она ещё раз сжала предплечье. — Не заставляйте меня ждать, мистер Уолш. Широкая улыбка расплылась на лице мужчины, и он охотно кивнул. Реджина небрежно откинула волосы назад и направилась в сторону эскалатора. Ей не нужно было оглядываться, чтобы убедиться, что Уолш зачарованно наблюдает за лёгким покачиванием её бёдер. В конце концов, он всего лишь мужчина.***
Реджина набрала десятизначный номер и приготовилась ждать, но ответили почти сразу. — Эмма Свон слушает. — Мисс Свон, это Реджина Миллс… — Реджина! Привет, — Эмма на том конце провода рассмеялась. — Ты всегда такая официальная? — Как правило, да, — призналась она. — Что я могу для тебя сделать? — спросила Эмма. — Надо выследить какого-нибудь подонка, задолжавшего тебе деньги? — Боюсь, ничего такого интересного. Если найдётся свободная минутка, не хочешь выпить со мной? Понимаю, это, вероятно, причинит тебе много неудобств, и мне даже не стоило спрашивать. Но у меня был очень длинный день, полный встреч, и мне совсем не нравится идея пить одной. — Генри в состоянии немного присмотреть за собой. Думаю, я могла бы ускользнуть, пока он делает уроки. — Это было бы замечательно. Боюсь, я не слишком хорошо знаю город. Как насчёт встречи в баре при моём отеле? Она до боли в пальцах сжала телефон в ожидании ответа Эммы.***
Реджина не случайно остановилась в гостинице в центре Манхэттена. При выборе она руководствовалась близостью к школе Генри и квартире, в которой он жил вместе с биологической матерью. Приятным бонусом шли бар на крыше отеля и открытая в любое время года зона отдыха. Одна часть, включая бар, находилась под открытым небом, а вторая — за застеклённым гостиничным холлом. С наступлением зимних холодов во всех костровых чашах плясал огонь, а по периметру бара были расставлены переносные обогреватели. Наслаждаясь теплом от многочисленных источников огня, Реджина сидела за маленьким столиком, то и дело бросала взгляд на часы и не спеша потягивала яблочный мартини. Не сидр, конечно, но всё же алкоголь, который успокаивающе действовал на нервы. Боковым зрением она заметила промелькнувшие белокурые волосы. Мгновением позже на террасе появилась Эмма Свон. Их глаза встретились, и женщина приветливо помахала ей рукой. Реджина невольно улыбнулась и помахала в ответ. Она не могла не заметить, какой беззаботной выглядела Эмма, когда пересекала крышу, чтобы присоединиться к ней. Без комплекса героя, избавившись от непосильного бремени Спасительницы, она словно помолодела. Генри тоже выглядел счастливым и довольным воспоминаниями, а Реджине хотелось вырвать себе сердце, чтобы не чувствовать боли. Конечно, она была счастлива, что сын так хорошо устроился в новой жизни, но в то же самое время не могла избавиться от снедающей печали. Она ведь не смогла обеспечить Генри достойный уровень радости, пока он жил вместе с ней в Сторибруке. — Довольно необычно, — вместо приветствия сказала Эмма, осмотревшись. — Чем конкретно ты занимаешься? — Политикой. Я мэр небольшого городка в штате Мэн. — Мэр? — Эмма тихо присвистнула. — И ты скрыла это от меня? Могла бы и сказать, что я общаюсь с королевской особой. — Сторибрук очень маленький, — возразила Реджина. — Действительно, ничего особенного. — Сторибрук? Звучит надуманно. — Уверяю тебя, это очень даже реальное место. Когда Эмма сняла чёрное шерстяное пальто, оказавшись в сапфировом платье, прекрасно подчёркивающим все достоинства, Реджина не скрыла своего восхищения её внешним видом. Ничего общего со столь любимыми шерифом узкими джинсами, кожаными сапогами и майками Хенли. Волосы тоже выглядели более ухоженными, чем обычно, а губы были чуть тронуты красной помадой. — Красивое платье, — после короткого замешательства произнесла Реджина. — Идеально подходит к твоим глазам. Эмма оглядела себя, словно вообще забыла, что на ней надето. — Ага, ну, когда ты сказала, где остановилась, я подумала, что не помешает почистить пёрышки. Взгляд Реджины скользил вдоль тела Эммы, от обтянутых тонкой тканью грудей к плоскому животу, чуть дольше задержался на проступающих сквозь платье контурах бёдер. — У тебя получилось, — пробормотала она, когда женщина села напротив. Вне зависимости от личной неприязни, испытываемой Реджиной на протяжении нескольких лет, она не могла не признать, что телу Эммы Свон можно позавидовать. Куда больше огорчал тот факт, что транс-жиры и холестерин, регулярно поглощаемые Эммой в больших количествах, не сказывались отрицательно на её фигуре. Она взмахнула рукой, и у столика тут же возник официант. — Что будешь пить? Скотч? Виски? — Эм, нет… — Свон схватила со стола ламинированное меню напитков, пробежалась взглядом. — Пожалуй, я закажу себе «Каберне». — Прости, — Реджина нахмурилась. — Не знаю, почему, но мне показалось, что ты любительница бурбона, — она могла бы поклясться, что Эмма Свон всегда отдавала предпочтение крепким алкогольным напиткам, а не винам. — Со стороны я кажусь немного грубой, знаю, — Эмма рассмеялась. Застенчиво коснулась ладонью светлых прядей. — Не позволяй пистолету и жёсткой внешности одурачить себя. Я всё-таки девочка. Реджина прочистила горло. — Ещё раз спасибо, что согласилась встретиться со мной, мисс Свон. Надеюсь, что не отвлекаю тебя от дел. — Всё ещё Эмма, — мягко поправила та. — И ты меня не отвлекаешь. На самом деле я рада, что ты позвонила. Не помню, когда в последний раз выбиралась куда-нибудь со взрослым человеком. — А как же твой парень? Уолш, кажется? — Я сказала «взрослым», — нахально усмехнулась Эмма. — Уолш — отличный парень, но все мужчины, с которыми я когда-либо встречалась, кажется, страдают комплексом Питера Пэна. — Они не хотят взрослеть, — запинаясь, проговорила Реджина. — Что насчёт тебя? — осведомилась Эмма. — Ты замужем? Есть парень? Королева покачала головой. — Нет. Я очень одинока. — Что за придурок разбил твоё сердце? Реджина приподняла бровь. — Прошу прощения? — Твой взгляд, когда я спросила, замужем ли ты, — пояснила Эмма. — Был какой-то парень, но его больше нет. Так кто же разбил твоё сердце? Реджина облизала пересохшие губы и сказала, стараясь, чтобы голос звучал естественно: — Смею тебя заверить, что моё сердце в целости и сохранности. Эмма ухмыльнулась и откинулась на спинку стула. — Как знаешь, но я вижу, что ты не рассказываешь мне всей правды. Я всегда распознаю ложь. — Твоя Суперспособность, — не подумав, выпалила королева. — Забавно, — Эмма прыснула от смеха. — Именно так я её и называю. Странно. Реджина с трудом сглотнула. Она надеялась, что женщина не зацепится за оговорку и не поймает на вранье. — Должно быть, это своего рода дар. Хотела бы я знать, когда люди говорят неправду. — Долгое время без этого было не обойтись. До знакомства с Уолшем мы с Генри перебивались вдвоём. В мире полно ублюдков, которые с удовольствием воспользуются одинокой мамочкой и ребёнком. Мне приходилось быть особенно бдительной. Генри — самое важное в моей жизни, — её щёки залились румянцем. — Прости. Я не хотела… увлекаться. — Не извиняйся, — Реджина тепло улыбнулась. — Твои поддержка и преданность Генри вызывают восхищение. — У тебя есть дети? Реджина опустила глаза и какое-то время молча водила стеклянной палочкой по краям бокала. — Когда-то давно… Женщина, видно, почувствовала, что случайно вступила на запретную территорию, потому что поспешила поменять тему. — Ты надолго в городе? Реджина снова посмотрела на неё, убрала выбившуюся прядь волос за ухо. — Точно не знаю. Рассчитывала на короткую деловую поездку, но обстоятельства сложились так, что мне пришлось задержаться ещё на немного. Я рада, что ты нашла время встретиться со мной. Я боялась, ты будешь занята. Эмма фыркнула. — Где мне ещё быть во вторник вечером? Генри завтра в школу. — Ты могла быть со своим парнем, — заметила Реджина. Ей не понравилось, что последнее слово — «парнем» — застряло в горле. — Нет, он сегодня занимается бумажной работой. — Бумажной работой. Хммм, — Реджина поддалась вперёд, изображая интерес. — У него мебельный магазин, правильно? — Да. Там мы и познакомились. Когда мы с Генри только приехали в город, нам нужно было обставить квартиру, — её взгляд остановился на чём-то позади Реджины. — Лёгок на помине, — пробормотала в сторону. — Что такое, дорогая? — Уолш?! — повысила голос Эмма и приподнялась из-за столика. Худощавый мужчина, стоявший неподалёку от них и оглядывавшийся по сторонам, повернул голову на звук голоса. — Эмма! — Что ты здесь делаешь? — в её голосе явно прозвучали изумлённые нотки. — Я думала, ты будешь на работе! — Я… я… — Реджина почувствовала на себе взгляд мужчины. На его лице отразилось замешательство, в ответ на что королева, приподняв бровь, скривилась в презрительной усмешке. — Освободился пораньше, — выдавил Уолш. — Я хотел сделать тебе сюрприз. Генри сказал, что найду тебя здесь. Эмма подозрительно прищурилась. — Я не говорила Генри, куда пойду. Уолш почесал в затылке, глядя на них таким взглядом, словно хотел провалиться сквозь землю. — Нет? М-да. Пацан детектив ещё похлеще тебя будет. — Что за модный прикид? — не отставала Эмма. — Я забыла про годовщину или ещё про что-то? Мужчина одёрнул пиджак. — Нет. У меня была встреча, — прежде чем отправиться в гостиницу, он переоделся. Сменил джинсовую рубашку и вельветовые брюки на прекрасно подогнанный костюм. Безупречно отглажённая рубашка была расстёгнута на пару пуговиц. — С президентом? — поинтересовалась Эмма. Реджина откинулась на спинку стула и улыбнулась. Ей не раз приходилось слышать двадцать вопросов шерифа Свон в свой адрес. Приятно ради разнообразия оказаться в роли стороннего наблюдателя. Суперспособность Эммы работала безотказно, и Реджина не чувствовала к владельцу мебельного магазина ни капли сочувствия. — Ты тоже немного принарядилась, — парировал Уолш. — Чтобы не выглядеть здесь белой вороной, — принялась защищаться Эмма. — Ну, может быть, и я по той же причине. Насколько Реджина наслаждалась обменом любезностями, настолько не любила, когда её начинали игнорировать. — Мне кажется, мы раньше не встречались, — вмешалась она. Уолш переключил внимание на неё. — Что? — Реджина, — представилась она сухо, протянула руку. — Реджина Миллс. Мужчина осторожно ответил на рукопожатие. — Приятно познакомиться, Реджина. Меня зовут Уолш. Я друг Эммы, — не отрывая взгляда от темноволосой женщины, он схватил ближайший стул. — Вы не возражаете, если я присоединюсь к вам, дамы? — все четыре ножки стула царапнули по бетонному покрытию. Реджина чуть поморщилась при неприятном звуке, а Уолш тем временем устроился между ней и Эммой. — Что тебя сюда привело? — спросил он, потирая ладони, чтобы согреться. — Встретилась с Реджиной после работы пропустить по стаканчику, — отозвалась Эмма, возвращаясь на своё место. — Откуда вы друг друга знаете? Не припомню, чтобы ты раньше упоминала при мне имя «Реджина». — Мы и не знаем, — сообщила Реджина. — Не совсем. Густые брови Уолша сошлись на переносице. — Генри вчера чуть не ограбили по дороге домой, — поспешила пояснить Эмма. — Реджина успела вмешаться до того, как случилось непоправимое. — Перестань. Ты так говоришь, будто я какой-нибудь супергерой, — Реджина хрипло рассмеялась. — Мелькала у меня мысль про суперспособности, когда я увидела, как ты противостоишь тому парню в переулке. Тебе надо было это видеть, — обратилась она к мужчине. — «Джимми Чу» и сумка «Прада». Она реально считала, что сможет справиться с панком из Бруклина. Уолш поджал губы. — Жаль, что я пропустил это. — Я сама чуть не пропустила. Приди я вовремя, и Генри не оказался бы в том переулке, — голос Эммы зазвучал угрюмо. Реджина накрыла её ладонь своей и успокаивающе сжала. — Не кори себя, дорогая, — улыбнулась она. — Генри в порядке. — Мне нужно выпить, — выпалил Уолш. Резко вскочил на ноги, чуть не опрокинув стул. — Скоро вернусь. — Лаадно, — брови Эммы взметнулись вверх. — Да, в этом весь Уолш, — она проводила его взглядом и вздохнула. Реджина села удобнее, закинула ногу на ногу. — Он кажется очаровательным. — Обычно он более обходительный, — заметила Эмма, не сводя взгляда с Уолша, который как раз подошёл к барной стойке и теперь пытался привлечь внимание бармена. — С твоего позволения, — Реджина поднялась из-за столика. — Я отойду на минутку в дамскую комнату, хочу немного освежиться.***
Мысленно Реджина ликовала — растерянное поведение ухажёра Эммы пришлось ей по душе. Утром она искала встречи с Уолшем, чтобы выяснить, достаточно ли он хорош для того, что присутствовать в жизни Генри. И только для этого. Изначально она не ставила перед собой цели разлучить «счастливую» пару, но поведение мужчины в магазине и не менее эффектное появление в гостинице окончательно утвердили её в правильности принятого решения положить конец этим отношениям. А Уолш тем временем уже крутился возле туалетных комнат. Реджина видела, что в нём медленно закипает гнев. Она очень хорошо знала этот его взгляд, который так был похож на её собственный, преисполненный дикой ярости, подпитывающей магию. Королева вздёрнула подбородок и расправила плечи, приготовившись дать отпор на оскорбления. Она ждала ответной реакции на свои уловки, но никак не физической агрессии. Уолш упёрся руками ей в плечи, и в то же мгновение она ощутила себя прижатой к стене. С губ сорвалось протестующее шипение, когда изрядно приложилась затылком и лопатками. Уолш угрожающе навис над ней, так близко, что Реджина могла бы сосчитать веснушки у него на носу. — Не знаю, что за игру вы затеяли, дамочка, но я за вами слежу. — Не понимаю, о чём вы говорите, — она изобразила недоумение. — Посмотрим, — глаза его сверкнули ярким зелёным блеском. В первую секунду Реджине показалось, что всему виной игра света, но где-то на самом краю сознания мелькнула смутная тревога. — Держись подальше от Эммы, — грозно прорычал Уолш. — Кем бы ты ни была. Реджина выпрямилась и одёрнула блузку. — По-моему, это решать Эмме, а не тебе. Мужчина придвинулся ближе, как будто хотел что-то сказать, но после короткого колебания зарычал и, резко развернувшись, зашагал прочь. Реджина не знала страха в своём королевстве или в Сторибруке. Но в этом месте нет магии, и к ней внезапно пришло осознание того, насколько она здесь уязвима. Снежка и Чарминг настоятельно советовали быть осмотрительной за пределами Сторибрука, но взыгравшая гордость помешала отнестись к предостережениям со всей серьёзностью. И вот, пожалуйста, за несколько дней дважды нарвалась на физическое насилие. Немного успокоившись и уняв дрожь во всём теле, она вернулась к столику, где нашла Свон, сидящей в окружении пустых бокалов. — Что случилось с твоим парнем? — улыбнулась она с наигранной невинностью, усаживаясь на стул рядом с женщиной. — Только не говори, что его срочно вызвали на работу. По лицу Эммы промелькнула тень. — Он ушёл. Всё нормально, хотя… — она покрутила в руке бокал, проверяя, нет ли там остатков вина. — Он странно себя вёл. — Ох, дорогая, — Реджина давно сроднилась с фальшивой искренностью, да так, что от настоящей не отличишь. — Надеюсь, в Раю всё гладко? — В Раю? — рассмеявшись, Эмма сокрушённо покачала головой. — Честно говоря, я иногда даже удивляюсь, почему меня вообще это беспокоит. Всегда были только мы с Генри, и нам хорошо жилось, — она резко замолчала, провела пальцем по краю бокала. — Хотя порой становится одиноко. Когда подросток — твоя единственная компания на все вечера… непросто. Это чувство Реджине было очень хорошо знакомо, но она не могла высказать сочувствие без риска раскрыть слишком многое. — Прости, — извинилась Эмма. — Наверное, не на такой вечер ты рассчитывала, когда приглашала меня выпить. — Наоборот, моя дорогая, ты спасла меня от ещё одного бестолкового вечера в компании телевизора, — она склонила голову, заметив, что губы собеседницы шевелятся, но не сумела разобрать ни слова. — Что? — Я твоя спасительница, — громче повторила Эмма. — П-полагаю, да. Манера Свон говорить, отдельные фразы и даже целые предложения заставляли Реджину задумываться. Не исключено, что заклинание изменения памяти, которое она наложила на Свон и своего сына, оказалось недостаточно сильным, и воспоминания о Сторибруке так и остались на уровне их подсознания. Или, что тоже возможно, в мире без магии оно со временем слабеет. Также виной этому может быть постоянное присутствие самой Реджины. Но до тех пор, пока изумрудные глаза продолжают смотреть на неё без намёка на узнавание, беспокоиться не о чем. Реджина проигнорировала возражения Свон и сама оплатила счёт. — Я провожу тебя до номера, — чуть слышно проворчала та. — В этом нет необходимости. — Это Нью-Йорк, — возразила Эмма, на ходу натягивая пальто. — Даже в таком первоклассном месте из щелей могут повылезать уроды. Реджина вспомнила про Уолша и мелькнувшую в его глазах зелёную вспышку. — Хорошо, — согласилась она. Пока поднимались на нужный этаж, вели непринужденную дружественную беседу. Реджина расспрашивала о жизни Эммы, хотя прекрасно знала все ответы, а за некоторые из воспоминаний даже была ответственна. О себе говорила расплывчато, чтобы не вляпаться в новые неприятности, но при этом достаточно подробно, чтобы не вызывать подозрений. Остановившись у двери номера, Реджина выудила из клатча ключ-карту. — Спасибо, что проводила. — Нет проблем, — отозвалась Эмма. — Глупо, наверное, но я буду спать намного лучше, зная, что ты благополучно добралась до своей комнаты. — Это очень по-рыцарски с твоей стороны, — заметила королева. Она находила беспокойство Свон трогательным и в то же самое время достаточно любопытным. Вдруг рука Эммы потянулась к ней, но, когда Реджина от удивления напряжённо вздрогнула, замерла в паре сантиметрах от её лица. — Прости, — женщина сжимала и разжимала пальцы, не решаясь дотронуться. — У тебя что-то в волосах. — Ох. Эмма подошла ещё ближе и осторожно перебрала пальцами густые тёмные пряди. — Вот, — пробормотала она, убирая руку, но не отстранилась. Свон явно задержалась в зоне личного пространства королевы больше, чем того требовала ситуация. Да и вообще стояла так близко, что Реджина, не сводившая взгляда с задумчивых изумрудных глаз, могла чувствовать лёгкий аромат её духов. — Гипсокартон или штукатурка? — Эмма медленно повертела находку между большим и указательным пальцами. — Ты побывала на стройке? Реджина рассеянно провела ладонью по волосам. Наверное, она ударилась сильнее, чем показалось, раз от стены отлетел кусочек штукатурки. — Такое иногда случается. Кто знает, почему? Зачарованная близостью, Реджина даже не сразу поняла, что открывает дверь, и пришла в себя только, когда наманикюренные пальцы с силой сжимали её край. — Не хочешь войти? Убедиться, что под моей кроватью не прячется чудовище? — О, мне, наверное, пора. Генри будет… ждать. Реджина прикусила нижнюю губу. — Ммхмм. — Что ж, спо-спокойной ночи, Реджина, — запинаясь, сказала Эмма. Она выглядела непривычно неловкой, будто не знала, как попрощаться. — И тебе, мисс Свон. Реджина вошла в номер и закрыла за собой дверь. Прислонившись к деревянной поверхности, она глубоко вздохнула. Закрыла глаза и перед внутренним взором тут же появился образ наклоняющейся к ней Эммы. Что только что произошло? Она хотела поцеловать Эмму. Она хотела, чтобы Эмма Свон её поцеловала. Эхом в голове прозвучали слова Уолша. Что за игру она затеяла? Прямо сейчас, она и сама не имела ни малейшего представления.
