Бесстрашие

   — Не потеряй, — Чонгук надевает на запястье Чимина тонкий металлический браслет с синим камнем. Старший едва заметно улыбается — любит синий цвет. Позволяет коснуться кожи, застегнуть браслет и внимательно рассмотреть свое запястье.    — Зачем это? — младший оценивающе посматривает на руку Чимина, а потом слегка улыбается, довольный правильным выбором.    — Чтобы ты не боялся, когда меня не будет рядом.    — Такое может случиться?    — Конечно, нет. Чимин выпутывает из вороха одеял руку и поднимает ее вверх, к потолку. Он не снимает подарок Чонгука с того момента, как получил его. Где-то шепчут «глупость», но старшему на самом деле спокойнее, когда у него есть что-то принадлежащее Чону. Пак ладонью проводит по прикроватной тумбочке, нащупывает телефон и дотягивается к нему кончиками пальцев. Берет смартфон в руки — ни одного звонка. Чонгук не перезвонил, не написал, не пришел, не сообщил. Поток «не» прерывается — телефон вибрирует в руках у Чимина, и тот чуть ли не подскакивает на кровати, без разбора тыкая в экран, принимает вызов.    — Чонгук?!    — Эм-м, привет. Это Юнги, — Пак теряется, когда слышит чужой голос и чувствует, что сейчас будет заикаться. — Я знакомый Чонгука.    — Д-да, я с-слушаю, — Чим не понимает, почему ему звонят знакомые младшего. «Где же Чонгук?»    — Дело в том, что Чонгук попал в больницу вчера вечером, — дальше Чимин не слушает, не слышит. Заикается, просит прислать адрес в смс, судорожно натягивает кофту, кутает голову в капюшоне. Чимин не знает, что делает, но забегает в пустой лифт и нервно нажимает на кнопку, молится, лишь бы быстрее. Вот так за секунду принял решение прямо в пекло — сильно. Надежда, что не глупо. Чим вылетает из подъезда, оглядывается, нервно пытается вспомнить, где метро или хотя бы такси. Выходит на тротуар, оттуда бежит к остановке, там — люди. Целые толпы. Спешат, не замечают, разговаривают, молчат, улыбаются, хмурятся — все так же, как несколько лет назад. Так же пугающе. Чимин смотрит на них огромными глазами, в уголках которых намек на потоки слез. Он сжимает в руке телефон, в страхе прикусывает губу и... Один, два, три, четыре, пять, шесть... Начинает считать. «Нельзя! На это нет времени!» Впервые не молчит, а кричит во весь голос. Зажмуривается, погружается в темноту, опускает голову, открывает глаза и смотрит на браслет. Внимательно рассматривает синий камень и блестящий металл, выдыхает. Делает вдох и выдох еще несколько раз и идет вперед, успокаиваясь, смотрит лишь на браслет и изредка на дорогу — проверяет, туда ли идет. Фокусирует взгляд на цели и не смотрит на то, что препятствует. Чимин подходит к автобусной остановке и дрожит, когда особо спешащий прохожий задевает его плечом. Пак оглядывается и пытается увидеть его в толпе, разглядеть. Сосредоточенность сразу пропадает, но Чимин глубоко вдыхает и медленно выдыхает еще раз, направляется к ярко-оранжевому автомобилю такси. Чимин не может сказать и слова, испуганно смотрит на удивленного водителя и сует ему в лицо смартфон с сообщением, в котором указан адрес. Водитель кивает и ждет, пока Чим сядет на сидение. Пак еле шепчет единственное «...быстрее» и смотрит на дорогу. Время тянется, как дешевая жевательная резинка, и Чим устает от того, что находится в одной машине с незнакомым человеком. Волнуется, потому что в больнице Чонгук, а он, Чимин, даже не знает, как младший там оказался. Водитель называет сумму, а Чим сует ему в руки смятые бумажки, посчитанные наспех, и выходит из машины. Поднимается по ступенькам слишком быстро, распахивает входную дверь и кривится от такого обилия света в помещении. Девушка, стоящая за стойкой, над которой написано «Справочная», странно косится и придает своему лицу доброжелательность, когда Чим подходит ближе.    — М-мне нужен Чон... — он тяжело дышит и сжимает пальцы в карманах клетчатой кофты.    — Молодой человек, можно внятнее?    — В какой палате Чон Чонгук? — пытается привести дыхание в норму и снимает с головы капюшон.    — Когда поступил к нам? — девушка всматривается в монитор компьютера и водит указательным пальцем по колесику мышки.    — Вчера... То есть, я не знаю, — шепчет Чимин и теряется, потому что наполовину осознает, что он только что доехал до больницы. — Не знаю...    — Чон Чонгук, девятнадцать лет, поступил вчера вечером с частичным сотрясением головного мозга, — девушка перечисляет, а Чимину с каждым пунктом становится все хуже и хуже. — Попал под машину, видимо. Он?    — Он, — утвердительно кивает Пак и выдыхает, сжимает руку в кармане еще сильнее, коротким ногтем впивается в ладонь.    — Сто тридцать вторая, на втором этаже. Чим разворачивается, не благодарит и направляется к лестнице, что ведет на второй этаж. Перескакивает ступеньки с судорожным повторением необходимых цифр. Бежит по коридору, озирается в поисках нужной палаты. Наконец, видит заветные «132» и встает в ступор. А что дальше? За дверью Чонгук. Чонгук, который ушел вчера вечером, а потом попал в больницу с сотрясением мозга. Что Чимин ему скажет? Вчера он просто сидел, даже не подозревая о том, что где-то за углом его самый нужный в жизни человек попал под машину. Не остановил и не выяснил, в чем дело, так просто отпустил, а теперь стоит перед дверью больничной палаты и хлопает глазами в растерянности. И вдруг Чимин осознает: он проехал полгорода сам до этой больницы, взял такси, разговаривал с людьми, просто вышел на улицу, а сейчас неожиданно мнется. Сорвался ради Чонгука, переступил через себя несколько раз, и прямо сейчас находится в общественном, пусть и немноголюдном, месте. Он дрожащей рукой распахивает дверь, не смотрит ни на что, кроме лежащего на больничной койке Чонгука. У младшего перевязана голова и закрыты глаза, это пугает. Чим подходит ближе и присаживается на стул рядом с кроватью, всматриваясь в умиротворенное лицо Чона. Пак видел его разным: веселым, грустным, уставшим, вчера — злым, но таким видит впервые. Умиротворенным и спящим. «Почаще бы так» думается перед тем, как младший хмурится и слабо приоткрывает глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на Чимине. Старший напрягается и чуть привстает, взволнованно хватается ладонью за ладонь Чонгука.    — Чим? — голос с хрипотцой, а на лбу морщинка от того, что хмурится и напрягается. — Ч-что ты тут делаешь?    — Не разговаривай, — тихо просит Чим, а потом говорит уже шепотом, прикладывая свободную ладонь к открытому лбу младшего. — Болит?    — Очень, — так же шепотом. Чон всматривается в черты лица старшего и не может отвести глаз. Чимин взволнован, напуган, удивлен — все это перерастает и скатывается в бурю на дне его красивых глаз, Чонгук видит. Гук тоже напуган, но не может думать или говорить — голова на части, он чувствует, как все трещит. Чимин в больнице и в мыслях «Как он сюда попал?» Наверное, у старшего такой же вопрос к Чонгуку, но у младшего все немного проще. Зрительный контакт, рассчитанный обоими на бесконечность, прерывается врачом — он входит в палату без стука и удивленно смотрит на испуганного Чимина. Пак вскакивает и обходит койку, становится с другой стороны. Чонгук слабо улыбается врачу и берет старшего за руку, слабо сжимая его пальцы своими.    — Голова болит? — мужчина склоняется над Чонгуком и внимательно осматривает его голову. Младший кивает в ответ. — Тебе повезло, малец.    — В смысле? — вместо голоса хрип.    — Отделался слабым сотрясением, — врач по-доброму улыбается, посматривая на Чимина. — Руки-ноги остались целы, что очень хорошо. Через недельку выпишем тебя, только сначала возьмем обещание смотреть по сторонам, когда идешь по улице. Чонгук слабо улыбается в ответ и кивает мужчине перед тем, как тот покидает палату. Младший поворачивает голову и смотрит на Чимина, поджавшего губы в полоску — расстроен. Чим сидит рядом с младшим еще немного, пока тот не погружается в сон. Пак несколько секунд внимательно всматривается в умиротворенное лицо Чонгука, а потом выходит в коридор и сразу же натыкается на парня с необычным цветом волос. Он откидывает розовую челку и робко улыбается.    — Я – Юнги, — он протягивает Чимину руку и удивленно вскидывает бровь, когда тот отходит от него на шаг, без намека на то, что рад знакомству. — Мне к нему можно?    — Н-не знаю, — Пак пожимает плечами, смотрит на Юнги и ждет чего-то.    — Ты знаешь, как он попал сюда? — Юнги прищуривается и делает шаг навстречу младшему. Чим отрицательно мотает головой и сжимает правую руку в кармане. Он всегда носит браслет с синим камнем на правой руке. Мин молча кивает Паку на небольшой диван в углу, идет первым, поворачивается и ожидающе смотрит. Чим решается и идет за ним, садится рядом.    — Я позвонил именно по твоему номеру, потому что Чонгук мне много о тебе рассказывал, — Юнги хмыкает и откидывается на спинку дивана, расслабляется. — И я частично в курсе, что у тебя есть проблема... — старший осторожно поднимает на Чимина взгляд. Пак слушает внимательно, пытается понять, что к чему. — Не знаю, как, но неделю назад в нашей компании об этом узнали все. Все бы ничего, но они начали задирать Чонгука. Чимин сглатывает и взглядом умоляет продолжать дальше, начинает понимать.    — Шутили насчет того, что он мог бы найти себе друзей получше и... В общем, зачем таскаться с этим больным парнем, — Юнги делает паузу и выдыхает, подавляет в себе желание закурить. — А Чонгук, он... Вспылил слегка, сказал много лишнего, начал защищать тебя и затеял драку по случайности. После этого ходил сам не свой, первый раз видел его настолько задумчивым, если честно.    — П-почему?    — Он просто друг? — вопросом на вопрос, и Чимин в тупике. Не может ответить и молчит, снова поджимает губы. — Просто могу сказать, глядя на него со стороны, что он к тебе не так как друг, а... Понимаешь? Пак выдыхает и тупит взгляд в пол, задумывается. Юнги поднимается с дивана и аккуратно хлопает младшего по плечу.    — Не рассказывай о том, что я говорил, ладно? Чимин не отвечает и даже не кивает в ответ, лишь провожает взглядом удаляющуюся фигуру Юнги.