Dependentiam Hostium

Ребята были согласны с Люпином: ситуация на поле пугала, но бежать до преподавательской трибуны была плохая идея. Однако новых ни у кого не появлялось ровно до тех пор, пока Питер вновь не заговорил: — Вот беда… Они же так метлы себе переломают! Мадам Трюк с ума сойдет, если сломают еще одну… Неужели ничего нельзя сделать? — Петтигрю развел руками, и взгляды приятелей обратились на него. — Что? Особенно Джеймс смотрел на Питера с непониманием. Жизнь Тонкса, возможно, была в опасности, на стадион надвигалась ужасная гроза, а Петтигрю в этот момент размышлял о метлах. Это никак не укладывалось в голове Поттера, но вместе с тем его внезапно посетила крайне интересная мысль. — Слушайте, ребята, — воодушевленно сказал он, — Чистомет же все еще под сидением валяется! Блэк с Петтигрю радостно переглянусь — они и забыли о том, что оставили обломки метлы совсем неподалеку, когда ходили на тренировку к Тэду. Римус, разумеется, ничего не знал о произошедшем и подозрительно сощурился, глядя на друзей. — Что ты сейчас сказал? — переспросил он. — Вы что, так и не вернули его? Джеймс потупил радостный взгляд и почувствовал себя пристыженным. Иногда в подобные моменты Люпин напоминал ему сварливую мамашу. — Вернули… — почесал затылок Поттер. — Но не совсем его. — Это как? — Чаще надо в школу ходить, — усмехнулся Блэк, которому, похоже, было более чем плевать, что его отчитывает однокурсник. — Долго рассказывать. — Короче, Люпин, — неуверенно начал Джеймс, не зная, как бы получше сформулировать мысль, — если бы ты… Ну в общем… починил ее… Мы могли бы слетать до трибуны. — Чего?! — тут же возмутился Римус. — То есть бегом — слишком долго, а метлу чинить время есть? На мгновение среди мальчиков повисло молчание, и единственными звуками вокруг них были крики болельщиков. — Там не меньше полумили, — Джеймс махнул головой в сторону поля. — Да ты же гений, по-быстрому управишься! — добавил Блэк. По всей видимости, его тоже впечатлила идея Поттера. Они вдвоем горящими глазами уставились на Римуса в ожидании, и только Петтигрю в стороне наблюдал за игрой в бинокль. — Хорошо, я попробую починить вашу метлу, — не выдержал Люпин, глядя на Сириуса, который тут же победно сжал кулаки и выкрикнул «да!». Джеймс тоже обрадовался. Он отметил про себя, что похвала, как правило, отлично действует на Римуса. Тем более, что, скорее всего, он хотел предложить им свою помощь еще в тот день, когда Блэк сломал Чистомет, но по состоянию здоровья не смог этого сделать. — Сейчас я за ней сгоняю! — оживился Блэк и направился к проходу, проталкиваясь между болельщиками. Он быстро спустился на первый ряд и вытащил из-под сидений пресловутые обломки, хотя студенты вокруг него сильно возмущалась. Несколько мгновений спустя Блэк вернулся и небрежно скинул находку на свое место, вокруг которого столпились товарищи. Болельщики на ряд выше начали с любопытством поглядывать на них, но едва ли могли заметить метлу из-за спинок сидений. — Все хуже, чем я думал, — пробормотал себе под нос Люпин, глядя на последствия полета Сириуса. — Повреждения серьезные, кусков дерева слишком много. Мальчики тут же приуныли. — Мерлинова борода, — простонал Джеймс и обернулся на поле, беспокойно ища глазами Тэда. — Тихо, — попросил Римус, доставая палочку из кармана мантии. Поттер удивился, оглядывая Люпина. Отовсюду кричали болельщики, дождь накрапывал по всем поверхностям, а четкий голос комментатора наслаивался сверху на эту какофонию. Устроить тишину в такой ситуации было просто невозможно. Однако Джеймс замолчал, буквально затаив дыхание. Как и Сириус, он внимательно наблюдал за другом. — Лигно Репаро, — произнес Люпин, прикрыв глаза. Он словно погрузился в какой-то свой незримый мир, пребывая в полном сосредоточении. Поттер негромко охнул, когда вокруг обломков метлы появилось голубое свечение. Но через пару секунд оно исчезло, а Римус обреченно вздохнул. — Ребята, — позвал Петтигрю, который все это время наблюдал за матчем, — у меня плохая новость: счет сравнялся, наши начинают проигрывать, а Малфой с Тэдом куда-то пропали. Как там с Чистометом? — Не очень, — констатировал Люпин и посмотрел на Блэка. — Похоже, все-таки придется пешком. — Ну конечно, кто же еще… — буркнул Сириус и тут же скрылся в проходе среди шумных студентов. Проводив недовольного Блэка взглядом, Джеймс обратил внимание, что Люпин задумался. Наверное, он был расстроен из-за своей неудачной попытки, но выглядел скорее озадаченным, чем угнетенным. На мгновение Поттеру даже показалось, что от напряженных мыслей над головой друга вьется дымок. А затем Римус неожиданно спохватился: — Доставай свою палочку, Джеймс, — он проследил за тем, как Поттер извлек магический предмет из своего кармана, — а теперь направь ее на Чистомет и, когда я дам знак, скажи: «Лигно Репаро». Римус очень четко и медленно проговаривал слова заклинания и потому Джеймс сразу его запомнил, даже не стал переспрашивать. Он одобрительно кивнул Люпину, не пытаясь усомниться в его идее — Поттер полностью доверял приятелю. В ответ он увидел короткий жест рукой и сообразил, что это был тот самый знак. Стараясь говорить буква в букву с Люпином, он произнес нужное заклинание вместе с ним и ощутил что-то волнующее внутри. Повинуясь волшебству, обломки, как и ранее, охватило нежно-голубое свечение, но в этот раз они незамедлительно собрались воедино. Перед мальчиками на сидениях трибун лежала целая метла. — Почти как новенькая, — обрадовался Люпин. — Я так и знал, что нужно было просто использовать больше магии. Метла — это волшебный предмет, поэтому починить ее непросто, почти то же самое, как если бы мы пытались починить волшебную палочку или что-то на подобии… — Римус, ты… — Поттер смотрел на него с восхищением, — реально гений! — Ничего себе, получилось! — обернулся Петтигрю. — Теперь мы можем оставить ее себе и летать, когда хотим. — Это вряд ли… — Джеймс вдруг стал серьезным. — После того, что я сделаю, вряд ли она останется у нас. — Ты все-таки хочешь это сделать? — спросил Люпин с сомнением. — Это же полный бред — такой ливень разошелся! Тем более Блэк уже в пути. — Он побежал к профессорам, — уточнил Джеймс. — А я хочу найти Тэда. Понимаешь, с этими старостами все что угодно может случиться! Нужно перестраховаться. Люпин смотрел на него с полным непониманием и, скорее всего, хотел если не переубедить друга, то хотя бы попытаться понять. Но Поттеру было некогда вдаваться в подробности. Он вспомнил недавнее столкновение со слизеринцами на тренировке и высокомерное поведение Малфоя. У Люциуса явно были какие-то проблемы с Тонксом. Поттер чувствовал, что вмешаться было просто необходимо. В глубине души он понимал, что авантюра сомнительная. Но также он понимал, что вдали от глаз староста Слизерина мог сделать с Тэдом вещи и похуже, чем обычный забалт вначале игры. — Ты крутой, Джеймс! — ни с того ни с сего поддержал его Петтигрю. И этим он словно поставил точку в его минутных размышлениях. — Ага, я быстро, — коротко сообщил Поттер, седлая древко метлы. К счастью, на трибуне вокруг были почти одни только гриффиндорцы. Они то и дело поглядывали на непоседливых мальчишек, но, по большому счету, им это было не особенно интересно. Студенты были слишком сильно поглощены матчем. — Нотт не дает квоффлу залететь в кольцо и передает его слизеринской охотнице… Та приближается к кольцу Гриффиндора… Красный вратарь сосредоточен, но все безуспешно: Андромеда Тонкс забивает пятый мяч в пользу своей сборной! Слизерин лидирует со счетом 4:5, — надрывно вещал Дедалус на весь стадион. Поттер слышал это, отрывая ноги от трибуны и перемещая точку опоры на метлу. Стоило Джеймсу возвысится над головами болельщиков, они тут же стали провожать Джеймса удивленными взглядами и возгласами. Однако ему было наплевать на них из-за сильного беспокойства и страха перед ответственностью за ситуацию. Он посмотрел вниз и увидел Блэка, который приближался к трибуне профессоров. Вокруг поля гудела толпа, сливаясь с шумом дождя и ветра. «Может быть, зря я затеял это?» — шепнул голос сомнения у Джеймса внутри, и он вновь попытался отыскать глазами ловцов. Но это было безуспешно — старосты словно испарились среди непроглядного осеннего дождя. В смятении Поттер развернул метлу в противоположную от поля сторону: он решил лететь за трибунами. Привлекать лишнее внимание ему не хотелось — многие зеваки уже стали показывать на него пальцем. От волнения, температура его тела поднялась, и очки предательски запотели. И без того нечеткая по причине непогоды картинка стала совсем мутной. Как в таком случае можно было отыскать старосту, было совершенно не понятно. Ругая себя за опрометчивость, Джеймс просто полетел вокруг поля, надеясь, что с Тэдом за это время ничего не случилось. Не успел он пролететь и половины периметра, как совсем рядом с ним мелькнула вспышка мощного проклятия. Поттер чудом увернулся. Она просвистела прямо за ним и ударилась об угол трибуны в тот момент, когда Джеймс повернул голову и увидел силуэты двух игроков. По цветам их форм стало понятно, что они были из противоположных команд. Первым летел Тэд, и, если бы не плохая видимость, Джеймс мог бы различить нечеловеческую усталость на лице капитана Гриффиндора. Тонкс тоже увидел Поттера и поспешил подлететь к нему, хватая за мантию и утаскивая за другой угол трибуны. Следом за ним летел Малфой, который отставал достаточно, чтобы между Поттером и Тонксом завязался короткий разговор. Оказавшись лицом к лицу с первокурсником, «красный» староста заговорил, жадно глотая воздух — он был словно загнанная мышь. — Ты должен сейчас же рассказать директору, — он торопился, и слова давались ему тяжело. — Хорошо, что ты здесь, Поттер. Хорошо… — Спокойно, Тэд, — Джеймс опешил от всего происходящего. — Что стряслось? Куда вы пропали? Тэд сглотнул и посмотрел на Поттера, его дыхание быстро восстанавливалось. — Малфой что-то сделал с полем… — бормотал он. — Я не знаю наверняка, но похоже, что он наложил на меня какие-то исчезающие чары, связанные со стадионом. Похоже, что… Меня не видно на поле. Никогда раньше не встречал такого. Если я попытаюсь поймать снитч, Малфой просто нашлет на меня парочку проклятий и сам перехватит его. Он хочет избавиться от меня… — Но как ты понял, что тебя никто не видит? — Поттер с трудом подбирал слова. — Когда он успел? — Не знаю… Я облетел поле вначале игры. А Малфой преследовал меня. После того, как мы сделали круг, это и началось — Дедалус перестал комментировать мои действия. И тогда я понял… Джеймс задумался. Стоя на трибуне, Поттер думал, что староста куда-то далеко улетел. Но оказалось, все это время он просто был невидимым. — Что за чушь ты несешь, Тонкс? Быть может, ты вскоре решишь, что весь Слизерин плетет против тебя интригу? Какая нелепость… Не могу представить, насколько сильной манией величия нужно обладать, чтобы так думать, — проговорил Малфой, внезапно показавшийся из-за угла трибуны. Лил дождь, однако надменный голос Люциуса все равно резал по ушам Поттеру, хоть и мешался с шумом стихии. Джеймс не хотел бросать Тэда одного в присутствии Малфоя. Но Поттер ясно понимал, что время уходит, и что ему нельзя долго оставаться рядом со старостой ради его же блага. Нужно было как можно скорее сообщить Мадам Трюк о нарушении. Гриффиндорский ловец весь собрался, встрепенулся при виде слизеринца, и резко выхватил палочку из своей спортивной мантии. — Не ввязывайся в неприятности, Малфой. Тебе сильно достанется, когда обо всем узнают. Повезет, если сохранишь значок старосты, — заявил он, угрожающе целясь в противника. — Глупости! Какие еще нарушения? — Малфой сдавленно засмеялся, но тоже выставил палочку вперед, поглядывая на Джеймса. — Нарушения есть, только когда их кто-то заметил. — Улетай сейчас же! — разнесся голос Тэда, как раз когда Джеймс развернулся в сторону поля и что есть мочи двинул по направлению к учительской трибуне. Поттер понял, что позади него началось сражение, и теперь нужно было рассказать всем о случившемся как можно быстрее. Ему ничего не оставалось, кроме как лететь прямиком по полю, ведь Люциус мог бы кинуться за ним и попытаться причинить ему вред, если бы Джеймс скрывался от глаз толпы. Неожиданно одно из заклинаний, брошенных Малфоем, просвистело прямо у него над ухом и пропало в глубине дождевых капель. Если бы Люциус целился в него, а не в Тэда, то непременно попал бы. Джеймс просто не успел бы увернуться: он смотрел только вперед и видел едва ли дальше своего носа. Вместе с тем ему приходилось лавировать между членами сборной и квиддичными мячами, а самое главное — не потерять из виду нужную трибуну. Однако он был уверен, что делает все это не зря. Он должен был помочь не только Тэду, которого Люциус загнал в угол, но и всей команде: гриффиндорцы стремительно проигрывали. — Что мы видим?! Это же Джеймс Поттер, студент-первокурсник! Что он делает на поле?! — вещал комментатор, полностью отвлекшись от квиддича. Когда Поттер достаточно далеко улетел от ловцов, проклятья наконец перестали лететь ему в спину. До профессоров оставалось всего несколько ярдов, но кое-что помешало ему преодолеть их. Болельщики услышали оглушительный раскат грома, и их глаза ослепила яркая молния, которая ударила совсем близко с Джеймсом. Мальчик даже не успел испугаться — только ощутил, что его руки ослабли, а метла выскальзывает из них под стихающие звуки стадиона. На мир в глазах Поттера медленно опустилась тьма. *** Потревоженный назойливым лучом солнца Джеймс пришел в себя на больничной койке. Он медленно раскрыл глаза, зрачки его сузились от яркого света и медленно зашевелились, с интересом исследуя потолок. В поле зрения все расплывалось, поскольку мальчик был без очков, но через пару секунд он надел их и стал видеть ясно. — Пора просыпаться, мистер Поттер, вы пролежали без сознания целых два дня, — ласково сообщила мадам Помфри и поставила на тумбочку какой-то поднос, — выпейте вот эту настойку, а потом обязательно поешьте. В Больничном крыле было настолько тихо, что Джеймс мог слышать пение птиц за окном, поэтому он не сразу обратил внимание на Малфоя, который лежал на соседней койке и не издавал ни звука. Увидев его, Поттер слегка удивился, и грудь его мгновенно пронзило беспокойство. — А что случилось с Тэдом? — выпалил он, нахмурив брови. — И… почему я здесь? Мадам Помфри покачала головой. — Мистер Тонкс сейчас на занятиях. С ним все в порядке, повреждения были незначительны и быстро исчезли, чего не скажешь о ваших с мистером Малфоем, — она посмотрела на Люциуса, который никак не реагировал на этот разговор и словно вообще ничего не слышал. — Вы заставили меня повозиться, молодые люди. Особенно вы, мистер Поттер. Из-за вашей выходки многие могли пострадать. Джеймс нахмурился еще сильнее, он не понимал, о какой именно выходке говорит колдомедик. — Не смотрите на меня так, — продолжила она, но потом повернула голову на звук открывающейся двери. — Друзья пришли навестить вас очень вовремя, думаю, они как раз все объяснят. Только не забудьте принять лекарство. С этими словами она удалилась прочь, оставляя студентов одних. Первым к кровати Поттера подлетел Блэк, он остановился ровно на том месте, где пару секунд назад стояла Помфри. — Ты знаешь, что ты настоящий лузер, Поттер? — эмоционально заголосил он, и локоны его забавно прыгали от резкой жестикуляции. — Если бы не этот главарь слизняков, ты бы умер! Рядом с ним находился Люпин, однако он предпочел разговаривать сидя и расположился на прикроватном стуле, подвинув его чуть ближе к больному. Римус сразу заметил, что в Больничном крыле они не одни, и одернул Сириуса за рукав, как только тот упомянул Малфоя: — Не стоит так громко кричать, Люциус вообще-то лежит на соседней кровати. А еще, мог бы для начала поздороваться! — тихо зашипел Римус, а потом с улыбкой обратился к Поттеру. — Добрый день, мистер знаменитость. Как ты? — Привет, ребята, — отозвался Джеймс, с непониманием глядя на Люпина. Поттер был рад визиту друзей, но понятия не имел, о том, что произошло и происходит вокруг него. — Почему это вдруг «знаменитость»? О чем вы, я не понимаю? — Теперь твое имя знает весь Хогвартс. Но сомневаюсь, что тебя нужно с этим поздравить, — вздохнул Римус, а после выдержал короткую паузу, отведя глаза в сторону. И друзья все рассказали Поттеру. Каждый раз, когда Блэк упоминал Люциуса, в адрес слизеринца звучали фразы на подобии «седой шпалы» или «скользкого слизня». Поэтому Малфой понемногу прекращал свою оборону молчания и саркастически фыркал после каждой подобной реплики. Блэк в ответ начинал вызывающе смеяться, и частенько рассказ прерывался из-за того, что Римусу приходилось ставить друга на место. — А-а-а, так меня молнией ударило, тогда все понятно! — подытожил Поттер, оборвав друзей на середине повествования, и они без комментариев подивились его недогадливости. Но эта недогадливость была объяснима: из-за сильного удара мальчик потерял из памяти некоторые детали. Однако друзья пришли к нему на помощь и продолжили свой рассказ. — Так вот, сэр Патлатый… Ой, простите, Малфой вовремя подоспел и схватил тебя за шиворот, пока ты падал, — сострил Блэк и снова получил тычок от Люпина. На соседней койке кто-то закашлялся от гнева. — Кстати, он что, с нами не разговаривает? — Может, обиделся, что не благодарим за мое спасение… — предположил Джеймс. Теперь его память быстро восстанавливалась, и он точно знал, чем именно занимался Малфой перед тем, как потерял сознание. Джеймс очень хотел рассказать друзьям всю правду об исчезновении Тэда на матче, но пока он не мог этого сделать, потому что Люциус был рядом и все слышал. Он боялся даже предположить, какую отвратительную ложь слизеринец наплел в свое оправдание. Для начала Поттеру нужно было разузнать все наверняка. — Я думаю, тебе будет полезнее помолчать и послушать, что было дальше, — продолжил Люпин, — а дальше Дамблдор отправил всех в замок и сказал, что матч на сегодня окончен. А потом примчалась Помфри с МакГонагалл, и они долго колдовали что-то вокруг тебя прямо на месте. Мы так испугались и сразу побежали на поле, но по пути нас поймал Слизнорт и сказал идти прямиком в башню. — Кстати, я все-таки успел сообщить учителям обо всем раньше, чем ты, — оскалился Блэк. — Но когда я рассказал про то, что Малфой увязался за Тэдом, никто и слушать не стал, представляешь?! В следующий момент Римус наступил Блэку на ботинок и стрельнул глазами в сторону старосты Слизерина. — Мы потом обсудим это, договаривались же, — проговорил сквозь зубы Люпин под болезненное шипение Блэка. — Зачем так сильно, совсем сдурел что ли? — гневно бормотал Блэк. — А я смотрю, вы подружились, — улыбнулся Джеймс, глядя на страдания Блэка. — Мне же нужно с кем-то общаться, пока ты тут пижаму пролеживаешь, — усмехнулся Сириус, — вот с этим приходится. А с кем еще? Не с Медоуз же… — Ладно, это понятно. Так что там дальше было? — Тэд пришел в Больничное крыло… Мы встретились с ним, когда навещали тебя тем же вечером. Он сказал, что сильно повредился в погоне за снитчем, — загадочно ответил Люпин и нагнулся ближе к лицу Джеймса, переходя на шепот. — Это правда, Джеймс? Мы долго ждали, когда ты очнешься и расскажешь все, как было на самом деле… — затем он выпрямился и вновь заговорил нормально. — Только позже, хорошо? Глядя в голубые глаза Римуса, Джеймс подумал о том, что слишком много разговоров этот мальчик переносил на потом. И по какой-то причине эти разговоры интриговали Поттера сильнее всего остального, потому что всегда несли в себе тайну, нечто секретное и даже опасное. — Эй, ну о чем вы там шепчитесь? — фыркнул Сириус и закатил глаза. — Можете и мне рассказать, девчонки, я не проболтаюсь. Римус ничего ему не ответил, он просто посмотрел на Блэка с таким лицом, словно тот сказал очередную глупость. Впрочем, так оно и было. — Что смотришь? — нахмурился Сириус. — Какой же ты идиот… — пробормотал Римус и покачал головой, отворачиваясь в сторону. И тут Джеймс подумал, глядя на этих двоих, что чего-то не хватает, какой-то маленькой детали. — А где Петтигрю? — поинтересовался он. — А, этот… Остался у Скримджера домашку переписывать, — пояснил Блэк, — прямо у него перед носом, чтобы доказать, что он не умственно отсталый. С недавнего времени Петтигрю достается на ЗОТИ почаще, чем на полетах. Все трое засмеялись так, что даже Малфой отвлекся от созерцания какого-то учебного пособия, которое он решил почитать, чтобы не тратить время, и вскинул взгляд на них. Но это веселье очень скоро прервалось. Дверь в лазарет медленно раскрылась, и в помещении оказались два слизеринца.