Когда другим все равно, а тебе так плохо

      Странно видеть белые стены госпиталя в такое раннее утро. Это даже раньше, чем когда мы с сестрой сдавали анализы, подцепив где-то ветрянку. Наверное, часов пять… Хотя, погодите. На циферблате уже девять утра. Когда стрелки часов успели добежать до этой злосчастной цифры? Я и в университет опоздала. А вообще…что я здесь делаю? Да еще и с капельницей. Кажется, что-то случилось? Где мама? А сестра? Или хотя бы отец? - Ох, дорогая моя, ты очнулась, - сзади послышался знакомый голос. Я хотела повернуться, чтобы узнать, кто же со мной говорил, но голова гудела от малейшего движения, поэтому, поморщившись, я немедленно вернулась в исходное положение. Я лежала на большой белой кровати в своей обычной одежде, даже не в пижаме. Странно, все воспоминания разом перемешались, и я толком ничего не могла понять. Кажется, я затерялась во времени. - Как ты себя чувствуешь? – какая-то женщина нависла надо мной, обеспокоенным взглядом рассматривая мое лицо. Она мне кого-то жутко напоминала, только я никак не могла вспомнить. Я нахмурилась и сощурила глаза, думая, что, таким образом, смогу что-нибудь выудить из своей памяти. – Что болит? Господи, я так испугалась, когда ты упала в обморок… Водички хочешь?       Я невольно кивнула в ответ, ведь во рту действительно пересохло все так, словно организм не знал, что такое «слюна». Но не успела эта женщина отойти, как воспоминания грубым потоком хлынули на меня, и все вмиг встало на свои места. В груди снова стало так больно, что хотелось бы на самом деле забыть обо всем, что произошло пару часов назад.       Отца больше нет. И в этот ужасный и такой важный момент рядом с ним никого не было, даже меня, спящей буквально в комнате напротив. Уверена, ему стало плохо, и он пытался меня позвать, но я спала и, естественно, ничего не слышала. Он был один в такой значимый для него момент.       Мы с ним так похожи. Я и вправду его дочь. Ведь потом, утром, когда я, наконец, проснулась, я тоже была одна в этот важный момент осознания того, что одного дорого мне человека не стало. Ни Чимина, ни матери, ни сестры рядом.       Я не смогла сдержать слез и снова заплакала. Мне было так больно, и эту боль ничто не могло унять. Я старалась лить слезы не громко, лишь изредка всхлипывая, ведь вокруг меня тоже были люди. Наверное, они тоже когда-либо теряли любимых, либо сами находились сейчас на грани между жизнью и смертью. От этого мне стало в стократ больнее, и я уже почти задыхалась от душивших меня слез. Хорошо, что миссис Пак прибежала вовремя, ведь хоть какое-то знакомое лицо помогало мне немного успокоиться. - Дорогая моя, я так сожалею, - шептала она, садясь возле изголовья моей кровати на корточки и помогая мне выпить хотя бы парочку глотков освежающей воды, от которой легче, к сожалению, не становилось. – Мои соболезнования.       Я снова почти заплакала и, не сдержав очередной всхлип, разбрызгала оставшуюся воду, заодно подавившись парой капелек. - Ох, осторожнее, милая моя, - приговаривала женщина, помогая мне успокоиться.       На шум прибежала медсестра и, поняв, что со мной уже все хорошо, перекрыла капельницу. - Могу я встать? – мой слабый голос насторожил женщину, и та укоризненно покачала головой. - Нет, полежите еще минут тридцать, пожалуйста, - она поправила мою подушку и накрыла легким пледом. – Вам скоро уже должно стать лучше. - Нет, не станет, - всхлипнула я, когда медсестра быстрым шагом направилась вглубь коридора. Мать Чимина тут же прильнула ко мне, нашептывая мне что-то ласковое и теплое и заботливо гладя меня по волосам.       Как ни странно, медсестра оказалась права. Примерно через двадцать-тридцать минут мне стало намного лучше, и я уже могла более-менее сдерживать себя, хотя слезы еще просились вырваться наружу. - А где мои вещи? – ненавязчиво спросила я, на что миссис Пак лишь пожала плечами. - Кажется, ты оставила все дома, - она тяжело вздохнула. – Не переживай, я попросила мужа приехать и закрыть дом. Он был на месте уже через десять минут после…происшествия. - Понятно, - я потерла глаза, пресекая всякие попытки снова заплакать. – Значит, моего телефона здесь тоже нет? - Есть, правда он немного глючит. Муж собрал его заново на скорую руку, - женщина полезла к себе в сумку, что весела у нее на плече, и достала оттуда небольшой гаджет. - Спасибо, - приняв из ее рук свой потрепанный после моей истерики мобильный, я принялась просматривать его содержимое. Ни Чимин, ни Суён так и не перезвонили. Лишь одинокое сообщение от моей лучшей подруги: «Ты где?».       Разблокировав экран, я принялась искать в списке контактов того, кто определенно знал, где находится Суён. Как-то моя подруга раздобыла номер телефона своего обожаемого Мин Юнги, правда она так ему и не написала. А я сейчас совершенно не жалела о том, что все-таки спросила его у влюбленной боксерши. Судорожно набрав нужные цифры, я с силой приложила трубку к уху. Сердце каждый раз вздрагивало, когда в тишине внезапно раздавались долгие нудные гудки. Только спустя несколько секунд я вспомнила, что этот талантливый звукорежиссёр тоже был студентом, да еще и на последнем курсе, поэтому я уже собиралась скинуть звонок, как на другом конце ответили. - Да?.. – послышался сонный хриплый голос, и я поняла, что этот студент явно был не на занятиях. - Эм… - я слегка замялась, а затем ненадолго замолчала, глубоко дыша и сдерживая в себе желание снова заплакать. – Э-это Мин Юнги? - Да, а кто меня беспокоит? – послышался звон чего-то разбившегося и тихие ругательства собеседника. – Извините… - Это…это Ким Чона, сестра Ким Суён, - я судорожно выдохнула, потому что тяжело было так легко и непринужденно разговаривать с другими людьми, когда у тебя такое горе. – Простите, но… Сестра случайно не у вас?..       Я все-таки тихо всхлипнула, и слезы сами градом потекли по моим раскрасневшимся щекам. - Нет, но я проверю, погоди, - взволнованно протараторил парень, а затем в трубке послышались шаги и громкий оклик моей сестры. – Нет, ее нет у меня, - ответил он, спустя буквально пару минут, не больше. - Ясно, изви... - Но я примерно знаю, где она находится, - Юнги перебил меня, видимо, даже не услышав мои слова. – Я сейчас оденусь и найду ее, только ты скажи, что случилось, я ей обязательно передам, - он прерывисто дышал в трубку, а на фоне громыхало что-то тяжелое. Судя по всему, этот парень и вправду готовился к поискам сестры. - Просто…просто… - не было сил выдавить из себя хоть слово о папиной смерти, вместо связных предложений выходило какое-то бормотание и непонятное мычание. - Тише, тише, Чона, - охрипший голос вмиг пропитался нежностью и успокаивающими нотками. – Не вдавайся в подробности, просто скажи по факту, что случилось, и я немедленно привезу тебе сестру. - Папа…умер сегодня ночью, - с трудом выдала я и опять тихо заревела. – А ни мама, ни Суён трубку не брали… Хотя бы Суён должна узнать… - Ох... Мне очень жаль, Чона. Ты сейчас где находишься? – спрашивал он, а на фоне все продолжались какие-то тяжелые звуки типа грохота дверей шкафов или звона множества ключей. - В госпитале. - Одна? - Нет, со мной миссис Пак… - Мама Чимина? – я утвердительно угукнула, вспоминая, что Юнги-то ведь и мой парень друзья детства. – Хорошо, я скоро привезу Суён. Подожди немного. - Нечего уже ждать, - совсем тихо добавила я, в очередной раз всхлипнув, но на то он и звукорежиссер, что смог услышать даже мое невнятное бормотание. - Соболезную, Чона, - так же тихо прошептал он и, попрощавшись, положил трубку. - Ну, что там? – осторожно спросила женщина, принимая обратно мой телефон. Маме звонить было нечего, ведь она, прямо как сестра, все равно не возьмет трубку. – Суён нашлась? - Не знаю, - честно ответила я. – Но надеюсь, что найдется.       Пока мы разговаривали, к нам подошел длинный бородатый мужчина преклонного возраста в белом халате. Судя по воспоминаниям, это был тот самый врач, что приехал к нам домой. - Как ваше самочувствие, Чона? – серьезно спросил он, записывая что-то у себя в блокноте. - Как-то не очень, - процедила я сквозь болезненную полуулыбку. - Извините, но я не про моральное состояние, оно у вас очевидное, в вашем-то положении, - тон мужчины смягчился, и он оторвал свой взгляд от записей. – Как ваша голова? Не болит? А сердце? Что чувствовали, когда падали в обморок? Что-то болело? Может, тошнило? А когда проснулись, все было в порядке или нет? - Доктор, слишком много вопросов, - мягко намекнула миссис Пак, но врач был непоколебим. - Я понимаю, мисс, - он смерил серьезным взглядом женщину и вернулся ко мне, - но мне необходимо знать о вашем состоянии, Чона, - он снова что-то черканул у себя в блокноте. – У вас сейчас из-за нервов могло пошатнуться ваше здоровье. Мы не должны допустить ничего серьезного. - Я поняла, - тяжелый вздох и попытка вспомнить все, что было до и после темной дыры в моей голове. – Я даже не помню, когда упала в обморок, ничего такого, о чем вы говорили, у меня не было до этого. А после немного побаливала и кружилась голова. А еще воспоминания все перемешались, так как я даже не поняла сначала, что делала в госпитале. - Такое бывает иногда, - комментировал доктор, не отрываясь от своих записей. – Все симптомы общие, ничего подозрительного, - он последний раз вывел что-то на белом листе своей тонкой ручкой, а затем, положив блокнот в карман, внимательно посмотрел на меня. – Мы выпишем вам легкое успокоительное, чтобы вы не впадали в глубокие депрессии. Но вам также надо будет отдохнуть недельку, хорошо, Чона? - Как скажите, - я слабо кивнула в ответ. - Доктор, скажите, - вмешалась миссис Пак. – Так что же случилось с ним? - Ах, это, - врач достал из своей папки отцовскую медицинскую карту. – Мы внимательно изучили последние болезни. Знаете, это ведь не первый раз, когда у него был инсульт. - Значит, все-таки инсульт, - прошептала женщина, а я лишь прикрыла глаза от безысходности. Ведь я даже не знала, что у папы были инсульты и не раз. А знала ли мама? А вдруг нет? Получается, отец нам ничего не говорил? Но почему? Столько вопросов, и никто теперь на них не мог ответить. - Судя по всему, ваш отец знал обо всех своих недугах, ведь он регулярно проходил свои обследования.       Надо же, а я даже не знала, что он вообще выходил из своего кабинета. Какая же я ужасная дочь… - Только почему вы не занялись лечением? Если бы он записался на прием сразу, то прожил бы еще хотя бы десяток лет, точно.       В сердце больно кольнула огромная железная игла, обдавая холодом все тело. Если бы мы только знали обо всем этом… Целых десять лет жизни он провел бы еще с нами. Отец, ну, почему ты ничего нам не сказал? Почему не начал лечение? - Мы не знали, - прошептала я, высвобождая наружу тихие всхлипы. – Я не знала… - Вот как, - по голосу было понятно, что мои слова привели доктора в недоумение. – Что ж, соболезную вам. Не уходите пока что. Скоро придет ваша мать, с ней и пойдете домой. Тем более, надо еще с ней обсудить некоторые детали. - Мама? – от услышанного я даже перестала плакать. – Она знает? Вы до нее дозвонились? - Да, буквально минут двадцать назад. - Ох, спасибо, доктор, - я снова расплакалась, а мужчина ободряюще погладил меня по плечу и через мгновение удалился. - Мне уйти? – спросила миссис Пак, на что я активно закачала головой. Думаю, нам с мамой не хватает такой поддержки, которую дает мама Чимина. Мы вдвоем просто загнемся от нашего горя, если будем только вдвоем. Хотелось бы сказать, что с Суён все могло быть не так плохо, но ведь я совру. Когда появится сестра, то атмосфера между нами станет еще более угнетенной.       Как и говорил доктор, минут через тридцать к нам подошла мама. К тому времени я уже успела успокоиться. Странно, но эти запахи лекарств воспринимались моим носом сейчас не так противно, как это было в детстве. Наверное, я действительно выросла. А еще нервы, это да. Поэтому запах спирта как-то даже успокаивающе действовал на мою разболевшуюся голову. - Уже ничего не изменишь, - все время повторяла мама Чимина, а я лишь согласно кивала в ответ, не в силах что-либо сказать. Да и говорить особо не хотелось. – Значит, так и должно быть.       Да, наверное, миссис Пак. Ведь иначе бы мы все знали и про инсульты, и про папины болезни, и про его обследования. Хотя мама могла бы утаивать от нас сестрой что-то. Ведь только мы уходили из дома по утрам, а родители оставались дома. Не думаю, что у отца получалось уходить незаметно. - Чона, мама пришла, - позвал меня мягкий голос миссис Пак, и я невольно очнулась от своих раздумий.       Мама с красными опухшими глазами сидела рядом со мной, не решаясь сказать что-либо или обнять меня без моего разрешения. В ее взгляде читалось такое раскаяние, что я просто наплевала на все наши семейные обиды и подалась вперед. И мы вместе опять заплакали, не сказав ни слова. Да они и не нужны были. Мы просто сидели в обнимку и не могли остановить свои слезы. Мы обе лишились самого дорого мужчины во всем этом мире. И каждая из нас винила себя в таком исходе событий. - Если бы я только знала, мама, - прошептала я. - Это из-за меня? Потому что я наговорила столько гадостей? Потому что я бросила вас, не оставив после себя ни следа? – спрашивала мама, и хотя на эти вопросы не нужно было отвечать, я все же поспешила уверить ее в обратном. - Нет, мамочка, конечно же, нет, - я отодвинулась и взглянула в помутневшие от горя глаза. - Какая же я дура…Просто эгоистка... - Нет, мама, это вовсе не ты виновата, - я погладила ее по плечу. Ее тело содрогалось в крупной дрожи. – У папы были проблемы со здоровьем. Он…умер… - Боже, как же тяжело дается это слово, - от инсульта… До этого момента у него их было много, представляешь? А он и словом с нами не обмолвился… Он ведь и тебе ничего не сказал? – мягко спросила я, намекая на то, что мама, наконец, рассказала все, что знала. - Нет, молчал, словно рыба, - искренне ответила она, и я пришла в полное недоумение. – Как же так?.. - Действительно… Как же так? Он болел, а мы не знали ничего. У него были инсульты, а мы не знали ничего, мама. И ты ничего не видела? Пока мы с Суён уходили в университет, папа должен был ходить на обследования. Во всяком случае, так сказал доктор. Неужели, ты ничего не заметила? - Ах, Чона, прости меня… - мама заплакала еще больше, и я успокаивающе принялась шептать, что все хорошо, и что я на нее вовсе не обижаюсь. Сама даже не знаю, за что. – Чона, я… Как только вы с Суён уходили в университет, я… Я тоже уходила. Я не могла оставаться в этом доме наедине с отцом. Поэтому-то я и не доглядела за ним. А надо было, надо было потерпеть. Прости меня, Чона… Я такая дура… - Мама, ну что ты… - голос мой дрожал. Я пыталась переварить то, что сейчас она мне сказала. – Кто же знал? Вот именно, что никто. Ведь папа нам ничего не говорил, а мысли мы читать не умеем, к сожалению. Ты не виновата… - Виновата! – мама повысила голос, чем напугала не только меня, но и миссис Пак, которая тут же подсела к ней с другой стороны и принялась гладить ее по спине. – Во всем виновата, Чона! Я разрушила нашу семью! Я! Чона, я… Я… Я изменяла твоему отцу… - Что?.. – неожиданное признание повергло меня в шок. Моя мама? Изменяла моему отцу? Даже для меня стал удивителен тот факт, что в нашей семье не все так гладко, как казалось на первый взгляд. Редкие ссоры родителей, легкомысленное поведение сестры, ничего не делающая я. Все это лишь мелочи жизни, поэтому я не придавала им большого значения. Надо было смотреть глубже, в самый корень, может, тогда бы я и заметила то, на что нужно было обратить свое внимание. - Да, Чона, твоя мать так ужасна… Я так отвратительна даже самой себе… - мама все продолжала свою исповедь, если можно было так сказать. – Мало того, что я не пыталась даже поинтересоваться здоровьем мужа, так еще и изменяла ему. Это так ужасно, Чона… Не передать словами то, что я чувствую теперь, когда потеряла того, кого должна была защищать до конца своей жизни. Я глупая дурочка, Чона… Прости меня. Прости свою непутевую мать… - Мамочка, - прошептала я, снова обнимая обессиленную женщину. – Конечно же, я прощаю тебя. Сейчас не тот момент, чтобы обижаться друг на друга, верно? Давай забудем все обиды, простим друг другу все, спокойно проводим отца и продолжим жить. Это тяжело, я знаю… Мне и самой не хочется верить, что это наша реальность… Но что поделать? Уже ничего мы с тобой не седлаем… Только не кори себя, мама… Ты не виновата. Никто не виноват. И я не буду винить себя. Хорошо? - Спасибо, Чона, - в моей голове эхом отдавался ее слабый голос. – Спасибо тебе… Я так люблю тебя, доченька… - И я тебя, мамочка… Я тоже так тебя люблю… - И вам огромное спасибо, - пролепетала мама заплетавшимся языком, обращаясь к маме Чимина, когда мы, наконец, выпустили друг друга из своих объятий после нескольких минут рыданий. – Спасибо за то, что присматривали за ним в его последние дни жизни. - Ох, ну что вы! – женщина тоже всхлипнула под действием нашей горестной атмосферы. – Мне было вовсе не в тягость. Мне очень жаль. Я буду навещать вас, и если вы не против, то каждый день, хорошо? Думаю, вам понадобится помощь по дому, ведь девочкам надо будет ходить в университет, уже конец года. - Это было бы так любезно с вашей стороны. Спасибо огромное за вашу помощь. И простите за то, что на вас столько всего навалилось, да еще и так неожиданно. - Ничего страшного. Возможно, это даже судьба. Я помогу вам, чем только смогу. Чимин тоже поможет. Заодно научится выполнять свой мужской долг в хозяйстве.       Мы втроем даже немного посмеялись. Миссис Пак заряжала энергией даже в такие тяжелые минуты. И я была невероятно рада, что она не осуждала мою мать после услышанного, а даже наоборот рвалась нас поддержать. Моей маме будет очень хорошо с такой женщиной. Уверена, они быстро станут подругами. - Миссис Ким, вы пришли, - из кабинета снова вышел врач, быстрым шагом приближаясь к нам. – Простите, что так сразу, но у меня еще много дел, так что давайте поговорим прямо сейчас. - Да-да, конечно, - мама немедленно вытерла слезы со своих впалых щек. - Прошу ко мне в кабинет, - мужчина указал на ближайшую дверь. – Хотите сами или со своей дочерью? - А можно все втроем? – взволнованно спросила мама, чем удивила маму Чимина. - Что вы? Мне не обязательно присутствовать при… - начала было она отговариваться, как мать тут же ее перебила. - Я хочу, чтобы вы тоже приняли участие, если это вас не затрудняет. - Конечно, нет, но… - Тогда, пожалуйста…       Миссис Пак лишь кивнула головой в знак согласия. Я тоже поддерживала идею мамы. Мама Чимина хоть и немного времени провела с отцом, но все же они не были чужими людьми уже даже за такой короткий период времени. Так что это было правильное решение.       «Привезите, пожалуйста, Суён домой», - я быстро написала небольшую смс-ку Юнги перед тем, как зайти в кабинет вслед за всеми остальными. – «Мы уже скоро будем там»       Хотя… Честно? Мне совершенно не хотелось туда возвращаться.