Шаг в пропасть

      Фэш осторожно опускает меня на пол, словно хрупкий антиквариат. От того, как он позволяет себе маленькие грубости и как одновременно нежен со мной, мне хочется смеяться от восторга. И я хихикаю, воодушевленная им, его руками на своём теле, ощущением его близости.       — Показывай следы моего безобразия, — мягко командует Фэш и отступает к дивану.       Хмыкнув на его формулировку, снимаю худи и сразу подцепляю топик. Фэш не спешит подходить, оглядывает меня. Подступив ближе, обводит пальцами контур груди. Взгляд внимательно осматривает мелкие синяки. Хмурится, поджимает губы, явно недовольный оставленными следами. Я тянусь к его губам и нежно целую. Сильнее, освобождая желание к его губам, языку, оставлявшим следы на моей коже. Пальцы спускают штаны и трусики, обнажая тело для его прикосновений. Фэш усмехается моей прыткости, за талию привлекает вплотную к себе.       Его губы опускаются к шее, оставляют первые беспорядочные поцелуи. Я цепляюсь за пояс его штанов, впитывая каждое мягкое касание губ. Не сдерживаю тихих стонов, вырывающихся вместе с прерывистым дыханием. Когда он опускается на колени, оставив несколько поцелуев на животе, поднимаюсь на носочки и раздвигаю бедра, тянусь к нему со стоном, ощутив дыхание на лобке.       — М-м… настолько тебе нравится, — щекотнув чувствительную плоть смешком, бормочет Фэш и языком пробует меня на вкус.       Он крепче подхватывает меня под ягодицы, помогая устоять на ногах. Все равно пальцы цепляются за плечи, стискивают пряди на затылке. Яркие воспоминания о том, как его язык и губы собирали следы спермы и моего возбуждения, подогревая моё удовольствие. Я прикрываю глаза, готовая утонуть в каждом неспешном движении его языка, но Фэш отстраняется, оставив лёгкий поцелуй на бедре. Жалобно выдохнув, крепко сжимаю его футболку, свожу бедра.       Фэш, утешая, оставляет короткие поцелуи на губах и щеках. Я задерживаю его своими губами, увлекаю в поцелуй. Мы разделяем обоюдную жажду, ласкаем друг друга языками. Мои пальцы забираются под футболку, настойчиво прижимаются к коже, очерчивают контуры мышц. Фэш вторит моим движениям, неспеша обрисовывая пальцами груди, живот, ребра, позвоночник, ягодицы. От нетерпения отпускаю его губы и мягко прикусываю подбородок, тяну футболку вверх. Он помогает мне, сам в нетерпении отбрасывает вещь и отступает, увлекая меня за локти.       Когда Фэш плюхается на диван, норовя утянуть меня следом, мягко освобождаюсь. Теперь сама опускаюсь на колени между его раздвинутых бедер и тяну на себя штаны. Дразня, веду языком по бедру, очерчиваю упругую мышцу, оставляю поцелуи на животе, мягко прикусывая кожу. Неспеша веду языком по стволу и захватываю в рот головку, обвожу языком, срывая с его губ глухой стон. Лаская его губами и языком, ловлю на себе взгляд. Потемневшие глаза полны желания и восхищения. Они подстегивают меня продолжать. Я хочу ощущать его внутри, ощущать каждый толчок, и с той же силой желаю узнать его вкус, ощутить, как он кончает мне в рот.       Все же отстраняюсь, как это сделал он, и ловко усаживаюсь сверху. Хочу насесть на его член, но Фэш придерживает меня за талию. Задевая губы тяжёлым дыханием, оглядывает моё лицо, обводит пальцем нижнюю губу.       — Наигралась?       — М-м… не совсем, — лизнув его палец, бормочу в ответ и мягко сжимаю ладошку на члене. — Хочу, чтобы ты кончил мне в рот…       Он прерывисто выдыхает, вглядывается в мои глаза. Ладонь тянет вниз, навстречу его бёдрами. Голоса смешиваются в обоюдный стон удовольствия. Я прикрываю глаза, наслаждаясь первыми ощущениями. Фэш тоже не спешит, замирая подо мной, только пальцы от талии скользят к лопаткам, вызывая приятную дрожь.       — Распусти волосы.       Подчиняясь хриплому голосу, стягиваю резинку и трясу головой, распуская волосы по плечам. Фэш медленно отстраняется, отводит бедра, и я приподнимаюсь вслед за ним. Снова насаживаюсь, неспеша принимая его в себя. Он тянет меня за затылок ближе, и пряди рассыпаются по его груди. Неспеша двигаясь навстречу друг другу, редко ловим губы друг друга, заглушаем стоны короткими поцелуями. Постепенно ускоряемся, ловя общий ритм.       — Черт!.. Курьер…       — М-м?..       Что-то еще бормотнув, Фэш оставляет лёгкий поцелуй на шее. Ускоряет движения, помогая мне рукой. Я отступаю, принимая быстрый ритм, цепляясь пальцами за напряжённые предплечья. Отвечаю ему стонами, жалобными от удовольствия и желания, сводящего мышцы. Ещё… совсем чуть-чуть… пока голос не срывается на тихий писк, утопая в его хриплом дыхании, пока внизу не пронзает иглами удовольствия, пока не слабеет тело, уступая упоению.       Не вдаваясь в подробности, послушно пересаживаюсь на диван и прикрываю глаза, подчиняясь приятному утомлению. Слышу голоса в коридоре, но не прислушиваюсь к разговору. Включаюсь в реальность, лишь когда улавливаю слабый аромат пиццы. Общая картинка сходится в голове, вызывая смущение и веселье.       Фэш останавливается в дверях гостиной с коробкой пиццы в руках. Широко улыбается, глядя на меня. Посмеиваясь в кулак, крепче свожу бедра и устраиваюсь так, чтобы не испачкать диван.       — Подать тебе вещи? — смеющимся голосом предлагает Фэш и проходит в комнату, по-прежнему рассматривая меня.       — Да, пожалуй, — откликаюсь я, прикусывая губы от сдерживаемого смеха. — Он все слышал, верно?       Все-таки не удерживаю хихиканей. Фэш с той же широкой улыбкой кивает. Оставив коробку на столике, подбирает мою одежду и подходит ко мне. Мы вдвоём посмеиваемся, как подростки, пойманные на чем-то непристойном. Его горящие озорством глаза и искренний смех зажигают во мне все большее веселье.       — Позволите, госпожа? — шутливо произносит он и показывает мне мои же трусы.       — Эй!.. Дай сюда!..       Фэш смеётся громче, заразительнее. Ловко хватает меня за лодыжку и тянет к себе. Пискнув, со смехом пытаюсь вырваться.       — Пусти… Я же испачкаю что-нибудь.       Качнув головой, он отпускает мою ногу. Я неловко и осторожно поднимаюсь, плотнее стискиваю бедра. Фэш, как ни в чем не бывало, натягивает на меня белье. Его взгляд с особым вниманием задерживается на бедрах, на губах играет озорная усмешка. Он вновь касается маленького засоса на внутренней стороне бедра, на несколько секунд задерживает губы у кожи.       — Все же презервативы стоящая вещь, нет? — игриво спрашивает Фэш и раскрывает передо мной первую штанину. — Так я точно буду знать, что не стану отцом раньше времени.       — Хочешь взять контроль на себя? — хмыкаю я, но без улыбки, чувствуя более серьёзный разговор. — Не переживай, я очень хорошо слежу за приёмом таблеток. Мне материнство тоже ни к чему… пока.       Фэш опять молчаливо качает головой, теряя весь юношеский задор, усмехается, но как-то болезненно. Натянув на меня штаны, поднимается и подхватывает топ. Я поднимаю руки, давая ему и дальше одевать себя. Наблюдаю за его мрачным лицом. Не утерпев, встревоженно веду пальцем по темной брови.       — Тебя тревожит этот вопрос? Думаешь, я стану… манипулировать, привязывать тебя ребёнком?       — Не знаю. Все может быть, верно?       — Да, возможно. Но я не хочу обманывать тебя, манипулировать, причинять боль. Ты мне дорог. Становишься дороже с каждым днем. С тобой я счастлива, спокойна и я ценю это. Я хочу, чтобы и ты был счастлив, спокоен рядом со мной, хочу, чтобы ты улыбался и смеялся как мальчишка, заигрывал… был собой.       Фэш слабо улыбается и, поймав мою кисть, целует ладонь. Привлекает к себе и бережно обнимает, буквально укутывая теплом своих рук. Я мягко целую его в шею, осторожно сжимаю пальчики на спине.       — Давай приступим к пицце? Или ты ещё не голодна?       — Немного голодна. Ты умеешь пробуждать аппетит.       — Тогда я просто обязан его утолить.       Хихикнув, чмокаю его в щеку. Фэш улыбается шире, в его глазах вновь вспыхивает игривый огонёк.       Мы перекусываем, наверняка вдвоём поминая оплошность с курьером. От смешинок в его глазах не могу перестать улыбаться, как и он все чаще сверкает игривым взглядом и хитрой усмешкой. Глядя на него хочется поддаться озорному настрою, юркнуть к нему на руки и взъерошить волосы, упасть на диван, сдаваясь его щекотке. Но мы лишь переглядываемся, сохраняя веселость во взглядах и уголках губ, нарушаем молчание лишь тихими смешками.       — Извини, я отвлекла тебя от работы, — замечаю я бумаги на журнальном столике.       — Немного. Ничего страшного, я почти закончил. Дашь мне около часа?       Он тянется ко мне, аккуратно вытирает пальцем уголок рта. Я медленно киваю, вглядываюсь в его лицо, любуюсь лаской в его глазах, чертах.       — Я могу пока приготовить ужин, чтобы не отвлекать тебя, — предлагаю тихо, боясь нарушить момент покоя и нежности.       — Не нужно, — слегка нахмурив брови, качает головой Фэш и ловит мою ладошку у своего лица. — Не хочу, чтобы ты возилась с домашними делами и у меня. Пиццы нам хватит, а в остальном я сам справлюсь.       — Я хочу позаботиться о тебе, окружить тебя уютом.       — Тогда посиди рядом, пожалуйста. А ужин мы приготовим как-нибудь вдвоём.       Вглядываясь в его глаза, неуверенно киваю. Фэш слабо улыбается и вновь целует мою ладонь, мягко поглаживает пальцы.       Пока он работает, ненадолго занимаю себя исследованиями. Прохожусь по комнате и рассматриваю книжные полки, занятые книгами. Не нахожу ничего лишнего: ни статуэток, ни фото. Только стену напротив телевизора занимает картина с бушующим морем, волнами сбивающими корабль. Долго изучаю взглядом мазки, увлекаясь картиной. В конце концов устраиваюсь на диване с книгой.       Ужин собираем в гостиной. В том же умиротворяющем молчании едим, снова переглядываемся. После Фэш приносит гитару и, устроив меня в своих объятиях, показывает, как играть. Я пробую неловко, боязливо, вызывая у него тихий смех. Его ладони продолжают держать мои кисти, пальцы мягко помогают прижимать струны. Моими пальцами он извлекает несколько нежных аккордов.       — У меня есть несколько мелодий для тебя, — бормочет он, щекоча висок носом. — Ты вдохновляешь меня на музыку.       — Это хорошо: мне нравится, как ты играешь, и твой голос тоже нравится. Ты сочиняешь песни?       — Никогда не сочинял. Да и сейчас… Есть только мелодии, я не писал к ним слов, но обязательно это сделаю.       — Почему ты… почему руководство, а не композиторство? Тебе не сильно нравится музыка?       — Не хочу выносить в общество. Я вкладываю в музыку слишком много себя, чтобы просто так делиться этим с посторонними людьми. К тому же, меня с детства готовили к тому, что в свое время я займу место отца. Все, конечно, пошло не так…       Его голос звучит слишком откровенно, задевая меня до глубины души. Я кожей ощущаю искренность и глубину этих слов. Ласково касаюсь губами его подбородка, разделяя переживания на двоих.       — Почему я не заметила тебя раньше? Не влюбилась тогда? Может быть, все было бы по-другому…       — Я бы не дал тебя в обиду, поддержал бы.       Я верю ему. Лёгким касаниям губ ко лбу и вискам, объятиям, баюкающим меня. Хочу вернуться в те тяжёлые дни лишь затем, чтобы быть его, полностью.       — Я верю, что ты был бы рядом, когда вдруг умерла мама, когда пропал отец и меня начали шантажировать. Тогда я была почти одна. Лешка едва ли мог чем-то помочь… Когда появился Марк, мне казалось, что произошло чудо. Он за считанные дни помог вызволить отца, разобраться с бумагами после его смерти… Когда он спасал меня ото всех проблем, я и подумать не могла, что все так выйдет…       Вместо всех слов, обещаний и утешений он крепче обнимает меня, окутывает своим теплом и надёжностью. Губы мягко касаются волос, висков и щёк, пальцы подхватывают слезы, осушая лицо лаской. Я кручусь в его объятиях, поворачиваюсь к нему, прислоняясь к груди, утыкаясь носом в шею. Фэш накрывает щеку ладонью и теперь покрывает быстрыми поцелуями моё лицо.       В его руках успокоение приходит быстро. Когда затихаю, Фэш не отпускает меня, продолжает держать в коконе рук. Мы неспеша возвращаемся к гитаре, оставаясь близко друг к другу. Фэш окружает меня не только жаром объятий, но и аккордами, полными нежности и восхищения. Я вслушиваюсь в мелодии, в каждой находя его чувства ко мне.       Спать собираемся вместе, сменяя друг друга в душе. Когда он уходит, оставляя меня один на один с собой, забираюсь в расстеленную постель и плюхаюсь в подушки. От постели веет чистотой. Тогда я, выбравшись из простыней, ныряю за теневую штору. За тюлем играет огоньками окон и фонарей город. Я льну ближе к окну, игнорируя ночную прохладу, и с интересом разглядываю виды.       — Василиса?       Хихикаю, но тут же прикусываю губы. Прислушиваюсь к тихим шагам, замерев в напряжении. Фэш резко отдергивает штору в сторону и сразу привлекает меня к себе. Я вновь хихикаю, в шутку вырываюсь. Он подхватывает мой смех и меня заодно, удерживает за талию, приподняв над полом.       — Прячешься от меня?       — Сейчас и убегать буду.       Фэш фыркает, обдавая моё плечо сомнением. Вдруг опускает меня на ноги, но сразу разворачивает за плечи и опять подхватывает на руки, крепче сжимает ладони на талии. Оказываясь на его плече, смеюсь громче, одной рукой хватаюсь за предплечье, второй обеспокоенно прикрываю обнажившийся зад.       — Я же голая!.. Поставь меня! — возмущаюсь я, не переставая хихикать.       — Нет уж, — со смехом отказывается Фэш и легонько шлепает меня.       Взвизгнув, прикладываю ладошку к удару. Все равно смеюсь, не всерьёз отбиваюсь от него. Фэш посмеивается в тон со мной. Задернув штору, несет меня к кровати. Его ладонь, удерживающая меня за бедро, дразнит возможностью нового шлепка. Я затихаю, наслаждаясь жаром его кожи, представляю, как пальцы поднимутся выше, даже слегка развожу бедра. Фэш снова фыркает, овеяв холодком ягодицу, и поднимает руку чуть выше, невзначай касаясь промежности.       — Готова к приземлению?       Не успеваю ответить, как он уже опускает меня на постель. Пальцы сразу перехватывают лодыжки и поднимают ноги вверх. Взгляд, оценивая, скользит по ногам ниже. Смущенная, свожу бедра, но сама во все глаза смотрю на него. Мягко освобождаю ногу и веду ступню вниз, от его плеча до пояса пижамных брюк, очерчиваю крепкие мышцы. Ныряю за резинку и с любопытством тяну штаны чуть ниже. Фэш, судорожно выдохнув, перехватывает мою ступню, извиняюще трогает губами вторую, упирающуюся в его грудь.       — Не балуйся так, маленькая, — бормочет с нотками строгости и для весомости стискивает пальцами пятку.       — Слишком соблазнительно они сидят на твоих бедрах, — в оправдание лепечу я, мазнув взглядом по обнажившемуся лобку.       Слабо усмехнувшись, Фэш отпускает мои ноги и поправляет штаны.       — Давай, укладывайся спать, — поторапливает меня и отходит, идёт на свою сторону кровати. — Давай-давай, лисёнок. Нам обоим завтра рано вставать — нужно хорошо выспаться.       Я все равно дую губы и устраиваюсь на своём месте с самым угрюмым видом. Фэш не сдерживает лёгкой улыбки, наблюдая за мной. Когда ложится рядом, тянет меня к себе и крепко обнимает, целует лицо, извиняясь. Я ворчу и вырываюсь недолго, почти сразу сдаваясь теплу его рук. Не давая мне замерзнуть, он заботливо укутывает меня в простыню, устраивается ближе ко мне.

***

      Приоткрываю глаза, но сон, кажется, не растворяется в глубинах подсознания. Я улыбаюсь, вдыхая родной аромат тела, наслаждаясь жаром кожи и прикосновений. Фэш рядом укладывается удобнее, едва касается пальцами волос. В ответ мягко вжимаю ноготки ему в ребра, опускаю руку по боку.       — Разбудил тебя, — негромко, сохраняя утреннюю тишину, бормочет он.       Ладонью осторожно обхватывает мое лицо и поднимает голову, трогает губами кончик носа.       — Ты так приятно щекочешь дыханием, — снова целует, крепче стиснув свободной рукой мои пальцы. — Поспи ещё, а я пока на пробежку. Оставлю тебя минут на сорок.       Фэш отпускает меня и поднимается с постели. Я полностью занимаю его часть кровати, горячую после его тела, украдкой наблюдаю, как он собирается. Полностью готовый возвращается к кровати и хорошо накрывает меня простыней, оставив короткий поцелуй на губах.       Лёгкая дремота рассеивается быстро. Потерявшись во времени, наскоро умываюсь и иду на кухню. Квартира ещё пустует. В окно льётся мягкий свет недавно взошедшего солнца, по полу приятно стелится утренняя прохлада.       Берусь за оладьи. Взбивая тесто, часто поглядываю в окно, наслаждаясь красотой утреннего неба. Впервые за долгое время чувствую себя не просто спокойной — счастливой. Готовлю с любовью, впервые так увлечённо.       Шум в дверях отдаётся в груди радостным трепетом. Я оставляю суету у турки и спешу к сковороде, выливаю последнюю порцию. Слышу шаги за спиной и улыбаюсь. Фэш подходит вплотную, упирается руками в тумбу по обе стороны от меня. Сразу обдает меня жаром тела и сбивчивым дыханием.       — Хозяйничаешь, лисенок? — бормочет мне на ухо и опускает одну ладонь на живот.       — Оладьи почти готовы, а с кофе не сладила.       — Не страшно, все равно остынет до завтрака. Не была в душе, — Его нос касается шеи, щекотно скользит по коже. — М-м, как сладко ты пахнешь сном и вкусным завтраком…       Он крепче прижимает меня к себе, забравшись рукой под рубашку. Ладонь поднимается выше и мягко сжимает грудь, пальцы дразнят сосок. Довольно хихикнув, плотнее жмусь к его паху, ягодицами ощущая эрекцию.       — А ты такой горячий и влажный после тренировки, — шепчу в лёгком смущении от своих мыслей о нем после секса, таком же разгоряченном.       — Ты тоже частенько горячая и влажная… вот здесь, — его ладонь накрывает промежность.       Наполовину готовый завтрак остаётся ждать на кухне. Мы уединяемся в ванной комнате. Там, где я уже оставила частичку памятных воспоминаний. Теперь от них сводит живот в приятном предвкушении. Я смотрю, как поспешно раздевается Фэш, и сама тороплюсь стянуть с себя рубашку. Ноги слегка дрожат в волнении. Я не могу отвести от него глаз, когда он становится напротив меня за стекло и тянется включать воду.       — Такая напряжённая… Как струнка вся, — шепчет Фэш и, успокаивая, целует в висок.       Мои губы сразу касаются его подбородка, язык скользит по шее к ключице. Пальцы трогают плечи, мягко давя на мышцы.       — Я сделаю массаж? — спрашиваю робко и опускаю ладошки по предплечьям.       — Попробуй, — сипло соглашается он.       Я захожу за его спину и веду пальчиками по рельефу мышц, оставляю поцелуй на шее. Хочется тронуть губами и плечо, скользнуть языком по позвоночнику, но я берусь за обещанное. Начинаю мягко, пробуя пальцами упругие мышцы.       — Сильнее. Из нас двоих не я хрупкая девочка.       Хихикнув, добавляю силы. Опускаясь ладонями ниже, все же оставляю на коже поцелуи. У поясницы Фэш перехватывает мою руку и мягко тянет к себе. Наступает на меня, прижимая к стене, и сразу врывается языком в рот. Пока пальцы цепляются за его плечи, его ладони стискивают моё тело, дразня пальцами. Горячий рот опускается ниже, оставляя поцелуи на шее, на грудях. Я с довольными стонами жмусь ближе к его лицу, отдавая себя его пальцам и губам.       Фэш разворачивает меня спиной к себе. Пальцы скользят по спине вслед за дорожками воды.       — У тебя и здесь кое-что осталось, — глухо замечает он и обводит кончиками пальцев следы своих же недавних прикосновений.       Я вьюсь ему навстречу. Прижимаюсь к твёрдому члену, наслаждаясь нашей близостью. Фэш захватывает ладонями груди, подаётся ко мне бёдрами. Я пристраиваю его член между своих бедер, скольжу по стволу, прижимаясь клитором, мягко давя пальчиками на головку. Придержав мои бедра, он неспеша входит в меня, срывая с губ удовлетворенный вздох. Двигается медленно, и я вторю ему.       Мы наслаждаемся друг другом. Неспеша и мягко. Сплетая пальцы, касаясь губами и ладонями. Шум воды смазывает стоны, хриплые вздохи, невнятные слова. Дыхание перехватывает от жара, влаги, стонов. Я качаюсь на грани, каждой клеточкой чувствительного тела ощущая нарастающее наслаждение. Пока его пальцы не толкают меня вниз, тронув клитор.       На кухню из паркой ванной влечёт густой аромат свежесваренного кофе. Я иду на негласный призыв, но на время застываю в дверях. Фэш, ещё в полотенце вокруг бедер, накрывает на стол. Поглядывая на его крепкую фигуру, спешу занять свой стул. Улыбка с лица не сходит.       — Научишь меня варить такой кофе?       — Может быть, свободным воскресным утром. Но, возможно, оставлю все в тайне, чтобы ты без меня не наслаждалась кофе.       — Пф! Ну уж теперь понятно, почему тебя ни одна секретарша не может удовлетворить: ты сам себе секретарь, варящий отпадный кофе.       Фэш смеётся, вызывая смех и у меня. Разговоры прекращаются. Завтракая, только поглядываем друг на друга то с улыбками, то с лукавством. Спешить не хочется, и ещё больше не хочется расставаться с этой атмосферой. Мне уютно рядом с ним, и я действительно счастлива. Может, всего несколько минут, пока в голову не закрадутся сомнения и тревоги, но все равно счастлива.       Фэш расслабленно разваливается на стуле, допивая кофе. Разглядывая его, невольно склоняю голову. В мысли закрадывается шальная идея. Я опускаю ногу, неприлично пристроенную на сидении, и нахожу под столом его ступню. Не сдерживаю усмешки, ведя пальчиками вверх, к колену.       — Развлечься решила? — сверкнув на меня хитрым взглядом, спрашивает Фэш и отставляет кружку.       Дарю ему усмешку и щекочу пальцами внутреннюю сторону его бедра, подобравшись близко к цели. Осторожно поднимаю ступню выше, задевая пальчиками напряжённый член. Фэш выдыхает, тяжело, рванно. Губы невольно приоткрываются, когда изучаю его пальцами. Собственная ладонь, отодвинув край рубашки, ложится на лобок. Теперь стон слетает с моих губ. Но Фэш внезапно придерживает мою ступню.       — Огнева… Мы опоздаем…       — Не страшно…       Подталкивая его, мягко надавливаю пальчиками на клитор, вздрагивая от собственных ласк. В его глазах ярче загорается желание. Хрипло выдохнув, он отпускает мою ногу.       — Иди ко мне, бесчинщица.       Хихикнув, торопливо спускаюсь со своего стула и иду к нему. Фэш усаживает меня к себе на колени и сразу тянет рубашку вверх, освобождая меня от одежды.       — Я никогда не делала так, — шепчу признание, глядя на него со всем желанием и всей лаской, что плещутся внутри.       Фэш замирает на мгновение, держа меня за талию. Замечаю, как в его глазах вспыхивает восторг. Довольная собой, первая тянусь к его губам.       Я нахожу интимность не только в каждой вещи, упавшей к ногам, но и в каждой укрывающей тело. Собираться вместе с Фэшем не меньшее таинство. Не избегая друг друга, вдвоём одеваемся на работу. Взгляды направлены друг на друга, внимание отвлекает лёгкий флирт, шутки… Меня тянет задержать это утро, задержать нас в этом мгновении и наслаждаться каждой секундой, что мы крадем, берём взаймы у судьбы только для себя.       — Можно мне? — прошу я, приметив, как он достаёт галстук.       — Если ты закончила — пожалуйста, — улыбается Фэш, в который раз оглядывая меня.       Я торопливо застегиваю последние пуговицы на блузке и иду к нему. Фэш устраивает ленту галстука на шее и оставляет мне самую важную часть работы. Я берусь за концы в лёгком волнении. Он тем временем пристраивает ладони на талии, поглаживает меня пальцами через слои ткани. Сосредоточенно завязывая узел, вспоминаю, как сам Фэш связывал меня галстуком. Пальцы невольно скользят по лентам, будто вспоминая.       — Это не тот, которым ты?..       Фэш слабо усмехается, без слов подтверждая догадку. Я выдыхаю, на секунду стиснув пальцами галстук. Вспоминаю, как он щекотно касался меня между бедер. Теперь щекотно затрагивает щеку смешок Фэша. Его губы задевают кожу, горящую от смущения, ладони опускаются к бёдрам. Он очерчивает пальцами через ткань юбки ремешки от чулков.       — Наблюдать за тобой — сплошное удовольствие. Знать, какое белье на тебе… жаль, не я его сниму с тебя вечером.       Ладони приятным теплом накрывают груди, сжимают через тонкие ткани. Он, не тревожа накрашенных губ, целует меня в шею. Слегка отодвигает не завязанную ленту и мягко прикусывает кожу у ключицы, ласкает языком. Пальцы, в последний раз очертив напряжённые соски, опускаются ниже.       — Мне бы хотелось вернуться к тебе… чтобы именно ты снял с меня всю одежду. Хочу и завтрашнее утро провести рядом с тобой, — шепчу я, ласково трогая его пальчиками.       Уже не могу поцеловать его, но таю под его поцелуями, оставляющими влажные следы на шее. Его ладонь тем временем вольно поднимает юбку по ногам, пальцы трогают кожу за краем чулка, обводят ремешок, дразнят меня через кружево.       — Огнева… Как жаль, что нам уже пора, — заглушая мой стон, бормочет Фэш и отстраняет ладонь. — Ничего важного у меня не забыла?       — Могу забыть вот это, — шепчу ему в губы, подцепляя пальцем край трусиков.       Фэш легонько шлепает меня по внутренней стороне бедра, быстро взбодряя, вырывая из приятного тумана. Взвизгнув, тут же смеюсь и опускаю взгляд на пострадавшую ногу. Кожу украшает лёгкое покраснение.       — Не шали так, лисёнок.       — Даже один на один с тобой?       — Только наедине со мной. Давай, поторапливайся на работу.       Фэш серьёзно сводит брови на переносице, напуская на себя грозный вид. Я хихикаю в ответ и посылаю ему воздушный поцелуй. Поправляю юбку и первой выхожу из спальни. У зеркала в коридоре задерживаюсь, поправляя блузку и завязывая ленты в бант. Когда обуваюсь, за локоть придерживает Фэш, помогая устоять на ногах.       — Вещи придётся оставить пока у тебя… Не знаю даже, как забрать потом.       — Не переживай, можешь оставить. Помечай территорию.       Я в недоумении поднимаю брови, Фэш же усмехается мне. Вновь ловит меня в объятия и целует в висок. Я обнимаю его крепче, наслаждаясь последними минутами нашей близости.       — Спасибо большое за эти часы, — горячо шепчу ему, с особой жаждой вдыхая его запах.       — И тебе спасибо, что была рядом со мной.       Он отпускает меня неспеша, и я отстраняюсь неохотно. Несмотря на заворачивающуюся между нами тоску разлуки, Фэш снова усмехается.       — Поторапливайся, чтобы не схлопотать наказание. Придёшь вперёд меня — избежишь выговора.       Я фыркаю и специально не спешу, возясь у двери. Фэш подгоняет меня звонким шлепком. Вскрикнув, тут же вылетаю за дверь. Но ухожу со смехом. В лифте последняя ниточка между нами обрывается. Я уношу с собой и задор от наших шалостей, и следы нашей близости.