Семеро на одного

Пятый рыцарь Рен нашел его сам. Хакс шел на мостик, и вдруг путь ему преградил некто в черном. Он не был высоким, у него был шлем с большими выпуклыми очками-глазницами, а с плеч свисала мантия. Должно быть, это был Сигурд Рен, тот, что много медитировал. И как оказалось, тот, что не собирался уступать дорогу. — Прошу прощения, вам чем-то помочь? — вопросил Хакс с негодованием в голосе. — Или вам доставляет удовольствие изображать из себя преграду на пути? — Генерал Хакс, я — Сигурд Рен, — произнес рыцарь, отвешивая точно выверенный поклон. — Я прошу вас оказать мне содействие в проведении крайне неотложного ритуала. Хакс вскинул бровь: — Разве не лучше, чтобы содействие оказал один из вас? Не так давно я видел Элео Рена. — Требуетесь именно вы. Это проверка разума, — объяснил Сигурд. Хакс скрестил руки на груди. — Знаете, если бы я был идиотом, я не стал бы генералом. — Не интеллекта. Разума. Сосуда, что вмещает ваши желания и интуитивные стремления. Разум влияет на Силу, которая струится через вас и через все живое, — произнес рыцарь с благоговейным трепетом. — Послушайте, я не слишком заинтересован в том, чтобы мне гадали по руке. Я не чувствителен к этой вашей Силе, поэтому лучше пойду туда, где я нужнее, — возразил Хакс. — Это дело величайшей важности! — прогремел Сигурд. От его крика замигали лампы, а металл стен начал вспучиваться и пошел рябью. — Прекратите! — рявкнул Хакс. — Мой гнев толкает меня к насилию! Сила свободно течет сквозь меня! Страсть приводит к могуществу! — бессвязно завыл рыцарь, словно фанатичный религиозный проповедник. Хакс топнул ногой: — Хорошо! Я помогу вам с вашим ритуалом! Но вы немедленно исправите то, что сделали с коридором! Почти мгновенно мерцание света прекратилось. Рыцарь повел рукой, и повреждения стали медленно выравниваться и сглаживаться. Они не исчезли полностью, нужно было позже провести ремонтные работы, но сейчас все стало пригодным к службе. Хакс чуть застонал и потер переносицу двумя пальцами: — Вам лучше не ковыряться у меня в мозгу. — Мозг и разум — две раздельные сущности, — поправил его Сигурд. — А сейчас мне потребуется алтарь. — Я не собираюсь позволить вам приносить кровавые жертвы на этом корабле, — зарычал Хакс. — Пятна не выводятся очень долго! — Этот ритуал не требует жертв. Любой стол, что может выдержать достаточно большой вес, вполне подойдет, — сказал рыцарь. Хакс достал датапад и начал лихорадочно рыться в нем, переключая папки и таблицы с огромной скоростью. Наконец, он нашел, что искал: — Есть конференц-зал со столом для совещаний, сейчас не используется. Это подойдет? Вы перестанете ломать имущество? — Это удовлетворительно, — кивнул фанатичный рыцарь. Хакс вздохнул. В какого рода глупость он вляпался на этот раз?

***

Потенциальный сосуд, генерал, этот Хакс, не выказывал никакого интереса к сотрудничеству. Он с презрением оглядел самодельный алтарь, по-прежнему держа руки скрещенными на груди. Вспышки демонстративного неповиновения колыхали Силу вокруг него. — Я не лягу на стол для совещаний. Это глупо, — бросил он с возмущением. Сигурд взмахнул рукой, и стулья отлетели прочь от «алтаря». Рыцарь хлопнул по нему ладонью: — Генерал, для оптимальной точности категорически необходимо, чтобы вы легли на алтарь! — Стол для совещаний… — страдальчески протянул Хакс и сморщил лоб. — Как я могу доверять вам, вдруг вы собираетесь принести меня в жертву или вырвать мое еще бьющееся сердце и съесть его? «С ним… сложно». «Тогда удержи его силой!» «Если ты объяснишь ему, он будет более покладистым. Он любит получать всю информацию перед тем, как принять решение». — Я собираюсь просто оценить состояние Силы, что струится через вас. И я также вынесу вердикт о соответствии вашего разума, — сказал рыцарь. — Соответствии чему? — спросил Хакс. — Нужно увидеть, соответствуете ли вы нашему обществу, — объяснил Сигурд. Хакс не сдержал неожиданно вырвавшийся смешок, и Сила взметнулась от всплеска его веселья. Определенно, Сила хорошо откликалась на его эмоции и от его присутствия покрывалась рябью и искажалась в сторону тьмы. Уже было видно, что его аура и энергия превосходного качества. Генерал ухмыльнулся: — Это ваш лидер подговорил вас на это? Если это шутка, то не смешная. — Вы не будете насмехаться над нашими ритуалами, — мрачно произнес Сигурд. — Насмешка над нашими ритуалами есть насмешка над Орденом Рен. Насмешка над Орденом Рен приводит к мучениям и смерти. Хакс чуть закатил глаза: — Ладно, хорошо, давайте покончим с этим. Он начал разуваться: — Вы обещаете не забираться ко мне в мозг? — Проникновения не будет. Только анализ, — заверил его Сигурд. Хакс сел на стол и немного помедлил, прежде чем лечь на спину. Рыцари, наблюдающие за ним через Сигурда, смотрели, как он устраивался, откинувшись назад, осознавали неудобство лежания на поверхности, не предназначенной для этого, и, разумеется, восхищались его прекрасной внешностью и его аурой. Потенциальный сосуд, Хакс, был завораживающим, пусть и странным созданием. — Я чувствую себя глупо, — пробормотал Хакс. — Лежите спокойно, позвольте себе просто существовать. Закройте глаза и сконцентрируйтесь на настоящем моменте, — проинструктировал его рыцарь. — Если это не играет роли, я предпочел бы держать их открытыми, — сказал Хакс. «Хм… он не боится, верно?» «Боится, но он не полон страха. Всего лишь легкий налет раздражения на общем полотне эмоций. И по большей части вызванный ситуацией, если я правильно его считываю». «Похоже, наша благородная роза оказалась замаскированной трепетной фиалкой. Он явно негативно относится к вниманию к себе». «Странно. Он же произносит эти речи о поддержке боевого духа, записывает головидео. Я знаю, что он не стеснителен». «Когда находишься с кем-то один на один, все по-другому. Это более личное. А еще его оценивают. Я с ним поговорил совсем чуть-чуть, но он показался мне довольно резким и обидчивым. Наверное, он терпеть не может, когда его оценивают». «Но ясный лик генерала, распростертого перед нами, молит о восхищении». «Он очень красивый». «Довольно испытаний! Дай нам сразиться за генерала!» «Никаких сражений. Пока что. Дайте мне поработать…» — Не так важно, открыты они или нет, пока вы прилагаете усилия к концентрации на данном моменте, — пояснил Сигурд. Он встал у торца их алтаря для совещаний и опустил руки по обеим сторонам от головы генерала. Он чувствовал эмоции того и отдельные блуждающие, но сильные мысли. Генерал испытывал тревогу. Ему не нравилось лежать на поверхности, которая обычно использовалась для работы. Его положение заставляло его чувствовать себя уязвимым. Он находился в ожидании внезапного нападения. Эмоции струились сквозь него не с естественностью, присущей принадлежавшим тьме, но с порывистой сдержанностью света. И все же его аура и Сила, что текла через него, были из чистой тьмы. Без малейшего видимого светлого проблеска. Сигурд наклонился и провел рукой над грудью генерала. Его братья-рыцари наблюдали, как он касается Силы, чуть изгибает, колеблет ее и внимательно изучает. Все они согласились, что ее качество исключительно, но Сигурд хотел увидеть, что скрывается за ней. Как может кто-то настолько упорядоченный и сдержанный принадлежать тьме? Он медленно рассек поток Силы, позволяя ей протекать между пальцами, и начал анализировать все эмоции. Они были похожи на тканый гобелен. Изучив его целиком, можно было узнать общее настроение, но чтобы исследовать и распутать все до конца, нужно было проникнуть в источник, в сердцевину, лежащую далеко и глубоко, и изучить, из какого рода материала было создано это полотно. Он подцепил одну нить, желание уйти, и потянул за нее, начав распутывать. Почему он хотел уйти? У него была работа, которой следовало уделить внимание. Почему было так важно, чтобы он присутствовал на рабочем месте? Если его не будет там, другие могут начать уклоняться от выполнения своих обязанностей. А почему его так беспокоит, будут ли его подчиненные работать? Если они перестанут работать, корабль может перестать функционировать. А почему так важно, чтобы корабль функционировал нормально? Этот корабль важен для Первого Ордена, он не может позволить, чтобы тот содержался в беспорядке. А что делает таким важным Первый Орден? Нить едва не утянула Сигурда в бездну глубоких и предельно насыщенных эмоций. Без Первого Ордена воцарится хаос! Все время, беспрестанно, генерала разрывала на части непостижимая пылающая ненависть к хаосу. Ненависть к тем, кто приносил хаос в галактику, к некомпетентным идиотам, которые привели все к краху! А в глубине лежала она, мучительная потребность исправлять все вокруг. Исправлять неправильное любой ценой! Сигурд видел, как из едва заметных усилий вырастали грандиознейшие планы убийств и разрушений. Все сходилось к одной точке, необходимости контроля и порядка. Бездна ненависти и страха казалась бескрайней и распахивалась все дальше, угрожая поглотить его. Сигурд быстро отступил, его глаза под маской были широко распахнуты. «Я знал, что он ненавидит беспорядок, но это… вот ведь…» «Проклятье». «Во имя всего прекрасного во вселенной… да в нем едва ли не больше ярости, чем в любом из нас». «Мне кажется, корни лежат глубже…» «Рад, что я передумал насчет него». «Тогда мы будем биться?» «Да, можете назначать сражение». — Анализ окончен. Вы можете идти, — сказал Сигурд. — Что, я прошел? — спросил Хакс. Соскользнув со стола и взяв сапоги, он добавил едко: - Я соответствую? Я заслужил привилегию быть в вашей компании? — Придержите ваш неуважительный язык, — прорычал Сигурд. Когда Гаюс объяснил ему суть защитного механизма, известного как сарказм, он чуть смягчил голос и вздохнул: — Да, вы соответствуете. Ваша ненависть глубока, хотя вы и ограничиваете и сдерживаете ее, словно какой-то гнусный джедай. — Вы хотите, чтобы я закатывал истерики, как Кайло Рен? — спросил Хакс, надевая сапоги. — Да, вам следовало бы. Путь к истинному могуществу лежит через страсть и желание. Единственный способ пройти по этому пути, это следовать собственным желаниям и страстям. Это наш способ, — с трепетом произнес рыцарь. Генерал всем своим видом выражал скуку: — Я лучше сделаю ставку на упорядоченность и работоспособность, благодарю вас.