Иногда смерть - это именно смерть

Особняк моего собрата по ремеслу, хотя, пожалуй, слишком уж натянуто подобное определение, учитывая мой уровень знаний, чем-то неуловимо напоминал обитель Мортемов. Разве что прилегающая территория куда как скромнее по масштабу. Зато в отличие от своей заброшенной и разрушенной версии, где сейчас ничего живого не обитает, стоило нам шаг ступить на эту землю, как на нас быстро вышла целая тройка дозорных. А три опытных мага, пристроенных для охраны всего одного здания, это более чем солидно. Впрочем, дозор всегда серьёзно подходит к своим задачам. Короткая перекидка фразами с Эльман, а я немецкий знал постольку-поскольку, так что понимал только отдельные слова, и нас впустили внутрь. Хотя в голосе старшего из патрульных я явственно ощутил недовольство, скорее всего ему не понравилось то, что другой филиал дозора вмешиваться в их дела. Мол, не доверяют и всё такое. Но их мнение меня мало волновало: мои личные планы обломались, и теперь хотелось бы извлечь из этого хоть какую-то пользу, иначе будет очень и очень обидно. Так что дозорная, которая уже давно потихоньку закипала из-за моего постоянного бурчания, быстро договорилась со своими сослуживцами, и один из них отвёл нас внутрь здания, сходу направившись в подвал. И вновь можно было заметить некоторое сходство ввиду так же расположенного внизу зала с множеством дверей, разве что вход в него не был как-либо замаскирован. Уверен, за одной из этих самый дверей находится и небольшой кабинет владельца, который, к слову, оказался в типичном ритуальном зале. И как же выглядел многоопытный адепт жутко тёмной магии? С первого взгляда у меня в голове прочно засело только одно определение — старый чудак. Хельмут Штраут активно ползал на коленях по полу ритуального зала, что-то чертя, и даже не заметил прихода гостей. При этом сам он оказался невысоким, высохшим старичком в удобном даже на вид зелёном халате и тапочках. Вот такой вот страшный и ужасный некромант в домашний условиях: никаких тебе черепов со скелетами на каждом углу и черных хламид с капюшоном. Даже немного обидно за напрочь отсутствующий антураж. — Mein Hellmuth…– чтобы понять это, а так же слово «посетители», не требовалось особых знаний языка. — Wir haben hier nur selten gaste, — проскрипел старик, даже не оборачиваясь в нашу сторону, — ein moment. И опять же, последнее было довольно очевидно, как и часть первой фразы, так что я продолжил осматриваться. Точнее, пытался понять, что же такое чертит этот странный человек. А изображенная на полу схема, пусть и была не завершена, впечатляла своей сложностью и размахом. Вроде бы и символы все знакомы в той или иной мере, но что она должна делать, я даже предположить не мог. Ну, а про размерчик я вообще молчу: схема покрывала практически весь пол далеко не маленького зала. — Mit wem habe ich die ehre? — Наконец, повернулся к нам Штраут и после недолгой паузы, продолжил на чистом, едва ли не безупречном английском. Даже у меня, пожалуй, акцент был более ярко выражен в связи с долгим проживанием в Дурмстранге, а тут чистокровный немец вроде как. — Впрочем, ответ итак уже очевиден. Юный представитель дома Мортем решил навестить коллегу? Рад, безусловно рад. — Я не являюсь представителем этого рода, — по инерции возразил я, рассматривая лицо своего собеседника. Осунувшееся, гладко выбритое, с какой-то иссушенной бледной кожей-пергаментом и совершенно неуместными при этом, живыми голубыми глазами, в которых читался неподдельный интерес, направленный на мою персону. Дозорную он, казалось, даже и не заметил. — Тогда либо мои, либо твои глаза врут самым бессовестным образом, — губы старика растянулись в улыбке, — подсоби-ка старому больному человеку, юноша. — Э? — А ваше дело обсудим позже, — уверенно продолжил некромант. — У меня нет подходящего инструмента, — после недолгих колебаний признался я и почему-то испытал лёгкий приступ стыда, — к тому же я даже близко не понимаю, что вы пытаетесь сделать. — Ничего страшного, у меня найдётся запасной. — Беззаботно отозвался старик и из кармана его халата оказался извлечён нож, который тут же перекочевал в мою руку. Причем выглядел он как угодно, но не как ритуальный артефакт типа моего старого кинжала. Какой-то весь старый, потёртый, грязноватый. Такое ощущение, будто им ещё вчера картошку на кухне чистили. — А с остальным разберёшься в процессе. Я даже толком удивиться не успел, как оказался припахан к начертанию этой схемы. Не сказать, чтобы я особо сопротивлялся, ведь мне было откровенно любопытно, что же он такое пытается сотворить, но непосредственность и наглость этого человека всё же поражали. Причем старик крутился рядом, давая распоряжения, которые по-прежнему отказывались увязываться в единую картину. Тут провести такую-то линию, а тут добавить такую-то руну, потом ещё закорючку-другую и так до бесконечности. — Ох, вот и славно. — Поднимаясь с пола и разминая спину, наконец, заявил Штраут. Не знаю, сколько времени у нас ушло, но к моменту окончания работ спина раскалывалась и у меня. Причем только теперь я заметил что ни Эльман ни того представителя Кёльнского дозора внутри зала уже нет. — И что это такое? — всё же поинтересовался я, заодно подходя к старику и протягивая ему ножик. — Сюрприз для незваных гостей, — весьма расплывчато пояснил старик, после чего мягким движением отстранил протянутую руку, — что же стало с нашим миром, если у юных дарований нет даже столь простых, но необходимых вещей? А ведь когда-то некромантия была уважаемой профессией! — Угу, лет эдак с тысячу назад, — хмыкнул я, принимая своеобразно врученный подарок. Пусть ножик и неказистый на вид, но если обладает нужными свойствами, то в хозяйстве определённо пригодится. По крайней мере, пока я не раздобуду что-нибудь посолиднее. Хотя в идеале хотелось бы вернуть подарок Флитвика. — Не без этого, — как-то едва ли не по детски захихикал старик, — меня зовут Хельмут Штраут, юноша. — Элион… Мортем, — я невольно запнулся, ведь действительно привык представляться именно так, при этом подчеркивая свою непринадлежность к роду папани. Какая-то двоякая позиция, с какой стороны не глянь. Но с другой стороны как ещё мне именоваться? Бруксом? Это было бы ещё глупее. — Э-ли-он, — нараспев произнёс старик, словно пробуя имя на вкус, после чего кивнул каким-то своим мыслям, — что же, мне сказали, что у вас ко мне дело. Я тебя внимательно слушаю, Элион не из дома Мортем. — Моя напарница… — Ах, да! — спохватился Штраут и осмотрел свой халат так, словно впервые его увидел, — здесь действительно не самое подходящее место для подобных разговоров, да и мой внешний вид не слишком соответствует законам гостеприимства. Нехорошо получилось… определённо, нехорошо. Спустя десяток минут мы, а заскучавшая Эльман обнаружилась сидящей прямо на ступенях лестницы, так и не покидая подвалов оказались в довольно вычурно на мой взгляд обставленном кабинете. Куча картин, статуэток и прочего подобного хлама создавали скорее атмосферу музея, нежели способствовали поддержанию рабочей обстановки. Благо хоть где присесть тут было, да и старый некромант теперь не выглядел столь экстравагантно, укутавшись в классическую, черную мантию… из-под которой по-прежнему выглядывали обычные тапки. — Итак, юноша, леди? — вопросительно глянул на нас Штраут. Не рассусоливая, я принялся рассказывать о нападении в Барселоне. Описывал вид тех странных теней, свои ощущения и изменившееся восприятие окружающего, да и вообще все детали, которые только мог вспомнить. Опустил я только один фактор — Дамблдора. Возможно, позже я и подниму эту тему, но кому попало говорить о преследующем тебя призраке великого мага — точно не стоило. Чревато. — Очень интересно, — старик выслушал, не перебивая, — хотя я так и не понял, как тебе удалось уцелеть. — Повезло и я смог сбежать, — пожал я плечами. Отчасти это была правда, ведь мне действительно повезло. Только несколько в другом плане, но опять же, к делу это не относится. Вот если бы я знал тот способ, которым покойный директор расправился с тенями… — Повезло, значит? Ладно, допустим. Ни с чем подобным я никогда не сталкивался, и вряд ли чем-то смогу помочь, — задумчиво пробормотал некромант, — хотя… пожалуй, напишу одному своему знакомому, может он что-то подскажет, но никаких гарантий я дать не могу, уж извините. Это всё, что вы хотели? — Нет, — впервые вмешалась в беседу дозорная, — нас так же прислали для обеспечения вашей безопасности. Есть все основания считать, что нападение на Элиона, а так же убийство ваших собратьев по ремеслу — не случайность и не совпадение. — Моей безопасности? — старик, казалось, искренне удивился такой постановкой вопроса, — я уже пытался объяснить, что не нуждаюсь в охране, но эти дуболомы, — Штраут махнул рукой куда-то в сторону выхода, — так упрямы. — Думаете, вы сможете защититься лучше, чем те двое? — Зачем вообще мне защищаться? — и вновь, в глазах некроманта блеснуло искреннее недоумение. — То есть вы не боитесь, что вас тоже убьют? — теперь уже настал мой черед удивляться. Старик неожиданно зашелся смехом, словно услышал лучшую в мире шутку. Причем хохот был дребезжащий и весьма неприятный на слух, что, впрочем, мало смущало некроманта. А чуть повернув голову, я наткнулся на такой же растерянный взгляд Тани Эльман. — Кто я, по-вашему, юноша, и чем занимался всю жизнь? — отсмеявшись, с каким-то торжеством в голосе произнёс Хельмут Штраут, — я давно подошел к самой грани и не побоюсь сделать ещё один шаг вперёд. Можно сказать, мне даже в определённой степени интересно, что же всё-таки находится ТАМ. К тому же взгляните на это старое, немощное тело — Вечная Леди явно запаздывает на первое и последнее свидание к своему верному поклоннику. — И всё же, у нас есть вполне однозначный приказ, — упрямо возразила моя напарница. — «А так же и другие резоны», — мысленно добавил я, вспоминая намёк капитана на возможность подучиться. — Поступайте, как знаете, — старик вновь застал нас врасплох, неожиданно легко согласившись, — в конце концов, мне хоть будет с кем поговорить, а то в последние годы с собеседниками глухо. По крайней мере, с живыми, — Штраут довольно неприятно ухмыльнулся, — любые комнаты на верхних этажах в вашем распоряжении, а если что понадобится, домовики позаботится. Я же предпочитаю жить здесь, внизу. Поближе к земле так сказать. — Вы пользуетесь домовиками? — А кем ещё? Предлагаете использовать инферналов для этих целей? В своё время я пытался сделать что-то подобное, но оказалось, что они ужасно готовят, что ты в их тупые головы не вкладывай. После этого старик дал нам понять, что аудиенция закончена, и мы с Эльман оказались во всё том же центральном зале подвалов. — Он ведь шутил? — как-то нервно поинтересовалась девушка, — про инферналов. — Не знаю. — Честно признался я. У меня-то дома вообще домовой демон обитает, тут во что хочешь поверишь. — С головой у него явно не всё в порядке, так что я бы не удивился. Впрочем, уж не знаю, что там у него с рассудком, но сотворить основу для какого-то зубодробительной сложности ритуала он явно по-прежнему способен. Если, конечно, это была не просто мазня. Хотя, сейчас куда актуальней был другой вопрос: есть ли тут библиотека, а по идее должна быть, и распространяется ли на неё гостеприимство старого некроманта. Определённо, именно с этого и стоило начать. *** — Как же так получилось? — Война, юноша, война, — равнодушно отозвался Штраут, — она всегда заставляет платить по счетам. Причем, зачастую, по чужим. — Мне говорили, что ваши дети погибли во время войны с Гриндевальдом, но тогда получается, что они… — Именно, — кивнул старик, — они сражались на его стороне до последнего. Так и не сложили оружие, даже после пленения своего кумира. Итог закономерен, мои сыновья и единственный внук оказались убиты. — А вы сами, значит, не стали лезть в эту бойню? — на всякий случай уточнил я, хоть тут и так всё было очевидно. — Зачем мне это? Я уже и тогда был далеко не молод, а потому предпочитал постигать искусство и не лезть в политику. Грязное это дело, юноша, очень грязное. А по окончании войны начались чистки, под которые попал и я в том числе. И пускай обвинить меня было не в чем, но большая часть родового наследия была конфискована. Хотя в тот момент мне было всё равно, а сейчас и подавно. — Понятно… Добравшись до местной библиотеки, я с удивлением обнаружил, что она практически пуста. На полках покоились разве что художественные работы, да общедоступные материалы. В общем, ничего интересного. — Разочарован? — на бледных губах старика на мгновение мелькнула хитрая улыбка. — Надеялся устранить ряд пробелов в… кхм… образовании, — честно признался я, — от наследия рода Мортем тоже остались одни огрызки. Основная масса материалов разошлась по частным коллекциям или осела у гоблинов, а с этой братией у меня напряженные отношения. — А чего ты хотел? Последние века наши знания востребованы разве что в делах служителей закона и частных расследованиях. Только вот это лишь малая толика от безразмерных глубин искусства, а всё остальное старательно предаётся забвению. А уж ваш дом, который одной только некромантией себя не ограничивал, и подавно был под прицелом. Удивительно тут скорее то, что сохранилось хоть что-то. Мой тебе совет, юноша, забудь про все эти изыскания и живи своей жизнью. Или, по крайней мере, не зацикливайся на этом — для самореализации всё ещё достаточно путей. Иначе либо погибнешь, либо будешь доживать свои дни никому не нужным стариком, скучающим от вечного безделья. — И это утверждает человек, который с нетерпением ждёт смерти, дабы сделать ещё один шаг в постижении своего искусства? — не удержался я. — Что же, справедливо. Не мне поучать тебя, но вот подучить могу, — думаю, подобное мое желание было для него очевидно с самого начала, — если, разумеется, хочешь. — А кто-то на моём месте отказался бы? — Ты даже не представляешь, насколько многие, — улыбнулся Штраут. — Кто им судья? — мне оставалось лишь пожать плечами. Знания есть знания и лишними они никогда не бывают. Никогда.