Ва-банк

– Я сейчас вернусь, – Корра погладила пальцы Тарлока и отправилась в назначенное место. «Даже если это Амон, – подумала она, – здесь достаточно земли, воды и воздуха, чтобы поймать его. А ци-блокеры не пройдут через строй магов металла». Но у мраморного выхода к молу она встретила того, кого меньше всего ожидала увидеть здесь. Секретарь Тарлока, Юнь Чи, голову которого скрывал тёмный капюшон, низко поклонился ей и быстро-быстро заговорил: – Вы должны простить меня, Аватар Корра. У меня внучка. Я всё думал, а если я высунусь, ой, ведь не поздоровится моей внучке, а она такая маленькая ещё, и совсем не маг… – О чём вы говорите? – нахмурилась Корра. – За что я должна вас простить? – Я всё видел, Аватар Корра, – печально закивал Юнь Чи. – Я всё видел и промолчал. Видел, как вы пришли к Советнику Тарлоку той ночью. Как вы ругались и принялись драться. Вы там всё разнесли, и мне пришлось спрятаться за колонной на первом этаже. Но я видел, как вы победили Советника и тогда… он подчинил вас магией крови и запер в железном ящике. А потом, пока вы были без сознания, увёз к себе домой. Это всё обман – про Амона, про ваши чувства, про… – Замолчите! – прошипела Корра. Из глаз её покатились крупные слёзы. – Это ложь! Секретарь закивал и начал пятиться. – Простите, меня Аватар. Простите… я должен был с самого начала сказать правду. Я должен был… он запирал в тюрьме ваших друзей, вот зачем вы приходили к нему - чтобы он их выпустил. Всё ещё кивая, он скрылся за квадратной колонной, оставив Корру наедине с её горем. Она прислонилась спиной к холодной стене волнореза, желая не чувствовать ничего, и закрыла лицо ладонями. Теперь воспоминания посыпались, как тот снег, что тогда наколдовал Тарлок. Ведь каждое слово Юнь Чи оказалось правдой: они с Тарлоком цапались при любом удобном случае. Это и стало причиной стычки. А потом Советник взял над ней контроль и запер как куклу в ящике. И когда увёз домой, воспользовался тем, что она потеряла память. Играл, как марионеткой, умело дёргая за ниточки. «Ты – само совершенство! Мы ведь любим друг друга…» «Все его поцелуи – враньё!» «…мы – союзники. И всегда ими были. Но наши эмоции всегда хлестали через край, мы ведь оба из племени воды…» «Все его объятья – враньё!» «…я нуждаюсь в тебе сегодня больше, чем весь Республиканский город вместе взятый… Как я скучал по тебе, моя девочка…» Не выдержав, Корра взвыла от боли и ярости. – Корра? Ты здесь? – Тарлок тронул её за плечо. – О чём ты думала, когда пошла сюда одна? Амон не дремлет! – Амон?! Да по сравнению с тобой он просто душка! – Корра резко поднялась и сбросила его руку. За её спиной в море поднялся огромный столб воды. – По-моему, мне надо бояться только тебя! До сих пор не могу поверить, что люди могут так чудовищно лгать! Лицо Тарлока потемнело, едва он понял, что невеста всё вспомнила. Ставка не сыграла. Проигрыш. Фиаско… «Тогда почему так больно проигрывать?» Он хмуро смотрел на неё. Затем шагнул, чтобы удержать, но Аватар с отвращением отстранилась. – Не смей касаться меня! – из глаз её снова полились слёзы. Столб за её спиной обрушился с диким грохотом, подняв высоченные волны. – Ты – всего лишь кукловод, не способный на нормальные человеческие чувства! – Корра! Дай мне шанс хотя бы слово сказать! – Тарлок шагнул ещё ближе. – Я вышел из себя, и мне пришлось сделать это. Иначе ты бы уничтожила меня. Но теперь всё изменилось. Ты нужна мне. Нужна. Слышишь? – Тебе нужна не я, а тюремная камера! – завопила Корра вне себя. – Может, там ты найдёшь хоть каплю совести! Я тебе верила! По-настоящему! Она стремглав бросилась по узкой дорожке мола, на ходу пытаясь сорвать с шеи ожерелье. Тарлок поспешил следом. – Не смей уходить от меня! – он обвил её талию водяным лассо, не давая уйти дальше. – Ты теперь моя жена! Корра развернулась и, коснувшись камня, топнула ногой. Она вытолкнула из земли целый пласт, который высоко отбросил мужа назад. Тарлок вовремя отпрыгнул на водяной волне и приземлился рядом с женой. Они уже были на середине мола. – Дай мне шанс! – он схватил её за руку и притянул к себе. – Не разрушай всё вот так сразу! Корра оскалилась и, поднырнув под его локоть, плавно вывернулась из захвата. – У тебя был шанс, Тарлок! Ты сам всё разрушил! – прошипела она и приняла широкую стойку мага земли. – Не вынуждай меня... – прошептал Тарлок, глядя ей в глаза. – Прошу... Карминный мрамор под их ногами треснул с сухим хлопком. Трещина всё ширилась и ширилась, прямо на глазах от неё, как от дерева, бежали новые ветви. – Корра! – отчаянно крикнул Тарлок. Но она, отравленная ядом обиды, его больше не слышала. Тарлок понял, что будет следующим её шагом: Корра просто отрежет себя от него и на волнах унесётся к Храму Воздуха. Поэтому, увидев, что они уже довольно далеко от гостей, он вытянул руку вперёд и нащупал в воздухе нити к влаге в её теле. Корра замерла на месте, неестественно изогнувшись от боли, будто кто-то выкручивал её суставы, и трещина под ногами перестала расти. Тарлок завернул её руки назад, чтобы снова обезопасить. И чуть было не отпустил, увидев слёзы на щеках. Он вдруг снова почувствовал себя ребёнком, когда отец заставлял манипулировать северными волками при помощи их крови – но Тарлок не хотел этому учиться: он чувствовал их боль. Точно так же, как остро чувствовал сейчас боль Корры, когда укладывал её на мрамор и замедлял сердцебиение, чтобы усыпить. Стоя над бесчувственной женой, лицо которой было залито слезами, Тарлок чувствовал себя так, будто его облили помоями – мерзко. Он уже видел боковым зрением, как к ним со стороны садов приближается Бейфонг, Тензин и Тонрак. И стоило подумать о новой лжи для всех них, иначе конец всему. Магия крови вне закона, спасибо Катаре. Тарлок взял на руки Корру, и тут чутьё мага заставило его обернуться. У него вдруг округлились глаза: у маяка показались тени. С ужасающей скоростью они множились и приближались, в темноте тёплого вечера можно было рассмотреть зелёно-жёлтые очки ци-блокеров. – Уравнители здесь! – крикнул он за спину, чтобы услышали полицейские, но в пылу ссоры они слишком далеко ушли, а террористы приближались со сверхъестественной скоростью. – Проклятье! Тарлок поднял высокую волну, вспрыгнул на неё, как профессиональный сёрфер, и прибавил скорости. С Коррой на руках стало сложно управлять стихией, приходилось на ходу приноравливаться к новому центру тяжести. За спиной заревел мотор катера. Тарлок заложил крутой вираж, но блокеры не отставали. Советник был уже на подходе к набережной, как вдруг из-под пирса вылетел второй катер и перерезал ему путь, сломав волну. От неожиданности Тарлок рухнул в воду вместе с женой, потеряв её из виду. Поднявшись вверх на новом гребне, он смахнул с лица мокрые волосы, выискивая Корру. И успел увидеть, как её, всё ещё бесчувственную, втаскивают на катер. На корме которого стоит Амон. Тарлоку почудилось, будто он злобно усмехается под уродливой маской. Советник сжал челюсти и ринулся на волне к катеру, заходя сбоку, чтобы ударить в борт. Он уже осыпал ци-блокеров ледяными осколками так, что тем оставалось только лечь на дно лодки, и подошёл опасно близко, чтобы вытащить Корру. Но в последний момент Амон опустил руку в электроперчатке в воду, и страшный удар тока пронзил тело Тарлока. Он потерял сознание, закачавшись на волнах. И не видел, как отчаянно сражаются с ещё двумя отрядами ци-блокеров Бейфонг с подручными, Тензин, Болин, Асами и Тонрак.

***

Тарлок, которого сейчас вряд ли кто-нибудь смог узнать в чёрном костюме и маске, неслышно пробирался вдоль старых ангаров для кораблей. Из переулков несло гнильём отбросов и сожжённым дешёвым топливом. То тут, то там под ногами попадалось грязное тряпьё и пустые бутылки. «Что толку от угроз безутешного Тонрака? Какой смысл в поисках Мако и допросах Бейфонг? Тот же Тензин может сколько угодно смотреть волком, от этого Амон Корру не выдаст. А Болин только и умеет что причитать да наводить панику…» Тут Тарлок кривил душой: именно Болину удалось оглушить троих ци-блокеров, пока он болтался в море, полуживой от болевого шока. Вот только арестантов не мог разговорить ни Мако, ни Бейфонг. И тогда Тарлок снова взялся за дело, плотно закрыв за собой дверь в камеру. Магия крови кроме тотального контроля – это ещё и жуткая боль, мало кто может её выдержать. И один из блокеров раскололся. Двое других страдали, но молчали, полагая, как и все кретины-фанатики, что раз уж Аватар теперь у Амона, то тот само собой вызволит их из-за решётки. Тарлок не ставил себе целью разубеждать их. По сведениям, полученным от «языка», Амон должен быть как раз под этими ангарами. А там где Амон – там и Корра. В одиночном нападении масса плюсов. Например, полицейские: если их взять с собой даже для прикрытия, будут лишь обузой и дополнительным маячком для ци-блокеров Амона. Нужна тишина и внезапность. Советника Тарлока знают как консервативного политика в чистой рубашке, и никто не ожидает увидеть его в тёмном переулке в три часа ночи. Особенно Амон. Это дуэль. И лишних здесь между ними быть не должно. Но самый главный плюс: тайна магии Тарлока. Об этом знает только Корра, и теперь он может действовать не только с уязвимой стихией воды, но и более масштабно. Этот козырь Советник припрятал как раз для такого случая. Вдоль старых труб Тарлок пробрался к длинному тоннелю, уводящему глубоко под землю. Он долго крался вдоль ржавеющих лестниц, затем через широченную утробу воздухозаборника. Наконец, путь привёл его к решётке вентиляции, сквозь которую Советник увидел просторную комнату с низкими потолками, освещённую несколькими парами круглых фонариков. На густой белой шкуре моржельва лицом вниз лежала Корра. Тарлок бесшумно отвинтил болты и снял решётку. Он спрыгнул вниз и тихо порадовался, что толстые ковры спружинили, заглушив звук. Едва он склонился над Коррой, чтобы привести её в чувство, старые инстинкты, обострившись до предела, завопили об опасности. Тарлок резко развернулся, переходя в боевую стойку, и замер. Перед ним стоял Амон. А за его спиной два плечистых охранника. Тарлок уже нащупал в воздухе нити, ведущие к крови всех троих, как вдруг Амон медленно сбросил капюшон и снял маску. – Здравствуй, брат. – Ноатак?!

***

Корра лежала ничком, уткнувшись лицом в пушистый ковёр (или шкуру какого-то зверя?). Она несколько минут назад очнулась, но решила пока не выдавать себя, проверяя тело: напрягая то одну группу мышц, то другую. Тем более, что в полутёмной комнате, судя по голосам, кроме неё был кто-то ещё. Последнее воспоминание вдруг кольнуло больно и неприятно – касание жуткого Амона. Он дотронулся её лба, и Корра с ужасом ощутила, как невидимой волной сила оттекает от неё. Из тела словно вынули все кости, и оно обмякло. Сознание помутилось. Корра прислушалась: один голос она узнала. Это Тарлок. Муж, от которого она сбежала, собственной персоной. – Ноатак, зачем тебе всё это? Мы могли бы править этим городом вместе. И не из трущоб, а в хорошем особняке. С горячим кофе по утрам. – Ноатак... сколько лет никто не называл меня этим именем... за стенами особняков не спрячешься, Тарлок. Революция уже началась. – Прекрати, Ноатак. Ты ведь не можешь лишить силы всех магов! – Я уже лишил её всей силы, – низко ответил голос, который Корра предпочла бы больше не слышать никогда – голос Амона. – Она больше не опасна. – Нельзя лишить силы Аватара! – А я взял и лишил, – нагло ответил Амон, проведя шершавой ладонью вдоль лопаток Корры. А потом вдруг перевернул её на спину. – И теперь буду делать с ней всё, что вздумается. Теперь она всего лишь девчонка. Корра забыла как дышать от страха. Она теперь действительно бессильна против него. Она больше не маг. А если и Тарлок заодно с ним... Тарлок... – Не смей... она – моя девчонка! – с неожиданной злостью пригрозил Тарлок. – Она моя жена! – Ну... – пальцы Амона по-хозяйски сжали её бедро сквозь ткань, и Корра стиснула зубы. – У нас в детстве всё было общим, помнишь? «В детстве? – ужаснулась Корра. – Они росли вместе? Братья?» – Это не игрушки, Ноатак! – суровый голос Тарлока был совсем рядом, и Корра радовалась ему, как родному. – Сейчас мы взрослые люди. – Всё правильно, – усмехнулся Амон и одним резким движением задрал подол свадебного платья. – Взрослые мальчики – взрослые игры.