Последний год

      Драко сидел в Большом Зале, надеясь, что в замок ворвется горный тролль, и занятия будут отменены. Однако такое везение было бы сверхъестественным даже для волшебного мира. Поэтому юноша продолжал лениво ковырять вилкой свой омлет, стараясь не обращать внимания ни на кого вокруг. Крэбб и Гойл говорили с Заббини о предстоящих матчах, обсуждая всевозможные стратегии игры. Вдруг, кто-то опустился на скамью слева от него. Краем глаза он увидел, что это Пэнси, но не подал виду, что вообще заметил ее. Она тоже промолчала. Драко быстро доел омлет, взял сумку, и направился к выходу из зала. Как же ему хотелось провести этот день в одиночестве!       В дверях его догнала Пэнси.       — Драко… — неуверенно начала она.       Юноша резко остановился и развернулся к ней, окатив холодным взглядом с ног до головы. Девушка гулко сглотнула.       — Драко, прости меня, пожалуйста… я не должна была срываться на тебе вчера, просто все разом навалилось… Прошу тебя, я не выдержу, если еще и ты будешь на меня злиться.       В голосе Пэнси послышались слезы, хотя глаза оставались совершенно сухими. Если бы было наоборот, он ни за что бы ей не поверил.       — С чего ты взяла, что я должен тебя прощать? — невозмутимо спросил он. — Ты осудила меня без видимой на то причины.       — Потому что мне нужен друг… — ее голос был пропитан отчаянием.       Драко содрогнулся, и прогнал от себя нарастающее чувство вины.       — Больше я такого не потерплю… — начал было он, но тут же замолчал, когда Пэнси бросилась ему на шею. Девушка прошептала ему на ухо короткое «Спасибо», чмокнула в щеку и убежала обратно в Большой Зал.       Малфой вздохнул, и побрел на Заклинания. «Неплохое начало дня» — язвительно подумал он.       На Заклинаниях возможности поговорить с Пэнси не было. Второй парой у него были Руны, на которые она не ходила, а за ними Травология, где визг каких-то зубастых помидор заглушал даже его собственные мысли. Вся надежда была на Зельеварение. Драко вышел из теплиц и побрел в подземелья. Перед тем, как зайти в замок, его взгляд упал на старую иву возле озера. «Надо будет забрать дневник» — подумал он, и зашел внутрь.       По дороге он встретился с Крэббом и Гойлом и уже вместе с ними пошел в кабинет декана. У самой двери Малфой увидел идущую в том же направлении троицу. «Вот черт, а я и забыл, что мы сегодня с ними будем» — пронеслось у него в голове. Тут до него донеслись слова Уизли:       — Еще и со Слизерином там сидеть!       Нет, ну надо же! Он еще и жалуется. Драко мог бы промолчать, но выработанная годами привычка сделала свое дело.       — Поверь, Уизли, сидеть с вами в сто раз хуже — сказал он, с удовольствием отметив удивление и раздражение в глазах гриффиндорцев.       — Тебя никто не спрашивал, Малфой! — сказала Грейнджер, уводя за собой своих дружков.       «О Мерлин, ну и детский сад!» — почему-то, Драко захотелось как-то ей ответить, оставить последнее слово за собой.       — Как и тебя, грязнокровка.       «Ну да, а это не детский сад?» — прошептал все тот же язвительный голосок в голове. Несмотря на это, реакция Поттера и Уизли была абсолютно предсказуемой и как всегда порадовала его самолюбие, но вот реакция Грейнджер… Она даже не попыталась развернуться. Вместо этого, она на секунду съежилась, как будто от удара в спину, а потом упрямо выпрямилась, и потянула за собой остальных.       Драко стало не по себе. Тряхнув головой, он последовал за ними в кабинет. Через несколько минут вошла Пэнси и села рядом с ним. Сегодня они сидели одни — Гойл пересел к Крэббу и Заббини, чтобы продолжить прерванное с утра обсуждение квиддича.       — Так что, может, все-таки поведаешь своему новообретенному другу что случилось? — спросил он, доставая из сумки учебники.       — Не сейчас и не здесь, Драко — тихо отозвалась она. — Не хочу лишних глаз.       Юноша просто кивнул, и продолжил подготовку к уроку. Вскоре вошел Снейп, раздал указания, и все приступили к работе. Зелье было достаточно сложным, но Малфой уже готовил его летом, поэтому знал, на что надо обращать особое внимание. Примерно через час в его котле булькала густая фиолетовая жидкость.       — Превосходно, мистер Малфой. Двадцать баллов Слизерину — Снейп как обычно не преминул наградить свой факультет, хотя в этот раз награда была абсолютно заслуженной. Собираясь, юноша увидел, как Грейнджер мельком заглянула в его котел, и с нескрываемым раздражением сдала свой преподавателю.       «Что, удача сегодня не на твоей стороне?» — насмешливо подумал он. Но, подойдя к учительскому столу и увидев содержимое ее котла, он ясно понял причину ее раздражения. Зелье Грейнджер было таким же безупречным, как и у него, вот только она за свои труды не принесла факультету ни единого балла.       Малфой пожал плечами, и, захватив сумку, вышел из кабинета. Усталость этого дня вылилась в раздражение. Пэнси уже ушла, а Кребб и Гойл, видя, что он не в духе, молча шли следом. Он был бы не против, чтобы они оставили его в покое, но до гостиной Слизерина оставалось всего ничего, так что отсылать их не было смысла. Отчаянно хотелось на ком-то отыграться. Впереди послышались знакомые голоса. «Да мне сегодня везет!» — подумал юноша, тщательно скрывая холодную усмешку. Он ускорил шаг, и скоро увидел спины говорящих. Поттера задеть было легче всего. Его ярость доставляла Драко наибольшее удовольствие, так что, не раздумывая, он прокричал:       — Что такое, Поттер, не можешь прочесть инструкции? — для разогрева хватит.       Черноволосый гриффиндорец мгновенно развернулся, а в его глазах полыхнула злость. Малфой еле сдержался, чтобы не рассмеяться. «Он так предсказуем!», — все это его забавляло. Через пару секунд на слизеринца с ненавистью уставился Уизли. Драко почувствовал, как напряглись за его спиной Крэбб и Гойл. «Как хищники, почувствовавшие запах скоро прольющейся крови» — подумал про себя он.       Поттер дулся, пытался вывести слизеринца из себя, вот только его злость не позволяла ему увидеть элементарного: именно Драко был хозяином ситуации. Юноша искренне забавлялся, глядя на то, как заклятый враг с пеной у рта кричит на него. Самое замечательное в этой ситуации — то, что Поттер ничего не может с ним сделать. Он и сам это понимает, просто пока не признает.       Драко смотрел, как перепуганная Грейнджер цеплялась за его рукава, всеми силами стараясь образумить друга. «Глупая, глупая девочка. Он уже запутался в сетях, которые я для него расставил, все твои старания бесполезны», — ликовал он.       — Что такое, Малфой, чувствуешь себя беззащитным без юбки твоего отца? Кстати, передавай ему привет. Скажи, что как только он вылезет из норы, его ждет Азкабан! — бесился гриффиндорец.       «И снова мимо!» — забавлялся Малфой. Он и сам знал, что его отец подонок и что стоит ему выйти за пределы поместья, как он будет схвачен. А юбка… Люциус никогда ему не помогал, так что и тут он не попал. Зато эта фраза подала ему идею для следующего хода. Он разыгрывал гриффиндорца как по нотам.       — Откуда тебе знать об отцовской юбке, Поттер? У тебя-то ее никогда не было. А вот про Азкабан поверю, в этом у тебя опыт больше чем у меня, — видимо, это было уже слишком. На секунду, слизеринец решил, что Поттера сейчас удар хватит.       Чего он уж точно не ожидал, так это того, что его противник, направив на него палочку резко выкрикнет: «Остолбеней!».       Время на секунду застыло. Драко часто выводил гриффиндорца, но никогда еще дело не принимало такой оборот. Последняя фраза была явно лишней, и вот, Малфой стоял даже не в состоянии поднять свою палочку. В этот же момент, он краем глаза заметил выражение лица Грейнджер, которая в страхе прижалась к стене: ужас, смешанный с непониманием и тревогой. «Неужели за Поттера боится?» — пронеслось у него в голове. В тот же миг в ее глазах появилась странная решимость, и он как будто издалека услышал ее голос: «Протего тоталум!». Красная вспышка заклятия уже неслась прямо ему в лицо, но вдруг, замерев, растворилась в воздухе.       Мозг отказывался работать, поэтому это неожиданное спасение никак не желало связываться с выкриком ненавистной гриффиндорки. Две секунды потребовалось на то, чтобы прийти в себя. Еще три — на то, чтобы понять произошедшее. «Зачем она это сделала?!» — в голове пульсировала только эта мысль. «Да нет, не может быть.» — но взгляд Поттера говорил совсем иное. Вечность спустя, он перевел взгляд на девушку, которая так и стояла с поднятой палочкой. На миг, их глаза встретились. Почему-то, Драко тогда показалось, что она молила его о спасении. Послышался голос Филча, все бросились бежать. Юноша замешкался, не в силах отвести взгляд от ее карих глаз, но потом кто-то схватил его за рукав мантии и потащил в сторону подземелий Слизерина. «Гермиона..!» — почему-то, его очень волновала ее безопасность. Потом было отчаянное бегство в подземелья, захлопнувшаяся дверь, запыхавшиеся Кребб и Гойл… За всем этим он так и не понял, что впервые назвал ее по имени.