Последний год

      Кто-то постучал в дверь. Гермиона вытерла слезы и взглянула на часы. «Половина первого», — тупо отпечаталось у нее в голове. Девушка знала, кто это, но ей не хотелось обращать ни на что внимание. Стук повторился еще раз, потом еще раз, а потом затих. Джинни ушла. К горлу подкатила злость: «Как это на него похоже: прислать Джинни для переговоров!». Ночь была пасмурной, и лунный свет не пробивался сквозь облака, погрузив комнату в вязкую темноту. Сил потянуться за палочкой не было, так что она так и осталась лежать в темноте. Слова Гарри прожигали мозг, въедаясь все глубже и глубже. Все попытки прекратить это самобичевание закончились провалом, так что Гермиона просто лежала, рассматривая стену напротив. Мысли сменяли одна другую, не задерживаясь надолго. «Половина первого», — и как она собирается идти завтра на занятия? «А надо ли?» — она мысленно перебрала завтрашние уроки: История Магии, Травология и Астрономия. Ничего не случится, если завтра ее там не будет. Наверное, впервые в жизни прогулы показались ей настолько заманчивыми. Сил обдумывать что-либо не осталось, поэтому она просто укрылась одеялом и вскоре уснула.       Когда девушка проснулась, лучи солнца уже заливали комнату. Часы показывали девять утра. «Значит, завтрак я уже пропустила», — эта мысль не вызвала у нее никаких эмоций. Вчерашние мысли снова накрыли ее с головой.       — Добби…? — немного вопросительно позвала она.       Через несколько секунд из пустоты появился домовик, которого Гарри много лет назад спас от Малфоев. Малфой… Девушка тряхнула головой, прогоняя непрошенные мысли.       — Мисс Грейнджер, — согнулся в поклоне эльф, — чем я могу помочь?       — Ты не мог бы собрать мне корзинку с едой? Я знаю, ты не должен, но…       — Конечно! — просиял эльф. — Будут какие-то пожелания?       — Нет, нет, Добби, — облегченно улыбнулась волшебница, — главное, чтоб ее хватило на весь день.       Домовик еще раз поклонился и растворился в воздухе. Непонятно почему, Гермиона почувствовала прилив сил и начала быстро собирать сумку. Переодевшись и прихватив с собой несколько книг, одеяло и письменные принадлежности, с которыми она не расставалась, девушка снова опустилась на кровать. Где-то через пятнадцать минут ожидания, посреди комнаты появился довольный домовик с огромной корзиной в руках.        — Спасибо, Добби!       — Добби всегда рад помочь друзьям Гарри Поттера, — сказал он и снова исчез.       «Друзьям Гарри Поттера…» — да, именно так их с Роном знало большинство людей. Интересно, назовет ли Гарри ее другом после вчерашнего? «Прекрати! Ты не испортишь себе этот день мыслями о вчерашнем!» — мысленно приказала себе Гермиона. Она еще раз окинула взглядом комнату, взяла корзинку и наложила на себя чары невидимости. Еще на пятом курсе она научилась этому заклинанию у Грюма, за что была ему очень благодарна.       Занятия уже начались, так что на своем пути девушка не встретила никаких преград. Выйдя из замка, она сразу же направилась к озеру, и уже через двадцать минут прогулочного шага была у своей любимой ивы. Гермиона зашла под шатер ветвей, расстелила одеяло и удобно устроилась между корней. Живот требовательно заурчал, и она решила исследовать содержимое корзинки. Откинув плетеную крышку, девушка едва сдержала смех. Да, Добби постарался на славу! В небольшой корзинке еды хватило бы как минимум на два дня. Более того, ассортимент варьировался от жаркого и печеной картошки до лакричных палочек и облачного зефира. Гермиона собрала себе завтрак и, наслаждаясь солнечными лучами на коже, окинула взглядом гладкую поверхность воды. Казалось, что все плохие мысли остались в замке, а здесь, под ивой, были только солнце и беззаботность.       Это был, пожалуй, первый раз, когда она без видимой на то причины прогуливала занятия. Самым странным было то, что она абсолютно не чувствовала себя виноватой. Наоборот, с самого прибытия в Хогвартс девушка еще не была такой счастливой. Ей наконец-то удалось закончить «Унесенные ветром», и теперь Гермиона лежала, подставив лицо солнцу и анализируя поведение главных персонажей. Украдкой ее мысли перескочили на вчерашний вечер. Вот только она не думала о Гарри или Роне. Она думала о Драко Малфое. Все было не так под этим странным деревом — если в замке она отогнала бы прочь такие мысли, то здесь и сейчас они казались совершенно естественными. В суматохе, царившей в коридоре, а потом и в напряжении гриффиндрской гостиной, у нее не было времени осознать все случившееся. Но теперь, растянувшись на теплой земле, ее мысли снова вернулись к недавним событиям. Девушка могла поклясться, что увидела что-то непонятное во взгляде слизеринца. Как раз когда все уже убегали, в его взгляде промелькнуло что-то… что-то похожее на благодарность. Хотя нет… девушка даже не знала, как это объяснить. Признательность? Гермиона усмехнулась: «Скорее Земля будет вращаться в другую сторону, чем Драко Малфой будет за что-то признателен грязнокровке». Но странное чувство не хотело ее оставлять. Что-то в нем явно было не так. Или, по крайней мере, не так, как обычно. Оставив анализ поведения Малфоя до лучших времен, девушка перешла к себе самой. Зачем она так поступила? Ведь было совсем необязательно это делать. Именно это и взбесило ее друзей — у нее был выбор, но она поступила не так, как от нее ожидали. Да, она сделала это для Гарри, но собственная совесть говорила, что это не вся правда. Что же тогда? Девушка вспомнила беспомощный и потерянный взгляд слизеринца. «Я защитила его на чистых инстинктах», — сказала себе Гермиона, вполне удовольствовавшись этим оправданием. Он казался таким уязвимым тогда. И куда подевалась вся его поддельная бравада в самый нужный момент? Он просто мальчишка, такой же, как Гарри или Рон.       Гермиона не могла больше лежать на одном месте, поэтому она встала и начала ходить вокруг широкого ствола, снова и снова обдумывая случившееся. Наверняка виновата ее привычка помогать тем, кто в этом нуждается, не задавая лишних вопросов. Это свело ее с Гарри и Роном, это заставляло сидеть всю ночь, проверяя домашние задания младших курсов… Рука скользила по шершавой древесине и вдруг, зацепилась за край небольшого дупла. «А ведь раньше я прятала там свои записи», — вспомнила девушка. «Интересно, они еще там?» — рука скользнула вглубь ствола и рассеянно пошарила по неровному дну. Вдруг что-то больно укололо ее палец. Девушка автоматически выдернула руку, но потом, успокоившись, нащупала гладенькую иголку и вытащила ее на свет. Гермиона невольно рассмеялась — в ее руках был старый значок «Г.А.В.Н.Э.». Сколько времени прошло с тех пор! Она снова запустила руку в поисках таких вот памяток, и вдруг она наткнулась на какую-то гладкую поверхность. Девушка с удивлением выудила из дупла небольшую книжечку. Гриффиндорка присела и начала внимательно ее рассматривать. Черная кожаная обложка по бокам обита серебром, незаметное тиснение на переплете… она не помнила, чтобы у нее было что-то подобное. Значит, ее положил сюда кто-то другой. Почему-то, мысль о том, что кто-то еще знает о ее тайном месте, вызвала у нее укол ревности. Гермиона открыла книжечку и с удивлением отметила, что она была пуста. Пролистав все страницы, она удостоверилась в том, что все листы были девственно-чистыми. Желание обладать такой красивой вещью боролось в ней с пониманием того, что она должна была кому-то принадлежать. «Да ладно тебе, вряд ли этот кто-то помнит о ней. Может, ее обладатель вообще уже выпустился из школы», — успокаивал ее внутренний голосок. Девушка еще раз провела рукой по чистым страницам и, поддавшись искушению, засунула ее в сумку.       Остаток дня прошел так же лениво, как и его начало. Гермиона читала, нежилась на солнце и старалась не думать о том, что скоро ей придется возвращаться. Но, как и всегда в этой жизни, последние лучи заходящего солнца ознаменовали окончание этого необычного дня. Гермиона нехотя собрала вещи и, немного поразмыслив, снова наложила на себя чары невидимости. Дорога до портрета Полной Дамы прошла без приключений, но здесь девушке пришлось немного подождать, пока кто-то другой откроет проход. Наконец-то, она вошла в гостиную. Гарри, Рон и Джинни молча сидели у камина. Без малейшего зазрения совести, она прошла мимо них и тихо прокралась в свою комнату. Там она убрала одеяло на место, расставила книги по полкам и еще раз полюбовалась новым блокнотом. Забравшись в кровать, девушка моментально уснула.       Ей снилась старая ива, под которой она снова наслаждалась лучами солнца.

***

      Настало новое утро, и она нехотя поднялась с кровати. Как бы ни хотелось снова убежать от проблем, пора было встретиться с ними лицом к лицу. Гермиона пристыженно вспомнила свои вчерашние размышления по поводу Малфоя и тут же залилась краской. В дверь робко постучали.       — Гермиона…? — голос Джинни неловко пробивался сквозь толстую дверь. — Гермиона, ты здесь? Впусти меня, пожалуйста…       Девушка вздохнула и не спеша подошла к двери. Немного помедлив, она произнесла контрзаклинание и открыла дверь. На пороге показалась встревоженная Джинни.       — Можно я войду…? — спросила она, стараясь придать своему голосу больше уверенности.       Гермиона молча отступила назад, пропустив ее в комнату, и закрыла дверь.       — Гермиона… — начала было подруга.       — Я знаю. Можешь не говорить. Я знакома с ним уже семь лет, я знаю, что он раскаивается, — девушка сама поразилась тому, как спокойно и отстраненно прозвучал ее голос.       — Да, он раскаивается. Он очень боится тебя потерять. Как и мы с Роном. Он понимает, что-то, что ты сделала, было в первую очередь для него…       «Было ли…?» — невольно задалась вопросом Гермиона. А тем временем Джинни продолжала:       — … он понимает. Просто ты же знаешь, он заводится с полуоборота. Особенно, когда дело касается Сириуса или родителей. А тут еще Снейп… Он очень благодарен тебе за то, что ты не дала ему натворить глупостей. И я благодарна… именно поэтому, я тебя попросила за ним приглядывать. Ты для него как член семьи. Прошу тебя, не заставляй его потерять еще одного…       Сказав это, девушка в отчаянии посмотрела на свою старосту. «Разве у меня есть выбор?» — подумала Гермиона.       — Подождешь меня, пока я соберусь? — сказала она с легкой улыбкой.       Джинни бросилась ей на шею.       — Спасибо, спасибо, спасибо, спасибо! Гермиона, ты лучшая, честно!       — В такие моменты ты напоминаешь мне Рона, — усмехнулась она.       Рыжеволосая девушка весело пожала плечами и уселась на кровать, ожидая, пока подруга закончит сборы.       Гермиона забежала в ванную. На душе было немного легче. Она быстро умылась, расчесалась, растерла капельку любимых духов на запястьях и надела простой серебряный браслет. В последнее время она полюбила такие украшения, а особенно этот браслет, который привезла ей Флер из Франции. С воздушной цепочки свисали несколько кулонов, камешки трех разных цветов — прозрачный аквамариновый, темно-фиолетовый и мутный, как будто туманный, розовый. Она носила его почти каждый день, чем очень радовала мисс Делакур. Последний раз посмотрев на себя в зеркало, она вышла из ванной.       — Я готова, — сказала она.       Джинни просияла и вскочила с кровати, подхватывая брошенную на пол сумку.       — Отлично выглядишь! — сказала она, стоя у дверей.       Гермиона улыбнулась, взяла собственную сумку. Она уже подходила к двери, но потом зачем-то вернулась к столу и захватила найденный вчера блокнот.       — Расскажешь? — спросила Джинни, когда они спускались по лестнице в гостиную.       — Расскажу что? — не поняла подруга.       — Где ты вчера была весь день? Мы чуть с ума не сошли, особенно Гарри.       Гермиона вспомнила лицо Гарри, сидящего у камина, и то, как она, не сказав ни слова, прошла мимо них. Больно кольнула совесть.       — Ходила гулять, — пространно ответила она. — Ничего особенного, просто не хотелось идти на занятия.       — Ну, ничего важного ты не пропустила, я всем сказала, что ты приболела, так что вопросов не будет, — усмехнулась Джинни.       Девушка почувствовала прилив благодарности к идущей рядом подруге, которая не поленилась подойти ко всем преподавателям, хотя у нее, как у шестикурсницы, были совершенно другие предметы.       — Спасибо тебе! — искренне произнесла Гермиона. — С меня причитается.       — Да ладно тебе, вспомнить, сколько раз ты мне помогала…       Очень скоро девушки подошли к дверям Большого Зала.       — Ну что, пошли? — спросила Джинни.       Гермиона просто кивнула. Зайдя в зал, она сразу же увидела Гарри и Рона, которые взволнованно о чем-то переговаривались. Секунду спустя их взгляды встретились, и черноволосый юноша подскочил с места, ожидая, когда новоприбывшие подойдут к ним.       — На твоем месте, я бы заставила его что-нибудь сделать, чтобы ты его простила. Например, пусть пролетит на матче три круга, распевая «Веселого гиппогрифа», — прошептала ей на ухо Джинни.       Гермиона улыбнулась и почувствовала себя уверенней. Наконец-то, они подошли к своим местам.       — Гермиона… — начал было Гарри, но вина и раскаяние в его глазах сказали все за него.       Гермиона просто обняла его и сразу почувствовала, как расслабились напряженные плечи.       — Прости меня, прости, я такой осел, — шептал он, не веря, что она вот так вот легко его простила.       А она действительно простила. Еще утром это казалось невозможным, но сейчас, вдыхая знакомый запах его свитера, она и правда забыла все свои обиды. Иногда ее саму раздражала собственная отходчивость.       — Осел, конечно! — рассмеялась она, отстраняясь от него.       Гарри улыбнулся в ответ, и они вместе сели за стол. Завтрак прошел в веселой дружеской атмосфере, как, собственно, и весь день. Девушка была очень счастлива. И если вчера ее счастье было одиноким, личным, принадлежащим только ей, то сегодня она разделила его с лучшими друзьями и, казалось, со всей школой.       Весь день она провела с Гарри и Роном. Ну, почти…. «Сейчас не время об этом думать!» — подумала она, вспомнив Зельеварение. Предметы сегодня были довольно изнурительными, так что, идя на последнюю Историю Магии, троица почти засыпала по дороге.       — Не честно, второй день подряд слушать Бинса! — пожаловался Рон. — Тебя хоть вчера не было, а нам что прикажешь делать?       — Да ладно, я смотрела программу, у нас сейчас история высших эльфов, должно быть интересно, — сказала Гермиона.       — Вот когда вейл будем изучать, тогда и будет интересно, — проворчал Рон. Гарри рассмеялся.       Гермиона, смеясь, стукнула его по рыжей голове, и троица вошла в просторный кабинет, где вот уже совсем неприличное количество времени хозяйничал профессор Бинс — единственное приведение, которое преподавало в школе. Парты в его классе были одиночными, так что девушка, по обыкновению, заняла свое место на первых рядах и начала готовиться к уроку. Роясь в сумке, она поздно поняла, что забыла свою тетрадь для записей. «Но надо же мне будет в чем-то писать!» — отчаянно подумала она. Вдруг под руку попался черный блокнот. Она и забыла, что взяла его с собой. «Жаль, конечно, тратить его на Историю Магии, но другого выхода нет. Все равно потом я смогу перенести записи в тетрадь, а тут все сотру», — с этими мыслями она решительно достала блокнот и открыла его на первой странице.       Как ни храбрилась Гермиона, пару раз она уже ловила себя на том, что начинает клевать носом. Тема была интересной, даже очень. Проблема в том, что профессор Бинс не был.       »…существовали два типа альвов: верхние (светлые) и нижние (тёмные, или свартальвы), причём последним в «Эддах» уделяется значительно больше внимания. Это существа, живущие под землёй и обладающие смуглой кожей…»       Рука периодически соскальзывала со страницы, пробуждая сонную девушку. Несмотря на ее состояние, конспект вышел достаточно приличным. Судя по сонным лицам вокруг, она вообще была единственной, кто хоть что-то записал. Наконец-то, прозвенел спасительный звонок. Разбуженные ученики, потирая глаза, осматривались по сторонам. Гермиона обернулась. Рон вообще откровенно храпел. Собрав свои вещи, она разбудила друзей, и они отправились в башни Гриффиндора.       Хорошо еще, что домашнее задание можно было не делать — Гермиона планировала заниматься этим на выходных. Осматриваясь по сторонам, девушка поняла, что свободных мест за столами уже почти нет. В гостиной была куча народу — занятия закончились, так что почти все гриффиндорцы сидели в общей гостиной.       — Не знаю как вы, а я пошел спать, — зевнул Рон, и, пожелав всем спокойной ночи, ушел.       Гарри устроился с Джинни у камина, и Гермиона, не желая мешать им, тоже поднялась к себе. В комнате она не спеша выложила все из сумки и заново загрузила ее на завтра. Все сегодняшние записи стопкой легли на краю стола. Девушка приняла теплый душ, смыв с себя все плохое, что оставалось в ее сердце с утра. Замотавшись в теплый халат, она забралась под одеяло и начала лениво листать «Прогулки с вампирами».       Вскоре ее голова уже покоилась на подушке, а ветер из открытого окна лениво переворачивал страницы забытой книги.