Глава 12
20 июля 2016 г., 07:44
Драко долго ворочался в постели, слишком взбудораженный событиями сегодняшнего вечера, чтобы заснуть. Голова не желала думать ни о чем кроме прозрачной завесы, поглотившей красную вспышку заклятия. «Зачем она так поступила?» — в который раз спрашивал себя юноша, но все равно не мог найти ответа. «Могла ведь просто потом помочь замести следы, не знаю… да много чего она могла сделать!» — мысли неслись по накатанной. Как бы там ни было, из всех доступных ей вариантов Гермиона Грейнджер выбрала именно тот, который вот уже три часа кряду не оставлял в покое молодого слизеринца. Драко привык к тому, что все в мире происходит по какой-то причине. Всегда корыстной причине — так или иначе. Любовь, деньги, доверие, выгода — одни причины просто были очевиднее других. Вот только у гриффиндорки ничего такого в мыслях не было, или, по крайней мере, он об этом не знал. Драко раздраженно перевернулся на другой бок. Где-то в клетке, стоящей в углу комнаты, ухнул его филин. «Интересно, что она сейчас делает?» — юноша не сомневался, что девушка еще поплатится за свой опрометчивый поступок. Он ведь видел глаза Поттера…. На секунду он увидел в нем своего отца. Почему-то, от мысли что тот может как-то ей навредить, захотелось пальнуть в него каким-нибудь заклинанием. «Так! Это уже ни в какие ворота не лезет!» — Малфой резко вскочил с кровати и подошел к шкафчику с зельями. Даже в полной темноте он знал, где стоит бутылочка со снотворным — юноша уже давно не засыпал без него. Сделав один большой глоток, он аккуратно убрал склянку на место и вернулся в постель. «А все-таки…?» — додумать он не успел, потому что снотворное быстро сделало свое дело. Краем ускользающего сознания он понимал, что эта мысль вряд ли бы ему понравилась.
***
Тихая, вкрадчивая музыка незаметно прокралась в его сон. Драко знал, что это будильник, но упрямо не хотел открывать глаза. Он специально выбирал такую музыку, которая будила его постепенно, плавно выводя из забытья. Больше притворяться было нельзя, и он со вздохом дотянулся до палочки и одним взмахом заглушил нарастающие звуки фортепиано. Свесив ноги с кровати, Малфой поежился от утренней прохлады. Тело быстро привыкало к температуре в комнате. Он медленно встал и побрел в душ. Времени было достаточно, так что слизеринец не спеша нежился в теплых струях воды, смывая с себя тревогу и беспокойство. Выйдя из душа, он быстро оделся, высушил заклинанием волосы и, захватив со стула уже собранную сумку, спустился в гостиную. Гойл и Заббини сидели в полудреме на небольшом диванчике, даже не заметив вошедшего в комнату Драко. — Привет сонному царству! — прокричал он, забавляясь тем, как они подпрыгнули от неожиданности. — Малфой, ты придурок, — ухмыляясь, сказал Заббини, кидая в него подушку. Драко поймал ее на лету и кинул в уже успевшего снова задремать Грегори. Блез рассмеялся, кидая вторую подушку в ошарашенного неожиданным нападением Гойла. В гостиной началась настоящая битва: перья летели во все стороны, падали канделябры с ламп, а вскоре в ход пошли волшебные палочки. — Эй, вы что делаете? — послышался голос Пэнси со ступенек, ведущих в спальни. Малфой ухмыльнулся и запустил в нее подушкой, за что тут же получил ответный удар от Гойла. Пэнси быстро включилась в их ребячество. Все было как много лет назад, еще в детстве, когда они были просто людьми, а не наследниками великих семей и потенциальными Пожирателями. Пятеро слизеринцев (Крэбб пришел вскоре после Пэнси) лежали на куче подушек и перьев, стараясь перевести дыхание. Первой отозвалась Пэнси: — Если мы хотим позавтракать, то нам лучше спускаться прямо сейчас, — в ее голосе слышалась улыбка. Драко встал первым, за ним поднялись остальные. По молчаливому согласию они подняли свои палочки и привели гостиную в ее первоначальный вид. Так же безмолвно они вышли в коридор, и только блеск в глазах и периодические переглядывания выдавали случившееся этим утром. Большой Зал оказался полон — завтрак был в самом разгаре. Драко сел на свободное место и начал с давно невиданным аппетитом жевать тост. Взгляд сам собой упал на стол Гриффиндора. Поттер, брат и сестра Уизли… а где она? Лица троицы были взволнованными и нахмуренными. Может, что-то случилось? «Да что могло случиться?! — раздраженно прервал сам себя слизеринец. — Не убил же ее Поттер, в самом деле!». От этой мысли стало не по себе. Драко выругался. Ведет себя как полный идиот. — Что такое? — спросила Пэнси, внимательно разглядывая его выражение лица. Юноша быстро отвел взгляд от гриффиндорцев. — Ничего, — с невинным взглядом сказал он. — Скажи лучше, что у нас сегодня за пары. Драко прекрасно знал расписание, просто нужно было чем-то отвлечь девушку от ее психоанализа. Закончив завтрак, они вместе отправились на Уход за магическими существами. Дурацкий предмет. Он ненавидел его с того самого случая с гиппогрифом. Но, к большому облегчению слизеринца, в этот раз урок прошел быстро и безболезненно. Запихивая в сумку зарисовки дромарога, он направился на Травологию. Они будут изучать этих тварей еще несколько уроков, так что Малфой справедливо считал, что сегодняшнее занятие, когда не надо было непосредственно иметь дело с этими огромными чудовищами, было самым безопасным. Дорога до теплиц не заняла много времени. Еще издалека Драко заметил красные значки, приближающиеся к теплицам со стороны замка. В этом семестре у них почти каждый день был хотя бы один спаренный урок с гриффиндорцами. Юноша вошел в теплицу и занял свое привычное место. Сегодня они изучали цикуту — растение ядовитое, но хотя бы не живое. Теплица постепенно наполнялась: вот вошел и Поттер в сопровождении Уизли. Как ни удивительно, обоих Уизли. Девчонка подошла к профессору Спраут, что-то ей сказала, на что профессор обеспокоенно кивнула. Шестикурсница вышла из теплицы, по дороге поцеловав Поттера в щеку. Слизеринец закатил глаза. «Развели тут…» — недовольно проворчал он. Урок начался, а Грейнджер так и не появилась. Утренние опасения Драко снова вернулись. Может, Поттер разозлился намного больше, чем он ожидал? Юноша еле сдержал смех, представив, как Поттер и Уизли украдкой тащат хладное тело Грейнджер по темным коридорам Хогвартса. Однако веселье быстро сменилось озабоченностью. Она никогда не прогуливала занятия, и что-то во взгляде гриффиндорцев говорило о том, что на предыдущем уроке ее тоже не было. Профессор Спраут призвала к тишине и начала объяснение, вот только мысли Драко витали очень далеко от гнойных мешков и горшков с неприглядными растениями. В результате, он чуть было не оставил свой экземпляр цикуты без корня, но вовремя опомнился и убрал лопатку с тонкого стебелька. Малфой периодически чувствовал на себе полные ненависти взгляды Поттера. Он даже не сомневался, что тот винит его в произошедшем. В том числе и в том, что бы там не случилось между ним и Грейнджер. На выходе из теплицы он почувствовал непреодолимое желание сказать гриффиндорцу какую-нибудь гадость, но сдержался. Глупо, но почему-то ему показалось, что это будет неуважением к ее поступку…. Он даже не подозревал, что та же самая мысль сдержала и Поттера.***
На следующий день Грейнджер все-таки появилась. Драко сидел в Большом Зале и лениво помешивал дымящийся кофе. «И зачем я его налил?» — он не особо любил этот напиток и, как истинный аристократ, предпочитал обычный черный чай. Но теперь выбор был сделан, и отступать уже поздно. «Как символично». Драко добавил сахар и сливки, надеясь, что это улучшит вкус напитка. Глядя, как распускаются в чашке белые бутоны сливок, он краем глаза заметил копну рыжих волос — девчонка Уизли. В другое время он никогда не удостоил бы ее своим вниманием, но сегодня вместе с ней шла она. Гриффиндорки подошли к своему столу, и юноша увидел, как Поттер тут же вскочил с места, опрокинув свой кубок, из которого на пол потек тыквенный сок. Казалось, никто из них этого не заметил. «Значит, я был прав — Поттер все-таки вышел из себя в тот вечер», — подумал Малфой, глядя на неуклюжие извинения черноволосого мальчишки. Тут, к вящему неудовольствию слизеринца, Грейнджер кинулась Поттеру на шею, крепко обхватив своими тонкими ручками широкие плечи гриффиндорца. «Зачем она это делает? Как будто это она виновата», — раздраженно пронеслось в голове у Драко. Тем временем, их объятия наконец-то распались. «И как эта рыжеволосая его не ревнует?» — подумал он, видя, как преданно и радостно черноволосый юноша смотрел на Гермиону. Гриффиндорцы, как ни в чем не бывало, уселись за стол, начав какую-то веселую беседу. Малфоя поразило то, как быстро они снова перешли к непринужденным дружеским отношениям. Он снова уставился на свой кофе. В груди неприятно кольнуло, когда он вспомнил ее руки на его плечах. Тем не менее, радость от того, что с ней все в порядке, глухими ударами билась в груди. Заниматься самоанализом не было ни времени, ни желания. Драко вышел из-за стола и пошел на Зельеварение, чтобы успеть подготовиться к уроку. Зайдя в привычную полутьму кабинета, он вздохнул спокойнее, почувствовав, как прохлада подземелья пробуждает здравый смысл, отгоняя непонятные и ненужные чувства. Он неспешно подошел к своему столу и стал раскладывать вещи, ожидая прибытия остальных студентов. Сегодняшнее занятие снова было совместным с гриффиндорцами. Драко почти с нетерпением ждал его начала. «Быстрее начнется — быстрее закончится», — раздраженно подумал он. Наконец-то, в класс начали заходить остальные. Очень скоро кабинет стал гудеть приглушенными голосами — громко тут никто не разговаривал, боясь вызвать неудовольствие Снейпа. Краем глаза юноша заметил троих друзей, по обычаю расположившихся за дальним столом. Урок начался и прошел незаметно. Они доваривали все то же пробуждающее зелье, которое в результате получилось только у него и Грейнджер. Естественно, баллов удостоился только Слизерин. Почему-то, Драко впервые стало из-за этого неудобно, почти стыдно. Прозвенел звонок, и кабинет опустел в мгновение ока — даже слизеринцы старались тут не задерживаться. Драко зашел в маленькое подсобное помещение, чтобы взять некоторые ингредиенты для снотворного зелья, которое по обычаю готовил сам. Он быстро нашел в запасах Снейпа все, что было нужно (естественно, честь пользоваться учительскими запасами принадлежала ему одному), и вышел из кабинета в темный коридор. Юноша сразу же почувствовал, что тут кто-то есть. «Грейнджер», — промелькнуло у него в голове, когда он увидел небольшую фигурку, судорожно собирающую рассыпавшиеся по полу вещи. Она его не заметила. Собрав основную часть вещей, она встала, оглядывая пол вокруг. Драко мог бы просто уйти, но, неожиданно для самого себя, он наклонился, подняв с пола красивую серебряную чернильницу, которая лежала в стороне, и не попадала под внимательный взгляд девушки. — Держи, — тихо сказал он, протягивая ей пропажу. Она резко подпрыгнула от неожиданности, а потом обернулась и замерла в неверии. Наверное, минуты три они просто смотрели друг другу в глаза в полном молчании. Затем, она так же тихо сказала: — Спасибо, — и потянулась за чернильницей. На секунду их пальцы встретились. Ее руки были холодными. — Спасибо тебе за то, что ты сделала. Ты не должна была мне помогать…. Я…я имею в виду, я знаю, это было не для меня, но… в общем, спасибо, что не дала Поттеру меня оглушить, — Драко и сам не понимал, как смог выдавить из себя такую длинную и на удивление логично оформленную мысль. На щеках проступили розовые пятна. Закончив говорить, он быстро развернулся и пошел на следующий урок. Юноша не оглядывался, но чувствовал, что она так и осталась стоять в темном коридоре. Остаток занятий прошел довольно обыденно, но, из-за большого количества материала, к концу дня он был совершенно измотан. Драко плотно закрыл дверь и с удовольствием завалился на кровать. Ложиться было еще рано, так что он медленно принял душ, разложил по местам вещи и сложил сумку. Подойдя к книжной полке, он провел пальцем по корешкам книг в поисках чего-нибудь, что можно было бы почитать на ночь. Тут, краем глаза он заметил что-то не то на своем столе. Юноша не спеша развернулся и начал внимательно рассматривать лежавшие на нем вещи. Перья, пергамент, стопки тетрадей… и тут он понял, что было не так. Драко в панике схватил лежащий на столе дневник. Тот самый, что он привез с собой из дома. Он понял, что было не так. Тиснение на дневнике было серебряным! Он тупо уставился на переплет, не понимая, что происходит. «Такого не может быть…» — растерянно подумал он. Вечность спустя он раскрыл его на первой странице, и…. Три листа дневника были исписаны аккуратным округлым почерком! «Но такого не может быть, второй дневник… Вот ЧЕРТ!» — его злости и раздражению не было предела. Каким надо было быть идиотом, чтобы оставить такой ценный артефакт в каком-то там дупле абсолютно без защиты! Вдох. Выдох. Малфой успокоился. Злиться теперь не было смысла. Он снова раскрыл дневник на первой странице и внимательно всмотрелся в почерк. Ровные, маленькие буквы с завитушками — писала явно девчонка. «Эльфы (нем. elf — англ. elf) — вол. народ в германо-сканд.и кельтском мире. Высшие эльфы встречаются в А., Ф., Г. и т.д., но значительно различаются по своим обычаям и внешнему виду в завис. от среды обитания. Известны также под названиями альвы (álfr — сканд.), сиды (sidhe — др. ирл.)…» «Что за бред?» — первая мысль Драко Малфоя была именно такой. Вдумавшись в написанное, он выдал уже более глубокую идею: «Значит, семикурсница». У него самого недавно был этот урок по Истории Магии. Проблема была только в том, что на этой неделе Слизерин был последним факультетом, у которого велась эта лекция, так что сузить круг «подозреваемых» не удастся. Юноша устало присел на кровать. И что теперь делать? Вдруг неожиданно он рассмеялся. Потом смех перерос в почти истерический хохот. Что в этой ситуации смешного, было загадкой даже для него самого. Филин в углу недовольно ухнул, глядя на безумие своего хозяина. Успокоившись, Драко взмахнул палочкой, стерев текст (все равно из второго дневника он уже исчез), и, схватив перо, аккуратно написал: «А тебе в детстве не говорили, что брать чужое нехорошо?» Все еще смеясь, он закрыл дневник, положил его обратно на стол и лег в постель. Кто бы ни был счастливым обладателем второй тетради, он (или скорее, она, как решил Драко) сейчас в Хогвартсе. До зимних каникул еще далеко, так что пределов школы дневник не покинет. А вернуть его он всегда сможет. Вряд ли кто-то станет отсылать его по почте. Малфой даже не сомневался, что воришка не подозревает о свойствах своей находки. На секунду он представил себе лицо незнакомки, которая, открыв второй дневник, обнаружит его вопрос. Выпив привычное зелье, он бросил последний взгляд на черный переплет. Все еще смеясь, он уснул, и даже во сне улыбка от удачной проделки не сходила с его губ.
