Последний год

Гермиона схватила небольшую книжечку с таким же отчаянием, с каким утопающий хватается за соломинку. Она резко раскрыла дневник, даже не потрудившись включить свет. Через пару секунд болезненного вглядывания в черный листок, она все-таки додумалась взять палочку, и в тот же миг над ней вспорхнул маленький шарик света. «Думаю, по понятным причинам, этот шаг можно опустить. И вообще, что это за требования такие? В конце концов, это ты украла чужую вещь, а не я». Гермиона возмущенно уставилась на пожелтевшие страницы. «Украла?!» - это слово действительно задело девушку, которая до этого ни разу не брала в руки чужого. Однако повторный взгляд на написанное открыл ей гораздо больше, чем первое впечатление. «УкралА, значит, он знает, что я девушка, - рассудила она. – Или, по крайней мере, догадывается». Из одной-единственной строчки девушка все больше и больше узнавала о таинственном обладателе второго дневника. Хотя, скорее не узнавала, а подтверждала свои догадки: интеллект, скрытность… «И чувство юмора, если уж на то пошло», - подумала она, вспомнив его первую фразу. Приманив к себе перо и чернильницу, она устроилась поудобнее, и написала: «Во-первых, я ничего не крал(а), а во-вторых, с чего ты решил, что я – девушка?» Гермиона не знала, обязательно ли закрывать дневник, но все-таки решила перестраховаться и прикрыла его, с нетерпением ожидая ответа. Долго ждать не пришлось. «С того же, с чего ты взяла, что я – парень». Она уже хотела написать ответ, но тут чуть ниже появилась следующая запись: «А вообще-то, все благодаря моему поразительному интеллекту и интуиции». «Ну и самомнение у него», - пронеслось у нее в голове. Гермиона уже собиралась написать что-то язвительное, но любопытство пересилило желание сострить: «Ну и ладно. Расскажи мне об этих дневниках. Это ведь Диариум Джеминум, я права?» На этот раз собеседник повременил с ответом. «Почему я должен тебе рассказывать?» Как он ни старался, его напускная уверенность не смогла обмануть девушку. Она буквально видела, как неуверенно выводила эту строчку его рука. «Потому что я, похоже, знаю о них даже больше, чем ты. Расскажешь что знаешь, и я поделюсь тем, что известно мне». Снова пауза. Теперь даже больше, чем в первый раз. Минут через пять сквозь бумагу наконец-то проступило: «Хорошо. Кстати, ты прокололась. Теперь я точно знаю, что ты девушка». Гермиона усмехнулась. Почему-то, ей показалось, что владелец второго дневника тоже улыбался. Она взяла в руки перо, и переписка потекла без остановки: - Из тебя тоже плохой разведчик. К тому же, я и не скрывала этого. Давай лучше рассказывай. - Ну… существует, как ты уже поняла, два таких дневника. Стоит написать что-то в одном, как это тут же появляется в другом, и тиснение на нем становится серебристым. Когда второй дневник открывают, серебристый цвет исчезает, равно как и написанная фраза в первом дневнике. Для очистки страницы стоит лишь прикоснуться к ней палочкой и пожелать этого. Работают они на любом расстоянии. - Даа… не густо. Погоди, я кое-что попробую… Гермиона взяла палочку, прикоснулась к дневнику и произнесла заклинание, которое она, казалось, давно забыла. Вдруг вместо монолога из его фраз, на странице появились и ее собственные, написанные ранее. «Жаль, что лекцию уже не вернуть», - с сожалением подумала она. - Как ты это сделала?! - Небольшое заклинание, о котором я когда-то читала. Эти дневники – это Диариум Джеминум, или дневники Джемини, или просто близнецовые дневники. Долго писать, найди лучше в библиотеке «Историю бриттов» или «Сказания о древнейшей магии». По крайней мере, именно там я о них читала. Я еще могу попробовать что-то поискать… - Зачем тебе это? Напряженность читалась в каждой букве. - Просто интересно. Это огромная редкость. Кстати, откуда они у тебя? - Этого я сказать не могу. Скажу только, что не знаю, кому они принадлежали до меня. - Ну… в библиотеке Хогвартса много чего есть. Может, тебе удастся найти более подробные сведения. - А с чего ты взяла, что я из Хогвартса? Странно, но Гермиона даже не сомневалась в этом. Почему-то казалось, что он где-то близко. Девушка представила себе, как темная фигура сидит, склонившись над письменным столом…. Поразмыслив, она написала: - Ты едва ли намного старше меня, так что… - И сколько тебе? Двенадцать? «Нет, ну он издевается?» - яростно подумала Гермиона. Она тут только что выдала почти энциклопедические знания по древнейшей магии, а он считает ее малолеткой! - Семнадцать! Мог бы и по лекции догадаться, мистер Я-Самый-Умный. - Я просто не хотел смутить тебя своей проницательностью. Семнадцать? Немногим лучше. Девушка улыбнулась его шутливому бахвальству. - А тебе сколько? - Столько же. Снова улыбка. «Мой ровесник, а возомнил о себе, Мерлин знает что!» - подумала она. - И ты ничего не хочешь мне рассказать? - Например? Как наигранно-невинно это прозвучало… Гриффиндорка решила не отставать. - Например, на каком ты факультете и как тебя зовут. Или это слишком компрометирующая информация? - Думаю, если ты хочешь задержать этот дневник у себя, знать такие подробности друг о друге нам не стоит. Эта фраза абсолютно выбила ее из колеи. Она была уверена, что он сразу же потребует вернуть дневник - ценный артефакт все-таки, а тут… Гермиона даже не стала скрывать своего изумления: - Ты позволишь мне его оставить?? - Не навсегда, конечно. Поможешь мне с поисками и отдашь. Эта фраза почему-то немного ее разочаровала. Странно, но ей очень хотелось, чтоб поиски затянулись. Несмотря на то, что она жила в волшебном мире, ее жизнь абсолютно не была похожа на сказку. Дни тянулись довольно серо и обыденно (насколько это вообще возможно у волшебников), поэтому дневник и таинственный незнакомец за ним казались как будто не из мира сего. - А если нет…? - Поверь, тебе лучше со мной не связываться. Девушка рассмеялась. Так маленькие дети пугают тех, кто пытается отобрать у них конфету. - Уууу, какие мы грозные! - Тебе точно семнадцать? Она почувствовала улыбку собеседника сквозь листы бумаги, зажатые в пальцах. «Может, это часть их магии – передавать эмоции?» - иначе как объяснить, что она скорее чувствовала, а не читала написанное. - Точно, – с легким сердцем написала она. Разговор все продолжался и продолжался. Иногда говорят «тянется», но эта беседа не тянулась. Она скорее неслась стремительным и странно освежающим потоком. Сон как рукой сняло, и перо Гермионы ловко порхало над пожелтевшими от времени листами. Они говорили о странных дневниках, об учебе, о Хогвартсе. И, хотя их разговор и нельзя было назвать искренним, он все равно ей нравился. Ее поражала та непринужденность, с которой находились темы для общения. Они ведь не знали друг друга! К тому же, не могли говорить ни о себе, ни о своем факультете, ни о дополнительных занятиях… казалось бы, на все наложено табу. И, тем не менее, страница за страницей покрывались чернилами, все крепче связывая их общей тайной. - Кстати, что ты делала под моей ивой? Разговор продолжался уже не один час, и сейчас они говорили о Хогвартсе. - ТВОЕЙ ивой? Да я ее еще на третьем курсе обнаружила. И вообще, в том дупле когда-то был мой тайник. - Так я могу найти там много интересного? Хммм…. Надо будет еще раз туда наведаться. Она рассмеялась. Наивный! - Нет, я все забрала. - Включая и мой дневник. Что ж, чистая работа. И снова девушка ясно почувствовала его легкий смешок и сарказм, с которым он выводил каждую букву. - Говорю еще раз: я не знала, что он еще кому-то нужен. И вообще, нашел, где спрятать. - Ну, знаешь ли. Кто бы мог подумать, что какая-то девчонка найдет мое тайное место? Ее брови выгнулись дугой от возмущения, но губы все еще улыбались. - Тебя больше возмущает, что его нашли или что это сделала девчонка? - Пожалуй, и то, и другое. Так, по-моему, тебе пора спать. Гермионе стало грустно. Может, она что-то сделала не так? С почти детской обидой она вывела: - Прогоняешь меня? - Нет, просто уже четыре утра. Хоть сегодня и выходной, но не думаю, что ты сможешь объяснить друзьям, почему спала весь день. Она не сразу осознала его слова. «Не может такого быть!» - подумала она, поднимая взгляд на часы. ….! Если бы она не лежала, то точно упала бы от удивления. Часы показывали семь минут пятого. Она раньше никогда не видела, чтобы время текло так незаметно. - Мерлин, и правда, четыре утра! - Ты ведь понимаешь, что эти дневники и переписка должны остаться между нами? «И за кого он меня принимает?» - рассерженно подумала Гермиона. - Конечно. - Никто не должен знать, – повторил он. Девушка почувствовала настороженность и вкрадчивость в его тихих словах. Она бы и так сохранила это в тайне. И не потому, что дневники были ценными, а просто потому, что это был ее секрет. За время этого довольно короткого знакомства, переписка стала казаться очень личной. - Обещаю. Обещаю, что никто не узнает, – написала она, а потом, спустя пару минут, добавила. – Ну что, я пойду… Спокойной ночи. Минута, две, три… а потом уже знакомый косой почерк прошептал: - Спокойной ночи. Она улыбнулась, еще некоторое время вглядываясь в эту строчку, а потом аккуратно закрыла дневник и сунула его под подушку. Несмотря на переполняющие ее чувства, она очень быстро заснула. Гермионе снилась ива. Почему-то казалось, что за ветвями кто-то стоит: девушка была уверена, что это владелец второго дневника. Она побежала вперед, но, откинув длинные ветви, никого не увидела.

***

Ее разбудил громкий стук в дверь. - Вставай, соня! «Джиинниии…!» - протянула она, накрыв голову подушкой. От этого ее щека уперлась в холодную кожу и металл. Гермиона подпрыгнула. События вчерашнего вечера (хотя, скорее сегодняшнего утра) навалились на нее огромной волной. Почему-то от осознания того, что все это происходило на самом деле, на душе стало тепло и весело. Девушка открыла дневник и провела пальцами по исписанным листам. - Гермиона!!! – это был уже Рон. – Если я умру от голода у тебя под дверью…!!! - Я уже иду! – весело откликнулась она. Гермиона подбежала к столу и спрятала дневник под дном верхнего выдвижного ящика. Потом быстро оделась, привела себя в порядок и предстала перед разгневанным Роном, который тут же потащил ее в Большой Зал. - Ты чем ночью занималась? – шутливо спросила Джинни, кладя себе на тарелку большой кусок пирога. – Мы пришли из Хогсмида, ты уже спала, а сегодня утром еле проснулась. Если бы я тебя не знала, подумала бы, что ты на свидание бегала. Гермиона нервно улыбнулась: - Нет, я просто допоздна Рунами занималась. Остаток завтрака прошел в веселой и непринужденной обстановке. После этого ребята снова поднялись в гостиную: Рону и Гарри надо было садиться за домашнее задание, так как вчерашний день был потрачен на квиддич и поход в Хогсмид. Джинни тоже села за работу со своими однокурсниками. - Гермиона, ты с нами? – спросил ее Гарри, явно в надежде на помощь. - Нет, мне еще в библиотеку надо зайти, – ответила она, но все же милостиво предоставила им с Роном свои выполненные задания. День прошел очень быстро и довольно скучно. Девушка допоздна сидела в библиотеке, ища какую-нибудь информацию о дневниках Джемини. Благодаря годам, проведенным здесь, а также тому, что она более-менее знала что искать, после нескольких неудачных попыток она нашла довольно интересную книгу. Судя по содержанию, в «Хрониках и истории создания артефактов» был не только целый раздел, посвященный этой теме, но и ссылка на другую книгу – «Дары сыновьям», в которой, якобы, рассказывалось обо всех первых владельцах подобных дневников. Найти ее девушка не успела, потому что мадам Пинс почти вытолкала ее из библиотеки. Поднимаясь к себе, Гермиона думала о том, что, возможно, он тоже был сегодня в библиотеке. Может, она даже его видела… В гостиной царил хаос: гриффиндорцы пробовали новые изобретения магазинчика Фреда и Джорджа, которые, видимо, пришли сегодня по почте. То тут, то там слышались взрывы, хлопки, визг и хохот, так что Гермионе пришлось отложить «Хроники…» и заняться непосредственными обязанностями старосты. Вернувшись в свою комнату, она была слишком измучена, чтобы делать что-то еще, к тому же, сказалась прошлая бессонная ночь, так что девушка сразу легла спать. Так закончились ее первые выходные последнего года в Хогвартсе.