Рожденная во тьме, идущая на свет

— Доигрался?       Ведсивас попыталась открыть глаза, но ее тело отказалось подчиниться. Она лежала, ей было тепло и хорошо. Рана не болела. Девушка расслабилась. Ее не заставляли бежать куда-то или сражаться с кем-то. Ее не волновало ни что. — Я спрашиваю, доигрался?       Какой знакомый голос. Кто это? Почему он звучит так угрожающе? А что это? Звук удара? Видимо, кто-то действительно «доигрался». — Этьен…       Бриньольф? Страх за товарища мучительно сжал сердце воровки. Его голос что-то говорит, но так не разборчиво. Сбивчиво. Он оправдывается? Она должна открыть глаза. Она обязана помочь другу. Ну почему ее веки такие тяжелые? Прогремел еще один удар, а за ним натяжной вздох Бриньольфа. Ведсивас собрала всю силу воли в кулак. У нее получилось. Она открыла глаза. Но она все еще ничего не чувствует. Это что, она лежит в кровати? Почему она видит себя? Она что, умерла? Нет. Нет! Этого не может быть. Яд Карлии остановил кровотечение. Она не могла потерять столько крови, чтобы умереть. А это что? Этьен и Бриньольф. Этьен припер Бриньольфа к стене точно так же, как до этого Бриньольф Ведсивас. Вдруг Этьен что-то вскрикнул и ударил Бриньольфа под ребра. — Не-ет!!!       Девушка вновь ощутила жжение раны, но это было не важно. Она вскочила с кровати и прыгнула между Этьеном и Бриньольфом. Следующий удар был нанесен в живот Ведсивас. Она захрипела и согнулась. Из уголка ее рта покатилась капелька крови. Все произошло так внезапно, что воры, стоявшие вокруг, застыли. Первым пришел в себя Бриньольф. Он, не обращая внимания ни на кого, положил руки на плечи подруги и попытался ее распрямить. Услышав сдавленный стон девушки он отдернул руки. — Детка, скоро все будет хорошо. Карлия пошла за жрицей. Сейчас она придет и тебя вылечит.       Воры-зеваки стали расходиться по своим углам. Этьен пролепетал несколько слов извинений и исчез. — Бриньольф, ты в порядке? Я так испугалась, — девушка все еще не могла выпрямиться. — Не стоит за меня переживать. Лучше посмотри на себя. Тебе нужно лечь. — Нет, я не могу пошевелиться. Мне просто нужно отдышаться.       Бриньольф подошел к девушке спереди и присел возле ее лица. В таком положении их и застала жрица Мары, пришедшая, чтобы вылечить Ведсивас. — Магия — очень сложный предмет. Я не могу лечить пациента, когда он стоит в такой позе, — жрица была не очень опытной и не могла сконцентрироваться.       Бриньольф уничтожающе взглянул на жрицу и повернул свое лицо к Ведсивас. — Я сейчас посажу тебя на кровать. Может быть больно, но потерпи, хорошо, детка? — Хорошо.       Бриньольф действовал как можно бережнее, но девушке все равно было больно, хотя она и приложила все усилия, чтобы этого не было заметно. — Могу я осмотреть рану? — жрица подошла к постели и протянула руки к воровке.       То, что открылось после того, как с девушки была снята броня и рубашка закатана до груди, ввергло всех в шок. Торс девушки был разрезан от пупка и до правой подмышки. Рана плохо зажила и теперь, к тому же, еще и открылась. Кровь сочилась из нее и стекала на штаны. — Я погружу тебя в сон, чтобы ты не чувствовала, как срастаются твои ткани, — жрица ударила Ведсивас заклинанием.       Девушка почувствовала, как ее тело начинает обволакивать сонной пленкой. Сзади ее подхватили две крепкие руки. Боль отступила.