Stedaunon don gon we; kikon ste enti

      Лекса стояла на балконе третьего этажа, как раз там, где находился Зал Советов, и осматривала город. Ущерб, нанесенный одной кровопролитной ночью, поражал своими масштабами. Повсюду были тела, влажная, пропитанная кровью земля, бесхозное оружие, раскиданное по периметру города. Вдали виднелась слегка обгоревшая стена ограждения, но постройки, находящиеся поблизости, никак не пострадали, что означало, что огонь потушили до того, как он успел нанести больший урон. Из переулка в переулок сновали люди, пытаясь хоть немного привести в порядок столицу, убирая безжизненные тела, разбирая по разным сторонам своих и чужих.       Смотреть на это было больно, и внутри все сжималось. Еще недавно Лекса и ее соратники смеялись на тренировках, мирно беседовали и шутили с Хедой, а сейчас всему этому пришел конец. Девушка уже наперед знала, веселых и безмятежных деньков больше не будет, и в один прекрасный момент все решится не так, как им всем хотелось бы. Плохое предчувствие засело глубоко внутри.       Найтблида вспомнила о матери. Мгновение, когда поношенная серая кофта окрасилась красным, образовывая на ткани бордовую кляксу. Будь Лекса художником, она бы непременно нашла тот же оттенок на палитре красок и покрыла им холст. Именно этим цветом она выразила бы всю свою боль. Однако рисовать она не умеет и со своей болью необходимо справляться иначе. Стеклянный взгляд любимой мамы преследовал девушку с первых секунд затишья. Ее интересовало, где в этот момент был отец. Почему мужчины не оказалось дома ночью? Что произошло на самом деле? После выматывающего дня и ссоры с Кастией Александрина, совсем выбившись из сил, крепко заснула, не слыша ничего вокруг, следовательно, не могла отследить, когда ворвались убийцы. — Лекса, тебе нужно отдохнуть, — тихо, чтобы не напугать, произнес Титус, останавливаясь за спиной адепта. — Если бы я вовремя проснулась, она могла быть жива, — почти шепотом пробормотала найтблида. — Многие могли бы быть живы сейчас, Лекса, но, к нашему сожалению, это не так, — Хранитель не совсем понимал, о ком говорит воспитанница, однако решил поддержать девочку. — Тебе легко говорить. Ты уже привык к смертям, — то ли ухмыляясь, то ли с презрением выдала Лекс. — И ты привыкнешь, ai gada*, — с грустью ответил мужчина.       Титусу не так уж много лет, ему всего тридцать семь. Это средний возраст для людей всех кланов. Дожить до старости считалось нетипичным, порой даже везением. Воины, простые жители умирали рано, часто доживая максимум до сорока лет. Титусу повезло больше. Мужчина не был прямым участником военной силы, и не был простолюдином. Он родился во время правления Командующей Дану, при дворе, как бы выразились пару веков назад. Мать – приближенная к Хеде служанка, отец военный. Своих детей Дану не имела, но, желая ребенка, женщина принимала Титуса за родного и давала мальчику все, что могла. Через пять лет дух Командующего перешел к Нимерии. Со двора Титуса не выгнали, напротив, отправили учиться к Советнику Хеды. Затем был Лорнет. Тогда-то молодого парня и сделали Хранителем Огня, передав все знания, связанные с духом. При Морелле Хранителя возвели на пост советника. Мужчина всю свою жизнь провел в этой башне, учась, храня Огонь и Знания, советуя. Он почти не видел смертей и войн, он не участвовал в них, оставаясь на расстоянии, и он просто не имел возможности привыкнуть к смерти. Каждое безжизненное тело отзывалось жгучей горестью в душе. Но разве расскажешь об этом девчонке, только что потерявшей мать? — Титус, — мужчина перевел задумчивый взгляд на адепта, Лекса продолжила, — дома меня хотел убить азгедец. Не похоже было на принцип перерезать всю семью. Он искал меня, — девушка обернулась к сероглазому мужчине, — целенаправленно. Зачем им нужны найтблиды? — Разве ты не знаешь ответ? — не выражая никаких эмоций, Хранитель задал вопрос.       Лекса знала, конечно, она знала ответ. Найтблиды были слишком ценными. Носители особенной крови рождались исключительно в Древесном клане, потому что именно здесь впервые появилась Бекка – первая Командующая. Нет найтблиды – нет тела для духа. Все просто, как дважды два. — Полагаешь, они смогли кого-то убить из наших? — не отвечая на предыдущий вопрос, Лекса задала новый. — Всех спасти нельзя. — Если это так, то мы обязаны отомстить за них, — черство произнесла девушка. — Я должна отомстить за мать. — Jus drein jus daun, Leksa**, — голос мужчины отдавал таким же холодом. — Jus drein jus daun, Titus**.       Найтблида пошла прочь с балкона, решив помочь на улице с телами. Никто не знал, сколько продлится спокойствие. Люди торопились сжечь погибших, чтобы успеть подготовиться к новой волне нападений, которая непременно произойдет. Азгеда не отступит, не получив своего. Напряжение, безмолвие, скорбь и страх пропитывали воздух. Страшно было и Лексе. Мать, пропавший отец, неизвестно, что с Костией, с Луной.       Больше всего переживаний вызывала Кос. Как она? Смогла ли сбежать? Успела ли спрятаться? — Либо помогай, либо вали, — крикнул кто-то.       Девушка только сейчас заметила, что стоит, держа за руки тело ребенка, лицо которого было искаженно от крика, а внутренние органы выпущены наружу. — Боги, — Лекса отступила, бросив ношу. — Чертова Азгеда! Это же просто ребенок!       На месте ребенка найтблида представила Костию. Потухшие голубые глаза, ледяные руки, синеватая кожа. Что если ее убили? Что если ее любимую мучили? Они должны остановить войну. Должны поставить на место Ледяной клан. Казалось, сердце отбивает чечетку, стремясь вырваться наружу. Она не переживет, если ее лишат самого дорогого, что у нее есть. Не переживет, если уже потеряла.       Звон в ушах заглушал суету. Дрожь в руках и ногах не позволяла сдвинуться с места. Дыхание сбивалось, еще больше прибавляя паники. Девушка начала глотать ртом воздух, проваливаясь в приступ. Слезы застилали глаза. Кто-то подошел, встряхнул за плечи. Сквозь пелену был различим только силуэт. Лексу пытались дозваться. Лишь через несколько минут адепт почувствовала, как ее куда-то ведут, сажают и вручают стакан с темной жидкостью. Едва не подавившись, она выпивает, восстанавливает дыхание и закрывает глаза. Спасительная темнота принимает в свои теплые объятия.

***

      Могло пройти три дня, или неделя, даже две недели, а, возможно, месяц. Могли дать время. Могли подождать. Так поступил бы Древесный клан, или клан Дельфи. Так сделали бы даже люди с горы, угнетатели всех земель. Но королева Ния решила иначе. Лидер Ледяного клана не стала ждать, поступив соответственно своей натуре.       На этот раз Лекса проснулась сразу, только услышав горн, оповещающий о приближении войск. Не став даже разбираться, где она находится, адепт схватила свой меч и выбежала из помещения. Длинный пустой коридор с единственной дверью в конце. В этой части башни девушка еще никогда не была. Вернувшись в замешательстве в комнату, в которой проснулась, найтблида подошла к окну. Высоко, даже слишком. Потрясающий ночной вид завораживал, его омрачали лишь огни факелов приближающегося врага. Не задерживаясь дольше, Лекса направилась к выходу. — Это было ожидаемо, — развела руками Аня, — Ния не играет по правилам, и мы должны были это учесть. — Ты воспользовалась советом воспитанницы, Морелла? — спросила Андрэйст, крутящая кинжал в руках. — Я уже...       Дверь резко распахнулась. Обернувшись, женщины увидели на пороге запыхавшуюся Лексу. Аня закатила глаза, Генерал перевела взгляд на Командующую, сама же Хеда жестом пригласила девушку войти. — Генерал, эта девушка будет сегодня воевать с вами, — все трое уставились на женщину, словно увидели призрака. — Не думаю, что Лексе имеет смысл сидеть в моих покоях всю ночь. Она может помочь в бою. — Простите. Хеда, но вы мне хотите подсунуть ребенка?! — то ли возмущаясь, то ли удивляясь, вопрошала Андрэ. — Во-первых, Лекса уже не ребенок. Во-вторых, на поле и без того много подростков, одним больше, другим меньше. Есть разница? Отправь ее в деревню, пусть помогает там. Только для начала кое-кому надо обуться, — Морелла покосилась на босые ноги ученицы.       Кажется, сейчас слова Командующей поразили всех. Подобное равнодушие несвойственно Морелле. Война меняет людей, делая их бессердечными. И часто именно бессердечие становилось причиной погибели. — Хеда, я не возьму еще одного подростка. Она – найтблида! — Андрэйст не могла смириться с приказом. — Это приказ, Генерал. Выполняйте, — холодно кинула женщина, удобнее устраиваясь на троне.       Андрэ, обладательница роскошных рыжих волос, скривила лицо в недовольстве, делаясь уродливой. Женщина явно не желала брать на себя ответственность за носителя черной крови. К ее великой печали, правом выбора она не обладала. Лекса наоборот с легкостью приняла приказ Командующей, в душе радуясь, что вернется в деревню и узнает, живы ли ее соратники и девушка. Потирая замерзшую ступню о ногу, юная воительница с энтузиазмом взглянула на предводителя. — Ладно, ночнокровка, пойдешь с Индрой в свою деревню. Там много раненых, их тоже нужно защищать, — женщина указала на дверь. — Индра внизу, передашь ей мой приказ. Соберите две сотни людей, распределите по периметру и внутри деревни. Отправляйтесь прямо сейчас, — Андрэ отвернулась к Морелле, показывая, что разговор окончен, с чем Лекса была не согласна. — Прошу прощения, Генерал, — Анрэйст снова обернулась, — можно ли взять три сотни людей? Я бы хотела распределить людей с луками по деревьям. Азгедцы еще достаточно далеко, мы успеем соорудить оборону не только вокруг деревни, но и по всему периметру Полиса. — Девочка моя, ты, правда, думаешь, что я об этом не позаботилась? — Генерал сделала шаг к найтблиде. — Судя по тому, что я увидела из окна с огромной высоты – нет, — сохраняя спокойствие на лице, пряча вспотевшие от волнения ладошки, ответила девушка.       Андрэ злясь, сжала рукоятку кинжала и хотела накинуться на девчонку, но тут встряла Аня. — Мы теряем время, — сказала ментор, подходя к Лексе. — Я пойду с ней. Мы возьмем людей и выстроим защиту. И не смей как-либо оскорблять мою ученицу. Она не виновата в том, что ты забываешь о своих обязанностях, прячась в вышке Командующей, — кивнув воспитаннице на выход, они удалились из помещения. — Не кипятись, Андрэ. Пусть делают, что хотят, — ободряюще кинула Морелла. — Мы действуем соответственно плану, который разработали, — женщина встала с места, улыбаясь, подошла к Генералу. — Хеда, я... — начала воительница. — Не обязательно так официально, Андрэ, — все еще улыбаясь, проворковала Командующая. — Помни о плане. Тебе пора вести войско. И знай, что... — Хеда! — в помещение ворвался Титус, как совсем недавно это сделала Лекса. — У нас проблема!

***

— Уверены, что все сделали? — спросила темнокожая молодая женщина. — Да, Индра, как и договаривались, — ответила Аня.       Заместитель Генерала, наставница и адепт проверяли позиции и защиту. Как только они прибыли в деревни, сразу принялись за раздачу указаний. Лекса хотела отправиться в дом и проверить, нет ли там отца, увидеть Костию и остальных воспитанников, однако Аня не позволила ей уйти, приказав везде следовать за ней. Найтблида не понимала, чем вдруг заслужила такое внимание со стороны ментора, но возражать не решалась. В конце концов, полученный опыт бесценен, жаловаться не на что. — Я рада, что ты снова в деле, — произнесла Индра.       Аня кивнула. Быть снова на тропе войны ей не нравилось. Будто все повторялось. Девять лет назад женщина также раздавала приказы, руководила, только рядом был Некрос, а не Индра. Ментор заметила, как ученица топчется на месте, наверное, впервые за последние месяцы, не решаясь задать вопрос. — Спрашивай, или тебя разорвет на тысячи маленьких кусочков, — недовольно пробурчала Аня. — Могу я сходить проверить ребят? Я беспокоюсь за них, — Лекса робко взглянула на наставницу. — Ребят? Или Костию? — язвительно уточнила блондинка. — Ты нужна здесь и можешь срочно понадобиться в любой момент, Александрина. — Я буду здесь ровно через двадцать минут. Пожалуйста, Аня, — девушка просила. — Мне необходимо удостовериться, что она жива. Неизвестность сводит меня с ума. — У тебя двадцать минут, — рыкнула воительница, жестом прогоняя найтблиду. — Кто эта Костиа? — поинтересовалась Индра, как только шатенка скрылась из виду. — Ее возлюбленная, — буркнула Аня.       Заместитель с грустью в глазах посмотрела на подругу. Они обе понимали, что таким, как Лекса, Индра, Андрэ, Аня, Титус, Морелла любовь не светит и лучше задавить чувства сразу, как они возникают. Терять любимых больно и разрушительно. На войне Аня потеряла Некроса. Индра потеряла своего мужа во времена мира, он просто-напросто заболел и оставил ее одну с младенцем на руках. Через неделю ее покинул и маленький сын, не выдержав Белой лихорадки, забравшей жизни многих. Индру болезнь миновала. Ей было двадцать, когда она вступила в армию Лесного клана. Именно тогда она похоронила свое прошлое и свои чувства, приобретая преданность идее и власти. — Ты же понимаешь, — прошептала заместитель генерала, пытаясь восстановить в памяти лица любимого и сына. — Да, — Аня кивнула. — Я втолкую ей это.

***

— Луна! Как я рада, что ты жива! — Лекса буквально набросилась на подругу, стискивая ту в объятиях. — Лекса! Я думала, тебя убили! Тебя нигде не было, а Милли промямлила что-то совершенно безумное, будто ты ушла в Полис и... — без остановки тараторила Лу. — Я действительно ушла в Полис, — найтблида подтвердила слова Милиссандры. — Что?! — глаза соратницы расширились от удивления. — Я ушла, потому что на город надвигалась большая опасность, — объяснила адепт. — Оу, ладно. Ты ведь могла погибнуть. — Вы тоже, — кинула девушка, садясь на деревянный табурет, стоящий в сарае. — Где остальные? — Моран и Маура в больничной палатке, — начала перечислять брюнетка. — Варк и Икар помогают в деревне. Милли и Рагнар ушли за едой. А Лорна... — Лу прервалась, — Лорна попала в самое пекло. Ее не удалось спасти. — Ох, — новость о Лорне расстроила Лексу. — Мне жаль. — Нам всем, — кивнула Луна. — Теперь нас восемь, — оплакивать девушку было некогда, да и незачем. Поправив спутанные волосы, Лекса снова спросила. — Ее сожгли? — Да, сегодня утром.       Буквально на минуту в сарае повисла тишина. Каждая думала о своем. Тяжело принять смерть одного из тех, кто с самого детства с тобой. Обычно в группах обучаемых детей было не больше десяти человек. Обучать начинали с пяти лет. Когда Лексу впервые привели на урок, Лорна сразу с ней познакомилась и рассказала обо всем, что должен знать новобранец. Они не стали подругами, но двенадцать лет рука об руку автоматически переводили человека в ряд кого-то близкого.       Вспоминая образ воспитанницы, Лекса стянула свои сапоги. Сутки, проведенные в обуви на босу ногу, дали о себе знать. Ступни больше были похожи на кусок вареного мяса. Мозоли на костяшках раскрылись, обнажая плоть. Покраснения от постоянно трущейся кожи расползались по всей стопе. Лекса сморщилась от боли, когда задела обувью оголенную ногу. — Не ноги, а кусочек кровавого мясца, — прокомментировал зрелища, вошедший Рагнар. — Спасибо, я сама не заметила, — буркнула Лекса. — Да и в общем видок поражает. Красотка, ничего не скажешь, — вторила Милиссандра, взглянув на ворот сорочки, торчащей из-под куртки.       Сами ребята были одеты как подобает. Александрина закатила глаза. Эти двое были не из приятных, но девушка была рада видеть даже их. Луна протянула что-то похожее на бинты. Кивнув в знак благодарности, девушка принялась перебинтовывать ступни. Странно, но в этом старом скрипучем сарае, словно ничего не происходило, будто другой мир. Умиротворенная обстановка резонировала с тем, что творилось снаружи. Выхолощенные найтблиды, как будто собрались на показательный урок, приготовленная еда, шуточки, смеющиеся лица. И Лекса с мозолями, в грязных штанах, кое-как заправленной в них ночной рубашке, в разодранной на рукаве куртке, с торчащими в разные стороны волосами и с испачканном в пыли лицом. Она тоже не вписывалась с обстановку. Прошедшая ночь отрезала последнее, что связывало девушку с остальными адептами – детство и ту наивность, коей обладали они все.       Минуты текли быстро, тем не менее, Лекса не торопилась спросить о Кос, боясь услышать ответ. Оставалось десять минут до возвращения на позицию, страх был сильнее. Вновь надевая сапоги, воспитанница прислушивалась к голосам товарищей. — Вы не идете воевать? — спросила Александрина, поднимаясь и направляясь к столу с едой. — Нам приказано сидеть здесь, а мы и не сказать, что против, — ответила Милисса.       Лекса нахмурилась. Собирать найтблид вместе в полуразрушенной деревянной постройке было неразумно. К тому же, ее интересовали остальные. — А кто приказал? — Хеда, естественно, — подала голос Лу. — Лекса, ты чего? Командующая не хочет, чтобы мы пострадали. — Поэтому запирает вас в сарае, в месте, на которое никто не обратит внимания? — вся компания уставилась на адепта. — Кто знает, что вы здесь? — Хеда и... Кто-то еще, вероятно, — промямлил Рагнар. — Лекса, что происходит? — поинтересовалась Луна, подходя к подруге. — Считайте меня параноиком, но вам нельзя здесь оставаться. Никому нельзя возвращаться сюда, — что-то было не так, интуиция чуть ли не кричала об этом. — Почему ты говоришь так, будто не относишься к нам? И почему ты сомневаешься в решениях Командующей? — Рагнар начинал злиться, ведясь на свою же вспыльчивость. — Потому что я должна вернуться к Ане через пять минут. И я не ставлю решения Хеды под сомнения, у меня просто плохое предчувствие. — Вот и иди к Ане со своим плохим предчувствием, а нам не мешай, — выплюнул парень, отворачиваясь к столу.       Говорить что-то еще не имело смысла. Лекса направилась к двери. — Лу, проводи меня. Луна проследовала за подругой и обеспокоено посмотрела. — Луна, я хочу, чтобы ты ушла отсюда, — начала найтблида. — Они не послушают, но послушай меня ты, пожалуйста. Не хочу, чтобы и с тобой что-нибудь случилось, — девушка опустила взгляд в пол, размышляя о любимой голубоглазой брюнетки, все еще не решаясь спросить самое главное. — Лекса, Костиа ушла на ваше место, когда все началось. Я думаю, что с ней все нормально, — подруга слегка сжала плечо Лекс. — И я тоже уйду. Я тебе верю. Девушка подняла взгляд, и, кивнув, покинула помещение.

***

      Все началось также внезапно, как и день назад. Александрина не успела добраться до наставницы, а меч уже пришлось обнажить. Откуда в подростке взялось столько сил неизвестно никому, но мысли о том, что Костиа жива и невредима придавали сил. Бесконечный лязг металла, сдавленные стоны пораженных людей, громкие вопли, летящая пыль и невыносимая духота.       В какой-то момент девушке удалось выбраться из сердца сражения. Укрывшись в едва заметном в деревьях небольшом опустевшем хлеву, Лекса переводила дух. Во время боя ее успели ранить, и сейчас куртка пропитывалась темной кровью на правом боку. Несмотря на то, что меч оппонента задел только мягкие ткани, пройдясь по касательной, боль была сильной. Зажав рану ладонью, найтблида старалась восстановить дыхание, прикрыв глаза.       Внезапно дверь в хлев открылась. Адепт, вооружившись, заползла за перегородку стойла, приготовившись защищаться. Шаги постороннего был легкими и слегка хаотичными, как будто он находился в поисках. — Лекса? — послышался полушепот. — Луна? — девушка выглянула из укрытия. — Что ты здесь делаешь? — Ледяной народ ушел из деревни. По их мнению, они перебили всех и выжившие двинулись в город. Аня приказала оставаться тихими, пусть думают, что вырезали всех оставшихся жителей и армию. Они с Индрой отправились отстреливать врага со спины, так что здесь теперь тихо, — как обычно быстро говоря, пояснила Луна.       Лекса зажмурилась. Сколько же она здесь просидела, ведь нападение только набирало обороты? Боль в боку пронзила с новой силой, когда девушка попробовала подняться. — Блин, ты ранена! — Луна взглянула на подругу. — Я приведу Нико, — брюнетка начала вставать, но адепт остановила ее, схватив за руку. — Нет, не надо. Сколько времени прошло? — Много, Лекс. Судя по всему, ты провела здесь несколько часов. Рассвет не за горами. И я все же схожу за Нико. — Ага, — выдохнула Лекса, снова закрыв глаза.       Легкие, но неприятные шлепки по щекам привели девушку в чувство. Усталость была настолько сильной, что разлепить веки казалось непосильной задачей. — Ну что, yong gona***, навоевалась? — насмешливо спросил мужской низкий голос, попутно накладывая повязку на предплечье.       Найтблида осмотрелась. Шатер с низким потолком, жесткие наскоро сооруженные койки, практически все заняты стонущими мужчинами и женщинами. Александрина вдохнула полными легкими. Спертый, пропитанный запахом настоек воздух, после которого на языке оставался металлический привкус крови. Лекарь оставил ее руку в покое и принялся закатывать штанину. Странно, но Лекса не помнила, чтобы кто-то задевал ноги. Попытавшись привстать хотя бы на локтях, девушка тут же ощутила сильное головокружение и резкую боль в боку. — Ты потеряла много крови, могут быть тошнота, слабость, — заметив старания пациента, произнес Нико. — Я почти обработал все пораженные участки. Сейчас выпьешь настой и немного поспишь. — Где К-Костиа и Луна? — голос прозвучал не так, как хотелось бы. Вместо четкого вопроса, получился хриплый полушепот. — Луна помогает в соседнем шатре. Где Костиа, я не знаю. Выжившие покинули деревню, рассредоточившись по лесу, даже медицинские шатры стоят в глубине, куда Азгеда не сунется. — В глубине? — Лекса удивилась, не предполагая, когда их люди вообще успели соорудить шатры и уйти в глубину леса. — Сколько я в отключке? — С момента, как я тебя забрал, примерно около двух часов. Рассвет не за горами. — Тоже самое сказала мне Лу два часа назад, — девушка нахмурилась. — Ночь длиннее, чем кажется, gona, — хрипя вымолвил мужчина с соседней койки.       Эта ночь и, правда, нескончаема. Долгожданный рассвет никак не наступал, будто наоборот, погружая во все больший мрак. Нико закончил оказывать помощь и, напоив адепта неприятным на запах и вкус настоем, ушел. Юная воительница наслаждалась недолгим отдыхом, думая о том, что происходит в Полисе, кто побеждает, каковы шансы Лесного народа в битве. Где отец? Погиб ли он? Или, быть может, он воюет? Где Костиа? Что с Аней? Жива ли Командующая? Вопросов становилось больше, беспокойство только крепчало. — Я так не могу, — сама себе сказала девушка и села на койке.       Справившись с головокружением и подождав, пока восстановится четкость зрения, Лекса взяла свое оружие и направилась к выходу. Она не могла позволить себе отдыхать, когда за пределами стен шатра люди продолжали умирать и пребывать в опасности. Она не могла допустить, чтобы кто-то причинил вред Костии. Тело едва слушалось, отчего пришлось взять чей-то импровизированный из палки шест для опоры. — Gada****, ты же погибнешь там, — с сожалением в голосе предупредил тот же мужчина, что заговорил с ней раньше. — Значит такова моя судьба.       Лекса не боялась своей смерти, она боялась потерять еще больше людей и готова была сделать все, чтобы спасти тех, кто ей дорог. Понимая, что для всего Древесного народа она сделала все возможное, можно было позаботиться о близких. Девушка сразу узнала местность. Через эти тропы они с Кос часто ходили на утес, а если идти западнее, то в получасе отсюда находится их убежище. Надеясь, что возлюбленная прячется там, Александрина решительно двинулась вперед.

***

      Стояла мертвая тишина. Для вечно живого леса подобное затишье было нетипичным. Ни шума крыльев, ни шуршания полевок, ни стрекотания насекомых. Не было даже ветра. Время словно замерло, окуная в безжизненность показавшейся из-за невысокого холма полуразрушенной постройки. Движения девушки стали практически беззвучными и плавными. Найтблида осторожно вытащила кинжал из сапога. То предощущение, одолевающее с самого утра в эти затянувшиеся секунды безмолвия с каждым шагом, лишь увеличивалось. Лекса догадывалась, что ничего хорошего за когда-то спасительными стенами не увидит.       Адепт с оглядкой зашла в дверной проем. То, что предстало ее взору, буквально вышибло из шатенки дух. В центре постройки на прогнившем деревянном полу на коленях стояла Костиа. Лицо землянки было испачканным грязью, на щеках виднелись дорожки от слез. Изорванное платье едва держалось на плечах. Видимых ран не было, но кто знал, что было под одеждой. Позади девушки находились двое широкоплечих воинов в куртках и мехах Азгеды. Их лица были спрятаны под капюшонами. Костиа всхлипывала. Александрина же напряглась всем телом, в любой момент готовясь защитить любимую. — Лекса... — голос дрожал, Кос было страшно и, она не могла этого скрыть. — Что вам от нее нужно? — не обращая внимания на брюнетку, Лекса обратилась к представителям Ледяного народа. — Ты сделала именно так, как нам и было нужно, — вдруг из тени раздался женский голос, который показался найтблиде знакомым. — Покажись, выйди из тени и ответь на мой вопрос, — адепт приказывала, не боясь показать свою силу, зная, что она на своей территории, любой азгедец здесь просто заблудится. — Посмотрите, какая властная, — посмеялась женщина. — Лекса, не провоцируй их, — взмолилась Костиа.       Найтблиде было плевать, кого и на что она провоцировала. Злость на себя, на Ледяных, на ноющие непослушные мышцы захватывала разум. Как она могла допустить это? Почему не подумала о возможной ловушке? Она не видела никого из воспитанников, кроме Луны. Вдруг все они мертвы, а теперь пришел и ее черед? По всей видимости, враги не собирались причинять вред Кос. Банальная хитрость, и Лекса на нее повелась. С другой стороны, девушка не могла быть уверена, что они оставят любимую в живых, если получат ученицу Хеды. — Я сказала, покажись, — найтблида с жесткостью повторила приказ. — Если вам нужна я, отпустите ни в чем неповинную девчонку, — она злилась, потому что Костиа своим поведением выдавала их связь, открывая злоумышленникам новые способы манипуляции. — Выйди из тени, и мы посмотрим, кто останется жив, — в зеленых глазах загорелся огонь, она готова биться до конца.       Женщина сделала шаг и оказалась в свете луны. Зрачки Лексы расширились от удивления. Отпрянув от недоброжелателей, девушка выронила кинжал, закрывая рот от шока.