Лезвие-жизнь

      Стало вдруг значительно холоднее, послышался негромкий хруст, будто ломал кто тонкую ледяную корку на луже. Какаши поднялась, вслушиваясь. Треск доносился с всех сторон. Мадара тоже встал, по-прежнему касаясь спиной. — Глаза! — коротко бросил. Какаши послушно прикрыла веко, заслонившись для верности и ладонью. Сквозь всё это пробился слабый отсвет и заодно резанул по ушам тонкий скулёж купца. Отведя ладонь, Какаши чуть приподняла ресницы и разглядела причину.        Учиха филигранно выдувал тонкую, яркую струйку огня, освещая грубо тёсаные льдистые стены из которых выворачивалось что-то… Три глыбы то ли льда, то ли мутного полупрозрачного камня с чем-то тёмным в сердцевине. Против этого сенбон и леска не поможет. Глыбы ворочались, потрескивали и поскрипывали, потихоньку расправляясь в нечто человекоподобное. — Хватай балласт и держись за моей спиной, — Мадара медленно отступал к центру, короткими, тонкими струйками огня подсвечивая путь, и Какаши поспешно рванула за плечо скорчившегося и тонко визжащего на одной ноте мужика. Пришлось даже усилить мышцы чакрой, чего пока не нужно бы делать. Слишком её мало ещё. — Не ори! — зло прошипела она прямо в ухо мужику. — Они идут на звук.        И в самом деле — то что заменяло «этому» голову не имело глаз и носа. Зато имелась широкая пасть и что-то вроде рогов. Какаши снова прижалась спиной к спине напарника, оглянулась. Тот уже складывал печати: плечи двигались, чакра его начала убыстрять движение. Конечно, всей своей мощи Мадара набрать не успел, но… — Катон! Великий огненный шар!       Яркий сгусток огня отшвырнул назад, в стену сразу два существа и осветил всю пещеру. Третий, покачиваясь, полз, медленно переставлял тумбы-ноги. Мадара чуть пошатнулся, но тут же выпрямился и принялся складывать новые печати. Результат техники впечатлял даже в таком ослабленном состоянии! Немаленький кратер в стене светился багровым, чуть освещая две кучки — одну совсем неподвижную, сверкающую сколами и вторую, пытающуюся встать на полторы ноги. Верхней части у неё почти не было, вместо той болталось что-то тёмное и маленькое. Всполох нового огненного шара высветил это что-то и Какаши нервно сглотнула. Бледный, будто выкачанный, труп был сердцевиной твари. Пергаментную кожу кое-где прорывали ломаные кости, странно торчала нелепо вывернутая голова, опутанная длинными спутанными космами. Лицо белое, перекошенное гримасой страдания и изуродованное потёкшим гримом. Та самая пропавшая шлюха… Третье существо оказалось или крепче или успело выскочить из-под удара.        Теперь оно целенаправленно ковыляло к ним, разевая гигантскую пасть. Мадара шатался и упрямо складывал очередную серию печатей. Нечто приостановилось, «рога» вдруг провернулись в «голове» и уставились точно на напарника. Какаши отпихнула верещащего и цепляющегося за нее мужика в сторону и успела уцепить Мадару за ворот. Покатилась, сбивая колени и локти, и только крякнула от веса свалившегося на неё мужчины. «Рога» со звоном разбились о пол, а чудовище развернулось и поковыляло к купчине. Тот на четвереньках, точнее, на трех, пятился прочь, сипел, бешено вращая глазами. Второе существо медленно ползло туда же. Мадара зашевелился, сполз, невразумительно бормоча какие-то ругательства, Какаши поспешила подняться и помочь ему. Видок у него… Мёртвая шлюха выглядела краше. — Я могу ещё, — упрямо просипел Учиха, сплёвывая кровь. Тёмные струйки сочились и из ноздрей, и из уголков глаз, которые ввалились глубже. — Не дури, гребаный камикадзе! — гневно рыкнула Какаши. — Я отвлеку, а ты восстанавливайся!        Слишком холодно и неудобно, но надо. Какаши поднялась и, разбежавшись, с силой вбила ноги в «спину» целого существа. И спешно откатилась прочь, чувствуя, что сил, как уполовинилось.        Их нельзя касаться.        Цели ей удалось достичь. Оба существа как по команде заковыляли к ней. У целого снова стали отрастать «рога», а второй, кажется, начал восстанавливаться. Становилось темнее: раскалённый камень уже почти не светился. Опасно… На помощь пришёл Мадара — поджёг куртку тощим огненным плевком и швырнул её в центр пола. Какаши рывком бросила в сторону тело и ушла от щедрой порции шипов-рогов. Впервые, помимо скрипа, чудище издало трубный, обиженный рёв.        Купец, идиот, забился в угол и прижался к стене. Если сейчас вылезет ещё что-нибудь… Некогда. Сдохнет и хер с ним. Концентрация!       Чидори вышло совсем жиденьким, скорость так себе, но ей удалось долбануть полуразвалину. Или попадание было удачное, или просто ему немного оставалось… Мутный лед пошёл тонкой сетью трещин, крошкой посыпался ей под ноги, мёртвая внутри начала разползаться полупрозрачной белесой жижей и отдельными выбеленными костями. Остатки чакры будто слизнуло и тело начало быстро коченеть. Наверное, только чистое упрямство не позволило ей распластаться тут же и продолжать отходить от второго чудовища. Не будь света, или не жди они нападения, они бы умерли почти сразу.        Серия маленьких огненных плевков Мадары только чуть затормозила существо, и оно снова развернулось к напарнику, почти поползло. Опасные шипы полурасплавились, через туловище пошло несколько крупных трещин. Какаши остановилась и начала растирать жутко закоченевшие ноги, почти негнущуюся руку. Эти твари будто состоят из самого холода, концентрированного, могильного. — Не дай себя коснуться! — выкрикнула она. Существо резко остановилось, дернулось в её сторону, и Мадара этим воспользовался. Дал ещё два огненных плевка — ровно в трещины, и тварь наконец осыпалась третьей грудой льда. Какаши обессилено упала на спину, глупо улыбнулась, глядя вверх. Конечности уже не чувствовались, онемение ползло выше, грудь жгло, а глаза слипались. Хлёсткая пощёчина обожгла лицо и частично вывела из ступора. — Не спать! — рявкнул Мадара и развел суету. С купца была ободрана ещё одна шкурка, а потом горячие ладони начали растирать ей подошвы и больно мять мышцы голеней. Какаши наконец прочухалась, взвыла и попыталась вывернуться. В ответ Учиха крепко обложил её матом и приказал терпеть. Какаши взрыкнула, потребовала немедленно отпустить и забрыкалась. Мадара зло сверкнул шаринганом, Какаши тут же сдёрнула повязку, уставилась в упор. — Господа шиноби… — жалобно проблеял позабытый купец и тут же отшатнулся: оба яростно просверлили несчастного тремя алыми светящимися глазами. Впрочем, они тут же опомнились, а Мадара насмешливо сообщил: — Я же говорил: начнет психовать — значит, живая. — Да ты сам ходячее пособие для менталиста! Ебанат по жизни! — У самой мозги косые нахрен! Кто тебя просил к ним лезть?! — не остался тот в долгу. — Вы прямо как супруги со стажем, — очень неуверенно и тихо сказал мужичок. Предполагаемые супруги синхронно и крайне презрительно фыркнули, а после удивленно друг на друга уставились. — Ну, хоть в одном мнении сошлись! — выпалила Какаши. — Пора выбираться, — жёстко сказал Мадара, откидывая опалённую челку назад. — Жертвенные тряпки скоро догорят, а я предпочитаю видеть. Сможешь подняться к люку без моей помощи? — Естественно! — тут же ответила Какаши, несмотря на то, что уверенности в этом не было. — Отлично. А ты… — Мадара скривился, глядя на купчину. Тот сглотнул. — Я бы «забыл» тебя тут, но твоя пластиковая одежка очень помогла. Не люблю оставаться в долгу. Но не дёргаться и не визжать — я пугливый, руки могут разжаться. Понял?       Мужик мелко закивал. Кажется, Мадара Учиха пугал его сильнее ледяных монстров.