Лезвие-жизнь

      Поговорить с советницей Мадаре так и не удалось. Как оказалось, та отправилась куда-то за стену, по осторожным объяснениям её друга — гулять с собаками. И тот даже указал куда, попросив, чтобы её беспокоили только если очень срочно. Мадара и не собирался отправляться вдогонку, просто запомнил на всякий случай указанные на карте места. У него хватало дел и без того. Это личное дело советницы — как проводить свободное время.       Реорганизация полиции очень быстро вошла в активную фазу. Дел и бумаг разной степени важности были целые горы. Поэтому Мадара вспомнил о существовании вредной куноичи через неделю и совершенно случайно, проносясь по улицам домой. Притормозил и оглянулся, чтобы убедиться, что не показалось. Нет, и в самом деле — какой-то шиноби весьма неоднозначно приобнял за талию Какаши Хатаке. Дурак. Сам Мадара уж точно начал бы иначе. Зная её, действовать нужно быстро и решительно, чтобы опомниться не успела.       Эта мысль заставила его нахмуриться. Слишком чёткая, слишком заманчивая. Это значило, что он уже отмечал для себя где-то в подсознании возможные действия. А раз так, значит… у недалёкого придурка есть конкурент. И... об этом он подумает потом, не прямо на улице. И взвешенно. Мало ли, что ему нравится, главное — насколько.        Впрочем, Мадара прекрасно знал этот лёгкий прищур, наклон головы, означающий, что Какаши в бешенстве. Сам не раз его провоцировал. Наверное, только то, что вокруг людно, избавило ухажёра от тяжёлых травм. Непорядок… Сколько можно щемиться? И, кстати, а вот возможность кое-кого проверить. Какаши можно доверять, и она уж точно поможет. Поерепенится, но поможет. От этой мысли отступило раздражение, преследовавшее Мадару уже несколько дней подряд. Хорошо быть уверенным в ком-то.        Какаши, тем временем, вывернулась из наглых лапок ушлого парня, что-то строго ему вычитала и запрыгнула на крышу напротив. Тот, кажется, и не огорчился, только пожал плечами и завернул в кафе. Ширануи, бабник и шутник. Ему изначально ничего не светило. Вряд ли Какаши захочет оказаться одной из «коллекции».       Мадара догнал куноичи почти у самого квартала, окликнул. Та неохотно остановилась на крыше оружейного склада и обернулась. Кажется, раздражение её можно было использовать в качестве оружия. Почти КИ. Он в пару прыжков оказался рядом и советница неприветливо зыркнула, хорошо хоть не плюнула под ноги.       — Чего тебе? — Надо бы поговорить, но не здесь, где-то на виду. Мне нужно, чтобы некоторые люди считали, что мы заключаем договор. Это важно и это приказ, — Мадара говорил негромко и спокойно, отчего Какаши утихомирилась немного. Впрочем, ответ её любезностью не отличался.       — С чего бы мне помогать тебе крутить какие-то делишки? Приказ — это что-то конкретное.       — Да пожалуйста, приказ — встретиться со мной послезавтра в Хигане и изобразить бурное обсуждение. Я тебе его даже письменно пришлю.       Какаши недовольно поморщилась и кивнула. Хигане считался местом проведения всевозможных переговоров и отличался прекрасной экзотической кухней. Это наверняка казалось ей логичным, что Хокаге хочет сыграть спектакль именно там. Хотя сам Мадара не был уверен — место он назвал спонтанно.       — В четыре вечера я буду ждать внутри. Наблюдателей будет несколько, но все снаружи — степень защиты клиентов, сама понимаешь. В Хигане их приметят и могут всё спалить.        Какаши молча кивнула, потом неохотно уронила.       — Приду.       — Замечательно. Бывай. — Мадара чуть кивнул на прощание и отправился домой — жрать и спать. А завтра ещё парочка проверенных людей невзначай обмолвится о послезавтрашней встрече и её причинах нужным объектам. А ещё ему нужно крепко подумать. Очень крепко, и решить, что ему делать со своими открытиями.        Какаши почему-то очень не хотелось идти в Хигане и ещё больше не хотелось светиться там с Мадарой. И всё же она решила придти, а под это дело стрясти с него разрешение покопаться в закрытом архиве. Когда у неё был допуск, она там кое-что полезное видела. Подумав, Какаши решила, что это будет лучшим вариантом. Ну, а если разрешения не будет, тогда ещё чего-нибудь полезного вытребовать. Главное — дистанция. В Хигане Какаши никогда не заглядывала, но кто-то говорил, что там всё сделано для соблюдения расстояния. Это не могло не радовать.       Через день все заинтересованные могли видеть, что Учиха Мадара ушёл рано, вместо полигона или дома отправился в один из ресторанов, а ещё немного времени спустя туда же зашла и Какаши Хатаке. А самые ушлые сумели разузнать, что столик был заказан заранее.       В Хигане людей практически не было, но Мадара выбрал стол в общем зале, а не в отдельных нишах. Входящие, не сразу, но могли видеть обоих переговорщиков от дверей. Окна здесь были плотно занавешены, на широченных, массивных столах наличествовали длинные, тяжёлые скатерти, стулья больше походили на кресла, а освещение было очень слабым, видимо, чтобы соседи не могли прочитать по губам разговор. Несмотря на непривычную обстановку кое-что не изменилось — всё для шиноби.       — Садись и сделай хоть сколько-то озабоченный вид, — Мадара был собран, серьёзен. — Мы же обговариваем важный договор.       — Не поверят, если я начну корёжить из себя биджуу знает что. Как раз в серьёзных переговорах я предпочитаю быть как можно спокойнее, — Какаши уселась напротив и скрестила на груди руки. — Если можно, проясни, что за хрень ты опять мутишь?       — Я хочу выловить пару новых «кротов.» Для этого я пустил несколько разных версий нашего с тобой «договора», а потом посмотрю какая и где всплывет. Главное, чтобы все заинтересованные убедились, что договор существует. Я даже дам кое-кому его увидеть, чтобы наверняка.       — Трюк старый, может и не прокатить, — Какаши покачала головой. — Тем более, что такое явное доказательство ещё больше херит всю затею. А что менталисты?       — На то и расчёт, что трюк старый и от меня ожидают более сложных ходов. К тому же, все знают о моей самоуверенности. К твоему вопросу… Менталисты подозреваемых прощупали, закладок не нашли, явных зацепок для ареста — тоже. И пугать никого пока не хочу. Мне нужна вся цепочка, а не низшее звено. Сейчас с пяток Анбу выслеживают тех, кто придёт сюда «просто посмотреть, просто заказать, просто узнать.»       — Мда, — Какаши сначала хотела сказать что-нибудь едкое, но передумала. Иначе обломится ей полезное в архивах. — Что нам тогда обсуждать?       — Да что хочешь, только не о работе.       — Ну, тогда расскажи какого хрена ты делал в моей комнате?       — Должок хотел отдать. Твоя комната ужасна.       — Хм. То есть ты не залил мои вещи какой-то хренью только потому, что тебя напугал порядок? Охренеть! Вот только не надейся, что я стану тебя этим пугать у тебя дома, — ехидно оскалилась куноичи.       — Это не порядок, это какое-то царство педантизма. Я такое только у одного человека видел до сих пор.       Он едко ухмыльнулся, разглядывая её. Какаши нахмурилась — это внимание совсем не нравилось. Что-то не то, новенькое, проскользнуло во взгляде Мадары. Слишком быстро, чтобы она это уловила. Но, пока что все начинания этого человека оборачивались занозой в заднице. Что он задумал? Что означало это выражение? Нет, просто нужно удержать равнодушную мину и об этом не думать. Не поддаваться на провокации.       Ухмылка Хокаге стала шире и Какаши мгновенно опомнилась. Эта ехидина её не переломит!       — Я тебя разочарую. Это ты просто попал на очередную генеральную уборку. А если тебе нужен бардак — сходи в гости к Наруто. Только без предупреждения.       — Уже был. Впечатлило, — с нотками веселья ответил собеседник, не прекращая пялиться.       — У Обито не менее впечатляющий хламовник, — отметила куноичи. Самообладание уже вернулось и она надеялась больше не дёргаться настолько явно.       — Не буду спорить, он способен. Кстати, не хочешь его помуштровать? Я дам добро.       — Не-ет. Это бесполезно. Как и в случае с Наруто. — отозвалась Какаши, пытаясь понять, что именно её нервирует в поведении Мадары. Пока это не получалось и беспокоило ещё больше.       — Да ладно, так уж и бесполезно? Мне это удалось в своё время.       — Промывкой мозгов и закладками на верность. Своего ты добился, да. А крыша у парня поехала так, случайно, — тихо, очень зло шепнула она. Опять, опять он потоптался по больному! Нет, срочно сделать что-то, что выбесит его, заставит скрипеть зубами…       — Как шиноби, ты должна понять мои мотивы.       — Понимаю, только от этого «тот» Обито не вернется. Новый Обито мне не очень-то нравится, временами я его даже ненавижу. Когда я съеду?       — Вот этого я пока не хотел бы, — серьёзно ответил Мадара. Разговор ему не нравился, он планировал просто поговорить ни о чём. Но ей всё же ответить нужно и, пожалуй, честно. — Ты, как ни крути, один из немногих якорей прошлого, шанс на то, что Обито захочет и сможет хоть немного вернуть себя прежнего. И это работает. Он уже изменился. Он больше думает о живых, чем о мёртвых. И я поселил тебя с ним именно по этой причине. Ну и чтобы у него было какое-то дело, отвлекающее от самокопания. У тебя, кстати, тоже.       — Вот какой же ты мудак, а? — с оттенком восхищения уронила Какаши. — Ладно, мы тут вообще о таких вещах говорить не должны.       — Не мудак, а Хокаге, — поправил её Мадара. — Между прочим, за это словцо будешь опять должна.       — Пить не буду. Я так и спиться могу.       — Будешь вторым уникумом-шиноби, страдающим алкоголизмом. Но я пошутил, в ближайшее время у меня не будет возможности, да и особого желания нет.       — Хреновые шуточки у тебя, — криво и неискренне улыбнулась Какаши.       — Какие есть, — Мадара Учиха пожал плечами. — Раньше, вот не поверишь, были ещё хуже.       — Вот как раз в это поверю, — ответила она. — Даже охотнее, чем в Рикудо.       — Хм, — смерил её Хокаге пристальным взглядом. — а ведь раньше уже взвилась бы и попробовала покалечить.       — Переболело, — неохотно ответила джонин. — К тому же, эти столы и стулья ужасно неудобные, высокие. В биджевой скатерти запутаться можно… И кто это всё придумал? Самая поганая обстановка для атаки.       — О, могу прояснить, — Мадара откинулся на спинку, скрестил на груди руки и чуть приопустил веки. — Я застал основание Хигане и помню почему это место стало таким популярным.       — Почему бы и нет, — Какаши Хатаке подозрительно оглядела принесённый заказ. Мадара мог бы поклясться, что она ещё и принюхалась. — Нам в любом случае нужно трепаться о чем-нибудь. Пусть будет экскурс в историю.       — Хигане основан выходцем из Страны виноградников. Там странные обычаи и странные блюда. Вот это всё — принято там. Немного изменений есть, но они несущественны.        Какаши недоверчиво вскинула бровь. Нет, вроде не шутит.       — Никогда не слышала о такой стране.       — Возможно, её уже нет. Далеко и по времени, и в расстоянии. Если я правильно помню, этот отщепенец умудрился пересечь Великий Хребет. Это притом, что с этим не справились несколько экспедиций шиноби. Впрочем, уже не так важно. Парень всё равно даже не понял как он это сделал и был туповат и мягковат для нашей страны. Главное, что другие шиноби думали так же как и ты. Все важные встречи проводились здесь, в неудобной для атаки обстановке. Так и стало это заведение таким важным местом.       — Забавно. — Какаши подцепила хаси мелкую, длинную лапшу и, намотав, сунула в рот. Мадара не отстал: ему было интересно, изменилась ли тут еда. Нет, вроде бы.       — Ещё забавнее то, что основывался Хигане, как место для романтических встреч, — добавил Мадара, прожевав.        Какаши поперхнулась. Зажала рот ладонью, во взгляде заплескалось ехидное веселье.       — Да-да, мне тоже было смешно. Можешь ржать, если хочешь, — Вот сейчас Какаши показалась Мадаре изумительно живой, не то что вечные маски и фырки. Надо выпить или отвлечься. Так быстро он ничего не собирался предпринимать. Он сделал быстрый жест, надеясь, что и он не изменился и с удовлетворением увидел, как один из официантов тут же кивнул и ушёл.       — Нет, тут разве что поминовение свершать. — Какаши быстро задавила веселье. — Мрачно, темно и неудобно. Ну или в самом деле договоры заключать. Ах, да! Эта лапша смахивает с виду на скопище червей. Это для отсева слабонервных? Зря. Я могу сожрать что угодно.       — Раньше тут были свечи в подставках из бронзы, — сказал Мадара, уходя от темы. Он и сам мог сожрать что угодно, но не просто так же! — Убрали. Подозреваю, что этими штуками оказалось удобно убивать и калечить.       — Пф! Если понадобится, мне будет удобно убить чем угодно. Даже солонкой.       — Нисколько не сомневаюсь. — Кивнул Мадара. — Но эти здоровенные держатели были удобнее. И увесистее.       — Подсвечники! — припомнила Какаши. — Такие штуки называют подсвечниками.       — Я не интересовался их названием.       — Да, ты примерял их как оружие, на хрена тебе было знать, как они называются.       — Наоборот, я расценивал как одну из опасных штук, которая может полететь мне в голову. Я сам — оружие, — с лёгкой насмешкой ответил Учиха. Сейчас ему было интересно, с чего куноичи так нервничает. Нет, скрывает, конечно, но не от его глаз спрятать это дерганое состояние. Может? Нет, вряд ли…        Какаши согласно кивнула и в упор уставилась на официанта, принёсшего поднос с бутылкой и два странных стакана, почему-то на тонкой ножке и широких. Официант, не смутившись и не удивившись вниманию, выставил принесённое на стол и ушёл. Мадара потянулся к бутылке, странно ухмыльнулся.       — Тебе не предлагаю — пить ты не хочешь.       — Алкоголь?       — Верно. Вино из винограда. Оно интересно на вкус, чуть крепче саке. Хаширама много о нём знал, он вообще интересовался всем необычным. Кажется, пить это нужно по какому-то этикету, вроде чайной церемонии.       — Я попробую. — Какаши заинтересованно наблюдала за тёмно-красной струйкой, льющейся в стакан. — Его же не обязательно пить всё?       — Нет, не обязательно. М, припоминаю… Хаши был недоволен, если я выпивал эту штуку быстро.       — Любопытно, что ты не помнишь этикет, вроде у Учих в чести следовать всяким традициям.       — Будь этот этикет нужен, я бы его изучил, — ответил Мадара, наливая немного и во второй стакан. — В традициях у нас ещё и не обзаводиться ненужным барахлом. А обычаи страны, с которой у нас нет контактов и договоров, таким и являются. Кстати, эта лапша такая и была, она делается по-другому.       — Ясно…        Куноичи с осторожностью пригубила тёрпко пахнущую, красную жидкость. И в самом деле необычно. А ещё прохладно, тёрпко-сладкое.       — Недогрели.       — Нет, его специально охлаждают, — возразил Мадара. — Я, помнится, был возмущён качеством обслуживания и подогрел самостоятельно. Как раз-таки гадость получилась.        Какаши отставила почти нетронутый стакан и с лёгким любопытством наблюдала за набирающимся Хокаге. Один стакан, налил второй. Гадостность его характера почти исчезла за ностальгией и лёгким градусом. Вот интересно, с чего этот скрытный и самоуверенный Учиха так легко делится с ней личными воспоминаниями?       — Набраться хочешь?       — Этого недостаточно, — Мадара самоуверенно и немного пьяно усмехнулся. — Мне понадобится примерно пара таких бутылок.       Какаши хмыкнула, потом вдруг спросила. Случай был уж очень подходящий — Хокаге добродушен и вроде бы немного навеселе.       — Мне всегда было интересно, почему ты не ввёл в состав совета саннинов. У обоих огромный опыт управления. Не просветишь?       — Они нужнее на своих местах, хотя я предлагал. Оба отказались. — Охотно ответил Мадара. — К тому же я изначально планировал дать посты советников молодым и достаточно весомым людям.       — А Наруто не взял потому, что он у тебя обучается… — негромко пробормотала Какаши.       — И поэтому тоже.        Она задумчиво потарабанила по столу пальцами. Потом решительно допила стакан и почти доверху набулькала ещё раз. Сейчас ей не очень нравилось сидеть здесь и привлекать внимание.        В какой-то мере Мадара даже ей сочувствовал. Но не бросать же дело на полпути.       — Всё же очень короткое у нас получилось обсуждение. — Он взглянул в другой конец зала, где уже довольно долго сидели какие-то гражданские. — О, кстати, взгляни.       — Это что, карикатура? Непохоже.       — Это один из учеников академии подарил. — ответил Мадара и бережно спрятал тетрадный лист с гротескным улыбающимся человечком. — Из младших.       — Ты справился быстро. Наруто понадобилось шестнадцать лет.       — Я, как все считают, стал предсказуемым. И потому уже неопасным. Ну, и — я же Хокаге, — с неповторимым пафосом заявил он. — Опс!        Какаши с немым изумлением наблюдала как Мадара вдруг быстро соскользнул под стол.       — Тише, может, мимо проскочат.       Кто, любопытно? Никого, кроме посетителей в зале не было, в окно выглянуть никак и знакомой чакры поблизости не ощущается. Какаши нахмурилась, даже не подозревая, какая идиотско-гениальная мысль пришла в этот миг в полухмельную голову Каге. Она стукнула по столешнице костяшками и зло прошипела. — Ведешь себя как идиот! Вылезай! — Тихо. — Не менее проникновенно ответили из-под стола. — Веди себя естественно и ешь, ты же шиноби. Вот придурок. Ведет себя хуже, чем мелкий Наруто. — Бля-а! Учиха Мадара, не позорься! — Меня здесь нет. — донеслось из-под столешницы. — И не было. И не будет! И тебе не идёт выражаться! Какаши обречённо вздохнула и от расстройства в несколько глотков выглушила своё вино. От дверей неспешно и величественно семенила Кохару Утатане, за ней следом шёл Митокадо Хомура. Это надолго. Хорошо хоть, никто и в дурном сне не станет искать Хокаге под ресторанным столом. И с каких таких хренов этот идиот стал заботиться о её речи? — Хатаке Какаши, добрый день. — Приветствую, уважаемые советники. Чем могу помочь? — Мы надеялись найти здесь и Хокаге. — Утатане смерила куноичи надменным взглядом и, отодвинув один из стульев, села. — Впрочем, с тобой тоже хотелось поговорить. — Я вас выслушаю. А Хокаге-сама только что ушёл. — Какаши захотелось подскочить: Мадара плотно придвинулся к самым её ногам, вдавил плечо в колени. — Куда, не говорил. Сказал — срочно. — Ничего, это не настолько важно. Жаль, что не застали, но поговорить с ним успеем. — О чем вы хотели со мной поговорить, Утатане-сан? — О Хокаге-сама и о тебе. Твоё назначение советником было неожиданным… Но, раз уж этот пост тобой получен, ты должна соответствовать ему. — Советница с тенью пренебрежения снова оглядела не самую новую форму и небрежную прическу-раздолбайку Какаши. — И советовать, а не сбегать на миссии. Твоё участие слишком уж мало. К тому же эти твои выходки. Это недостойно ранга джонина. Не соответствует статусу. — Как я понимаю, вы уже решили, что именно я должна советовать. — Мы не желаем ничего дурного Конохе и Мадаре-сану. Ты тоже должна к этому стремиться. — Моё стремление выражается в миссиях, которые я выполняю. Это то, что я умею делать правильно. Мои советы и возражения тоже опираются на опыт и не больше, — ответила куноичи и едва не подскочила: пальцы Мадары стали выводить круги и линии на её голени. Пальцы показались ей обжигающими, даже через слой эластика. Пнуть не получилось — он просто обхватил одну её ногу другой рукой и привалился грудью, заставляя чуть раздвинуть колени. Какаши тут же захотелось немедленно вскочить, но это было бы очень глупо. Как и следующая идея — шарахнуть гада райтоном. — Миссии очень важны, особенно сейчас, но… Нас очень волнует статус Хокаге-сама. Он на посту уже достаточно долго и вполне бы мог уже остепениться. — Вы… хотите женить Мадару Учиху?! — Невольно Какаши пустила петуха. Отчасти от изумления, отчасти оттого, что пальцы Мадары переместились под колено и вкрадчиво поглаживали, вызывая нечто, вроде горячего зуда в ногах и злости. Какого хрена он делает?! — Верно, — невозмутимо подтвердила Утатане. — Нас он не слушает, но это крайне важно. — И давно вы… э-э, советуете ему жениться? — Достаточно давно. С принятия им поста. Какаши удивленно моргнула. Кажется, Кохару не шутила. И как только этот… гад не прибил их? Она прикусила кончик языка, пытаясь загасить раздражение и биджево пламя в крови. И всё же выпалила, почти не думая. — Это безумие… Проще убить, чем я очень скоро и займусь! — Есть что-то, чего мы не знаем? — Хомура был сама невозмутимость. Какаши поёрзала, пытаясь выгрестись из цепких рук и вдруг замерла. Если сейчас она привлечёт внимание — жену Мадаре найдут и немедленно. Биджуу! Вот скотина! — Он старше вас и меня… — уже спокойнее проговорила она. — Если вы внимательно слушали, то знаете, что мое назначение — каприз. Учиху Мадару забавляет, что я с ним спорю. — И, всё же, несколько своих решений он переменил после ваших споров. Возможно, ты сумеешь повлиять и в этом. — Это личная сфера… Здесь я не советчик. И, он бесит! — Это мы уже слышали и знаем. Поговори с ним, Какаши Хатаке. Если Мадара-сан тебя назначил, он готов слушать твое мнение. Клан Учиха должен иметь продолжение. Хокаге должен иметь связи помимо работы и кхм… отдохновений в барах. Его подопечные тоже должны найти себе достойных жен. То, что Обито Учиха волочится за Митараши и вовсе недопустимо. Она не даст ему сильных детей. — Вы недооцениваете Анко. Орочимару в ученики слабых не брал. — Орочимару отказался от нее. — Но взял, — возразила Какаши. Однако, сейчас больше всего ей хотелось не спорить, а съебаться отсюда к биджуу. — Удивительно, Какаши Хатаке. Раньше ты так решительно со старшими не спорила. Куноичи вцепилась в стол пальцами так, что ещё чуть и столешница треснет. Или она сама. Кажется, сейчас она задымится и полыхнёт. И неизвестно от чего больше: от наглости старейшин или из-за не менее наглого Мадары. Ками! Хоть бы хватило выдержки! — Я не стану ему это советовать. Это совсем не моя сфера, повторюсь. Разве что обронить в разговоре. — Что же. Я ожидала этого. Правда надеялась, что ты прислушаешься к разуму. — кивнула Кохару. — Тебе, кстати, тоже стоит подыскать консорта. У меня есть на примете несколько подходящих тебе человек. — Я думаю над этим. — солгала Какаши. На самом деле она совсем не собиралась заниматься таким бесполезным делом. А сейчас думать вообще ни о чем не могла, кроме того, что Мадара давно перешёл грань отделяющую поддразнивание от… чего он пытается добиться?! Он, что, догадался?! Медленные, тягучие прикосновения переползли на бёдра, на внутреннюю их сторону, живот, обжигали и вызывали что-то очень похожее на то странное, нервное состояние, что только недавно поймала и чуть не наделала глупостей. Ткань её штанов лишь обостряла эти ощущения. Лицо обдало жаром, а в груди стало тесно и горячо. Странно, что нет уже привычного отвращения… Ну уж нет! Она опустила вниз руку, собираясь поймать и остановить наглую ладонь. Ещё больше хотелось что-нибудь в неё воткнуть… хаси или кунай. Вот только и то, и другое незаметно не взять. Кохару как-то странно смотрела на неё и Какаши поспешила улыбнуться. Она очень надеялась, что безмятежно. — Полагаю, дело ускорится, если ты станешь одеваться и вести себя как женщина. Я всегда была против решения Сакумо. — Решения моего отца — дело сугубо клана Хатаке. Я благодарю за беспокойство и обещаю поговорить с Хокаге как-нибудь… потом. — Клан из одной только химе? К тому же не имеющей достаточного воспитания и связей. Это почти нет. Какаши не отреагировала на оскорбление. Её занимало другое. Как не сорваться и не сбежать прямо сейчас. К запястью влажно прижались обжигающие губы, коротко прошелся шустрый, острый язык, пальцы Мадары с нажимом, медленно проехали там, почти рядом. Это всё прострелило её от макушки до пяток сильным импульсом удовольствия и желания. Куда более сильным, чем те, вызванные насильно и чуть не вышибшими соображение. Она выдернула руку и попыталась сжать ноги, отпихнуться. Будто наяву, вдруг услышала ехидный хмык, хотя Мадара молчал. И совсем не собирался прекращать свои поползновения. Сволочь! От уверенных и неспешных, наглых прикосновений Какаши бросило в нервную дрожь и жар. Прекращать. Немедленно, пока у неё ещё хоть как-то работают мозги. И пока она не сделала что-то, что выдаст… — Пока есть я, есть и клан, — вяло возразила куноичи. Кохару Утатане скривилась, помолчала. — Благодарю за разговор. Он был… содержательным. — Утатане наконец поднялась, коротко кивнула на прощание и пошла к выходу. Хомура последовал за ней. Какаши вскочила, роняя стул, как только цепкая хватка ослабла. Ноги подкашивались, патокой разливалась нега, в ушах шумело. Она ещё успела уцепить довольный, горящий любопытством и чем-то ещё, взгляд чёрных глаз прежде, чем скрыться шуншином, наплевав на все правила приличия. К хренам, пусть считают, что хотят! Мадара преспокойно выбрался из-под стола, игнорируя ошарашенные взгляды пары посетителей, всё ещё сидевших в ресторане, и отправился платить. Он был более чем доволен. Немного покалывало ноги из-за недавней неудобной позы, но… Мадара Учиха был совсем не прочь посидеть так и дольше. Нет, ждать он больше не станет. Официант принял деньги с каменной невозмутимостью и Мадара даже присмотрелся, не шиноби ли? Нет, обычный гражданский. По всей видимости, тут хватало неадекватных ситуаций. Однако, сплетен о Хигане не ходит, значит и это останется в тени. Но на посетителей короткое гендзюцу он всё же наложил, на обратном пути. На улице он встряхнулся и вспрыгнул на один из столбов. Чакры Какаши нигде не чувствовалось, но Мадара имел несколько предположений, где именно она могла спрятаться. Так что ему не придется долго искать. Охота началась!