Лезвие-жизнь

Мадара проснулся не у себя и не у Карин, как могло бы быть. У Какаши. Кто еще мог жить в такой спартанской обстановке? Впрочем, комната не её, гостевая, скорее всего. Чувствовал он себя на удивление неплохо. К тому же его не постеснялись раздеть до трусов и даже умыть. Не полноценно, конечно, но запах паленого значительно уменьшился. С кухни доносились негромкие голоса, которые почти тут же стихли, а спустя ещё немного времени, в комнату зашли. Сама злостная нарушительница и Какаши. Покаянная рожица, скорченная Карин, ничуть не обманула его: при нужде эта куноичи повторит то же самое. Какаши прислонилась к косяку, прищурилась, с легкой ехидцей спросила. — Выспался? Карин проскользнула мимо нее, деловито занялась диагностикой. Мадара отметил чуть подрагивающие пальцы и мгновеннно окаменевшую мордашку. Глаза ирьенина то и дело стреляли на его лицо. Он прочистил горло и ответил. — Вполне. Может, мне кто-то подскажет, чем это меня так вырубили? — Успокоительное для Джуго, — глаза Карин забегали сильнее, а лицо и вовсе стало похоже на храмовую маску. — Простите, Хокаге-сама. Ваш очаг был нестабилен, а кусать вы отказались. У меня не было выбора. — Я подумаю над этим позже, — сообщил Мадара ледяным тоном. Однако, он был очень рад этому заявлению. Карин, как и Какаши, не были заложниками закладок, первая так вовсе не была воспитана в Конохагакуре. И обе легко могли от него избавиться. У обоих были на это причины, обе имели возможность. Кроме того, у него была и другая причина для хорошего настроения: Какаши была в домашнем — короткой спальной юкате. И затянута в бинты, отчего настроение чуть приугасло. — Хорошо. Какие рекомендации, Карин? — Какаши отлепилась от косяка и открыла шкаф у двери. Достала оттуда его вещи и подошла ближе. — Накормить, — Карин, видя, что убивать или казнить её не будут, снова обрела спокойствие. — и не использовать много чакры разом. Хотя бы... день? Последнее Карин произнесла с сомнением и опаской, чуть отступив. Какаши, наоборот, подошла и сунула шмотки ему под бок. — Карин, ты останешься поесть? — Нет, я уже и так опаздываю. А вы справитесь, если Хокаге-сама станет командовать? — А как ты думаешь? - Какаши даже улыбнулась, а Мадара поспешил состроить каменное лицо и гневный взгляд. Узумаки... Иногда на них невозможно злиться. Даже если заслужили. Но если им это показать, то ты будешь обречен на навязчивого и упрямого друга. Который всеми силами будет делать тебе "лучше". По своему разумению и возможностям. — Тогда я пошла, — заявила Карин и выметнулась, почти вылетела за дверь. Какаши хмыкнула ей вслед. Затем с лёгким сомнением сообщила. — Еда-то есть, но мои кулинарные навыки печальны. Все таланты в ниндзюцу ушли. — Постараюсь это пережить, — Мадара сел и потянул к себе штаны. Они были немного отчищены, хоть и не до конца. Майка, моток бинтов и подсумок, чехол для кунаев и кожаная кобура со свитками были под ними и вроде нетронуты. Хотя, с чего вроде бы. Какаши не генин, чтобы лезть к чужому оружию без спроса или подготовки. — Твои обмотки я сунула в стирку. Мои возьмёшь. Она была совсем рядом, чуть раздраженная и, похоже, крепко нервничала. Удержаться было невозможно. Он ухватил её за руку и потянул к себе. Какаши высвободила руку, тем самым дав ему возможность обнять за талию и затащить к себе. На миг она полыхнула КИ,упав на него, крепко саданула локтём в ребра. А потом придержала злость, даже выдираться из его рук не стала и поинтересовалась. — Это что, обещанное соблазнение? — Пф! Нет, разумеется. Ты сегодня не спала, верно? — С чего ты взял? — Никто дома в утяжках спать не будет. Сейчас рано, вряд ли ты встала ни свет ни заря, чтобы намотать их. — Что с того? — вяло откликнулась куноичи. — Я и больше не спала, и в состоянии куда худшем. Опять твоя стра-ашная забота? — Просто спросил, — сказал Мадара, обнял чуть крепче и улыбнулся. — И просто мне нравится тебя дразнить. Ты от этого становишься ещё привлекательнее. А вообще, хочу вытащить тебя на тренировку и в моих интересах, чтобы ты была в хорошей форме. — Ну, спасибо! — раздраженно бросила Какаши и порывисто высвободилась, прошагала к выходу. — Одевайся. Я буду на кухне. Она вышла, прикрыв за собой дверь. Мадара, ничуть не обескураженный, принялся одеваться. Бинты оказались вполне подходящими по жесткости, хоть и немного более эластичными. Однако, ему сейчас не придется полноценно сражаться, а значит, сойдет. Если, конечно, Какаши не настолько зла, чтобы драться с ним. Спустя десяток минут он вошёл на кухню и некоторое время любовался тылами Какаши. Эта её юката очень интересно их подчеркивала. Куноичи вряд ли пропустила его появление, но не поворачивалась. Мадара полагал — из-за его внимания. Уж очень ярко выделялись полыхающие уши в светлой шевелюре. Он отвел взгляд и призадумался. Интересно, к изменениям в фигуре Какаши причастна природа или это работа Сенджу? Насколько он знал, внучка Хаши не раз требовала от Какаши прекратить нелепый маскарад и заняться, наконец, собой. Интересно, не случись такого капитального провала маскировки, решилась бы Какаши на это? Куноичи развернулась и поставила на стол глубокую тарелку, едва ли не с горой набитую... Чем-то. На суп-мисо не тянуло даже с натяжкой, для каши нужна крупа. — Надеюсь, хоть ты не стала издеваться и не добавила никаких "особых приправ". — Я не большая мастерица в них, — с лёгкой насмешкой сказала Какаши. — Хотя стоило бы разок одолжиться у Митараши. Наверное, когда-нибудь так и сделаю. — Будет печально, если она решит одолжить самую острую. Итадакимас! — Мадара уселся за стол и взялся за хаси. Овощной беспредел оказался щедро заправлен перцем, баклажанами и мясом. Довольно вкусно, хоть и не совсем обычно. Какаши отвернулась к плите и занялась заваркой чая. Порция едва влезла в Мадару, несмотря на то, что он и в самом деле был голоден. Какаши из каких-то своих соображений напихала в глубокую суповую тарелку на двоих-троих. Шиноби, разумеется. — Чай будешь? — С успокоительным? — С интересом уставился на неё Мадара. — С печеньем. Кажется, у Обито оно оставалось. Не просроченное, просто не успел. Мадара коротко хохотнул. Да, сласти у ученика не задерживались, причём любое количество. — Да, учеников я ещё не объедал. Пора это исправить. На самом деле он сомневался, что в него что-то ещё влезет, но так он мог посидеть здесь ещё немного. То, что Какаши выпрет его за порог сразу же, не подлежало сомнению. А ему не хотелось уходить вот так сразу. А хотелось понаблюдать за Какаши на "её" территории. — Ещё и скрытый грабитель, ко всему, — проворчала Какаши. Сильно недовольной она уже не выглядела. Может, даже и не выпрет. — Так ты соучастница. Да ещё и инициатор.Кстати, а ты что, печенье не любишь? — Моё Карин съела. Я вообще на гостей не рассчитывала. — Да уж. Я надеюсь, ты простишь меня за это. Откровенно говоря, я в гости не собирался. — Учиха Мадара и его извинения? Вместе звучит дико, хоть и не невозможно, — Какаши коротко хмыкнула. — Ну, если дашь мне хоть какое-то дело до выхода на миссию, то прощу. Кстати, а когда начнем-то? Сроки не указаны. — Как только закончат обустройство убежища, там не так уж и много осталось. — Например? — Через неделю, не раньше. Потом ещё две-три недели объект будет добираться. По важным причинам камуи невозможно, а укрытие будет устроено рядом с Конохой. Потайные местечки тут ещё остались. — Считай месяц бездействия. — Какаши тут же прикинула что-то для себя и задумалась. Мадара лениво отломил край печенья, попробовал. Как и ожидалось приторно-сладкое, будто туда запихали всю партию небольшого сахарозавода. Он поспешил запить чаем, а Какаши что-то уже надумала. Она просветлела и заулыбалась, отчего Мадара чуть не поперхнулся и тут же порадовался, что Какаши предпочитает строить каменную мордашку и не светит улыбкой во все стороны, как её друг Гай. — Я помогу восстановиться Юхи, а ещё могу принять участие в тренировках Анбу. Спецполигоны... Мадара улыбнулся. Последнее напомнило его самого, он с таким же предвкушением и азартом подбивал на схватку осторожного старого Змея. — Они и так для тебя открыты, — напомнил он. — Да, но не во время тренировок команд Анбу. Я уже давненько не схватывалась с парой знакомых, одним из наставников... Много всего, в общем. Это Мадара тоже понимал. Он бы отдал многое за ещё одну схватку с Хаширамой. Там где оба равны, где оба не жалеют ни себя, ни друга. — Я распоряжусь, — спокойно сказал он и понял, что угадал. Какаши будто осветилась изнутри, расслабилась. Даже не верилось, что ей так просто угодить. — Спасибо! — выдохнула она. Мадара снова улыбнулся, кивнул одобрительно и почувствовал себя удивительно хорошо. Неужели всё это снова?.. Мадара торопливо глотнул горячего чая, чтобы она не заметила как он посерьёзнел и собрался. Не то, но очень похожее. И это некстати, ох как некстати. Как бы то ни было, разбираться он станет не в её присутствии. А потому Мадара прикончил свой чай и засобирался к себе. Он должен бы давно быть в кабинете. Возиться с бумажками и решать всевозможные вопросы и споры. Но сегодня не будет, хоть даже если старые советники изойдут пеной и ядом. Какаши выставила гостя за дверь и устало прислонилась лбом к косяку. Её пробирало на нервный смех. Карин Узумаки оказала ей поистине медвежью услугу. Как и самому Мадаре. Она не думала, что ему так уж хотелось быть безвольной тушкой, да ещё и при посторонних. У Учиха проявление слабости — едва ли не вселенский позор. Она вдохнула, выдохнула и отлепилась от двери, выглянула в окно. Мадары уже не было видно, он, наверное, несся прочь как можно скорее. Суп переваривать. Или блевать, если у неё совсем плохо получилось. Когда под ночь к ней постучалась встревоженная и взъерошенная Карин, она сначала не поверила своим ушам. Нет, в то, что этот Учиха способен себя загнать до полудохлого состояния верилось легко. А то, что его опять вырубили какой-то адской смесью — нет. Она перебрала в памяти всё, что о нем знала, пока вместе с Карин несла к себе Мадару. И немного успокоилась, сообразив, что тот любит повторять одни и те же ошибки. Жрать или пить незнакомую хрень, например. Или подставлять под удар спину. Тогда её обеспокоило не это. Мадара был чуть ли не ледяным. Однако, обычно он был тёплым, почти горячим. На тренировках или просто находясь рядом, Какаши чувствовала это. И тогда, в тот день — тоже. Какаши уронила лицо в ладони и всё-таки расхохоталась. Обещала же себе запихнуть всё произошедшее на источниках в дальний угол памяти и никогда не доставать. О, это ей не удастся! Ей достаточно было мелочи, чтобы воспоминания и дурь шибанули в голову: ладони подложенной под щеку и полуголых, жилистых плеч. Как только прямо при Карин лапать не начала? Чудом только. А потому, когда они раздевали, обтирали влажной тканью и укладывали Мадару, она смотрела куда угодно, но не на него. Наверное, они с Карин смотрелись смешно: красные и постоянно натыкающиеся друг на друга взглядами и пальцами. Как только справились? Утром Мадара только добавил жару, и так почти нестерпимого. Потому что хотелось никуда не вылазить и в самом деле поспать рядом с этой самодовольной, отчего-то лыбящейся грелкой. И этот взгляд. Она сразу поняла причину такого пристального внимания и всё оставшееся время ей ужасно хотелось сделать две вещи. Украсить голову Мадары супом, то есть почти супом, и позорно удрать. Куда-нибудь в Кири, потому что к своей лохматой прическе Хокаге питал какой-то странный пиетет. Оттого ей частенько хотелось подрезать или подпалить ему хвост. Какаши быстро собрала себя в кулак и успокоилась. Сегодня у неё ещё хватало дел. И пока Мадара не ведет себя как дикарь. Только нетипично. И Какаши могла бы поклясться, что это ему нравится. Кто просил его улыбаться? Куда делась едкая ухмылка и азартный оскал? Ну хоть подъебы оставил при себе. Но куда больше озадачивали эти проблески заботы. И даже нервировали. Какаши привыкла решать свои проблемы сама, а некоторые вещи и вовсе не видела как проблемы. Да и Учиховская забота... жутковата: Мадара хотел позаботиться о целом мире, Итачи о Саске, Обито о Рин. На какой-то миг ей даже плохо стало от таких перспектив. Нет уж! Ничего такого ей не надо! Утром, задавая свой "безразличный" вопрос, Мадара выглядел спокойным, даже довольным, но что-то ей подсказывало, что он был бы не прочь вырубить её, связать и откармливать-отсыпать. Пока не решит, что довольно. Ну, это если бы получилось. Какаши уже кое-что для себя наметила и вплотную занялась разработкой. Если у неё получится, то она сумеет здорово сбить с него спесь. И раз у нее есть время, то можно и заняться, прикинуть плюсы и минусы предложения Цунаде-сама. Да и в самом деле отдохнуть. Немного успокоившись и приведя мысли и чувства в порядок, Какаши плотно поела и переоделась в один из старых комплектов формы. Сегодня она собиралась заняться важным делом, которое откладывала уже очень долго. Их с отцом старый дом был не очень далеко от квартала Учих, на окраине и при атаке Пейна почти не пострадал. Какаши иногда подновляла там дотоном несущие стены, крышу, но жить в этом доме не собиралась. Зато там было и то, что оставил ей отец кроме воспоминаний. Хранилище. Надёжно защищенное, укрепленное и укромное. Туда стаскивали добычу её предки, отец и она сама вложила немало. Трофеи и свитки с дзюцу, документы, фамильный свиток призыва. Сакумо Хатаке иногда водил Какаши туда и рассказывал о той или другой вещи, о том как был добыт вот тот клинок. Проходя мимо дома Мадары, она чуть притормозила, глянула на окна и сад. Идиотская улыбка сама собой заползла на губы и ей пришлось прикрыть их ладонью. "Нет, не тренировку вы хотели, Хокаге-сама, вы просто не умеете выговаривать слово "свидание", вот и всё. Или догадываетесь, что я ни за что не соглашусь." Эта мысль её вдруг развеселила. Наверное, подобное приглашение от Мадары было бы похоже на приказ. Представив эдакое приглашение, Какаши развеселилась ещё больше. Дом укоряюще встретил её битыми окнами и покосившейся дверью. Она едва открыла её из-за разбухшего от влаги косяка. Стоит урвать сегодняшний денёк из обломившихся выходных и покрасить всё, что этого требует, подновить стены, да вставить, наконец, стекла. Из-под ног с негодующим писком рвануло мелкое и серое. Какаши с недоверием принюхалась и чихнула. Мыши. Только их тут ещё не хватало! Впрочем, как раз это не такая уж беда. И даже что потом с ними делать, она уже знала. А теперь главное — купить краску и кисти, вспомнить где лежат инструменты, гвозди и запасные стёкла. И за работу — дело предстоит долгое. Какаши, насвистывая незатейливую мелодию, провела кистью в последний раз и отступила назад. Кажется, на этот раз краска легла ровно и стена не выглядит так, будто её красил пьяный художник. Впрочем и опыта с тех пор у неё прибавилось. Какаши призадумалась, вспоминая. В последний раз серьёзно занималась своим домом она... да ещё до гибели Рин! После случившегося её некоторое время держали в госпитале. На некоторое время она вернулась сюда, но потом Минато-сенсей настоял на проживании и обучении у Учиха. Потом Анбу и казенное общежитие, потому что команде лучше жить недалеко друг от друга. А потом она привыкла настолько, что не стала возвращаться даже когда нужды жить в общежитии не стало. Так же спокойно приняла и собственную квартиру, выделенную по выслуге. Сейчас она понимала почему так поступила. Потому что этот дом нёс воспоминание о остром запахе крови и мёртвом теле Сакумо, о осознании собственной беспомощности, невозможности изменить что либо. Дом-музей, дом-могила, но никак не жилище. Какаши сердито нахмурилась и отогнала тяжелые воспоминания. Нечего мусолить их, словно Булл кость. Хорошего в этом ничего нет. Какаши положила кисть в пакет с мусором и сняла маску, подхватила ведерко в котором вяло попискивало с полтора десятка сонных мышей. Многовато их развелось, пока она очухивалась и занималась миссиями. Даже удивительно, что не добрались до хранилища. По дороге Какаши выбросила пакет с мусором и заглянула в один из магазинов, припрятав сначала ведро с живностью на одном из деревьев. О том, что мыши разбегутся она не волновалась — они вряд ли проснутся, даже если почуют опасность. В магазине она довольно долго рассматривала полки, пока не нашла нужное. Прекрасно! Прикупив всё необходимое, Какаши забрала ведёрко с "добычей" и направилась домой. Ей предстояло ещё много дел, в том числе и составить план по проникновению кое-куда. Эта идея приятно грела и наполняла азартом. Интересно, прикроют ли её Анбу, если заметят? Учиха Мадара только и успел, что переодеться и выкинуть испорченные вещи. Барьер у дома пересекли и это была не Какаши. Он вышел к двери тут же у порога объявился Анбу при полной экипировке и знатно нервничающий. — Хокаге-сама, вас очень просил заглянуть к нему Хиаши Хьюга. Он не вдавался в подробности, но сказал: дело срочное и серьёзное, требующее вашего внимания. — Передай Хиаши-доно, что я скоро буду, — ответил Мадара и Анбу на полных скоростях понесся назад. Сам Мадара скривился и отправился одеваться ещё раз — в официально-парадное. Хьюга обожали традиции и условности. И явление Хокаге иначе, чем в статусном одеянии, могли воспринять, как оскорбление. Впрочем, на этот раз он мог бы и не морочиться. Хиаши встретил его у ворот лично и был до крайности взволнован. Объяснить криво и неправильно подпоясанное кимоно и легкую растрепанность Хьюга было больше нечем. Само собой, Мадара не выказал удивления и не стал акцентировать на этом внимания. Хиаши Хьюга поприветствовал его и почти тут же повёл в дом главной семьи, игнорируя всех и вся. — Прошу вас пройти в мой кабинет, — уронил глава Хьюга, стоило им переступить порог. — Дело важное. Пока Мадара разувался, Хиаши успел приказать, чтобы его дочь Ханаби зашла к нему. Мадара даже удивился — что это за важное дело такое, что при нём непременно должна присутствовать химе Хьюг? Мнение он изменил почти сразу же. Хиаши Хьюга, зайдя в кабинет, сразу же перешел к делу. Сначала он пространно извинился и коротко пояснил, что ничего не знал до нынешнего утра. К этому времени в кабинет проскользнула и Ханаби. Девчонка была бледной и казалась напуганной. Хиаши тут же перенес внимание на дочь. — Ханаби, присаживайся и расскажи Хокаге-сама всё, что рассказала мне. Ханаби чуть опустила веки и запунцовела, прямо как её излишне стеснительная сестра. Но причина была совсем другая. Девчонка явно была в ярости и считала себя униженной. И основания для этого есть. По крайней мере, для Хьюга, так точно. Это становилось понятно по мере рассказа химе. Иногда девчонка прерывалась, косила взглядом на отца, а губы Хиаши всё сжимались и сжимались. Малолетняя дурочка явно рассказала отцу не всё, а теперь опасалась, что её поймают на недосказанности. Попытка похищения Мадару не удивила. Додзюцу достаточно лакомый трофей, чтобы рисковать. Но остальное... Неужели клановая гордость помешала увидеть что эта попытка много опаснее всех предыдущих? Он молчал, не перебивал, хотя вопросов становилось всё больше. Ханаби закончила и уставилась на носки своих сандалий. Хиаши, весь бледный, протянул Мадаре церемониальный меч и тот принял его, положил на колени. Девчонка побелела — она явно не ожидала этого. Зря, ведь Хьюга любят древние традиции. — Ханаби, — обратился Мадара к химе, держа ладони на шероховатых ножнах и оплётке рукояти. Хиаши медленно опустился ничком, убрав с шеи волосы и так застыл. — ты сможешь позже повторить это ещё раз для меня или согласиться на гендзюцу? Ничего опасного или подчиняющего, просто хочу увидеть всё твоими глазами. Ханаби напряженно кивнула и побледнела ещё больше. Мадара перехватил ножны, протянул их главе Хьюга. — Встань, Хиаши. Плата слишком велика и я не могу её принять. Я подумаю над тем, что ты сможешь сделать, не роняя чести. Хьюга любят пафос. Учиха тоже. Но не все — Мадаре церемониал надоел ещё в бытность главой клана. А потому он сильно сократил официальный ответ, надеясь, что этот промах ему спустят. Хиаши разогнулся принял катану и хрипловато ответил. — Я с радостью приму любое ваше поручение. Мадара кивнул и взглянул на Ханаби Хьюга. Та сидела ровно и смотрела уже бесстрастно. — Ханаби-чан, вы ответите на несколько вопросов? — Да, — откликнулась девчонка. Из неё будто выдернули кости, а в глазах мелькнула и пропала почти нечеловеческая благодарность. — Ты сказала, что те, благодаря которым ты сумела бежать, назвали и тебя, и похитителя ублюдками. Это странно. Не говорили ли они что либо ещё в том же духе? — Говорили, — Ханаби нахмурила брови и коротко взглянула прямо в глаза Мадаре. — когда Тонери принял бой. Но я посчитала, что это обычные уколы, чтобы разозлить и сбить концентрацию. Они говорили, что мусору не сравниться с настоящей силой. — У тебя есть предположения, чем окончился бой? — Мадара спросил это для проформы, он уже догадывался о его окончании. — Мой похититель проиграл, — твёрдо ответила Ханаби. — Они продемонстрировали достаточно силы, легко уничтожив его марионеток и заставив показаться. — Будь готова. — Мадара поднялся и не удержался — растрепал Ханаби волосы. Теперь она походила на озадаченного и злого воробья. — Я должен переработать гендзюцу под тебя, чтобы не причинить вреда. Мадаре было о чем подумать. Рассказ Ханаби изобиловал нелогичными действиями всех. Этот Тонери, он мог дождаться более удобного и безопасного момента. Почему он так рисковал, придя за Ханаби в Коноху? Наследница Хьюга много разъезжает по стране, налаживая связи и занимаясь делами клана. Охрана у неё есть и сильная, но деревня, полная шиноби, куда как опаснее. И в праздничный день патрули были усилены, Мадара это знал точно. Каким образом шиноби удалось вывести Ханаби за стену незаметно? Почему сама Хьюга не подняла паники? Почему не рассказала о произошедшем сразу же, а ждала почти месяц? Объяснение, что не хотела возбуждать недоверие и подозрения, не выдерживало критики. Она не создавала впечатления совсем уж глупой. На всё это могло ответить только считывание воспоминаний куноичи. Но это Хьюга, ментальное вмешательство должно быть очень тонким. Именно поэтому он, распрощавшись с Хиаши и Ханаби, отправился домой — думать над задачей и посмотреть кое-какие старые документы и свитки. Где-то было что-то касающееся этого, он точно помнил. Там его ждал сюрприз, от которого Мадара принялся хохотать как ненормальный. Сад был полон кошек. Они собрались тут, наверное, со всей Конохи. Он бы мог подумать на Какаши, но та к дому не приближалась — на охранном барьере следов её чакры не было. Зато были другие: слабенькие, чуть размытые чакры троих человек. И очень даже физические — за деревьями, у пустого дома напротив кто-то хорошо потоптался. Размер сандалий был маленький. Тут же валялись и другие улики. Крошки и куски хлеба, и пузырьки из-под успокоительного для гражданских. Туда входило что-то привлекающее котов, если Мадара верно помнил. — Надо же, как мне сегодня везёт с успокоительными, — буркнул он себе под нос и пошагал к себе. Кошек его появление нисколько не обеспокоило. А сам Мадара приостановился и сделал несколько шагов к одному из животных, поднял упитанную животину на руки. — Любопытно, — пробормотал он себе под нос и скрылся в доме. Какаши уже очень давно так не удивлялась, как сейчас. Сначала она решила, что Мадара надумал отплатить ей за проделку, потом, что случилось что-то. А потом решила показаться, пока сбрендивший Хокаге не вынес ей камнями стёкла. Она решительно распахнула окно и свесилась из него. — Ебанулся, да?! — Не вопи и спускайся. Можешь не брать лишнего оружия. Кстати, прикольная пижама! В косточку! Мадара торчал внизу. Совершенно невозмутимый, спокойный и очень уверенный в своих действиях. Он стоял расслабленно, сунув руки в карманы и Какаши не сумела удержаться — метнула в него будильник, до того мирно стоявший на подоконнике. Окно захлопнулось чуть ли не с треском. Иногда оторванность квартала Учиха явно лишняя! Живи она где-то в другом месте, не стал бы Учиха Мадара так чудить. Пока одевалась, Какаши успела придавить возмущение и даже застыдиться собственного идиотизма. А ещё очень жалко стало будильник. Он монстр, конечно, особенно когда заведен и сработал, но пережил столько всего. И её утренние подъемы и бурное недовольство свежеиспеченных генинов и целую прорву времени. Настоящий патриарх. Осталось только надеятся, что Мадара не настолько разозлился, чтобы уничтожить эту реликвию. Суя ноги в сандалии, Какаши попыталась вспомнить, откуда у неё взялось это бронированное чудовище. Гай. Никто другой не додумался бы подарить настолько монструозную и внушительную вещь. Какаши даже вспомнила когда — при получении ранга джонина. Оставалось только надеяться, что будильник и Мадару переживёт. Или будет подлежать восстановлению. Вопреки ожиданиям, будильник был цел и ему явно ничего не грозило. Мадара задумчиво вертел устройство в руках, рассматривал с любопытством. — Прикольная штука, — сказал он, стоило ей выйти. — Хм, может и себе отыскать что-то подобное? Хотя, не надо. На, держи. — Не живут? — поинтересовалась Какаши, забирая будильник. На секунду задумалась, затем открыла дверь и поставила его у порога. — Не живут, — согласился Мадара, кивнул лохматой башкой. — Не люблю вставать по команде. А твои часы достаточно старые, значит пережили многое. — Это у Гая узнать нужно, где он такой выцарапал. Могу спросить, если хочешь. — Не нужно, — отказался Мадара. — Иногда утром мне просто необходимо кого-то прикончить. Пусть уж это будут часы. — Да уж, точно лучше. А теперь скажи-ка, зачем ты подорвал меня среди ночи, притом, не ради дела? — Дело есть, только оно личное. Пойдем, покажу кое-что. Какаши вздохнула и послушно поплелась вслед за настырным Хокаге. Иначе ей придётся спать под канонаду в стёклах или гонять придурка по крышам, если достанет. Да и любопытно было, что это взбрело ему в голову. Очень быстро стало понятно, что они идут на скалу Хокаге, только не по лестнице, а окольным путём. Мадара шагал быстро, иногда оглядываясь. Вряд ли он высматривал преследователей, но на всякий Какаши проверила. Никого. Только лунный свет и резкие, чёрные неприятные тени. Она ужасно не любила такие — слишком легко в них спрятаться. Наверху пришлось попетлять между несколькими полигонами и хозяйственными зданиями из тех, что не разместишь близко к жилью. — Нет, ну всё-таки, куда ты меня тащишь? — Какаши не сумела придёржать любопытство. Мадара уводил её глубже в лес, туда, где уже ничего интересного не было. Разве что можно было спугнуть какую нибудь парочку генинов или застать припозднившегося с тренировки шиноби. — Скоро уже. Ты ведь хотела когда-то узнать больше о основателях и Конохе, я даю тебе такой шанс. — Я даже не буду спрашивать, откуда знаешь, — Какаши нахмурилась. — Но это было очень давно, я успела остыть. — Да? Жаль, но одну экскурсию я всё же проведу, раз уж вытащил тебя сюда. — Вот не верю, что ты делаешь это так просто, — Какаши вздохнула и полезла пальцами в затылок. — Глупости какие-то, истории... — Не глупости, — возразил Мадара. — Сюда. Уже пришли. Сейчас увидишь кое-что. Какаши бывала наверху не раз, но не могла припомнить, чтобы она раньше видела этот укромный уголок. Деревья здесь густо увил плющ и получалось что-то вроде гигантского природного зала. От неловкости и беспокойства язык повернулся раньше, чем она сообразила, что и кому говорит. — Темно как в жопе! Что я должна тут увидеть, придурок? Мадара коротко хохотнул, а она только сейчас догадалась сдвинуть повязку. — Здесь жил наш с Хаширамой первый учитель. Я имею в виду, посторонний. Вот, посмотри. Какаши недоуменно нахмурилась, не понимая, шутит ли Мадара, показывая на маленькую, неопрятную кучку сушняка у подножия одного из деревьев. Кажется, не шутил, иначе не стал бы на карачки, заглядывая в небольшой лаз в кучке. — Пусто, — с огорчением сказал он и отодвинулся, сел. — но ты всё же загляни. Какаши с сомнением посопела и заглянула таки в лаз. Внутри ветки, веточки и корешки монолитно сплетались, образовывая гладкую узорчатую поверхность. Она удивленно хмыкнула, понимая, чья это работа. Мадара тут же подтвердил ее догадки. — Хаширама потрудился на славу. Эту нору и биджудама не возьмёт. Я же наложил сеть гендзюцу, не пропускающих посторонних. Можно сказать, что здесь всё так же как и было давным-давно. — Кто здесь жил? — Какаши села напротив Мадары и выжидательно на него уставилась. — Очень вредный и нелюдимый старый ёж, — спокойно, даже почти мечтательно сказал Мадара. — Эту поляну, тогда — поляну, мы с Хаши подобрали для спаррингов. Пусть и дети, мы оба были достаточно сильны, чтобы отсюда удрали все животные. Кроме него. Он яростно зашищал от нас своё логово и даже пытался атаковать. Он укрепил выемку между корней колючими ветвями, душил и таскал сюда мелкую живность, всякий мусор, чтобы это место стало не таким привлекательным. А как только мы появлялись здесь, сворачивался в начале лаза колючим и фыркающим клубком, чтобы никто не посягнул на его дом. Хаши упорно пытался его приручить, даже меня втянул в это безумие. Так нам впервые показали, как нужно защищать своё. Кто бы ни был противник, как бы он ни был силён. — О! — Какаши даже не представляла, что маленькое храброе животное могло так зацепить обоих основателей. Она примерно могла представить это противостояние, но... — И что было дальше? — Во время спаррингов он мог внезапно выкатиться кому-то из нас под ноги. Очень вредный был старик. Потому тренироваться здесь мы скоро перестали. А вот попытки подружиться с этим почтенным ежиным воином остались и сблизили нас с Хаширамой ещё больше. Какаши ещё раз взглянула на убежище упёртого ежа. Пожалуй, это животное и впрямь заслуживало уважения. — Он вряд ли долго жил, если был таким старым. — Я надеялся, что здесь остались его потомки, но нора не жилая. Хотя, основание Конохи этот звериный чудак застал. Именно тогда Хаширама и укрепил его жильё, а я оградил. Что-то вроде именного заповедника. На какое-то время повисло молчание. Откровенно говоря, Какаши вообще опасалась что либо говорить. Мадара задумался, рассеянно улыбался и Какаши всё больше хотелось ущипнуть себя покрепче или попробовать развеять иллюзию. Такие откровения! И от кого! — А теперь ещё кое о чем, — Мадара придвинулся к ней вплотную и доверительно понизил голос. — Я сегодня попал в очень глупую ситуацию. Иногда в Коноху приезжает даймё с женой, знаешь же? — Я здесь причём? — Какаши с искренним удивлением уставилась на Мадару. — Или от меня что-то нужно? — Шоколад, Какаши. Мне стоило немало нервов извиниться и убедить мадам Шиджими, что это генинам не дают покоя лавры Наруто. — Я понятия не имею о чем ты, — Какаши беспечно пожала плечами и вернула на место повязку. — Да ну? — хрипловато, растягивая гласные, прошептал Мадара и навис над ней. Какаши отклонилась назад и тут же оказалась лежащей на земле, а Мадара почти что улёгся на ней. — Мыши были под гендзюцу, которое могут использовать всего несколько человек. Знаешь что? Какаши моргнула и захохотала. С несколько мгновений спустя засмеялся и Мадара. — Я думала, что ты его сам ешь, — призналась Какаши, когда ржач перестал рваться наружу, а сам Мадара показался слишком уж тёплым и уютным. — А шоколад остался в кабинете, на той полке, где Цунаде держала саке. Могу извиниться, я и в самом деле перегнула палку. И слезь с меня. На самом деле ей совсем не хотелось отлипать и это тревожило. Она потянула ноздрями воздух с его запахом, шевельнулась, чтобы в лопатку не давил какой-то корешок и выжидательно уставилась на Мадару. Ей почти не было видно, но он-то всё видел: шаринган будто пульсировал, пригас и она догадалась, что он просто прищурился. — Не-а! — с простодушным весельем в голосе объявил Мадара и она увидела и почувствовала, что его лицо совсем рядом с её. — Сначала я расскажу тебе свою идею. — Ты идиот? — От его близости по телу ползло возбуждение, пока слабое. И оттого мысли свернули совсем не в ту сторону. — Ты что, в качестве наказания трахнуть меня собрался? — Идея неплохая, но разве это наказание? — Тихо-тихо шепнул он в самое ухо. — Не-ет, я другое придумал. А секс оставим на потом. Какаши молчала, пыталась понять, что делать. Мадара не держал её, она легко могла бы удрать любым способом. Но не хотелось. Ни выказывать таким образом слабость, ни просто отказываться от этого ощущения близости, мандража. — Каждый раз, как я буду волноваться по твоей вине, я буду зажимать тебя. Вот так, как сейчас. И ставить на тебе свои метки. Там, где удрать, не привлекая лишнее внимание, ты не сможешь. От этого обещания, от его явственного возбуждения, от ладоней проехавшихся по бокам и замерших на бёдрах, у Какаши перехватило дыхание. А потом к шее, чуть ниже уха прижались и обожгли его губы. Долго, почти больно. Она коротко охнула и заерзала, ощущая стыд и острое удовольствие. Затем оттолкнула Мадару и вскочила, готовая драться или бежать. Или продолжить начатое, потому что этого хотелось больше всего. Мадара остался полулежать на земле, Какаши видела это по его вспыхивающим и пригасающим глазам. Не выдержав, она стянула повязку и открыла шаринган. Мадара азартно ухмылялся и выглядел до отвращения довольным. — Жарко? А как насчет зала совета, когда вот-вот зайдут старые перечницы? Уверен, если увидят, их удар хватит! Кстати, теперь твой ход. — Ты извращенец! — обвиняюще выпалила Какаши. — Наруто не того Скрытым Извращенцем обозвал! — Есть немного, — ещё больше развеселившись, согласился Мадара. — Например, я извращенно долго тяну с обещаными соблазнениями. Обещаю исправиться, честно. Ждать будешь? — Идиот! — снова припечатала Какаши. Она чувствовала себя ужасно: смесь противоречивых эмоций буквально сбивала с толку, влечение никуда не делось и только подливало масла в огонь. — А ты не меньшая. Хорошая парочка из нас выйдет. Подумай над этим. Кстати, удар им обеспечен и когда мы о свадьбе объявим. Не хочешь избавить совет сразу от двух старперов? Да и вообще, отсеять всех слабонервных и впечатлительных. — Если, — Упрямо набычилась Какаши. Чувства наконец-то сконцентрировались на чем-то конкретном: придушить этого конкретного Учиху. Всерьёз придушить, так чтобы долго потом сипел. Мадара широко улыбнулся и поднялся, шагнул к ней и Какаши попятилась, торопливо и скомканно выпалила. — Спасибо за прогулку и историю, но мне пора. — Да? Хочешь, провожу? Какаши отрицательно покачала головой и развернулась. — Ладно. Послезавтра будь готова — потренируемся. — Если так как сейчас, то не стоит, — Какаши приостановилась. — А если и в самом деле, то зачем? Разве мало других сильных шиноби? — Если ты о Наруто, то он сильный, да. Но о смене тактики боя даже не задумывается. Уловки? Ловушки? Клоны! — Это на него похоже, — Какаши улыбнулась. — Но обо всём этом он понятие имеет, будь уверен. — Знаю. Он считает бесчестным их использовать. Нескольких других партнеров для хорошего спарринга я недавно просил о бое, потому осталось только тебя дотормошить. Заодно и попробуешь отплатить. Какаши помолчала, затем кивнула и пошагала прочь. Её это устраивало. И отплатить это запросто, она обязательно постарается. Мадара догнал её и пошел рядом, небрежно сунув в карманы руки и иногда кося хитрым взглядом. — Я соврал. Мадам Шиджими не видела коробки. Тебя сдал мой наблюдатель. — А это тоже ложь, — тут же ответила Какаши. — Я совершенно точно знаю, что никого не было поблизости, когда я ломала твою охранку. И кстати, у тебя отвратительно слабые сигналки. — Мои-то да, — без малейшего стеснения признал Мадара. — Но как ты прошла остальные барьеры? Какаши победно усмехнулась. Признаваться, что у неё остались ключ-печати она не собиралась. Они были выданы ей ещё когда она чуть не стала Каге. Конечно, с тех пор они сменились, но зная основу ключа, можно подобрать действующую отмычку. — Секрет. Но тебе в утешение скажу, что легко не было. И даже добавлю, что вряд ли это смогут повторить. — Я догадывался, что при нужде ты и в кабинет просочишься, но не думал, что ты эту возможность используешь для дурной выходки. Какаши молча пожала плечами. Давным давно она уже думала о вылазке и засаде в кабинете, но только в крайнем случае, если Мадару занесет и другого выхода не будет. Но, похоже, заносит пока только её. — Но я рад, что ты решила потратить эту возможность на подначку. — Наверное, нужно было оставить пару-тройку ловушек, — тихонько буркнула Какаши себе под нос и покосилась на очень довольного Хокаге. — и слабительного в конфетах, чтобы обиднее было. — Ты забыла добавить "и закладку в сортире". — В следующий раз так и сделаю, — Какаши чуть ухмыльнулась и пообещала себе всё-таки обстричь Мадару. Хоть чуть-чуть. — Ого! Стой. Сюда. — Мадара вдруг затормозил и потянул Какаши за собой в тень. — Интересно... Какаши взглянула туда, куда смотрел Мадара и не удержала улыбку. Наруто. А вернее — Наруто и Хината. Они сидели над макушками Хокаге, свесив вниз ноги и Наруто обнимал Хинату за плечи. На шее Наруто лежал вязаный шарф, хотя было тепло. Ребята негромко переговаривались и не замечали ничего вокруг. — Пойдём, не будем мешать, — тихо предложил Мадара и отступил назад, за деревья. Какаши еще раз взглянула и отправилась следом. Прятаться от собственного ученика было забавно, а ещё Какаши была рада. Наруто наконец сумел отбросить бессмысленную манию по Сакуре и заметить Хинату. — Хм, думаю, хватит, — негромко сказал Мадара и остановился. Какаши едва не уперлась лбом ему в лопатки и мысленно выругала себя за невнимательность. Так ещё чуть-чуть и она на миссиях хлопать ушами начнет. — Поделишься, кто придёт к тебе с просьбой первым? Или с жалобой, если Хиаши будет настроен против. — Подозреваю, что ты всё равно узнаешь первой. Хотя, это может оказаться и Умино Ирука. Кстати, не знаешь, почему это он в учителя пошёл? У него есть неплохие задатки. — Третий знал, что делал, когда переводил его в учительский состав, — ответила Какаши, немного подумав. — А у меня есть только догадки. Ирука бывает порывист и несдержан. Это плохо для бойца. — Ты у нас тоже бываешь дёрганой, — подметил Мадара. — Догадайся из-за кого... — Какаши многозначительно оглядела Мадару с головы до ног, потом уставилась на вышедшую из-за облаков луну. Мадара задумчиво поскрёб подбородок, затем беспечно пожал плечами. Затем нахально заявил. — Ну, ученички и товарищи, дурацкие приказы... Но точно не я! Я же невьебенен, сама признавала. И вообще, я... Э-э, сейчас вспомню, что там мне писали. О, совершенство, точно, как я мог забыть?! — Ками-сама! — чуть ли не провыла Какаши, чувствуя себя полной идиоткой. Кажется ещё чуть и у неё предательски задергается веко. — Да, биджу тебя задери, совершенство, невьебенное и единственное в своем роде! Пожалуй, сейчас она полезла бы драться, но Мадара буквально огорошил её следующим замечанием. От него она застыла на месте и у неё всё-таки задергалась бровь. — А мыши были очень вкусные. Пока Какаши пыталась сообразить на хрена Мадара сожрал её подлог, и что вообще можно на это адекватно ответить, он ушагал вниз, и ей пришлось догонять. Какое-то время она шла рядом, притворяясь, будто сбила дыхание и никак не решаясь спросить. Уже внизу Мадара остановился и придержал её. — Неужели ты надумала что-то уж совсем дурацкое? — мягко спросил он и притянул к себе. Почти невесомо коснулся губами её губ и отстранился. С тихим смешком добавил. — Последнее тебе просил передать мой соглядатай. Я такое не ем. Но согласись, задумалась ты крепко. Какаши коротко ударила его под дых, вернее попробовала. Мадара уже отпустил её и отступил назад. — Ты похлеще Ширануи придуриваешься! Блядь, Мадара, я это представила! Внутри всё кипело, ещё больше подхлестнуло злость непонятное торжество, вспыхнувшее в его глазах. Какаши сплюнула и всё-таки удрала шуншином. Если он будет продолжать в том же духе, она его убьёт. Нечаянно. Пока добиралась домой, припомнила — выбираясь из окна кабинета Хокаге, она чуть не наступила на Тору, вальяжно греющегося на солнце. Даже ещё посмеялась над очередной командой неудачников, вовсю ищущих свою цель. Просто так генинов к резиденции не подпускают. Вернее не всех. А потому, у кота были все шансы вернуться к мадам Шиджими только на следующий день. А то и дольше. Вот же хитрец! Он и с этим котом умудрился поладить! Уже дома Какаши обозлилась ещё раз и пообещала себе, что быть Мадаре стриженым налысо. Или хотя бы обкорнаным наполовину! Этот гад поставил ей засос! К счастью, эта метка поддавалась чакре и заметно побледнела. Какаши немного попялилась в зеркало, огорчилась, что засос всё-таки виден и вместо того, чтобы досыпать, отправилась составлять план будущей победы в тренировке. Спускать с рук такое она не будет! И теперь нужно будет оставлять шпильки с оглядкой и без доказательств. Потому как, несмотря на шутливый тон, Мадара предупреждал серьёзно. Он и в самом деле способен затискать её в самом неподходящем месте.