Лезвие-жизнь

      На самом деле Какаши проснулась, как только Мадара вылез из постели и исподтишка понаблюдала за ним всё время, пока он одевался и выбирался в окно. А потом устроилась поудобнее и задумалась. И чего теперь делать с новоприобретенным любовником? Что, что! В первую очередь пользоваться возможностью узнать как следует эту сторону жизни и во вторую — не палиться. Конечно психика у людей Конохи крепкая, но эдакая новость совершенно точно вызовет ажиотаж и бардак. К тому же, старые советники непременно обрадуются этому и сделают её жизнь невыносимой. Вляпываться в семейную рутину Какаши не хотелось абсолютно. Это дополнительные обязательства, необходимость соответствовать статусу. И куча завистливых девиц ко всему этому. К собственному удивлению Какаши обнаружила, что последняя мысль вызвала брезгливое раздражение, которое она тут же придавила.       Вылазить из уютной постели не хотелось совсем, но следовало убрать все следы того, что здесь был кто-то ещё, да и вообще встряхнуться. Уж слишком непривычно она себя чувствовала, слишком расслабленно и даже... разнеженно? Нет, не совсем так. Скорее легкая усталость и удовлетворение. Всем на свете и сразу.        Впрочем, она всё равно позволила себе поваляться в обнимку с подушкой и накрывшись с головой одеялом. И только потом, спустя неполный час, почти что выгнала себя из кровати. С сожалением и быстро, пока долбанутые инстинкты не потребовали заначить, ободрала и сунула в стирку всё постельное бельё. Новое не пахло Мадарой, зато так было спокойнее. Вряд ли кто-то заберется к ней в комнату, чтобы обнюхивать постель, но Какаши привыкла перестраховываться.        В ванной она с полчаса гоняла чакру по телу, пока все его метки не сошли, а лень и приятная усталость не пропали, потом набрала воды и залезла в неё. Было жаль всё это убирать, но точно необходимо. Она уже однажды спалилась перед Анко и повторять ошибку не собиралась. Зато собиралась повторить другую, при первой же возможности. Уж очень она приятна. Эта мысль заставила Какаши улыбнуться — ещё недавно она думала совсем другое и совсем не собиралась менять мнение. И мудрец Джирайя был прав, во всём прав. Возможно, стоит перечитать его книги снова.        И именно потому в книжную лавку она заглянула первым делом. Сегодня она хотела заняться мелкими делами, а заодно узнать, когда у Анбу тренировки и на каком из полигонов. От идеи потренироваться со стоящими противниками Какаши не собиралась отказываться. Тем более, что вскоре она и в самом деле будет занята в архивах. Мадара мог и не просить об этом, просто приказать. Какаши прекрасно понимала, что это важно.        Однако следующим за книгами делом стал визит к Сакуре. Какаши немного смутило и насторожило требование Мадары "не подставляться". На всякий случай она решила убрать к биджуу все возможные напоминания о бывших ранах. Конечно не все из них поддадутся, зато их станет меньше. И вообще, ей слабо представлялось как это, не подставляться. Она универсал, но очень много вкладывалась в тайдзюцу и ближний бой. И не пользоваться всем этим будет просто громадной ошибкой. А в ближнем бою раны зарабатываются часто, Мадаре ли не знать.        Сакуру она нашла не сразу, за это время она успела пошататься по госпиталю и приятно удивиться. Палаты были практически пусты, а некоторые помещения отремонтированы и модернизированы. Пожалуй, Кабуто, хоть и сволочь, но точно полезная сволочь. Цунаде занималась больше бумагами и решениями, а вот все воплощения ложились на плечи зама. Какаши на мгновение представила эту картину и заулыбалась. Кабуто особым милосердием не страдал, запросто мог сообщить, что-нибудь веселое, по его мнению. Хотя бы о том, что питьевая вода была отравлена и неприятные последствия будут через несколько часов. Так что если сотрудники хотят получить противоядие, они должны выдраить и полностью переоборудовать во-о-н ту операционную... И тут же оборвала себя. О таком даже слухов не проскакивало, так что это просто личная неприязнь и фантазия. И нечего ржать, как идиотка, посреди коридора.        Сакура, по последним данным, была в лабораториях и Какаши остановилась у дверей к исследовательскому крылу. Немного подумав, достала из кармана давно не читанную "Повесть о бесстрашном ниндзя" и открыла. Начинать, так с самого начала. Знакомые строчки всё равно увлекали и она даже немного забылась, перелистывая страницы. — Какаши-сенсей, здравствуйте!        Она отвела взгляд от книги и наткнулась на искреннюю и радостную улыбку бывшей ученицы. — Привет, Сакура. У тебя найдётся немного времени или мне придти позже? — О, у меня его полно! — воодушевленно ответила ученица и Какаши подавила желание протереть глаз. Интонации и эмоции вселяли уверенность, что она общается с Узумаки. Впрочем, Сакура тут же объяснила. — Я закончила с кое-чем важным и уже отправила результат в Ото. Простите, я не могу сказать, но это... это очень интересно и очень поможет. — О, поздравляю! — Какаши и сама обрадовалась успеху Сакуры и едва подавила желание встрепать ученице волосы, как прежде, когда та была подростком. Тогда такие штуки взбадривали Сакуру не хуже лошадиной дозы стимуляторов.        Сакура неожиданно смутилась, словно её поймали за чем-то непотребным, ярко покраснела. — Какаши-сенсей, я... хотела бы это как-то отметить. Но кроме вас никого нет. Нет, не подумайте плохого — родители гражданские и... — Я понимаю, — оборвала Какаши ученицу. В душе грозила разразиться буря: столько и сразу хорошего, светлого не случалось очень давно. — Куда ты хочешь пойти?        Сакура на секунду задумалась, а потом твёрдо заявила. — Думаю, в бар, где есть всё! Посоветуете?       Какаши сначала было возмутилась, но сразу же опомнилась. Это для неё Сакура всё кажется ещё ребенком, а на самом деле давно имеет право на что угодно. И бар в том числе. Она захлопнула забытую книгу и потёрла подбородок. — Кажется, я знаю, какой подойдёт. Но сегодня уже точно не выйдет, разве что завтра-послезавтра. Там всё на заказ и по высшему разряду. Зато можешь быть уверена: ничто не будет рассказано, передано, а если упьёшься, то проснёшься там, куда просила доставить. — О, это больше чем думала! — Сакура обрадовалась и тут же приутихла. — Но вы же ко мне по делу, верно? — По делу, но оно не к спеху и не так важно, как твоя победа, — улыбнулась Какаши. На миг изнутри кольнуло виной и стыдом — ведь и в самом деле, почти всё время виделись они по необходимости или случайности. А ведь и они все, вся троица по прежнему оставались важны для неё. Сакура просияла ещё одной улыбкой и почти что потащила Какаши к своему кабинету. По дороге она болтала о всяких пустяках и мелочах, которые для Какаши казались не очень значительными. Однако она всё же постаралась вникнуть в суть соотношения цвета канзаши с цветом оби и рисунка кимоно, отчего Какаши показалось, что она на каком-то уроке или лекции.        Как оказалось, это было чем-то вроде маскировки, поскольку в кабинете её ученица тут же сменила беспечный трёп на деловитое и спокойное поведение. Сакура закрыла дверь на ключ и с лёгким беспокойством взглянула на Какаши. — Всё точно в порядке? Мне показалось вы немного рассеяны.        Какаши с удивлением уставилась на Сакуру, покачала головой. — Со мной порядок, точно. Не беспокойся так, Сакура. — О, — ученица чуть успокоилась и села за свой стол. — я просто знаю, что вас в госпиталь и силком не затянешь, а тут сами пришли. Надеюсь, я сумею помочь. — Это не срочно, я просто решила убрать приметные шрамы, дань прошлому, понимаешь?        Лгать ученице было неприятно, но и признаваться было неудобно. И совсем не потому, что это могло быть смешно. Просто слишком личное. Но Сакура только улыбнулась и кивнула, а затем добавила. — Раз уж вы пришли, давайте я сделаю и общий осмотр, всё равно уже скоро нужно будет. Просто внесу данные заранее и всё. А потом пойдём куда-нибудь вместе поедим. Я хотела бы захватить и Саске с Наруто, но... — Знаю, заняты, — ответила Какаши и взялась за молнию жилета. В самом деле, почему нет? — Слишком старые рубцы разве что уменьшатся и убирать будем постепенно, всё сразу не получится. Недели должно хватить, потому жду вас ещё и завтра, — предупредила Сакура и закрыла штору. В кабинете ненадолго стало сумрачно, пока ученица не включила свет.        Какаши тем временем разделась и небрежно бросила одежду возле смотрового лежака. Сакура повернулась и дождалась пока она устроится и тут же принялась за дело. Какое-то время Какаши молча смотрела на сосредоточенное и спокойное лицо ученицы, на её руки, а потом прикрыла веко и улыбнулась. Всё правильно — ученики и должны превосходить своих учителей. Пусть у Сакуры нет возможности использовать мощные ниндзюцу, зато в медицине она превзошла всех и даже Цунаде. А ведь в своё время Какаши была очень озадачена вопросом выживания Сакуры. Ученица тогда казалась ей почти бесполезной. На фоне своих сокомандников она была бледной и слабой. — Что вас так наcмешило, Какаши-сенсей?        Не открывая глаз, она ответила. Честно и трудно. Вбитая привычка маскировать маленький кусочек правды недомолвками и двусмысленностями всё время прорывалась вперёд. — Сразу несколько вещей, Сакура. Например, что для тебя, я — сенсей плохой, но я всё равно тобой горжусь.        Сакура молчала, долго. Видимо, привычка оказалась заразительна. Ничего удивительного — сама Какаши до сих пор заставляла себя не опаздывать. — Я считаю, что вы заслуженно гордитесь. Вы находили нужные слова, в нужных ситуациях. То, что осталось у нас в сердцах. Вы исчезали и появлялись исключительно вовремя — когда мы точно не могли справиться сами Да, всё так.        У Какаши на миг перехватило дыхание. Эта похвала стала лучшей за всю её жизнь. Она чувствовала, тем самым выработанным и обострённым инстинктом, что здесь нет и капли лжи.        Слева под грудью защипало, коротко и в первый момент жестко, будто кучка разозленных муравьёв разом вонзили крохотные челюсти. Какаши на миг затаила дыхание. Этот рубец — память о стычке с Забузой Момочи. Той, где он ушёл-таки благодаря Хаку и состоянию самой Какаши. Этот шрам был почти стёршимся, но почему-то было безумно жаль. Она вздохнула и погнала прочь это чувство и раздражение. Нечего, всё равно собиралась стирать лишние метки. Последние лет десять, даже больше...       Сакура работала быстро и чётко, начиная с самых легких шрамов, которые отзывались слабо и заканчивая теми, которые ирьенины Анбу так и не смогли убрать. Какаши слышала, как ученица раздраженно хмыкала, когда метки не желали рассасываться и чувствовала нарастающее желание пожрать. Наконец Сакура прекратила и занялась диагностикой. — Ого, я очень давно не видела настолько хорошего состояния. Вас надо в пример другим ставить, — немного насмешливо сказала ученица. Какаши фыркнула, открыла глаз и потянулась за одеждой. Желудок возмущенно квакнул. — Не стоит, у них не образовалось столько выходных, чтобы ничего не делать. Впрочем, я собираюсь исправить это и заняться тренировками. — Нет, я серьёзно. Пойдемте в Ичираку рамен? Я там давненько не была. — Да, я только за! — Какаши застегнулась, двинула плечами и тут же сунула руки в карманы.        По дороге к выходу их несколько раз останавливали, спрашивали что-то у Сакуры, сама ученица пару раз заглядывала в кабинеты к кому-то и оставляла распоряжения. Наконец они всё-таки вышли из госпиталя и Сакура счастливо заулыбалась, подставив лицо солнечным лучам и зажмурившись. — Хор-рошо! — звонко и искренне сообщила она миру и тут же подцепила под руку Какаши. — Пойдёмте, я и в самом деле ужасно хочу с вами посидеть, поговорить.        Какаши и сама улыбнулась, тут же привычно спрятала улыбку и позволила потащить себя к Ичираку. Кажется, это место становится знаковым и значимым. Наверное это правильно, ведь эта лапшичная успела стать частью истории Конохи. Эта догадка стала для Какаши неожиданностью и весь остаток пути она вспоминала, почти пропуcкая мимо ушей воодушевленную тираду ученицы. Впрочем, Сакура ничего интересного не говорила, снова включив ярую модницу. Интересно, зачем?       Аяме-тян всё так же раскраснелась, увидев Какаши и тут же бросилась помогать отцу с заказом. Ну да, девушке явно неловко было. Раньше Какаши ей серьёзно нравилась и можно было предположить, что конец пряток очень ударил по этой девушке.        В Ичираку Сакура снова стала собой и словно забыла весь тот поток сознания о духах и ленточках, что только что радостно излагала. Устроившись удобнее и взяв палочки, она извинилась. — Простите, Какаши-сенсей, мне сейчас удобнее, если меня будут считать немного легкомысленной. Знаете, как много отсеивается ребят из-за этого? Очень много, больше половины! — Это из-за Саске? — Какаши подвинула к себе рамен и с наслаждением втянула в себя аромат. Густой, пряный и очень аппетитный. — Итадакимас! — Итадакимас! — Сакура не отстала и тоже принялась есть. Проглотив первую порцию, она ответила. — Нет, не из-за него. Саске, он... нет, точно не из-за него. Я много думала обо всём этом в последнее время и много нового о себе узнала. Странно, да?        Какаши на миг застыла с набитым ртом, потом проглотила, едва не подавившись. — Нет, не странно, — ответила медленно и тихо. — ты просто действительно повзрослела. С Саске об этом говорила? — Пока не удалось и не думаю, что надо, — Сакура стрельнула взглядом в сторону возвращающегося к стойке Теучи и сунула в рот новую порцию лапши. Впрочем, тот очень быстро снова их оставил, поставив перед ними добавку. Какаши уcмехнулась — у этого повара был просто потрясающий талант к оценке аппетита клиента. Впору было заподозрить в нём шиноби, но Теучи был обычным гражданским. — Поговори с ним, — посоветовала Какаши перед тем, как снова взяться за еду. — В команде недосказанности быть не должно. Если бы мы все меньше молчали... Многое было бы по-другому. — Это вы о Обито-сане? — Верно, — ответила Какаши и с легкой заминкой добавила. — я бы могла стать крестной их с Рин детей, Минато-сенсей мог бы сейчас гонять престарелых поклонников от Кушины-сан... — Какаши-сенсей, с вами всё в порядке? — Не волнуйся так, Сакура, — Какаши чуть прищурилась и отложила палочки. — Но спасибо, что спросила. Я об этом давно думала, и точно так же много чего поняла. А это были самые простые и оптимистичные варианты. С таким же успехом всё могло быть ещё хуже, чем сейчас. — Да? — Сомнения в голосе Сакуры было столько, что на весь джонинский состав хватило бы. — Да.       Сакура тут же улыбнулась, заправила за ухо прядь волос и задумалась над чем-то. Мордашка её выглядела довольной и озадаченной, а Какаши только хмыкнула. Подвинула к себе добавку и воспользовалась возникшим перерывом, чтобы умять и её.        Рамен закончился подозрительно быстро, но ещё одну добавку Какаши брать не стала. Она дождалась, пока ученица додумает и доест, расплатилась и медленно прогулялась с Сакурой до её дома, где и распрощалась с ней.        А теперь Какаши направилась к одному из общежитий Анбу. Они были разбросаны по всей Конохе и были населены не только ими. Какаши даже чуть притормозила и немного посидела на одной из удобных веток, чтобы чуть успокоиться и поностальгировать. Пугать бывших сослуживцев блаженными улыбками не стоило.        Однако спустя несколько минут ей всё равно пришлось давить улыбку и подсобраться. Она почувствовала чьё-то пристальное внимание и ей это не нравилось. Спустя ещё минуту она вычислила откуда пялятся и не раздумывая швырнула в кусты внизу пяток сенбонов. Оттуда обижено и басовито мявкнуло, Тора выкатился из под веток кубарем и сердито зашипел. — Тебя ещё не отловили? — поразилась куноичи. — Сам виноват, нечего шпионить. Да ещё и без просьбы своего, м-м, друга.        В том, что Мадара попросил бакенеко о такой услуге, она крепко сомневалась. Скорее всего он уже давным давно по уши в делах и бумагах, да и вряд ли бы вообще стал заниматься таким мелким шпионажем. Наверное, кот просто занялся тем, что ему показалось интересным. — Ладно-ладно, прости, — смягчилась Какаши. — если тебя не смутит компания собак, приходи сегодня вечером на седьмой полигон, откуплюсь. Или позже, когда решишь заглянуть на передых.        Кот заинтересованно навострил уши и уселся, обвив лапы хвостом и уставившись яркими янтарными глазами. — Вот интересно, почему Мадам Шиджими до сих пор считает тебя кошкой? — пробормотала Какаши под нос и встала на ветке. Снова посмотрела на Тору и на всякий случай добавила. — Бывай, шпион.        В общежитии было шумно и весело — здесь проживала целая прорва шиноби и помимо самих Анбу. Штабные, спец-джонины, учителя, полицейские, ребята из хозслужб, выпускники академии и шиноби уже ушедшие на пенсию. Адская смесь. Какаши пару минут разглядывала здание, а затем спрыгнула с соседней крыши и зашла внутрь. Жин жил на первом этаже и был одним из координаторов Анбу.        Конечно же сразу к нему она не попала, да и не надеялась, если честно. Первым её перехватил Изумо, живущий здесь же, но на пару этажей выше и едва не заболтал до смерти, а когда к нему присоединился Котетсу, Какаши едва не взвыла. Впрочем, всё оказалось не так уж и страшно — оба были назначены на вечернюю смену в штабе и им уже нужно было спешить.        Остальные встреченные знакомцы были не так общительны и вскоре Какаши постучалась к Жину. Как правило, в это время он должен быть на месте. Если не сменил должность.        Не сменил и даже был рад видеть бывшую подопечную. Координатор постарел, обзавёлся куцей бородкой и морщинами-лучиками у глаз. Он тут же пригласил Какаши выпить чаю и без особого удивления выслушал просьбу, пока они пили этот самый чай. — Расписания команд я не знаю, но для Анбу выделили восточные дальние полигоны, весь сектор. Мои пропадают на них по средам, но это не те ребята с которыми ты работала, — сообщил Жин. — Да и вообще, они уже в инструкторах и теоретиках почти все. Кроме Сокола, но он просто не хочет ничего менять. Он вроде сейчас командир одной из пятёрок. — Это на него очень похоже, — задумчиво сказала Какаши и посмотрела на Жина внимательнее. — А ты тоже не хочешь менять? — Меня всё устраивает, — ответил он и с явным наслаждением потянулся в своём любимом кресле. Какаши отпила чая и чуть улыбнулась, приметив, что Жин-то устроился вполне себе уютно, настолько, что развеселые соседи его нисколько не смущают. Хотя бы потому, что в стенах точно были шумоподавляющие печати, иначе она хоть раз бы уже услышала смех или ругань.        Шкатулка на столе перед ней дрогнула и издала дребезжащий звук. Жин оживился, потом виновато посмотрел на Какаши. — Работа, прости. Но я не буду возражать, если ты заглянешь ещё как-нибудь, просто так.        Какаши отставила чашку и поднялась, пожала твёрдую и костистую ладонь Жина. — Понимаю, обязательно загляну. Спасибо за чай. — Приходи, — Жин пожевал губами и дёрнул себя за бородку, а потом открыл перед ней дверь. — Я был рад тебя увидеть. — Я тоже, — Какаши кивнула и чуть улыбнулась. — До свидания.        До вечера времени было полно, а непривычный энтузиазм так и требовал сделать что-то ещё. Желательно хорошее. Если... Если сейчас ей удастся смыться с пути двоих ссорящихся и стремительно приближающихся шиноби. Кажется, даже знакомых... Какаши стремительно запрыгнула наверх, прилепилась к потолку и скрылась под гендзюцу. Если всё верно, то в таком нестабильном состоянии её не заметит ни один. А теперь — медленно и осторожно к дальнему углу...        Сай пролетел под ней, не удержавшись на повороте и пробежав по стене и двери Жина, а Ино, красная, разъяренная, была более точной и сумела остаться на полу. Яманака размахивала чем-то, что сначала Какаши приняла за тряпку, но потом опознала по запаху и едва не спалилась, заржав и свалившись от смеха вниз.        Сай подарил Ино редкую и дорогую водоросль. Которая возвращала коже молодость и чистоту, если верить тем самым "познавательным" книжонкам. Умница. Молодец. Ну, если забыть о том, что большинство шиноби воспринимали эти опусы, как сборник занимательных анекдотов.       Отсмеявшись, Какаши потёрла отбитый локоть и свалила шуншином. Это не очень прилично, зато важно, поскольку концентрация чужого внимания становилась ещё более неприличной и раздражающей. Похоже придётся извиняться перед Жином — ближайшие пару дней к нему будут шляться любопытствующие и в списке к пари добавится строчка.        Это воспоминание убавило веселья и заставило Какаши задуматься. Жин-то тёртый, и не такие шутки переживал, а вот другой... Умино Ирука был восприимчевей и мягче опытного координатора. А ведь к нему ходят точно так же, выпытывают, пытаются сдружиться, напоить... Нет, ей стоит что-то предпринять, чтобы сгладить ситуацию. Не прямо сейчас, но начать над этим работать надо. И очень осторожно.        Как только общага оказалась далеко за спиной, Какаши притормозила на одной из крыш и уселась на прогретую черепицу, свесив вниз ноги. Пара мыслей у неё уже была, но они, пожалуй, не годились. Разве что частично, эдакий временный ход. А ещё... — Я тебя вижу, — сказала она и чуть наклонилась, заглядывая вниз и вовремя вздернув вверх колени. Аоба Ямаширо ничуть не обескураженный провальной попыткой вылез из-за чьих-то простынь и забрался к ней. — Попытка — не пытка. Привет, — он поправил очки и тоже уселся на край. — Ты казалась задумчивой. Проблемы? — Тебе всё равно не удалось бы меня сдёрнуть, — Какаши хмыкнула, покосилась на спец-джонина и её осенило. Зачем выдумывать многоходовки, если можно решить всё в лоб и быстро. — Не факт, — не согласился с ней Аоба и мечтательно улыбнулся. Видимо вообразил её полёт вниз. Какаши и сама заулыбалась, правда совсем по другому поводу, отчего её собеседник приуныл и насторожился. — Факт, — Какаши достала из кармана книгу, на ощупь раскрыла варварски загнутую страницу и пробежала взглядом по строчкам. Она умудрилась остановиться на чем-то непримечательном и обыденном и никак не могла сообразить, где именно. — Ты ещё на подходах спалился. — А в чем именно? — М-ма, Аоба, а ты в пари уже вписался? Оно закрытое или можно менять ставки? Ответишь — подскажу, где лажаешь. — Какое пари, ты о чем?        Какаши скептически уставилась на Аобу. Тот, впрочем, не сильно-то и скрывал, что ему интереснее знание, чем спор, который не обещал быть успешным. — Даже больше, Аоба. Обмен, полезный нам обоим. Ну? — Биджуу с тобой, Какаши, согласен, — Аоба коротко усмехнулся и нервно оттянул ворот водолазки. Куноичи захлопнула книгу и встала, коротко оглянулась. — Не здесь же. Как насчёт данго у Теяки?        Аоба нахмурился и она добавила, пряча в карман книгу и оставив руку в нём. Гладкая обложка так привычно ощущалась под пальцами, что невольно хотелось натянуть на нос маску или хотя бы горловину водолазки. — Я давненько никого не угощала, не проставлялась и ни на что не скидывалась. На данго меня хватит. — Это не обязательно, но можно, — Аоба немного повеселел. — Не опасаешься, что объем?        Какаши фыркнула и бесцеремонно, неожиданно столкнула спец-джонина с крыши, спрыгнула следом сама. Уже приземлившись, ответила. — Это и Наруто не всегда удавалось. Вот если бы я выпивку ставила, был бы повод беспокоиться. — Если ты хочешь сказать, что я много пью, то ошиблась адресом, — Аобу нисколько не обидело это.       Какаши пожала плечами и направилась к Теяки-данго, которое находилось не так уж далеко. — Нет, просто на гулянку всегда найдутся желающие присоединиться.       Аоба заулыбался и беззаботно пожал плечами, потом посерьёзнел. — Ну да, делиться секретами на пьянке неудобно и опасно. — Удобно и опасно, — поправила Какаши. — И не секретами, а некоторыми деталями положения дел. Например, я подскажу тебе несколько абсолютно точно безнадёжных вариантов.        Аоба споткнулся и едва успел поймать очки слетевшие с переносицы, уставился бараньим взглядом. Какаши покачала головой и добавила. — В обмен на услугу, не просто так.        Это его успокоило и даже развеселило. Как и саму Какаши, поскольку она представляла на что подписывает Аобу. Зато этот шиноби способен справиться, да ещё и заинтересован будет.        Как ни странно, но договорились они быстро, а Аоба даже обрадовался своему заданию. Какаши же получила более полное представление о пари, ведущих ставках и решение проблемы с Умино. Последнее радовало больше всего, вот только кажется, что Аоба не сильно-то поверил в её отговорку, что "только Умино мне нехватало." Но это уже его головная боль. Напоследок куноичи растолковала Аобе, где он прокололся и полюбовалась вытянутым лицом собеседника. А нечего расслабляться и игнорировать один из сильнейших навыков цели.        Коротко попрощавшись, Какаши оставила Аобу "дозревать" в беседке при кафе и отправилась за покупками к Инузука и в рыбную лавку. Явится Тора, или нет, но рыба всё равно нужна. Потом можно будет заглянуть в резиденцию и обрадовать своего... На этой мысли Какаши едва не потеряла концентрацию и чуть не свалилась вниз. Как его теперь про себя называть-то?! По имени? Как и раньше — пакостью? Несерьёзно. Придётся привыкать к имени — не то её ждёт серьёзный конфуз. Ведь непременно ляпнет вслух, как только Мадара выбесит чем-то вроде выходки с сенбонами.        Какаши отбросила идиотские мысли и отправилась к кварталу Инузука. С этим можно и без спешки дома разобраться. Потом. В любом случае, должен же быть кто-то способный сказать Хокаге своё мнение. Почему бы и нет?        К вечеру Какаши благополучно справилась со всем запланированным, кроме одного. В резиденцию всё меньше и меньше хотелось идти. Причем внятной причины этому у неё не находилось. А потому она затолкала это беспокойство куда-то на задворки сознания и, отправив призванную стаю на полигон, попёрлась к резиденции.        Впрочем, не зря. Потому что Мадара обрадовался ей. И неподдельно, искренне, до того как Какаши сказала о согласии на работу в архивах. И это было не только странно, но и очень... воодушевляюще. Как и непрозрачные намёки, от которых ей впервые не хотелось ругаться, наоборот стоило немало сил отказаться.