Лезвие-жизнь

Наверное, эта миссия была ровно тем, что нужно Какаши. Агрессивное недоверие сводной команды вскоре сменилось на недоверие обычное для шиноби из разных деревень. У всех, кроме Юи. И её можно было понять — осторожные оговорки этой куноичи и Омои дали понять: идея запрятать Юи принадлежала Эю и он же её воплотил, договорившись с Мэй и Мадарой. Сама охраняемая не считала такой ход нужным, больше того, он её оскорбил. Впрочем, пока Какаши была больше согласна с Каге. Беременность, оказывается, очень усложняла течение чакры и контроль, отчего Юи была практически неспособна на дзюцу, а обычная маскировка не спрятала бы её характерную внешность. А ещё у Какаши образовалась уйма времени для тренировок и она поспешила им воспользоваться. Сколько можно обходиться минимумом?! У неё было, что отработать и этим она занялась с предвкушением и энтузиазмом. Кэмейо, наоборот, посчитала такие тренировки лишними, что и сообщила, понаблюдав за одной из них. — Эти удары и захваты опасны для тебя, — сообщила медик, залечивая очередное растяжение и сверля Какаши пристальным взглядом. — Не думаю, что такая техника тай будет очень полезна. — Я знаю, что делаю, — вяло огрызнулась Какаши и на том Хьюга больше не поднимала этот вопрос. Впрочем, по мере отработки, травм становилось всё меньше и можно было усложнить задачу, что Какаши и сделала. Теперь у одного из озерец неподалёку был устроен импровизированный полигон. Над его устройством они поработали все вместе, включая Юи, и теперь кое-где он был не хуже полигонов спец-джонинов и джонинов. Единственный минус был в том, что ловушки и препятствия им приходилось восстанавливать самим и много чаще. Разумеется сильных техник там никто не отрабатывал — делиться с чужаками секретами ни Какаши, ни все остальные не спешили. Зато ей удалось развести на спарринг Хьюга, а затем и Омои. Это оказалось более, чем занимательно, а также не очень умно. Выбитые Хьюгой тенкецу сильно ослабили её контроль чакры на несколько часов, а ведь сейчас и здесь надо быть в форме! Пусть нападение маловероятно, но всё же. Утешало только то, что о состоянии Какаши знала только Кэмейо и она же подлечила, насколько это было возможно. Сейчас же Какаши лежала на своём футоне и из-под ресниц разглядывала спящую Юи. Ноющие предплечья, ноющий бок и нервное, тревожное состояние не давали уснуть. Она не любила проигрывать, а по сути спарринг тем и закончился. Да, Какаши смогла заломать противницу и приставить к горлу кунай, но... спарринг не реальная схватка и никто не будет ожидать конца личной сшибки. Будь у Кэмейо сокомандники, они бы улучили момент, каких было предостаточно. Конечно с Хьюга вряд ли придётся сражаться всерьёз, хотя всё равно — Какаши считала, что ей стоит знать, как. И теперь раздумывала, что бы можно было противопоставить их защите и их тайдзюцу. Юи во сне вздохнула и матюгнулась, отвлекая Какаши и заставив её улыбнуться. Кирийская куноичи нравилась, несмотря на грубоватую прямолинейность и любовь к грязным словечкам. Конечно же, Юи пыталась сдержаться, и всё равно эта привычка то и дело прорывалась, заставляя Омои страдальчески кривиться и задумываться, а потом выдавать невероятно пессимистические и фантастические допущения. Эти самые домыслы заставляли Юхи веселеть и подливать масла в огонь короткими высказываниями. Впрочем, делала она это нечасто, потому что Хошигаки раздражали сентенции Омои и она затыкала их очередными матерными загибами. Новый укол боли в боку заставил Какаши поморщиться и чуть изменить положение. Нет, она не была такой уж страшной и сильной — это начинали нормально работать выбитые тенкецу, но зачем терпеть, если можно повернуться так, чтобы сведенные спазмом мышцы скорее расслабились. Утром Юи ожидает приятный сюрприз. Обито при последнем визите передал Какаши письмо с предупреждением, которое её ужасно обрадовало: через три дня к Юи прибудет гость, а к ним — смена состоящая из Сакуры, Саске и Анко. Осталось придумать, как не мелькать перед глазами Эя и избежать отчёта. В том, что гость — Раикаге, Какаши не сомневалась. И совсем не хотела ломать хрупкий мир, установившийся между ней самой и Юи. Впереди еще пара месячных смен. Однако вместо этого Какаши достала из кармана "уничтоженный" приказ. Кажется, Юхи что-то заподозрила, но пока ничего не сказала. Ровные, аккуратно выведенные кандзи вызывали мелкую и недостойную зависть. Какаши не умела писать быстро и аккуратно, как выходило это у Мадары, а висеть над свитком и выводить каждый иероглиф было выше всех сил. И сейчас её интересовали не сухие деловитые строчки приказа, а небрежный, всего в несколько мазков кисти, набросок лохматого кота внизу листа и короткая приписка плавной хираганой: "кто-то соскучился." Сходство кота и его автора было неоспоримым. И даже с утверждением Какаши была полностью согласна. Она соскучилась. Пусть она не давала себе разнюниться, но ей не хватало всех этих мелочей, обсуждений и обжигающих взглядов, коротких спаррингов, которые Мадара норовил превратить в объятия и таки превращал. Вернув в карман сложенный лист, Какаши всё-таки потянулась, игнорируя тянущую боль и подошла к окну, уставилась на почти полную луну. Мадара как-то признавался, что любит смотреть в лунный диск. Возможно, он делает это сейчас... — Мечтаешь, улыбаешься, — донесся сонный голос Юи и Какаши тут же стерла невольную улыбку с лица, бросила на кирийскую куноичи косой взгляд. Та села на своём футоне и внимательно смотрела без капли издёвки. — Он достоин таких улыбок, как считаешь? Я серьёзно, потому что иногда мы тратим их не на тех людей. — Достоин, — без тени сомнения ответила Какаши и улыбнулась снова. Искренне и добро. — прости, что разбудила. — Я не оттого проснулась, что ты шаришься, — фыркнула Юи. — Я по важному делу проснулась. А тут такая лыба, что прямо завидно. Она осторожно слезла с футона и направилась к двери. Уже почти у порога небрежно бросила. — Знаешь, я передумала. Ты можешь общаться с Раикаге. — Ну, спасибо! — это Какаши произнесла в уже закрывающуюся дверь. Подумав, встала и прошлась туда-сюда по комнате. Почему-то палево перед Юи её не огорчило. Наверное, это потому, что той неинтересно всё знать и она не лезет с вопросами. Зато беспокоило то, что её так легко считывают. Начать снова носить маску, что ли? Нет, не стоит. Все причины для этого уже давно не актуальны. Ну, кроме практической. Поспать удалось совсем немного, потому что на ней была рассветная смена, а заснула Какаши далеко не сразу. Впрочем, и этого оказалось достаточно. Плохо она себя не чувствовала, мозги работали. К девяти она даже составила в голове костяк отчёта, который не слишком уж отличался от всех предыдущих. Мадара хорошо всё просчитал, обустроив убежище в "зеленой" зоне, где уже кое-где встречались маленькие мирные селения и которая не патрулировалась шиноби. И здесь уже не было ловушек и сигнальных печатей для Анбу. Сюда попросту никто не ходил. Она уже давно наловчилась чувствовать камуи и, когда уловила пульсацию чакры в левом глазу, отложила палочки, коротко предупредила остальных. Ей совсем не хотелось, чтобы Раикаге напичкали кунаями на территории Конохи. Однако, вместо того, в общей комнате материализовался Мадара Учиха и Какаши едва не подавилась недожеванным куском рыбы. Сердце бешено и счастливо заколотилось в груди, а на губы норовила заползти улыбка. Еле удержав лицо, она, как и остальные, тут же встала, приветствуя его. Мадара кивнул и подошел чуть ближе. — Простите, — ровно сказал он и сел рядом с Юхи. — Мы вынуждены были отправиться чуть раньше. — Мы уже заканчивали, Хокаге-сама, — ответила Юхи и чуть повернулась, чтобы видеть его и место, куда обычно выходил из камуи Обито. Какаши тоже уставилась туда же, чуя новое появление. На самом деле, ей было это совсем не интересно, но... если она продолжит так пялиться на Мадару, то даже тупой догадается. На этот раз Обито переправил Сакуру, которая тут же поздоровалась и быстро направилась к Какаши. Она уселась рядом, подвинув к столу один из стульев и улыбнулась, сначала сенсею, потом и остальным. Зеленые глаза ученицы сияли довольством. Интересно, что её так обрадовало? Однако разбираться с этим Какаши было пока некогда, потому что Обито вышвырнул из камуи Саске, который, в противовес Сакуре, был невероятно мрачен и обеспокоен. Какаши обратила внимание, что он теперь тоже был с обоими руками, пусть левая и висела пока безвольным грузом на перевязи. Наконец-то! Почему-то Саске напрочь отказывался принимать сделанный ему протез и даже Наруто не мог его уговорить. Судя по короткому злому взгляду на Мадару, тот был к этому делу причастен. Следующим прибыл Эй и Какаши с удивлением пронаблюдала, как грубоватая и страшноватая Юи преображается на глазах. Она буквально засияла от радости. Отбросив палочки, Хошигаки порывисто встала и пошла навстречу Эю. Тот, несомненно, тоже был рад встрече и беззастенчиво обнял Юи, обведя всех предупреждающим взглядом. Нехотя наклонил голову в приветствии и тут же потащил Юи наружу. Анко и Обито задерживались и Какаши уже начала беспокоиться, но ни Мадара, ни Сакура встревоженными не выглядели, а потому она решила чуть подождать и присоединиться к разговору. Его непринужденно и спокойно завязала Юхи, предложив прибывшим выпить чаю и расслабиться после перемещения. Саске ожидаемо отказался, а вот Мадара и Сакура предвкушающе заблестели взглядами. Какаши озадачилась и задумалась, когда это Хокаге успел попробовать чай Юхи. Надо сказать, это почему-то было неприятно. И глупо. Анко и Обито вывалились из камуи вместе, спустя целый десяток минут. Оба раскрасневшиеся и довольные, словно генины получившие неожиданный выходной в крупном городе. К этому времени чай уже был заварен, а Хокаге успел пояснить своё неожиданное прибытие. Он хотел обсудить что-то с охраняемой, однако Эй уже уволок её и разговор откладывался. Как бы то ни было, эта задержка его не злила, а когда Обито с Анко вернулись, Мадара и вовсе объявил, что задержится до вечера и чуть отдохнет, раз уж так получилось. А заодно получит отчёт и проконтролирует сдачу смены. Юи, обиженно бурча, пробиралась к своему излюбленному месту. Получалось медленно, потому что она старалась не оставлять следов и не шуметь. Ей совсем не хотелось, чтобы Эй нашел её. Упрямец хренов, перестраховщик! Сам навыдумывал проблем, сам их устроил и теперь "охраняет" от них. Запер в глуши, появился на глаза спустя три месяца с лишним! Сволочь! Но, не дойдя до небольшого озерка, она резко остановилась, нахмурилась. Там кто-то был. Чакру она не чувствовала, зато слышала частое характерное хлюпанье чьих-то подошв по воде и иногда — скрежет сталкивающегося оружия. На настоящую схватку похоже не было: слишком уж тщательно пряталась чужая чакра и слишком длинные перерывы между лязгом. Тренировка, она чуть было не помешала чужой тренировке. Юи развернулась, собираясь уйти, но любопытство взяло верх и она очень осторожно подобралась ближе к воде, отодвинула мешающие ветки. И тут же порадовалась, что уступила любопытству. Это зрелище обещало быть шикарным! На воде сошлись в спарринге Копирующая и Мадара Учиха. Только теперь Юи смогла по достоинству оценить то, что Какаши отрабатывала на полигоне весь этот месяц. Да, такой стиль был очень узконаправленным и эффективным, но только против Учиха. И коноховская куноичи сейчас это доказывала. Всё менялось настолько неожиданно, что даже точный шаринган был бессилен. Ломаное-резкое сменялось змеиной быстрой точностью и медленными, плавными уходами и шлепками. Длинный почти ленивый выпад куноичи вдруг обернулся резким и быстрым ударом в грудину, который Мадара заблокировать не успел и его отшвырнуло назад с немалой силой, а сама Какаши тут же швырнула вслед с пяток сюрикенов. И тут точно был барьер — Мадара ушел от атаки шуншином, но чакры Юи по-прежнему не чувствовала. Это становилось интересным, а новый стиль завораживал некой сумасшедшинкой. Так не дерутся — танцуют. Какаши не дрогнула, когда ее противник появился за спиной, ловко ускользнула от очень опасного удара и, перехватив его руку, попыталась провести захват. Почти тут же отскочила и снова метнула сюрикены, на этот раз с леской. Камнем рухнула в воду, спасаясь от огненного выдоха и исчезла, заставив Мадару постоянно и дергано передвигаться по воде. Пару раз Юи показалось, что его глаза светятся алым и только восхищенно покачала головой. У нее самой вряд ли бы хватило духу выйти против Учиха Мадары, даже в спарринг. Даже на воде, где она могла практически всё. Ответом на эту мысль были водяные жгуты, выметнувшиеся из-под спокойной поверхности и охватившие Каге Конохи плотным коконом. А следом... По воде побежали разряды Райтона и Юи обеспокоенно закусила губу, наблюдая, как обмякает и уходит под воду Мадара Учиха. Какаши, кажется, тоже этим обеспокоилась, поскольку вынырнула и бросилась к этому месту, снова нырнула. Их не было видно почти вечность и Юи уже шагнула было к воде, как на поверхности показались две головы и коноховская генерал с усилием потащила безвольного Каге на берег. Уже почти там Мадара вяло пошевелился, согнулся в приступе кашля и рвоты. Кирийка облегченно выдохнула: ей только дохлого Хокаге не хватало для полного счастья. Какаши потащила того на берег, усадила и принялась стаскивать с Мадары жилет и сетчатую майку, что-то говорила, но было слишком далеко, чтобы разобрать. Наверняка материлась, сама Юи именно это и смогла бы сказать. Только это. Однако Хокаге уже оклемался и ответил что-то, а потом стремительно наклонился вперед и Юи поспешила отступить, а потом уйти. Как можно скорее и незаметнее. Не понять, что будет дальше было невозможно — руки Мадары Учиха слишком недвусмысленно и медленно проехались по бокам Какаши, задирая мокрую ткань, а лица их были слишком близко, чтобы можно было предположить что-то обычное. И то, что коноховская куноичи не протестовала, только подтверждало эти идеи. Ревность, которая так и зудела где-то в глубине души исчезла, подарив облегчение и капельку ехидного злорадства. Юи всегда была проницательной и сейчас была уверена: Какаши Хатаке и не подозревает насколько влипла, а Мадара Учиха своего не упустит никогда. И надо бы вернуться к Эю да извиниться за вспышку. Она и в самом деле перегнула палку.