Лезвие-жизнь

      Какаши всё же ушла почти днём вместе с выбранной командой. Конечно из-за Мадары. Однако никакой вины за опоздание Какаши он не испытывал. В конце концов, она опаздывает на встречи почти всю жизнь и никто не должен удивиться. Зато у него была возможность поговорить с ней более спокойно и откровенно. Этот разговор он давно хотел затеять. И это оказалось замечательно. Куноичи успела выспаться, проснулась в хорошем настроении, точнее он приложил все усилия к этому, потому не кипятилась и не спорила зря. И теперь, провожая взглядом спины команды Какаши, он чувствовал, что абсолютно доволен и спокоен. Даже присутствие Генмы Ширануи рядом с ней было терпимым. Отступило тревожное ощущение, какое случалось перед самыми погаными событиями.       Он перемялся с ноги на ногу и одарил охранника ворот восторженным взглядом и широчайшей улыбкой, подскочил ближе и уставился снизу вверх. Набрал побольше воздуха в лёгкие и завопил как можно пронзительнее и радостнее:       — Шиноби-сан, а это та самая-пресамая Копирующая?! А вы её знаете? Расскажите-расскажите!       Ожидаемо, жертва cморщилась и затрясла головой. Но ругаться или пытаться бить не стала. Вместо этого клона аккуратно развернули за шиворот и подтолкнули назад, к улице.       — Иди отсюда, малец. Это секретная информация.       Такая реакция немного огорчила. Мадара рассчитывал немного развлечься и проверить новых дежурных. Впрочем, развлечься можно и позже, в другом месте. Завернув за один из домов, он спрятался от чужих взглядов и тут же развеялся. Главная задача всё равно была выполнена. Наверное, ему стоило быть благодарным зануде Тобираме за возможность быть в двух местах сразу.        Воспоминания клона чуть улучшили отвратное настроение оригинала и спасли первого из посетителей от немедленного ареста. А заодно заставили задуматься над ещё одной проблемой, которую Мадара в горячке счёл незначительной. Он взглядом заставил заткнуться говорливого поверенного и сложил на груди руки, чуть откинувшись в кресле.       — Нет, всё остаётся в прежнем положении. Ваш господин — в тюрьме, его имущество в отчуждении.       — Это немыслимо, — посетитель сбавил тон и явно занервничал. — В Конохе ещё не было такого попирательства её жителей!       — Разумеется. Но и таких наглых диверсий не было. Видите ли, остальные ваши подопечные и вы сейчас на свободе и живы только потому, что ваша непричастность была доказана. К тому же, вы забыли о том, что законы, принятые Первым Хокаге никто не отменял.       Лицо поверенного вытянулось, уголки рта скорбно опустились, придав ему вид грустной рыбы. Но возразить ему было нечего.       — И вам следует незамедлительно заняться более важным делом — обустройством семьи вашего доверителя и определением её части имущества. С последним вам помогут люди из штаба.       Посетитель на миг застыл, осмысливая, а затем поклонился и торопливо попрощался. Едва за ним закрылась дверь, Мадара встал из-за стола и прошелся по кабинету. Ему срочно нужен Нара. А потому он распахнул окно и коротко позвал одного из дежурных Анбу. Минимум один должен быть где-то здесь.        Ждать долго не пришлось — охранник почти молниеносно спустился сверху и опустился коленом на черепицу.       — Мне нужен Шикамару Нара. Сейчас он должен быть у себя.       Короткого "хай" он уже не услышал, закрыл окно и развернулся к открывающейся двери. Бесстрастный секретарь занес и положил на стол стопку документов.       — Приёма ожидают ещё шесть посетителей, из них два шиноби.       — Есть срочные? Если да, давай их. Когда появится Шикамару, пусть заходит сразу же.       Нао коротко поклонился и кивнул. Спустя минуту в кабинет зашел человек, от вида которого Мадара почувствовал прилив энтузиазма. Если сейчас появится и Нара, то вопрос будет решен почти сразу же.       — Присаживайтесь, Дайсуке-сан, — пригласил он главу правления банка Конохи. — Так понимаю, вы по поводу конфискаций?       — Верно, — ответил банкир и без стеснений сел на предложенный стул. — Мы пока заморозили все операции и счета, а мои работники занялись первичными расчетами. Основные будут проводиться совместно с вашими аналитиками.       — Подобное уже случалось и вы ожидали повторения? — вяло поинтересовался Мадара и снова сел за стол. Дайсуке подтверждающе кивнул и ответил.       — Несколько раз. На заре управления Третьего и Четвертого Хокаге. Впрочем, ничего странного и непоправимого.        Мадара нахмурился, опёрся локтями о стол, сплетая руки под подбородком. Старый банкир бестрепетно встретил его оценивающий взгляд и вежливо улыбнулся.       — Вы военный командир, Хокаге-сама. Вы знаете, чего и сколько нужно вашим людям, знаете, сколько ресурсов у вас в наличии и куда их направлять в первую очередь. И знаете, где их брать.       — Ближе к делу, — раздражение в голос Мадара не допустил, но собеседник явно догадывался о нём, что бесило ещё больше. Слишком не привык, чтобы его читали.       — Финансовая система изменилась с появлением скрытых деревень и мелкие торговцы вышли из-под защиты своих кланов, многие объединились. А к концу правления Второго Хокаге торговля стала целой сетью. Разрубите один узел — получите прореху. Здесь, в Конохе. — ни капли издёвки или превосходства в ровном старческом голосе. Мадара поморщился, принял на заметку, что Утатане Кохару наверняка всё это знала. И не привела ни единого довода касательно ситуации. А значит, её следует сместить с поста при малейшей возможности.       — Вы предлагаете аккуратно переплести траченые узлы?       — Верно. Я и не сомневался в том, что мы найдём общий язык.        Мадара коротко кивнул и подался вперед, спросил жестко.       — Каков ваш интерес?        Зависеть от гражданских настолько он не собирался.        Через несколько часов в приёмной осталось только двое посетителей, а сам Мадара был доволен и уставший, словно в одиночку разделал Кагую ещё раз. Банкир оказался действительно очень умным, его действительно беспокоило создавшееся положение, и он дал множество бесценной информации.        Однако Мадара всё же принял оставшихся, тем более, что придирчиво-официальный настрой ещё не спал и не воспользоваться им было бы глупо.        Уже почти под ночь он поднялся на крышу, где всегда дежурили несколько связистов. Почти два десятка свитков сковывали руки и закрывали обзор. Пожалуй, он никогда не отправлял столько посланий разом и это забавляло.       Дежурные быстро и оперативно делали призыв за призывом, отправляли тщательно опечатанные свитки, а Мадара с каждой исчезающей в небе птицей чувствовал нарастающее облегчение и удовлетворение. Эй и Наруто, остальные Каге, даймё каждой из стран, несколько агентов — каждому досталось по письму с просьбами, приглашениями и приказами. И наконец-то вырисовывалась общая картина, которую он видел ещё слабо, но уже чувствовал предвкушение и азарт. Враг был един и... не являлся шиноби. Имел кое-кого в подчинении, да — сильного, но не настроенного работать всерьёз и слишком опасного. Врага, которого считали давно уничтоженным и которого невозможно контролировать. И удар следует нанести сначала по нему, а уж потом по главным. Потому что нить, которую Мадара нащупал, была слишком нехитро устроена, слишком наивно противник строил свой основной план. Именно это мешало раньше, когда он пытался найти концы. Это не могли придумать подчиненные ему. А что больше всего утешало — врага можно достать, надо только устроить фальшивую войну где-нибудь там, где можно его поймать. Он непременно вылезет, как только сочтет, что план сработал и попробует нанести удар... Выведет на поле боя своих союзников-недобитков. Надо только собрать совет и донести это всё так, чтобы сплотить страны и зарезать дрянь в зародыше. И не допустить ссоры настоящей. А она наверняка будет назревать. И ещё одна точно случится — как только Наруто прибудет в Коноху. Эта мысль частично портила всё воодушевление от открытий и планов. Хотя Мадара надеялся на здравомыслие ученика и на то, что он успел усвоить всё то, что ему вдалбливали все учителя, начиная с академии. Но всё-таки, это грозило стать серьёзной проблемой. Но сейчас Мадара был уверен — справится, убедит. Без помощи угроз, без шарингана. Наруто поймёт даже лучше, чем сам он. Осталось только правильно объяснить... А с помощью Наруто можно донести всё и остальным Каге. Часть доказательств уже имелась — что-что, а в финансовой сфере очень много. И ещё больше у Мадары стало косвенных теорий, не очень-то связанных фактами. И все они отчаянно не нравились ему.       Какаши в несколько прыжков перебралась через завал валежника и остановилась. Парой жестов дала понять команде, что всё в порядке и дождалась Генму с Югао.       — Достаточно на сегодня, — распорядилась она и заработала благодарный взгляд сокомандницы. Югао получила приказ поздно и едва успела подобрать нужное снаряжение, не успев притом выспаться и отдохнуть.       Место между горой поваленных деревьев и небольшим овражком вполне подходило для ночевки, а главное — было на условно безопасной территории. К сумеркам отряд бы уже вышел из нее, а это дополнительная трата времени и сил на сигналки и дежурство. Лучше потратить его на обсуждение и планировку миссии. Какаши аккуратно сняла и повесила на обломанный сук накидку, сбросила с плеч коротко звякнувший ранец. Генма спрыгнул сверху, наградил укоризненным взглядом. Какаши вздохнула — в спешке она плохо уложила оружие, хорошо хоть выяснилось это сейчас. Ничего, после обустройства можно переложить, так чтобы ничего не бряцало даже при ударе.       Югао притормозила наверху, огляделась и тоже спустилась. Повесила свою накидку на тот же сук и спросила:       — Мы не запаздываем?       — Пока нет, — ответила Какаши, доставая кунай и отгребая сандалией слой палой листвы. Та охотно подалась, открыв землю с редкими полудохлыми травинками. Генма перебросил сенбон из одного угла рта в другой и снял с пояса тушку зайца, которого недавно поймал.       Дерн взрезался и снялся легко, оставив небольшую, широкую ямку, а сухой и не вонючей древесины вокруг было полно. Спустя пару минут огонь яростно вгрызался в ветки, а сама Какаши выбила из кармана свиток, где хранилась походная утварь. Югао, тем временем, достала второй такой же и распечатала флягу с водой, рис. Генма намурлыкивал что-то в сторонке, быстро свежуя добычу. Выпотрошив, внимательно осмотрел внутренности и удовлетворённо кивнул.       — Чистый. Будет кто?       Какаши отрицательно качнула головой и вернулась к извлечению котелка и прутьев для треноги. В последнее время она питалась хорошо и правильно, так что сырая печень не так-то и была нужна. Это только при кровопотере и плохом питании годилось.       У Югао Генма не спрашивал — просто разрезал и всучил половину печени. Небрежно проглотил своё и продолжил возню. Внутренности аккуратно положил в снятую шкурку, туда же отправил и голову с лапами. В несколько взмахов куная разделал тушку и отправил в подставленный Какаши котелок.       — В десятке тё отсюда я приметил лисью нору. Я быстро.       Какаши кивнула, позволяя, провела Генму взглядом и вернулась к своему занятию. Что-что, а дело Ширануи знал — мясо было чистым и помывки не требовало. А потому она достала из узкой и длинной коробки пару спрессованых кубиков соли и малопахнущих специй, бросила в котелок. Осталось только дождаться, пока костёр прогорит почти до углей, но это уже было совсем близко. А потому она залила мясо водой и пристроила чуть сбоку, чтобы грелось понемногу. По примерным подсчетам Ширануи вернется через пять-семь минут. За это время можно поставить пару-тройку сигнальных растяжек. Не помешают.        Югао одобрительно улыбнулась, увидев моток нин-лески и придвинулась к костру ближе. Какаши, не мешкая, вспрыгнула на верхний из поваленных стволов. Первую сигналку стоит поставить здесь. Привычно размотав первый отрезок тёмной нити, приподняла её вогнанным в дерево тэцубиси, нацепила колокольчик и пришлёпнула слабый взрыв-тег на ствол. То же самое Какаши проделала в ещё двух удобных для подхода мест, удовлетворённо кивнула сама себе. Теперь можно немного осмотреться, чтобы наметить себе пути для отступления.       Наворачивая вокруг лагеря круги, Какаши установила ещё одну растяжку и заготовила пару меток для замены. На этом дело было закончено. Она медленно пошла назад, обдумывая, как и что будет говорить команде. Мадара отдал миссию и степень информирования полностью под её управление.       Генма появился тихой тенью чуть сбоку и спереди. Какаши чуть прищурилась, разглядывая. Красуется, хитрец. Не зря, если подумать — он хорошо сложен, симпатичен и пользовался этим. Но сравнений всё равно не выдерживал. Хотя, кто знает, что она думала бы, если бы связалась с ним?       — Какаши-тайчо, я так понимаю, сегодня ты наконец-то опоздала по весомой причине? — с хитрой усмешкой спросил Ширануи. — Жаль, что не я был этой причиной.       — Ты точно хочешь это знать? — ровным тоном спросила Какаши. Генма пожал плечами и уставился в кроны сверху, потом ответил:       — Не уверен, но готов поздравить.       — С чего ты вообще это взял? — иронично фыркнула Какаши. — На подходах растяжки, первая схема. Не вляпайся.       — Потому что ты меня оценивала и сравнивала, — откровенно ответил Ширануи. — Я вижу такие вещи. И спасибо за предупреждение.        Назад они возвращались молча. Какаши одновременно огорчалась и радовалась ещё одному проколу. Ширануи не полезет к ней больше — это плюс. Но серьёзным недостатком было то, что он прочёл и правильно истолковал её взгляд, причем короткий.       Югао к моменту их возвращения уже повесила котелок и даже засыпала в него рис. Будущая каша тихонько булькала под крышкой. Какаши вдруг почувствовала зверский голод и сначала удивилась. А потом вспомнила, что ела только утром и от завтрака давно остались лишь воспоминания.       — Я чуть помогла чакрой, — улыбнулась Югао, — скоро будет готово.       — Тогда нам стоит обсудить всё то, что я умудрилась вам не сказать. — Какаши деланно беззаботно улыбнулась, хотя её сильно мучил факт собственного раздолбайства. Ужасно хотелось свернуть всё на Мадару и его утреннее... настроение, но Какаши не умела себе врать. Ей понравилось просыпаться от медленного и тягучего возбуждения-удовольствия, понравилось и продолжение. И о задании она вспомнила много позже, когда торопиться не имело смысла, а сам Мадара ошарашил её ещё раз. Теперь уже поступком, который показался ужасно глупым. Он отдал ей договор. Тот самый, что она подписала в тюремной камере и который мог стать ее приговором в любой момент.        Какаши с некоторым раздражением затолкала подальше ненужные сейчас воспоминания и принялась говорить, тщательно дозируя информацию. О многом её команде сейчас знать не стоит. Только основное, а дополнительные указания — позже, когда она получит приказы дайме.        Ширануи и Югао терпеливо выслушали жалкие, слишком короткие и неподробные детали, указания и даже не задавали вопросов, отчего Какаши задумалась: не загружала ли она раньше своих подчиненных сильнее, чем стоило бы. Впрочем, вопрос был риторический и дурацкий — конечно загружала!       — На этом всё? — Генма не выдержал и задал-таки вопрос.       — Да, потому что мы переходим под руководство даймё и он будет приказывать. Но второстепенные задачи неизменны и вы их услышали.        Дорога к столице почти не отложилась в памяти Какаши — настолько просто обыденно и спокойно они прошли всё это расстояние. Зато в резиденции дайме всё едва ли не вскипело, когда команда прибыла под командование правителя. Двенадцатые решили, что это недоверие и оскорбление, начальник охраны усугублял положение бурной радостью. Какаши не вмешивалась во внутренние разборки, просто запоминала и наблюдала. В конце концов их команду разделили. Генма перешёл в состав Двенадцати, а Какаши и Югао оказались закреплены при мадам Шиджими. Это слегка удивило Какаши — логичнее было бы приставить к дайме сильнейшего. Однако ответ она получила тем же вечером и он вполне устроил.        На женской части было скучно и муторно. Дамы без устали трещали и обсуждали украшения, одежду, мужчин, сорта чая, детей, каллиграфию. И всё это практически одновременно, переходя с одного на другое со скоростью удирающего шиноби. Следить за разговором оказалось сложнее, чем за задумавшим шалость Наруто. Однако нашлась и приятная неожиданность — здесь присутствовала и давняя знакомая, госпожа Тсурами. Она-то и спасла Какаши от безумного любопытства девиц. Впрочем, до того часть любопытных удалось отвадить. Почти сомнительным, но вполне действенным высказыванием в духе Анко. Разговор шел о готовке, вот и удалось ввернуть хвастливую и пафосную реплику о том, что она тоже умеет готовить. Яды. И почему-то несказанно согрело душу то, что все отставили чай и не стали допивать. Разговор моментально перешёл на прически и канзаши, причем стал намного тише. С высказыванием про то, что канзаши — почти сенбоны, она торопиться не стала. Оно ещё могло пригодиться.       Спустя некоторое время дамы осмелели и почти мирная беседа опять превратилась в театр с хихиканием и ужимками. Что самое мерзкое — Югао вела себя не менее... глупо. Однако снова испортить представление Какаши не успела. Её позвала на энгаву Тсурами. Куноичи вопросительно взглянула на мадам Шиджими и получила одобряющий кивок.        Снаружи никого не было. Тсурами с беспечной улыбкой осмотрела Какаши с головы до ног, пожала плечами.       — Если вы и изменились, то самую малость. Всё так же прямолинейны и небрежны в одежде. Зато точно стали смелее в малознакомых темах.       — Я вам нужна только за тем? — без особого удивления спросила куноичи.       — Не только. Прогуляемся?       Ответ Тсурами не стала ждать — подхватила Какаши под руку и пошагала по гравийной дорожке в глубь сада. Какаши не сопротивлялась, понимая, что бесполезно, да и серьёзное выражение глаз Тсурами противоречило глупостям, которые та говорила.       Так и оказалось. Знакомая привела её к закрытой беседке, где уже ждал дайме и молоденькая, пухленькая девица с глуповатым лицом. Её Какаши уже видела раньше — она прислуживала мадам Шиджими за столом.       — Какаши-сан, Тсурами-сан, — наклонил правитель голову в приветственном кивке, — присаживайтесь. Перейду сразу к сути. Акира-чан станет вашей подопечной и охраняемой. Именно ради неё вы и находитесь среди моих придворных дам.       Какаши присела, внимательно разглядывая девушку. Та улыбнулась ей, совсем безмятежно и спокойно, а дайме продолжил.       — Мой наследник — она, а не Сатоши. И по праву рождения, и потому что мой сын слишком подвержен чужому влиянию. Об этом знают очень немногие, но я всё же обеспокоен. В письме, которое я получил от Хокаге и в докладах Такеши есть все доказательства, что мятежники собираются использовать наследника в своих целях. Потому я вручу вам жизнь Акиры и документы, которые подтверждают её права.       — Сделаю, — ответила Какаши. — Сколько ещё мне позволено знать?       — Госпожа Тсурами расскажет всё, что необходимо, а Акира добавит информации. — Дайме встал и с резким щелчком раскрыл веер. Несколько раз жеманно обмахнулся, разрушая образ умного и расчетливого правителя. — Я сумел избавиться от охраны и слежки слишком ненадолго, чтобы терять время на разговоры и риск быть подслушанным.       Он положил на котацу большой свиток со свисающими личными печатями. Не только его личными, но и еще нескольких людей. Коротко попрощался и вышел, словно боялся расспросов. Какаши проводила его взглядом и нахмурилась. Ей это не нравилось. Но теперь многое стало ясным. И рискованным — Акиру-химе не все захотят видеть у власти, не все посчитают ее наследницей. И знают о её существовании слишком много людей.