Что может пойти не так?

      «В музыке вкус его неплох, но берегись его клыков», — гласила всплывшая надпись. Стоило ее прочитать, как в дальнем темном углу чердака раздалось зловещее рычание. На высоте близкой к двум метрам зажглась пара зеленых огоньков хищных глаз. И еще одна чуть ниже. А затем еще около десятка на разном уровне от пола. Дети испуганно попятились в сторону выхода с чердака, когда чудовище вступило в луч света. Это был почти обычный медведь гризли, за исключением того, что он обладал явным избытком голов и лап. Головы росли из лап, шеи, живота, и спины животного — казалось, что весь он состоит из одних лишь медвежьих голов, чудом удерживаемых вместе в форме настоящего медведя. Также хаотично росли по всему телу недоразвитые лапы. Заорав, дети кинулись прочь. Медведь прыгнул следом за ними.       Кубарем скатившись по лестнице, близнецы бросились в разные стороны. Многоголовый зверь приземлился на то место, где секунду назад они были, неуверенно принюхался и неспешно заковылял в сторону Мэйбл.       Девочке казалось, что она в жизни не бегала с такой скоростью. Она пролетала комнаты одну за одной, сделала пару поворотов наугад, остановившись только тогда, когда боль в боку стала невыносимой. Пытаясь отдышаться, она осторожно заглянула за угол. Медведя не наблюдалось, также как и Диппера. Оставалось надеяться, что они находятся как можно дальше друг от друга. Мэйбл огляделась. В комнате, где она сейчас находилась, было два выхода, так что, секунду поколебавшись, она закрыла тот, откуда прибежала, для надежности придвинув к нему тумбу. В этой комнате (как и в большинстве других, еще необжитых) мебель была прикрыта белыми простынями, напоминая затаившихся монстров. Все еще взбудораженная бегом девочка чутко реагировала на малейший шорох. «Надо найти какое-нибудь оружие» — подумала она, — «И Диппера». Стоило ей протянуть руку к ручке двери, как та сама распахнулась, и навстречу девочке вывалился ее брат. — Мэйбл! — радостно воскликнул он, заключая ее в объятья. — Слава богу, ты в порядке! — Я рада, что этот монстр не сожрал тебя, — обняла девочка его в ответ. Пару секунд они просто прижимались друг к другу, а потом одновременно похлопали друг друга по плечу и произнесли: «Хлоп-хлоп», размыкая объятья. В противоположную дверь что-то ударилось. — Надо убираться отсюда, — произнес Диппер, с тревогой взглянув туда. — И забрать игру с чердака. — Точно, — тумба со скрипом начала отодвигаться. — Бежим!       И они побежали. К несчастью, человеческая скорость не сравниться с медвежьей. Даже несмотря на имевшуюся у детей фору, монстр стремительно нагонял их. Воздуха не хватало, пот застилал глаза, бока отзывались на каждое движение болью, а в головах детей осталась только одна мысль: «Бежать! Спрятаться! Выжить!». — Сюда, вы двое, быстро! — раздался спереди справа мужской голос. И дети, не раздумывая, повиновались ему.       Впереди коридор, по которому они неслись, оканчивался дверью в одну из комнат и делал резкий поворот. Не успевший затормозить медведь благодаря инерции влетел в эту комнату, да так, что врезался в противоположную двери ее стену. Неизвестный мужчина шустро захлопнул за ним дверь, закрыв ее на защелку. С той стороны в хлипкую деревянную преграду тут же вонзились когти. — Не бушуй, я видел там музыкальный проигрыватель! — крикнул человек, на всякий случай отходя от двери подальше. Вскоре из-за двери действительно раздалась какая-то мелодия. — Так-то лучше, — пробормотал человек и оглянулся.       Для надежности спрятавшиеся в какой-то кладовке Диппер и Мэйбл, осторожно выглянули, когда затих шум. Человек, спасший им жизнь, в растерянности стоял посреди коридора. Он был одет в длинный черный плащ, сильно изодранный по краям, такую же черную водолазку, и штаны, настолько грязные, что их цвет было трудно определить, как и цвет сапог, в которые они были заправлены. На носу мужчины сидели очки, одно из стекол в которых треснуло. — Кто выбросил восемь или пять? — обратился он к близнецам. Дети неуверенно переглянулись. — Эммм… Она, — тыкнул пальцем в сестру Диппер.       Мужчина внезапно бросился на них. Дети с визгом попытались убежать, но он быстро поймал Мэйбл, подняв ее на руки и закружив в воздухе. — Спасибо, спасибо тебе! — радостно улыбнулся он, поставив ее на пол. — Прости, что напугал.       Он еще раз огляделся. Сейчас они были в гостиной. Несколько кресел, диван, небольшой журнальный столик, камин, лестница, ведущая на второй этаж… — Я узнаю это место, — прошептал он. И уже во весь голос продолжил, — Мам, пап, Стэнли! Я вернулся! Это я, Стэнфорд!       Он широким шагом прошел из одной комнаты в другую; и еще одну, периодически повторяя свои выкрики. Но никто не откликнулся. Это точно был его дом, Стэнфорд узнал его. Вот здесь они со Стэнли играли в прятки; а эту стену однажды изрисовали так, что пришлось замазывать эти художества краской — до сих пор заметно место, где старая покраска переходит в новую…       Дом выглядел заброшенным и заселенным снова только недавно. Сделав круг по комнатам, Стэнфорд вернулся обратно в гостиную, к близнецам. — А вы кто? И где мои родители? — спросил он. — Я — Мэйбл Пайнс, а это мой брат-близнец Диппер. Мы с отцом переехали сюда после смерти дедушки Филбрика.  — Что? Папа… мертв? А как зовут вашего отца? — нахмурился мужчина.  — Шерми. А вы наш сумасшедший дядя Стэн? — спросил Диппер. — Шерми… да, разумеется… — пробормотал мужчина себе под нос и продолжил уже громче, — Нет, это должно быть Стэнли. А моя мама? Ну, ваша бабушка?  — Она умерла еще до нашего рождения. — Нам жаль. — Так кто вы такой? — спросил Диппер после непродолжительного молчания. Человек, спасший их, через силу улыбнулся: — Стэнфорд Пайнс. Двадцать шесть лет назад меня затянуло в игру и только сейчас, благодаря вам, я смог освободиться, — он протянул руку для рукопожатия. — Вау! — воскликнула Мэйбл, хватая ее. — У вас целых шесть пальцев! Рукопожатие на один палец крепче! — Ты мне нравишься,— улыбнулся он. — Так значит вы провели в «Гравити Фоллз» двадцать шесть лет? Как вы туда попали? — спросил Диппер, в свою очередь пожимая шестипалую ладонь. — Неудачно выкинул кости. Но неважно. Теперь, когда я здесь, можно забыть о проклятой игре и попытаться наладить свою жизнь. Готов поспорить, я многое пропустил.       Затем Мэйбл потащила Стэнфорда приводить себя в порядок: — Раз ты папин брат, тебе должны подойти какие-нибудь из его вещей! Нельзя ходить в этой грязной рванине!       К тому времени, как они вновь появились в гостиной, Диппер уже успел перетащить туда с чердака игру. Увидев виновницу всех бед, Стэнфорд, умывшийся и переодетый в джинсы, старые кроссовки и клетчатую рубашку поверх белой футболки, резко затормозил и нахмурился. — Зря ты ее приволок. Она слишком опасна, и, поверь моему опыту, лучше закрыть ее, закопать где-нибудь подальше в лесу и забыть это место, пока из нее еще какой дряни не вылезло. — Но тут написано, что все исчезнет, если закончить игру! У нас на втором этаже заперто чудовище, балдеющее от попсовой музыки. Как нам объяснить это отцу? — Мультимедведь вполне разумен, хотя и не подает виду. С ним можно договориться, как и с вашим отцом — думаю он будет рад меня видеть после стольких-то лет, — недовольно скрестил руки на груди мужчина. — А с гномами на кухне? — Мэйбл проскользнула мимо него и плюхнулась на диван рядом с братом. — Они уже там все разгромили. И вы явно переоцениваете разумность отца. Мы тут всего пару дней, а вчера он уже ввязался в какую-то драку. — Пожалуйста, мы же не просим вас сыграть. Я понимаю, что игра сломала вам жизнь и все такое, но не могли бы вы просто посидеть с нами пока мы играем? Просто на случай если оттуда вылезет что-то опасное. — Что-то опасное?! — насмешливо фыркнул Стэнфорд, — Парень, да в Гравити Фоллз опасно абсолютно все! Это царство ночных кошмаров, где никому нельзя доверять. Там даже цветы норовят тебя сожрать, если отвлечешься хоть на мгновение, не говоря уже о животных и существах, описать которых человеческим языком невозможно. Некоторые из них могут отменять законы физики и логики по своему желанию — и абсолютно любое может быть призвано в этот мир через игру. Или, хуже того, вас может засосать внутрь. — Но вы же провели там двадцать шесть лет и выжили! — Двадцать шесть лет безумия. Двадцать шесть лет, каждый день из которых мог быть для меня последним, — горько усмехнулся мужчина. — Никому не пожелаю испытать этот кошмар на себе,— он оглядел притихших детей. — С вами или без вас, мы закончим игру. Не хотелось бы прибираться за гномами, — солнечно улыбнулась девочка. — Вижу, я вас не переубедил? — Неа, — хором сказали близнецы и стукнулись кулаками. — Ладно, — произнес мужчина, усаживаясь в кресло. — Я помогу справится, с тем, что выкинет игра, но сам играть не буду. Договорились? — Договорились! — воскликнул мальчик и выбросил кости. Ничего не произошло. — Странно, — нахмурился он, снова кидая кубики. Игра не отреагировала: ни одна из фигурок не сдвинулась, треугольник в центре остался безжизненно пустым. — Дай-ка я! — выхватила у брата из рук кости Мэйбл. Бросок — ничего. — Может, она сломалась? Почему не работает?       Стэнфорд приблизился, рассматривая игровое поле. — Потому что сейчас не твой ход. — ответил он, — Вы не начали свою игру, а продолжили ту, в которую я играл двадцать шесть лет назад. Сейчас ходит минотавр. — Тогда это вам! — высыпала ему на ладонь кубики девочка. — Кажется, вам все-таки придется сделать ход. Можете не волноваться: если что-то пойдет не так, мы с братом защитим вас!       Стэнфорд невольно улыбнулся и сжал кубики в кулаке, отвечая: — Нет, я играл шейптшифтером (эта штука, похожая на личинку). Минотавром был Стэнли. Сейчас его ход. — Вот блин. — недовольно откинулся на спинку дивана Диппер. — Теперь нам придется всю жизнь делить дом с медведем-мутантом. — А может и не придется, бро-бро. Я знаю, где он живет. — довольно вскочила на ноги девочка. — Пойдем, возможно, удастся убедить его продолжить игру. Ой, дядя Стэнфорд, вы с нами? — Да, — мужчина тяжело вздохнул, поднимаясь с кресла. — Может быть, вы и правы и нам с братом действительно стоит расхлебать ту кашу, что заварили двадцать шесть лет назад. Идемте.