За гранью

Ямикумо с недовольством открыл глаза и скривился от яркого света, что проникал через не задернутые шторы. А ведь он был уверен, что задергивал их вчера, перед сном. Это могло значить лишь одно. Одно вредное создание специально отдернуло их, чтобы лишний раз позлить его, и ведь это успешно вышло. Однако Деку пришлось сделать вдох-выдох, усмиряя своих демонов, которые уже хотели разодрать девчонку если не на клочки, то хотя бы пополам. Хотя это желание у него было уже давно, но нельзя. Ведь если начать убивать внутри их организации, его точно по голове не погладят, а вот отругать Даби вполне мог, да потом еще и выпороть при всех, и не важно, что это было детское наказание. Это было худшее, что случалось с Мидорией. Из того, что он помнил, конечно. Когда это случилось, ему было так стыдно, что хотелось сбежать в свою комнату и закрыться, желательно никогда не выползая. Но буквально через несколько часов мужчина сам к нему пришел и очень хорошо поработал над извинениями. Тогу нельзя было отпускать и на этот раз, так решил Ямикумо, значит так он и сделает. Резко вставая с кровати, откидывая одеяло в сторону, ему приходится с удивлением замереть, так как он только сейчас замечает знакомые руки, покрытые шрамами, на своей талии. — Куда ты в такую рань? Тихий и приглушенный, будто из-под воды, голос застает его врасплох. Он был уверен, что Даби уже проснулся и покинул его комнату, как было много раз до этого, а теперь... — У нас задание позже, так что, вернись в кровать, мы можем еще поспать. И он послушно падает обратно в кровать, утопая в чужих руках, которые так трепетно и нежно его обнимают, что сложно поверить, что именно они лишают людей жизни. Да и он сам хорош — ластится к сильной груди будто большой кот, а сам возбуждается, когда видит кровь на своих руках. Смешно. Странная они все же парочка, но согласись он встречаться с Тогой, все было бы куда комичней. Девушка и так частенько их разыгрывает, принимая образ то Деку, то Даби. Хотя в последнее время это было даже смешно и забавно. Именно об этом думал Мидория, когда чужая рука нежно гладила его по волосам, перебирая его непослушные локоны. — А что за задание? Вслушиваясь в тихий смех, ему захотелось провалиться сквозь землю. Даби смеялся редко, чаще зловеще ухмылялся или же насмехался, но от души и так чисто он смеялся очень редко, и только при нем. А обычно это происходило, когда Ямикумо тупил и радовал этим своего возлюбленного. — Ну ты как обычно, Ями. Ну да ладно. Когда прибудем на место, я тебе расскажу. Тебе только лишь надо сыграть, как обычно, мальчика-зайчика. Тога нас подстрахует. Услышав имя девушки, он загрустил, что опять не сможет свершить над ней свою месть. Было хоть и грустно, но против слова Даби он не пойдет. Уж больно ярко было воспоминание о том, как брюнет его наказывал не простым похлопыванием по заднице. Да и Томура тогда так рвал и метал за их чуть ли не провал. После этого Деку решил, что не будет так увлекаться и лучше выполнит свое задание как надо, а уже потом развлекаться. — Да-да, Тога тоже идет. Так что придется тебе держать себя в руках. Оставляя целомудренный поцелуй на губах Мидории, мужчина поднимается и нехотя выскальзывает из кровати. Их отношения длятся сколько Деку себя помнит, а помнил он хоть и немного, но очень ярко. Так что обманывать себя не спешил. Да и все его тело будто подсказывало, как ему действовать. Только иногда он замирал, когда необходимо было забирать чью-то жизнь, но все же после секундной заминки он заканчивал свое дело. Сколько уже было крови на его руках? Ему было не знакомо, но безумно мало, как ему казалось. — Ями, иди уже в ванну. Я пойду поговорю еще раз с Томурой и узнаю, ничего ли у нас не изменилось в плане. Давай-давай. Сам спешил ведь. Тихо фыркнув, Деку лишь недовольно зыркнул в сторону любовника и, будто ребенок, показал ему язык, чем заслужил в очередной раз тихий смех, от которого внутри поднималось странное чувство, названия которому он не находил. Ему нравился Даби, с ним всегда было тепло, но в тоже время с ним чего-то не хватало. Да только он не знал, чего именно. В очередной раз махая рукой на свои странные предчувствия, парень таки идет в ванную, по привычке вслушиваясь в происходящее в доме...

***

Их задание не было сложным или пыльным. Прийти, убить очередного чиновника, что вкладывал деньги в геройское направление, и тихо уйти, оставляя свои следы. Все. Не сложно, зато весело. Именно об этом думал Деку, когда он, одетый в школьную форму академии героев, вошел в здание министерства. На неприметного мальчишку, одетого как с иголочки, да еще и в зеленоватую форму, мало кто обратил внимание, позволяя ему гулять по зданию. Эта наивность охранников вызывала в нем непонимание. Неужели им не предоставили их физиономии с пометкой «особо опасны»? Наверно, из-за предчувствия ловушки он чуть дергался и недовольно шипел в сторону Тоги, что была рядом с ним в форме какой-то девчонки, примерно того же возраста, что и сам Деку, только со странной прической. — Не нравится мне все это. Тихо шепнул он сообщнице на ухо и заслужил лишь крепкое объятие да жаркий шепот на ухо, от которого ему хотелось сбежать, но прежде выпотрошить девушку. — Не бойся, малыш. Я же с тобой. Да и Даби на подхвате, если что. Отпустив его и обворожительно улыбнувшись, Тога пошла дальше, а вот ему нужно было поворачивать в одинокий коридор, что вел к лифту. Каждый шаг давался ему с трудом, а чувство, что за ним следят, не оставляло его. Тут точно что-то было не так. Но... Что? Он не мог понять и, оглядываясь вокруг, Ямикумо замер, ловя на себе раздраженный взгляд черных глаз. Нет. Все должно быть так, и план должен увенчаться успехом. В него ведь верят, раз посылают в одиночестве, несмотря на прошлый почти провал. Выдыхая, парень делает еще один шаг вперед и нажимает на кнопку вызова лифта. Закрыв глаза и вслушиваясь в происходящее, ему будто казалось, что где-то что-то очень близко шипит, будто готовясь к взрыву. Однако стоило ему открыть глаза, как этот звук пропал. Мысль о том, что что-то не так, никак не отпускала его. Но к этому времени лифт уже прибыл, и ему пришлось войти в одинокую кабинку. Прислоняясь к стенке и нажимая кнопку нужного этажа, Деку в очередной раз закрывает глаза, прислушиваясь, выискивая незнакомые звуки, которых не должно было быть. Ничего. Абсолютно ничего. А такого тоже быть не должно. От осознания на его губах расцветает улыбка. Значит, его ждут. Значит, он сможет расслабиться и вкусить еще больше чужой крови. Мидории давно хотелось уже схлестнуться если не с про героями, то хоть с новичками, а ведь не так давно закончилась выдача лицензий, значит, и случайных встреч должно быть больше. Раз много героев, а мало работы, то к шишкам должны посылать несколько. И это, пожалуй, безмерно радовало его. Именно к таким умозаключениям он пришел. Наклоняясь и упираясь руками в пол, а ноги чуть отодвигая назад, он будто вставал в стойку для бега, с высоким стартом, да только ему нужно было не столько ускорение, сколько сам начальный прыжок. Он не будет заставлять врагов ждать и сразу разберется с ними или хотя бы закончит свое задание. Стоило лишь дверям лифта начать приоткрываться, как Деку рвется вперед, сметая полуоткрытые двери и охранников около них с одного удара причуды, что он направил в ноги. Красиво приземлившись, он слышал как в его сторону начали бежать люди, а под подошвами хлюпала кровь. На лице сама собой появилась ухмылка, которая ничего не предвещала хорошего приближающимся к нему людям. Обычная охрана ничего не могла ему противопоставить, вызывая лишь скуку. Даже когда Ямикумо поскользнулся на луже крови, ему ничего не смогли сделать, а вот он точными ударами в голову лишил еще несколько здоровых мужчин жизни. — Неужели о чиновниках совсем не беспокоятся? Откуда же герои будут брать деньги, если их лишат спонсоров? Тихо смеясь и цепляя носком безжизненное тело, он откидывает его со своего пути, неспешно следуя к закрытой двери, на которой красовалась ярким пятном табличка с именем цели. Однако стоило лишь подойти двери, как Деку резко пришлось отпрыгнуть назад от громкого взрыва и щепок, что разнеслись в его сторону. — Даже не надейся, что будет так легко, чертов мудачный злодей. Из нужного ему кабинета вышел взлохмаченный блондин, в ярком костюме, который почему-то вызывал тихий смех у Деку. Но, в следующее мгновение, как только улеглась пыль, Ями опять резко поддается вперед, занося ногу для удара, но попадая лишь по блоку незнакомого героя. И снова приходиться возвращаться чуть ли не на исходную позицию, отпрыгивая и недовольно скалясь. — Деку?! Слыша удивление и недоверие, а также взволнованность в чужом голосе, Мидория замирает, будто зверь, пойманный на месте преступления, и смотрит так, будто его загнали в угол, а жить-то хочется. Этого блондина он не помнил и помнил одновременно. Будто... — Деку, это ведь ты! Чертово ничтожество! Ты хоть знаешь, как мы переживаем?! Незнакомец опускает защиту, чем тут же и пользуется Ями, подаваясь вперед и ударяя коленом в солнечное сплетение блондина, отправляя его к ближайшей стене. — Похоже, ты меня с кем-то спутал. У меня нет друзей — героев! И уж я точно не ничтожество, придурок, Каччан! Выплевывая, он и не задумался, как ядовито и злобно звучал его собственный голос, будто ему хотелось давно произнести эту фразу, однако он сдерживал себя и молчал. Странно. Именно об этом ему пришлось задуматься, ведь этот блондин ему был не знаком, но вызывал какое-то странное чувство, тянущее, где-то в груди. Встряхнув головой и вспомнив о своем деле, Деку перешагивает сквозь деревянную дверь и, оглядев кабинет, без труда находит сжавшегося мужчину. И снова усмешка, жестокая и не предвещающая ничего хорошего. В одно движение парень достигает цели, а уже в следующее мгновение, собирает немного силы в ноге, чтобы без особого труда снести одним движением чужую голову. И снова кровь, что сильными струями накрыла все вокруг. А с его губ неосознанно срывается смех, что с каждым мгновением становится все громче. Теплые струи крови скользят по его лицу, немного попадая и на губы, а после скользят ниже. Он выполнил задание, даже победил героя, теперь Даби его точно похвалит. Облизав губы, ощущая металлический привкус на губах, Ямикумо неспешно выходит из кабинета, не обращая внимания на ужасающий труп, только по дороге приходится оттолкнуть катящуюся под ноги голову. — Жирная свинья. Выплевывая оскорбление в сторону трупа, он без зазрения совести пинает голову и проходит дальше, слыша глухой звук удара. Остался одна проблема в виде героя, что еще был без сознания у дальней стенки. Подойдя к нему и присев рядом, Мидория вглядывался в такие знакомые грубоватые черты, что у него даже разболелась от этого голова. Попытки вспомнить, где же он видел этого героя, вызывала лишь тянущую боль в висках, от которой парень лишь сильнее морщился. Что же было не так? Озлобленно зарычав и хватаясь за волосы, Ямикумо, не думая о том, как он выглядит, вскакивает и бежит в сторону лестницы, а после и на первый этаж. Его не волновало, что люди подняли переполох, когда увидели мальчишку в крови. Но все попытки задержать Деку оканчивались ожогами у желающих и лишь ощущением чужого тепла у самого злодея. Вскинув голову, не боясь выставить напоказ слезы, что появились в уголках глаз, Мидория совсем не удивляется, когда оказывается в крепких мужских объятиях и слышит шепот на ухо: — Все хорошо, успокойся. Ты ведь убил цель? И понимая, что язык его попросту не слушается, парень лишь кивает, сильнее прижимаясь к теплу, не желая вспоминать о том, что происходило несколькими этажами выше. Что же с ним не так? И почему незнакомец вызвал в нем такую бурю эмоций, что он даже забыл о конце плана, где ему нужно было переодеться, дабы на них не обращали внимания? Но, похоже, его не собираются ругать, раз так осторожно придерживают за плечи и ведут в темные переулки, чтобы они вышли в обговоренное место, где их ждали для того, чтобы отправить домой. — Ты все равно хорошо постарался, Ями. Чувствуя чужую поддержку, ему было легче, с каждым шагом, но что-то не отпускало его, заставляя возвращаться к тому блондину раз за разом. Все же он не был глупцом, чтобы так просто закрыть на это глаза. Он знал того героя, но вот откуда и кем он ему приходился, было тоже не ясно. Однако Деку вспомнит, точно, даже если ему придется опять рыться в своей памяти, чтобы восстановить все частички мозаики вместе. — Я справлюсь... Говорил он невпопад, когда их группа таки добралась до нужного места. Деку не сразу даже сообразил, что с его губ стали сцеловывать и слизывать чужую кровь, а когда до него все же дошла эта простая истина, он лишь сильнее стал подставляться. Да, он поразмыслит о произошедшем. Но потом... Именно эта мысль мелькнула в голове, прежде чем их накрыла темная тень, забирая в их обустроенный секретный дом.