Нерушимые

Глава XIX

Я никогда не точила клыки, Я сразу была рождена острозубой.

16 октября. Пятница. 18:48. Чёрный автомобиль остановился у высотки в центре Осаки. Выйдя из машины, Джувия ещё раз взглянула на адрес, записанный в заметках. Прикусив губу, накрашенную бордовой помадой, Локсар посмотрела на здание. Следом за девушкой вышел и сам водитель – высокий крупный мужчина в строгом чёрном костюме. Даже сама Джувия побаивалась своего охранника, который все время молчал. Тяжело вздохнув, девушка все же решилась войти в высотку. Поднявшись на пятнадцатый этаж, стуча своими каблуками о кафель, синевласая прошла к нужной ей квартире. – Вроде бы эта, – тихо сообщила самой себе Джувия, разглядывая простую чёрную дверь. Охранник продолжил стоять рядом, действуя девушке на нервы. – Вы можете быть свободным, я уже на месте. Мужчина сверил её недоверчивым взглядом. Все-таки зря Мира отправила его сюда. Но теперь такие личности должны сопровождать каждую из Little me, пока девушки находятся в Осаке. Ведь ещё не удалось узнать того самого «тайного обожателя», напугавшего Леви. Джувия понадеялась, что её секьюрити скоро уйдёт, а потому неуверенно позвонила в дверь. Мыслить о том, правильно ли она делает, было уже поздно. Раз пришла на ужин к Ур Фуллбастер – значит, будь добра не раскисать. Скоро дверь отворилась. На пороге стояла очень миловидная женщина с короткими чёрными волосами. Ее серые глаза были наполнены каким-то восторгом, а искренняя улыбка вызывала смешанные чувства у Джувии. И все-таки Уртир как две капли воды похожа на свою мать. – О-о-о, неужели это не сон?! – радостно воскликнула женщина, завидев юную певицу. – Здравствуй, дорогая! – Ур бесцеремонно обняла синевласую, после чего удивленно покосилась на охранника, который заметно напрягся. – А...это...он уже уходит, – неуверенно ответила Джувия, махнув рукой. – Здравствуйте, я Вия, ну, или Джувия Локсар. – Меня зовут Ур, я безумно рада нашему знакомству! – пролепетала брюнетка, приглашая синевласую в квартиру. Охранник, проводив их взглядом, отправился в машину. Наконец, Джувия смогла расслабиться, хотя и ненадолго. – Вот, это вам, – Локсар протянула женщине бумажный пакет, в котором лежали вкуснейший ежевичный торт и альбом Little me с их автографами, – подарочки от наших девочек. Отблагодарив Джувию, Ур помогла ей раздеться и даже успела поболтать о вчерашнем концерте. Тот и правда вышел на славу. Сняв пальто, Локсар осталась в чёрной футболке и бордовой юбке. Такое сочетание было непривычным для девушки, но Люси сказала, что это беспроигрышный вариант. Поприветствовав Сильвера, который, к удивлению Джувии, тоже был здесь, синевласая поплелась в ванную. Квартира Ур была очень уютной и просторной, хотя, как поняла Локсар, женщина жила здесь одна. Множество картин и мелких скульптур давали девушке понять, что хозяйка обожает искусство. Обилие белого и жемчужного цвета создавали ощущение какой-то стерильности в доме. Но стеклянный камин и заженные свечи не давали уюту пропасть. Не успела Джувия дотронуться до ручки, как ее лоб резко встретился с дверью. Пошатнувшись, девушка потерла ушибленное место, а знакомый до боли голос бросил короткое: – Ой, прости. И тут она пожалела, что всё-таки решилась приехать на ужин к сестре Сильвера. Перед Джувией стоял Грей во всей своей красе, одетый в пижамную одежду, совсем домашний и какой-то простой. Эта простота сейчас даже привлекала девушку, но она продолжала жалеть обо всем, что случилось. Конечно, как можно было не догадаться, что раз уж Грей приехал в Осаку на пару дней, то он обязательно навестит свою тетю и, скорее всего, не будет останавливаться в отеле. Как же Локсар не подумала об этом? Она так надеялась, что сегодняшний вечер пройдёт очень гладко в компании одной лишь Ур, с которой Джувия просто поболтает о своём, женском. Но нет! Всё, как всегда, пошло через одно место! – Джувия? – озадаченно спросил брюнет, с ног до головы осматривая одноклассницу. – А-а-а...так вот чего Ур весь вечер суетилась. Ты всё-таки пришла. Локсар сглотнула, снова не решаясь посмотреть в его леденящие душу глаза. Она сейчас готова была расплакаться от мысли, что все её планы снова разрушились. Ну почему этот Фуллбастер вечно мешает ей спокойно жить? Она почувствовала, как его рука мягко легла ей на плечо. Это прикосновение словно ударило током. Джувия быстро подняла рассерженный взгляд и сбросила руку со своего плеча. – Тебе того раза не хватило, чтобы понять, чтобы ты больше не прикасался ко мне? – тихо и решительно спросила девушка, сжав кулаки. Фуллбастер сначала удивленно посмотрел в эти сапфировые глаза, наполненные обидой. А затем ухмыльнулся и затолкал девушку в ванную, запирая дверь. – Не хочу выяснять отношения при свидетелях, – сообщил брюнет, заметив панику на лице Локсар. Здесь все вышло из под контроля, и Джувия пожалела даже о том, что рассталась охранником. Сейчас она была максимально беззащитной и любое – даже простое дыхание, – могло довести девушку до истерики. – Выпусти меня, – дрожащим голосом просила Джувия, снова опустив взгляд. – А если не выпущу? – почти прошептал брюнет, поднимая бледное лицо за подбородок. Он – самый настоящий садист, любитель издеваться и играться с чувствами. И Джувия поняла это слишком поздно, когда на своей шкуре ощутила всю боль от его элементарных телодвижений. Локсар и не заметила, как заплакала. Вот опять, снова и снова, она лила слёзы из-за какого-то парня. Скажи ей о таком пару месяцев назад – и Джувия бы просто рассмеялась, посчитав это полнейшей глупостью. Но сейчас эта глупость разрывала совсем наивное сердце, которое никогда ещё не испытывало подобного. – Пожалуйста, хватит, – дрожь охватила все тело. Девушка готова была сорваться в истерике. – Перестань издеваться надо мной. Это больно, Грей! Она сорвалась на крик, и стены отразили её мелодичный голос. И в сердце Фуллбастера что-то невольно ёкнуло.

***

Иногда глазами можно выразить гораздо больше эмоций, чем словами. Глаза являются зеркалом нашей души, и это знают многие. А вот я знаю, что матами эмоции иногда выражаются куда лучше. И этим неоднократно пользовалась Кана Альберона. Именно сегодня, в этот чудесный погожий день, когда на улице стояла прекрасная безветреная погода, брюнетка вообще не следила за своим словесным потоком, проклиная все на свете. Сейчас она могла бы заслужить звание новой ведьмы в их дружеской компании, в которой все звёздные тайны стали явными. А виной её злости был кто? Нет, совсем не Лексус. Удивительно, правда? Виной всему был Нацу Драгнил, решивший «выгулять» своих друзей в Осаке. Набраться сил перед завтрашним концертом было бы не плохо – подумал он и привёл друзей на каток. Вот только Нацу не учел одного: Кана совсем не умеет кататься. Вот поэтому девушка одиноко стояла у бортика, держась за перила. Она наблюдала за тем, как плавно и грациозно каталась на льду Люси и как с визгом упала на лед Леви. – Чего грустишь? – спросил подъехавший Лексус. Мастерски же он катался на коньках. Кана цокнула и даже не взглянула на блондина. – Свали, ты бесишь. Лексус закатил глаза. Почему Кана такая стерва? – Ну ладно. Я хотел научить тебя кататься, но раз уж ты не хочешь... – разочарованно протянул Дреяр, собираясь уехать от недовольной девушки. Он краем глаза взглянул на брюнетку. Альберона хотела развлекаться, как и остальные, но неумение твёрдо держаться на льду не давало ей сделать это. – Ну так учи значит, а не выделывайся тут, – буркнула Альберона, скрестив руки на груди. Лексус довольно ухмыльнулся и вернулся к однокласснице, которая попыталась отъехать от бортика. Нога девушки ещё немного побаливала после того марафона на каблуках, но боль была терпимой. – Давай руку, – предложил Дреяр с желанием помочь подруге. Та смерила его очередным недовольным взглядом. – Давай, говорю, иначе все ноги себе поломаешь. Альберона только вздохнула и протянула свою руку парню. Конечно, она не любила, когда к ней прикасаются, но сейчас можно было сделать исключение. И то ради веселья. Блондин снова не смог сдержать ухмылки, наблюдая за смущением девушки. Её никогда не брали за руку, а потому ощущения были такие тёплые и непривычные. И все же за недоступностью Альбероны скрывалась её милая черта, которая очень притягивала. Чтобы увидеть её, нужно было подобраться к самой брюнетке. И, кажется, Лексус сумел это сделать. Он стал первым парнем, от прикосновений которого не хотелось убить себя – Лови меня-я! – пропищала Эрза, выставив руки вперёд. Ехала она прямиком к Джерару, который не был готов ловить свою подругу. Поэтому с криком и визгом Скарлет врезалась в парня, и оба полетели на холодный лёд. – Ну, Джерар, почему ты не поймал меня?! – искренне возмутилась рыжая, лёжа верхом на синевласом, который, к слову, не был против. – Потому что ты неадекватная, – объяснил Фернандес, чувствуя, как начинает болеть голова от слабого удара об лед. – Кто вот так катается-то? Это же опасно! Эрза надулась и показала язык. Сейчас у неё было слишком хорошее настроение, и портить его нотациями Джерара совсем не хотелось. Поэтому, с горем пополам поднявшись на ноги, Скарлет бросила синеволосого на холодном льду и укатила к остальным друзьям. И все-таки Фернандес не был доволен таким некрасивым поступком девушки, которую нужно наказать. – Эрза-а, – протяжно пропел Джерар, поднимаясь на ноги, – я еще не закончил! – и парень поехал вслед за аловолосой, которая радостно наворачивала круги вокруг своих друзей. Тем временем Люси свободно каталась по льду, забыв обо всех проблемах. На катке было очень тихо и спокойно, что и требовалось уху Хартфелии, которое до сих пор не было в порядке. Нацу, балуясь с остальными, заметил до смерти довольное выражение лица блондинки. Решив узнать причину такого хорошего настроения, а затем, может быть, немного испортить его, Драгнил отправился догонять девушку. – Где ты научилась так хорошо кататься? – спросил он. Люси, прикрыв глаза, улыбнулась. – Когда я была маленькой, моя служанка Вирго в холодное время года учила меня кататься на коньках. Обычно в конце декабря маленький пруд на территории нашего дома замерзал и превращался в каток. Там я и училась, – Люси выставила руки перед собой и развернулась к Нацу. – Давай покружимся? Мы с Вирго часто так делали. Люси мило улыбалась, совсем похожая на ребёнка. Иногда она умела быть милашкой. Драгнил уверенно взял мягкие ладошки девушки в свои и медленно начал отъезжать назад, потянув за собой блондинку. Потом, оттолкнувшись, оба попытались покружиться на месте, но то ли лед был неровным, то ли сами ребята где-то налажали, отчего вместе потеряли равновесие. Оба почти безболезненно обрушились на лед, распластавшись по нему звездочкой. И никто не хотел вставать, несмотря на легкую возможность простудиться. Просто так приятно было лежать на льду, позабыв обо всем мире. Вместе. – Блин, давай не будем вставать, а? – лениво спросил Нацу, повернув голову в сторону одноклассницы. Люси, улыбаясь, кивнула. Она посмотрела в глаза Драгнила: такие красивые, дымчатые, полные жизни и радости. Протянув свою руку к руке парня, Люси осторожно дотронулась до одного из пальцев розоволосого. Они были прохладными. Хартфилия знала, что делает, когда медленно сплела свои пальцы с его. Ей надоело ждать, когда Нацу сделает первые шаги. А вчерашний поцелуй на концерте наконец открыл для этих двоих новую дорогу в жизни. Пора что-то менять, ведь ничего не происходит случайно. Леви так устала падать на лёд, что просто плюнула и решила снять коньки. Надев свои удобные ботинки, МакГарден подумала о том, что неплохо было бы согреться. Все же в ледовом центре было прохладно, и даже очень. Поэтому чашка горячего кофе не окажется лишней в такой ситуации. – Мелкая, куда собралась? – пробасил Гажил, проследив за своей подругой. – В кафе, – ответила девушка, посмотрев на парня через плечо. В мыслях она надеялась, что тот решит составить ей компанию. Вот только Редфокс не спешил снимать коньки: развернувшись, брюнет лишь пожелал ей удачи и вернулся к своей компании. Леви обидчиво фыркнула. Выйдя из главной зоны, синевласая поплелась в кофейню. За ней, подобно собачке, шел знакомый девушкам охранник, стороживший их номер в отеле вот уже третьи сутки. Леви даже успела привыкнуть к нему: мужчина таскался за певицей всюду, где только можно. Ещё двое таких же остались в главном корпусе ледового центра, наблюдая за катанием девушек и их друзей. Все же Миражанна не пожалела людей, чтобы позаботиться о безопасности своих артистов. Горячий ароматный кофе и тарелочка с пирожными сейчас радовали Леви как никогда. Она даже начала болтать со своим охранником, который, на удивление, оказался очень даже общительным. Он рассказал девушке о своей работе в компании и о том, что подобные ситуации с угрозами случаются нередко. Впрочем, артисту не грозит опасность, поскольку в скором времени все всплывает наружу. Чашка кофе сменилась другой, когда телефон Леви неожиданно зазвонил. Это оказались совсем не друзья девушки, рассекающие лед: номер был неизвестен. Взглянув на своего секьюрити, Леви несмело взяла трубку, включив динамик. – Алло? – Пожалуйста, уйдите со сцены. Вы не достойны её, – сказал в трубку хриплый голос, совсем незнакомый девушке. – Кто это? – почти пропищала Леви, но ей так и не ответили. – Уйдите, иначе пожалеете. На этом телефонный разговор закончился. Неизвестный бросил трубку, оставив Леви и её охрану в замешательстве. – Мы пробьем этот номер по базе данных, – мужчина незамедлительно принялся переписывать цифры, а после отослал их своей службе охраны. – Все в порядке. МакГарден только обреченно вздохнула и опустила голову на руки, сложив их на столе. – Неужели мы кому-то что-то сделали? – в пустоту спросила девушка, не ожидая ответа. – Этот человек ведь не просто хейтер. – Обычный завистливый поклонник, – попытался успокоить её охранник. – Или твоя группа просто успешно ворвалась в индустрию, затмив собою кого-то. Так бывает. – Все равно номер придётся сменить, – буркнула Леви, допивая кофе. Вдоволь накатавшись по льду, ребята поняли две вещи: они проголодались и Кану невозможно научить чему-то. Быстро переодевшись и забрав МакГарден из кофейни, вся компания направилась в ближайший парк, в котором как раз открылся сезон осенней ярмарки. – Давайте же купим чего-нибудь поесть! – радостно запрыгнув на скамейку, предложила Люси. – Опять?! – удивилась Альберона, буквально ковыляя до столика под шатром. После нескольких падений на лед брюнетка поняла, что коньки – не её занятие. – Мы же недавно обедали! – И что? Я столько калорий сожгла, – похлопала себя по животу Хартфилия, – надо бы исправлять. Подруге оставалось лишь обреченно вздохнуть и наблюдать за тем, как её друзья опустошают лавки с хот-догами. – И все-таки ваши парни меня напрягают, – сообщил всем Гажил, покосившись на охрану, сидящую за соседним столиком. – Скоро привыкнешь, – махнула на них рукой Альберона. – Надеюсь, мы быстро разрулим ситуацию с этим тайным обожателем, иначе, действительно, придётся привыкать к тому, что за нами круглые сутки таскаются амбалы с пистолетами. – Кстати о поклоннике, – вспомнила Леви, вытаскивая телефон из кармана. – Он мне сегодня звонил. Те большие ребята перерыли базу данных и выяснили, что звонок был сделан из компании Jienma Entertainment. Парни мгновенно напряглись, что не скрылось от глаз их одноклассниц. – Знаем мы это агентство, – Нацу подпер рукой подбородок. – Как-то проходили там прослушивание. Их генеральный – самая настоящая скотина. Мало того, что своих работников за людей не считает, так ещё и артистов продвигает самыми стремными и подлыми способами. – Сейчас их компания занимается продвижением лишь единственной группы, которая была безумно популярна в том году. Сейчас они куда-то пропали, но в Сети недавно писали, что можно ожидать их возвращения к началу зимы, – продолжил Джерар. – И как же называется эта группа? – немного напряглась Леви. Теперь-то все встало на свои места. Популярность – вот за что переживает этот «обожатель». Произведя огромнейший фурор на публику, Little me по праву занимают первые строчки всех чартов. После такого дебюта народ мало чем удивишь. А ещё декабрьская премия даёт повод напрячься, поскольку любая победа в одной из номинаций – прямой путь к успеху в музыкальной карьере и шоу-бизнесе. – Sabertooth, – ответил Лексус. – Те ещё типы. Как хорошо, что мы нашли другую компанию. Девушки с облегчением вздохнули. Если «обожатель» теперь известен – можно немного расслабиться. Все-таки публичные личности не могут навредить другим публичным личностям. Это означало лишь то, что Little me в безопасности. – Я бы не был так уверен в этом, – разрушил их надежды Гажил. – Как и говорил Драгнил, их генеральный – та ещё сука. И на подлянки горазд. – Значит, до их полного разоблачения нам придётся таскаться с этим спецназем, – прохныкала Кана, растянувшись по деревянному столу.

***

– Ударь меня. Джувия удивленно распахнула глаза, наполненные слезами. Весь макияж, который девушка делала целый час, наверное, уже размылся. Но на самом деле все выглядело хорошо, не считая красных заплаканных глаз и мокрых дорожек на щеках. Фуллбастер сделал шаг назад, опуская руки. Он смотрел на Джувию без привычной ухмылки: взгляд был слишком серьёзным и до дрожи холодным. В его глазах всегда было безразличие. И как она раньше этого не замечала? Или же замечала, но всем сердцем верила, что такой Грей – лишь маска; что на самом деле он совсем иной, и Локсар смогла бы увидеть его настоящего. Но вот он сейчас стоит перед ней – самый настоящий, без намека на маску и притворство. Черствый, бездушный и жестокий – словно и не человек вообще. Самый настоящий вампир с сердцем, которое уже давно не бьётся. – Давай же, бей, – снова раздался его голос. – Ты же хочешь этого. – Зачем? – Просто ударь. Джувия все равно не понимала его. Как бы ни пыталась – никак не могла. И все же рискнула сделать шаг вперёд, чтобы размахнуться и ударить звонкую пощечину. Она, действительно, хотела этого. Хотела, чтобы он тоже почувствовал боль. Она не хочет страдать в одиночестве, когда её обидчик самодовольно ухмыляется и наслаждается слезами. – Ты тоже садистка, – наконец, ясно сказал Фуллбастер, коснувшись холодными пальцами своей щеки. – Так бей еще. Ты ведь теперь поняла, какой я на самом деле? – Я не люблю делать больно другим людям, потому что знаю, каково это, – всхлипывая, ответила девушка. – Знаешь, почему людям больно? Потому что они чувствуют. Поэтому гораздо проще перестать делать это... – И стать бесчувственным? Бесчеловечным? – снова повысила голос Джувия. – Я ведь тогда серьёзно подумала, что твое безразличие – всего лишь маска. Но, Грей, я видела тебя живым! Тогда, в Лондоне, не говори мне, что ты притворялся! Она смахнула слёзы рукой, понимая, что сейчас все окончательно разрушится. Что все ее обещания станут ничтожными, что все невысказанные слова и мысли всплывут наружу. Но Джувия должна была это сделать. – Я влюбилась в тебя именно на той улице. Ты был таким странным и...живым. И я билась в истерике, когда узнала, что твоё сердце занято, что я – всего лишь никто. И, блин, даже сейчас, увидев тебя настоящего, со всеми твоими чертями, с твоей жестокостью ко мне, я все равно не могу заставить своё сердце перестать биться так сильно! Она снова заплакала, стиснув зубы и сжав кулаки. Так хотелось убраться отсюда. – Так что, пожалуйста, прекрати эту пытку и просто выпусти меня. Голос Джувии стал совсем тихим, словно всё, сказанное ею, забрало у неё силы. Она так надеялась, что Грей, наконец, поймёт её чувства и сжалится над ней. Но он продолжил стоять у двери, наблюдая за тем, как синевласая вытирает слёзы. – Нет, – ответил брюнет, и Джувия застыла на месте. Теперь это стало похоже на ловушку, в которую попался беззащитный маленький зверек. – Я не могу позволить тебе уйти сейчас, иначе потом очень пожалею. Грей осторожно вытер слёзы с лица девушки, а после наклонился к бордовым губам. Теперь он целовал её не потому, что проспорил, а потому, что хотел. Он не мог отпустить эту девушку после всего, что случилось. Она видела его настоящего и все равно не отвернулась, выворачивая всю свою душу наизнанку, отдавая своё сердце и проливая горькие слёзы. Это была сказка, в которой не моряки страдали из-за сирены, а сирена страдала из-за моряков. – И чего эти двое так долго в ванной сидят? – подперев подбородок рукой, уныло спросил Сильвер. Ему было скучно сидеть за накрытым столом и пить одну лишь водичку, потому что Ур запрещала есть, пока все не соберутся. – Чем они там занимаются? – В любом случае, не будем им мешать, – ответила брюнетку, пожав плечами. – А пока можешь начать свою трапезу. Радости Сильвера не было предела. Он наконец отведает фирменную утку сестры. А Ур сидела и удивлялась тому, насколько долбанутым может быть ее племянник.