Нерушимые

Глава XX

Однажды я так напьюсь, что больше не вернусь домой. Однажды я так влюблюсь, что забуду её.

– ...так что американский политик готовится навестить Токио. А теперь новости из шоу-бизнеса: сегодня нам сообщили, что музыкальная группа Sabertooth подтвердила своё присутствие на двадцатой музыкальной премии Music Japan's Stars Awards в декабре. Группа номинирована сразу в нескольких номинациях. Напоминаем, что группа Sabertooth ворвалась в музыкальную индустрию полтора года назад с песней «Lovely girl», которая в считанные сроки стала невероятно популярной. После умопомрачительного возвращения на сцену в январе этого года о деятельности группы не было и слуху. Как сообщил наш репортер, Sabertooth собирается показать себя во всей красе со своей новой песней прямо на премии! Так что с нетерпением будем ждать возвращения этой группы. А я напомню вам правила голосования: чтобы проголосовать за лучшего артиста этого года вам нужно зайти на официальный сайт премии, выбрать категорию «номинации» и отдать свой голос за вашего любимого артиста. А теперь о погоде: совсем скоро температура в Осаке опустится до нуля... – трещал с утра телевизор, надоедая Джувии, которая в очередной раз пыталась уснуть. Пробуждение в шестом часу утра ее совсем не радовало, а вот Хартфилия наоборот скакала по номеру, как ошпаренная. И чего это с ней? – Если ты сейчас же не выключишь этот гребаный ящик, я выключу тебя об него, – сонно прошипела Локсар, накрываясь одеялом. – Обойдешься. Забыла, что у нас сегодня концерт? – ворковала Люси, переводя взгляд то на плазму, висящую на стене, то в зеркало, в котором отражалась. – Концерт у нас в семь вечера, а сейчас шесть утра, – Джувия высунула голову из под одеяла и глазами метнула молнии в подругу. – Вот, а повтор этих новостей будет как раз в седьмом часу. Я не успею посмотреть их, поэтому смотрю сейчас. – Люсичка, глупая моя, есть такая штука, называется «Интернет». Ты вбиваешь в поисковик такой-то выпуск новостей от такого-то числа и вуаля! Тебе видео как на блюдечке будет, – наиграно ласково говорила Джувия, приняв сидячее положение. – Поэтому выключай нахрен этот телевизор и ложись спать! Фраза Хартфилии «не могу, я накрасилась» окончательно добила синевласую, и девушка обессиленно рухнула обратно в кровать. – Кстати, как вчерашний вечер? – спросила блондинка и, сощурившись, хитро улыбнулась. – Удалось произвести впечатление на родителей Фуллбастера? Может, они тебя уже своей невесткой считают? – Иди в зад, – пробормотала Джувия. – Вчерашний ужин был ужасным, не считая самого ужина. – Так, а теперь поподробнее, – наконец Люси выключила свой телевизор и, запрыгнув на кровать Локсар, приготовилась к рассказу. – Почти час я просидела в ванной, запертая с Греем. Мы очень долго выясняли отношения, из-за чего ужин прошёл без нас, – не вникая в подробности, которые блондинке знать необязательно, Джувия вспоминала вчерашний ужасный вечер. – Вот и все. Потом мы допоздна пили чай с его тетей, она предложила мне остаться, но за мной вернулся охранник, и я уехала. Хартфилия разочарованно посмотрела на подругу. – И это всё? А как же поцелуй? Что с Фуллбастером-то? – Да, он поцеловал меня, но это ничего не изменило. Мы просто помирились, вроде как... – неуверенно закончила девушка. – Что-то твой рассказ меня совсем не обрадовал, – расстроилась Люси, перелезая с кровати подруги на свою. – Я думала, все будет намного романтичней. Джувия только грустно усмехнулась. «Романтично» – явно не о вчерашнем вечере. Сколько слез и нервов пришлось оставить в той ванной, чтобы потом выйти как ни в чем не бывало и продолжить общаться, как просто друзья. И опять Грей надел ту маску, делая вид, что все в порядке, хотя внутри него самого все рушилось. Вот только Локсар об этом так и не узнала. – Ну ничего, вы теперь помирились, а это главное.

***

26 октября. Понедельник. 07:56. Нагоя. Заканчивалась вторая неделя японского тура группы Little me. Выступив в трёх крупнейших городах страны, девушки прилетели в столицу префектуры Айти – Нагою. Погода продолжала радовать, поскольку целыми днями в городе стояло солнце и совсем не было ветра. Подготовка к завтрашнему концерту шла полным ходом, а потому выходной себе могли позволить немногие. Однако таким человеком оказался Лексус, решив, что за две недели совместной работы и повторения практически одного и того же, одну репетицию можно пропустить. Продюсер дала добро, а потому в свой выходной парень решил взять себе напарницу. Естественно, ею оказалась Кана. Брюнетка ожидала своего спутника на ресепшене, восседая на одном из царских кресел, обшитых красным бархатом. Альберона нервно поглядывала на часы, изредка дергая ногой. Она не могла понять, почему впервые так волнуется перед встречей. Возможно, потому, что никогда не оставалась с Лексусом наедине (хотя был один раз, и то не совсем удачный). Ещё и оделась так, словно собралась на свидание. Бордовое платье и тёмное пальто, кожаные сапожки с сумочкой и колготки... – И для чего я так разоделась?! – злилась на саму себя Кана, закинув ногу на ногу. – И где вообще этот придурок? Вчера вечером, ещё в аэропорту, Лексус пообещал, что сводит её в одно чудесное место. С чего бы? Кана даже не догадывалась. Лексус появился около девушки через минуту. Выглядел он вполне обычно: чёрные джинсы и большая толстовка. Совсем не подходит под ее стиль романтичной парижанки. – Дреяр, мать твою за ногу, я встала в семь утра для того, чтобы сидеть и ждать тебя здесь? Че за опоздания? – Так, Альберона, остынь, я просто договаривался с машиной. Ты ведь не хочешь идти за город пешком? – Лексус помахал ключами перед лицом брюнетки. – Ага, и че мы там забыли? – Кана принялась догонять парня, который направился к выходу из отеля. – Секрет, – загадочно улыбнулся блондин. Посадив пассажирку на переднее сидение, Лексус достал из кармана чёрную атласную ленту. – Закрой глаза, – попросил парень, приблизившись к лицу Каны. Та нервно сглотнула, не ожидая такой близости. Она могла поклясться, что ещё сантиметр – и их носы соприкоснутся.. – Зачем это? – Просто закрой, это сюрприз, – закатил глаза блондин. – Я зря глаза что ли по-твоему красила? – завязала свою шарманку Альберона, привычно хмуря брови. – Кана, не беси меня. Закрой, блин, глаза, ничего с твоим мейком страшного не станет, – запричитал Лексус. Кана только громко цокнула и выполнила просьбу. Обычно она никогда не подчинялась мужчинам, даже если они ее друзья или учителя из академии, но в этот раз девушка опять сделала исключение. Ради чего теперь, Альберона сама не знала. Лексус аккуратно завязал ей глаза, а после сел на водительское место и завёл машину. – Ехать нам недолго, учитывая скорость этой малышки, – парень погладил руль автомобиля, и машина дернулась с места. – А ты типа романтика из себя строишь, да, – сделала предположение Кана, сдерживая себя, чтобы не снять ленту с глаз. Все-таки она впервые прилетела в Нагою, и все вокруг казалось ей интересным. Но из-за дурацких игр Дреяра Кане приходится смотреть только на темноту, отчего она не в восторге. – Просто не хочу видеть твоё радостное лицо заранее, – ухмыльнулся Лексус. – Это намёк на то, что мы едем в какой-то супер раскрученный и знаменитый бар? А может, это стриптиз-клуб? – продолжала засыпать вопросами Альберона, мотая головой по сторонам. – Винодельня? Дегустация вина? Хм-м-м... Пивоварня? – Нет, нет, нет, нет и нет, – в очередной раз закатил глаза блондин. – Просто сиди и жди. Но Кану это не устроило, и девушка последующие двадцать минут тупо пилила Лексусу мозги. Что-что, а это она прекрасно умела делать. Но скоро самая ужасная поездка в жизни блондина закончилась, поскольку автомобиль приехал в место назначения. Выйдя из машины, Лексус бесцеремонно взял Альберону за руку, помогая ей. – Будешь лапать – получишь, – сразу предупредила девушка, ощущая, как чужая большая ладонь легла ей на бедро. Голубоглазый только ухмыльнулся, скользнув рукой выше, на талию. Кана готова была ударить парня в любой момент, пока не поняла, что ей это нравится. Она наслаждалась теплом от его руки, держа в ней свою ладонь. Это было самое странное ощущение на Земле. – И долго я ещё буду так ходить? – спросила брюнетка, уже не зная, чего ожидать. – Ещё две минуты, – после этих слов Лексус подхватил Кану на руки, отчего та невольно пискнула. – Прости, но ты не сможешь осилить столько ступенек сама. И тут стукнуло первое «бум» в сердце девушки, на которое Альберона всеми силами старалась не обращать внимания. Лексус довольно долго поднимался по лестнице, заставляя Кану гадать, куда же они все-таки приехали. Но скоро девушка вновь очутилась на земле, и атласная повязка с её глаз слетела от лёгкого движения руки. Кана огляделась и поняла, что её привезли в какое-то шикарнейшее поместье вдали от города. Тёмный кирпич и намёки на готический стиль восхищали девушку, а чудесный цветущий сад посреди осени очень удивлял. – Вау, – только и смогла вымолвить брюнетка, осматривая территорию. – Так, что это за место? – Дом моей очень хорошей знакомой, – ответил Лексус, а после стукнул тяжёлым кольцом ручки по двери. Скоро она медленно отворилась, оглушая своим скрипом. Дворецкий впустил долгожданных гостей внутрь, где их ожидала высокая женщина преклонного возраста. Одетая в твид со сверкающей драгоценной брошью на груди, обладательница выразительных небесно-голубых глаз спустилась с центральной лестницы. «Как круто она выглядит в свои-то годы», – подумала Кана, с восхищением глядя на незнакомку. – Лексус, как я рада тебя видеть! – бархатный голос женщины раздался по залу. Она подошла к парню и, чмокнув его в щеку, обняла. – Привет, бабуля, – поприветствовал женщину тот, и Кана застыла. «Че за...фигня? В смысле, блин, бабуля?», – пронеслось в голове брюнетки. Она так и стояла, глупо хлопая пушистыми ресницами, и не понимала, что происходит. А тем временем женщина подошла к Кане, смерив её оценивающим взглядом. – Это с ней-то мне придётся поработать? – взглянув на внука, спросила женщина. Тот кивнул, наслаждаясь довольно смешным выражением лица Альбероны. – Ну хорошо. Здравствуй, деточка. Меня зовут Хана Мори, я директриса здешней женской академии. Всего за несколько часов я обучу тебя всему, что должна знать истинная леди. Поверь мне, к концу дня ты выйдешь отсюда совсем другим человеком. С каждым словом сиреневые глаза Каны становились все больше и больше. Она непонимающе взглянула на Лексуса, который всего лишь привычно усмехался. Ему весело?! – Может, кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? – громко и совсем недовольно спросила брюнетка, в основном обращаясь к парню. – Как и сказала моя бабуля, здесь размещена частная академия для девушек. Бабушка занимается их перевоспитанием, в результате чего девочки отсюда выходят истинными леди, которых после выдают замуж за иностранных мужчин знатных родов. Иными словами, здесь обучаются будущие герцогини, принцессы и тому подобное, что совсем нестандартно для нынешнего времени. – Мужчина королевских кровей, который до сих пор соблюдает традиции своих предков, обязан брать в жены достойную женщину, – объяснила Хана, сложив руки. – Подобных заведений в мире немного, поэтому сюда попадают лишь лучшие из лучших. К сведению, у нас обучалась нынешняя принцесса Монако. Тебе очень повезло, что мой внук привел тебя сюда. Кана будто бы потеряла дар речи, слушая рассказы этих людей. Она нарядилась, всем сердцем веря, что идёт на свидание с этим недоумком-Лексусом, который наконец сделал первый шаг. Но что в итоге? Её привозят в какую-то колонию для «истинных леди», собираясь менять девушку в корне без ее же ведома. – Из тебя, конечно, не будут делать принцессу, потому что это непосильная задача даже для моей бабушки, – с насмешкой продолжал Лексус, – но, глядишь, какая-нибудь маркиза все-таки получится. Внезапно захотелось надавать Дреяру по голове, вот только ничего тяжёлого в руках Каны не оказалось. – Ладно, бабуль, я заберу её к четырем часам, – махнув женщине рукой, Лексус вышел из поместья. – Пойдём, дорогая, нам предстоит много дел, – взяв офигевшую брюнетку за руку, Хана повела её на второй этаж.

***

МакГарден взяла небольшой перерыв, наблюдая, как звукооператоры настраивают микрофоны, за которыми практиковалась в пении Люси. Заняв одно из самых ближних мест, Леви притянула к себе закрытый ноутбук работников. Пароля на нем не оказалось, а значит этот лаптоп находился в свободном доступе. Синевласая быстро вбила в поисковик название группы, потягивая сок из трубочки. – А вот и наши саблезубые, – тихо сказала девушка, открывая одну из фотографий артистов. Хартфилия сегодня прожужжала все уши, наслушавшись утренних новостей. Она рассказывала о группе Sabertooth и своим девчонкам, и парням, которые в принципе не особо интересовались этими ребятами. А вот Леви решила почитать о них подробнее. С фотографии на девушку смотрели четыре симпатичных парня и одна молодая брюнетка с очень примечательной внешностью. Обилие роскошных шуб, меха и золотых цепей на артистах дало Леви повод задуматься о том, насколько эпатажной может быть эта группа. – А сколько скандальных новостей с их солисткой, – удивилась синевласая, листая страничку. – Они, действительно, очень шумные ребята... Так что же им понадобилось от самой миниатюрно-кукольной солистки Little me?

***

– Замечательно! И почему Лексус говорил о тебе, что все очень плохо? – искренне удивлялась Хана, наблюдая за раздраженной Каной, которая умело сервировала стол. За кого ее держит эта бабуля? Альберона, вообще-то, воспитывалась в порядочной семье. Ее мать, Корнелия, знала четыре языка и просто обожала театры. – Ваш Лексус – полный кретин, – тихо выразилась брюнетка, чтобы ее никто не услышал. – Раз уж правила этикета тебе так хорошо знакомы, тянуть с ними не стану. Экзамен пройден, а потому мы отправляемся на кухню! – амбициозно воскликнула на удивление бодрая женщина, заставляя Кану гадать, сколько же ей всё-таки лет.

***

К одиннадцати часам дня Альберона готова была вывалить кастрюлю с разварившимися спагетти прямо на голову шеф-повару, которому осталась на попечение. Хана наблюдала за провалами девушки со стороны, искренне жалея бедного властителя кухни. Понимая, что пасты с соусом и креветками на обед уже не выйдет, повар поручил девушке новое задание: приготовить элементарный салат «Цезарь». Когда количество порезов на руках Каны достигло ее возраста, брюнетка с силой воткнула нож в поджаренную куриную грудку, оставляя шефа молиться за своё здоровье. После неудачной попытки смешать свежие ягоды клубники и малины в блендере, в результате чего половина кухни перекрасилась в спелый розовый цвет, шеф-повар просто заплакал. На ужин он будет слизывать ягодный коктейль со стен.

***

После достаточно полезной беседы с Ханой о том, как правильно уходить от разговора с неприятным тебе человеком, Кана мысленно ухмыльнулась. Теперь она прилюдно могла послать Лексуса, используя при этом совсем безобидные и культурные выражения. Например, «Лексус, будь добр покинуть меня, мне неприятна твоя компания» вместо привычного «Пошел нахер».

***

Беседа с психологом однозначно пошла девушке на пользу. Это было, пожалуй, самое полезное времяпровождение в этом ужасном поместье. Кана наконец смогла поделиться своей самой больной раной, которая все никак не могла зажить. После этого разговора она даже стала немного по-другому воспринимать мужчин. Конечно, огромная неприязнь к ним все же осталась, но Альберона пыталась принять то, что не все на свете такие ужасные и мерзкие, как она думает. Также в ходе беседы Кана выяснила, что Хана Мори – действительно, родная бабушка Лексуса по линии его матери, о которой Альберона никогда не слышала. По словам Ханы, сделать из своей непутевой дочери принцессу у неё никак не получилось. Бунтарская натура позволила молодой девушке выскочить замуж за знаменитого рок-музыканта, в результате чего на свет появился Лексус. – Да уж, в самом деле, очень жаль, – снова тихо произнесла Альберона, с отвращением вспоминая блондина.

***

Финальная часть обучение – примерка бального платья и, конечно же, вальс, который Альберона прекрасно умела танцевать. Подобрав девушке пышное платье насыщенного бордового цвета – её любимого, – Хана подозвала своих помощниц, и примерка началась. После корсета Кана всеми своими мозгами думала, что умрёт. Она изредка носила такие вещи, но помощницы чрезвычано сильно затянули завязки, отчего дышать было почти невозможно. До безумия красивое платье оказалось до чертиков тяжёлым. Чтобы привыкнуть к нему, брюнетке потребовалось время. – А теперь танец! – хлопнула в ладоши Хана, заводя свою подопечную в бальный зал. Увидев, что её ожидает просто обалденно красивый мужчина с пронзительно-голубыми глазами, Кана заметно взбодрилась. «Сегодня день голубоглазых или что?» – подумала девушка, а после выкинула все мысли из головы. Хотелось просто насладиться этим чудесным танцем.

***

Лексус приехал в поместье ровно в четыре часа дня. Увидев непривычно радостную улыбку на лице Каны, которая мило беседовала с Ханой в ожидании Дреяра, парень понял, что все вышло даже лучше, чем ожидалось. – Ну, девочки, как вы тут? – поднявшись по широкой лестнице к входным дверям, у которых и стояли дамы, Лексус довольно взглянул на них. – Все просто замечательно, – одобрительно кивнула женщина, морщинистой рукой держа ладонь Каны. – Да уж, – засмеялась Альберона, – психолог в шоке, повар плачет, партнёр по танцам до сих пор грызет локти от зависти. Лексус удивленно посмотрел на бабушку, но та лишь кивнула, подтверждая слова своей ученицы. – До принцессы ей ещё далеко, однако тебе в жёны она точно сгодится, – решила пошутить над внуком Хана, вручив ему руку брюнетки. Дреяр только усмехнулся, совсем не представляя себя рядом с Каной в будущем. Такой стервы в своей жизни он точно не вытерпит. – Увы, но теперь я леди, и мне нужен лорд, – с наглой насмешкой взглянув в небесно-голубые глаза, Альберона похлопала Лексуса по плечу. – Боюсь, не потянешь. Тот картинно закатил глаза, провожая несносную подругу в машину.

***

30 октября. Пятница. 18:26. Люси наконец завершила свой образ безумной медсестры и вприпрыжку вышла из гримерки. Сегодня Хэллоуин, а значит, самый атмосферный концерт за всю историю существования Little me состоится именно сегодня! Подхватив по дороге Джувию, переодетую, по иронии судьбы, в вампиршу, блондинка потащила подругу в комнату отдыха, где зависали танцоры. Услышав гул за дверью, Люси решила не торопиться и поиграть в шпионку. – Слишком много игр в последнее время, Хартфилия, – с укором произнесла не очень довольная Джувия, рассевшись прямо на полу. У неё не было такого же чудесного настроения, как у Люси, а потому синевласая засела в телефоне. В это время блондинка нагло прислонилась ухом к двери. – Фрид сказал, что после этого тура мы поедем на фестиваль в Грецию, – это был голос Грея. – Море, пляж, девочки, бикини... М-м-м, не это ли рай? – Неужели отдых? Я думал, что после заключения контракта с компанией мы вообще забудем, что такое выходной, – а это голос Джерара. – О, смотрите! – воскликнул, кажется, Леон. – Новости, новый выпуск. Парни хором цокнули. – Блин, Бастия, эти новости кроме тебя никто не смотрит, – снова голос Грея. – И вообще, все это можно в интернете посмотреть. Люси усмехнулась, вспоминая, что где-то уже слышала подобное. На несколько минут в комнате повисла продолжительная тишина: парни слушали новости. Хартфилия, к ее большому сожалению, не могла ничего разобрать, а потому вслушивалась ещё внимательнее. Внезапно комнату озарил дикий крик парней, отчего блондинка испуганно пошатнулась и упала прямо на пол. – Надо обрадовать Люси, – воодушевленно сказал Нацу, подбегая к двери. Блондинка не успела ничего сделать, а потому дверь неожиданно распахнулась. Нацу едва не споткнулся о певицу, даже не заметив ее, пока остальные танцоры задавались вопросом «А почему Люси лежит на полу?». Но Драгнил не придал этому большого значения, поскольку у него была новость поважнее. – Компания подтвердила ваше участие на премии в декабре! Люси широко распахнула глаза, а потом все здание наполнилось её радостным визгом.