Can you hear me?

На следующий день снова пасмурно, небо хмурится и, кажется, что в любое мгновение обрушит свое недовольство на город. Люди, как роботы снуют серой массой с работы. Дверь небольшой кафешки на углу большого офисного здания открывается, и в нее заходит Чонгук, стягивая капюшон серой толстовки с головы. Он окидывает кафешку взглядом, в поисках человека, который мог предположительно отправить ему сообщение с адресом этого кафе и временем встречи, как вдруг взгляд его останавливается на знакомой темноволосой макушке. Чимин оборачивается на вход в кафе и, увидев Чона, приветливо улыбается, махая рукой. Чонгук приземляется напротив Пака, подперев подбородок рукой. – Один вопрос, – начинает шатен, схватившись за небольшое меню, которое только что любезно преподнес официант, – откуда ты, черт возьми, взял мой номер? – его руки непроизвольно сжимаются, чуть не ломая меню в руках. Чимин ухмыляется, подливая масла в огонь, потому что по изменению выражения лица Пака, Чон хмурится. Брюнет опускает глаза, изучая затейливый рисунок, сделанный опытным бариста, в своей чашке латте. – Как ты узнал, что Наби не любит цветы? – шатен чертыхается про себя, но не отвечает, ещё не время, нуна может пострадать. – Отвечай, – требует Чон. – Только после тебя, – парирует собеседник. Чонгук лишь хмыкает и подзывает официанта. Парни так и сидят в полном молчании, пока первым не сдаётся Чимин: – Ты же знаешь, что Наби телефон никогда с собой не берёт в ванную? – намекает Пак, что вся их личная переписка была прочитана. Такой вопрос, если честно, смущает шатена, поэтому он давится, только что принесённым официантом американо, выплёвывая Паку на пуловер. – Черт бы тебя побрал! – Брюнет злится и использует все салфетки, что стоят на столике. Сделать с пятном он так ничего и не смог, поэтому пуловер пришлось снять, благо рубашка под ним не запачкалась. – Во-первых, я знаю, Ханаби боится снова уронить его в воду, – Чонгук называет её по имени, так чисто, чтобы позлить брюнета лишний раз, а ещё, чтобы показать, насколько они близки. – Во-вторых, прекрати называть её бабочкой, это мерзкое сравнение, – парень с абсолютной невозмутимостью отпивает свой кофе, изредка следя за реакцией собеседника. Чимин удивляется осведомленностью шатена, но старается как можно лучше скрыть это. – Твоя очередь отвечать, – кивает Пак, а Чон ухмыляется. – А ты не заметил, что последний год вы отдалились друг от друга? – парень решает ответить Чимину тем же – намёками. Однако Чимин почти сразу понимает, что является причиной ухмылки теперь уже, видимо, конкурента. Хотя сколько это "теперь уже" длится, он точно сказать не может. Но, по словам Чонгука, год точно – по факту. Пак сдерживается, как может, сжимая руки в кулаки. – Как долго? Чонгук доволен произведённым эффектом, потешается над безнадёжностью старшего. Он призадумывается, специально оттягивая время. – Думаю, через несколько месяцев будет два года, – Чонгук говорит медленно, отстраненно, но Чимин всё сдерживается, поэтому приходится использовать козыри, как считает Гук. – А недавно, Ханаби оставалась на ночь и мы... И едва шатен успевает договорить, Чимин подскакивает и хватает того за грудки приподнимая с места. – Ублюдок, что ты с ней сделал? – шипит, словно змея, плюющаяся ядом, брюнет. Его не смущает сейчас даже разница в росте, не в его пользу, но это не отменяет того факта, что парень был физически подкован, впрочем, как и соперник. А вот это уже напрягает, поэтому Пак слегка ослабляет хватку, но не отпускает Чона, ожидая ответа. – О, не волнуйся, мы прекрасно провели время, – Чонгуку действительно нравится сложившаяся ситуация, однако он слишком поздно вспоминает, как это может отразиться на нуне. – Слушай меня внимательно, сукин сын, ты больше не то, что не увидишь Ханаби, ты и не вспомнить о ней не посмеешь! – лицо Чимина искажается действительно в жуткой разгневанной гримасе, а его рыком можно невольно вызвать Сатану. После своей тирады, парень резко отпускает толстовку Чонгука, что тот не удержав равновесия, падает на стул с характерным грохотом, а затем Пак удаляется из кафе.

***

– Следующий, проходите, пожалуйста, – миловидная девушка выглядывает из-за двери кабинета, осматривая очередь, видимо секретарша. Мэридит подрывается с места и заходит. – Доктор Ким ждёт вас, – говорит она, указывая на матовую стеклянную дверь. Чон кланяется, и секретарша возвращается за свой столик, без всякого стыда перед клиентом начинает пилить наманикюренные ногти. Мэри проходит в дальний коридорчик и, подойдя к двери, робко стучит. Всего лишь элемент вежливости, но девушка никак не ожидала, что доктор сам откроет ей дверь. – Здравствуй, Мэри, – приветливо улыбается Сокджин, а улыбка его, надо сказать, просто богичная. Блондин пропускает девушку в кабинет, а сам снимает свой белый халат и вешает его на крючок, чтобы не напрягать Чон официальностью визита, ведь они уже чуть ли не родственники. – Джин, я, кажется, с ума схожу... – Мэридит сникает и опускает голову, – я просто вижу, то, что вижу, но другие этого не видят! – ещё немного и девушка заплачет, но она сдерживается. Доктор присаживается рядом на диванчик и гладит брюнетку по голове. – Уверен, твоему сумасшествию есть объяснение, – мягко улыбается Ким. – Ты рассказывала Тэхёну? Мэри качает головой. Сокджин тяжело выдыхает, нахмурившись. – От моего братца никакого толку! – Это не так! Тэхён и так слишком сильно мне помогает, – девушка пытается оправдать своего парня перед его же старшим братом, однако тот верит не охотно. – Ладно, что на счёт твоего брата? – парню вдруг кажется, что эти двое наконец-то поладили. Но ответом послужил отрицательный жест от девушки. – Ему тоже не говорила. Джин, прежде всего мне нужна твоя помощь ни как друга и брата Тэ, а как психиатра, – взгляд Мэридит становится серьезным и настойчивым. Но блондин лишь вскинул бровь. – Чем же я могу помочь? Девушка рассказывает Киму старшему обо всех «странностях», происходящих в доме, а так же ведает сон и о том, что произошло в присутствии мистера Пака. Сокджин задумывается на какое-то время, анализируя рассказанное, а Мэридит не на шутку пугается, из-за слишком долгого молчания Кима. – Всё так плохо? – спрашивает Мэри, перебирая край кофты. Сокджин громко выдохнул. – Что ж... может, ты сильно переутомилась? – молодой человек подбирает каждое слово, чтобы не спугнуть её и одновременно разбирает случай девушки, при этом ищет решение проблемы, – стоит взять перерыв, съездить отдохнуть, вместе с Тэхёном, например. Девушка скрещивает руки на груди. – Думаешь, я совсем слепая? – непонятно каким образом, но Мэридит поняла, что блондин чего-то не договаривает. Сокджин моментально замолкает. – Я не буду говорить ничего утверждающего, пока что, но настоятельно рекомендую тебе самой подумать, с чем это может быть связанно, – прикрыв глаза, изрекает Ким старший. – Детали, сосредоточься на самых важных деталях. Слова Сокджина прозвучали слишком убедительно, поэтому она призадумывается. И даже решает прогуляться, чтобы подумать об этом, соответственно поделившись своими мыслями с Джином. Ким Сокджин в свою очередь призадумывается о словах девушки, что она сказала ему перед уходом: – «Мелкий Гук, вот что меня настораживает. И он явно настроен не дружелюбно». Блондин не знает наверняка, что это и как с этим бороться, но он может лишь предполагать, что с этим справиться может только Мэридит. Безусловно, он хочет помочь девушке, хотя бы тем, что направит её в нужном направлении или это сделает тот, кто ближе всех к девушке – Тэхён, так считает Ким старший. И прокручивая вновь и вновь слова брюнетки, Сокджину, кажется, впервые за последние полчаса пришла в голову здравая мысль. Поэтому он срывается с места, предварительно захватив сумку, и выбегает из кабинета, кинув секретарше, что сегодня больше не появится и просит все приёмы перенести на другое время.

***

Чонгук заходит в гостиную и ставит на небольшой стеклянный столик, перед телевизором, вазу с попкорном, он собирается расслабиться, посмотреть фильм и вообще забыть о недавнем разговоре с Пак Чимином. Как только парень хочет присесть на мягкий диван, который так и манит, он слышит звонок в дверь. Закатив глаза, Чон бредёт узнавать, кто смеет отвлекать его от отдыха. Но увидев в глазок Ханаби, у него кажется, перехватывает дыхание. Моментально в памяти проносится диалог с Паком и все его угрозы. Чон спешно открывает дверь и впусткает шатенку в квартиру. Девушка, судя по отдышке, бежала и довольно долго. – Что случилось, нуна? На место отдышки пришли всхлипы и слёзы, Ханаби и слово вымолвить не может. Вместо этого она бросается парню в объятия. Чонгук ничего не понимая, гладит девушку по спине, успокаивая. – Это из-за Чимина? – девушка кивает, продолжая реветь, на что Чон лишь крепче обнимает шатенку. Парень поднимает девушку на руки и несёт в гостиную, где пару минут назад планировал просмотр фильма. Он аккуратно укладывает её на диван, а затем удаляется на кухню. Через несколько минут Чон подходит к Ханаби со стаканом воды, Ханаби присаживается и делает один большой глоток. Парень садится перед ней на корточки и кладёт голову на её колени. Он спокойно ждёт, когда девушка сама всё расскажет, и она действительно более-менее успокаивается. – Он просто влетел в мою квартиру, как сумасшедший, он был сам не свой... – голос Ханаби снова дрожит, но она старается держать себя в руках. Глаза неприятно щиплет из-за слёз. – Он ничего не сделал тебе? – Чонгук поднимает на девушку обеспокоенный взгляд. Он поднимается с пола и садится рядом с шатенкой, обняв её за плечи. Девушка мотает головой, в знак отрицания. – Но, знаешь, Гуки, лучше бы сделал... – она опускает взгляд на свои руки. – У меня была бы причина возненавидеть его и уйти, но... Чонгук внимательно слушает, и сейчас его снова охватывает неприятное предчувствие, из-за чего он невольно хмурится. Не говоря уже о мысли, почему Чимин не сказал ей о, знакомстве с «любовником». – Гуки, мне кажется, он знает о нас, – теперь уже её голос звучит уверенно. Чонгук настораживается, немного ёрзает на месте, а затем допивает воду из стакана, что принёс, чтобы успокоить её. – С чего ты взяла? – Чонгук, – от такой резкости парень сглатывает, дело действительно плохо. – Чимин сделал мне предложение. – Девушка выжидающе смотрит на реакцию парня. Гук невольно совсем стискивает зубы и слишком сильно сжимает плечо Ханаби, что она жмурится от боли.

***

Тэхён готовится к приходу Мэридит, ведь они собирались прогуляться и заглянуть в какое-нибудь кафе, отдохнуть от насущных проблем и раздражающих личностей. Парень со всей серьезностью и трепетом относится к этому свиданию, ведь если подумать, они так давно не выбирались вдвоём в романтичной обстановке. С минуты на минуту девушка должна уже прийти и Ким не может даже сидеть спокойно – бродит из стороны в сторону, сложив руки за спиной. И едва услышал дверной звонок, понёсся скорее открывать, даже не задумываясь, что это может быть не девушка совсем, и вообще, у неё же ключи есть. И зря он, конечно, не задумывается, потому что перед ним сейчас стоит совсем не его милая, но не признающая этого, потому что она-свэг, девушка, а старший брат-красавчик. – Привет, Тэхёни, – он улыбается и проходит в квартиру. – Какими судьбами, хён? – Тэ, безусловно, рад видеть брата, но он всё же ожидал увидеть Мэридит, поэтому, может совсем чуть-чуть расстроился. – Я хочу поговорить с тобой о Мэридит. При упоминании своей девушки устами старшего брата, Тэхён сразу преображается, пропускает брата в гостиную и внимательно слушает. – Она была сегодня у меня на приёме, – начинает Сокджин, но его перебивает младший. – Что? Она мне ничего не сказала, – парень сердится на неё. – Не злись, Тэ, её тоже можно понять, – блондин мягко улыбается. – Ей сейчас очень важна твоя поддержка. Скажи, как у неё дела с Чонгуком? Тэхён немного удивляется, каким боком это относится к проблеме, вероятно, по которой и пришёл Джин. – Они вполне ладят, если речь не заходит о матери, но я не понимаю, к чему ты это спрашиваешь, хён? Джин, кажется, на какое-то время зависает, то ли слова подбирает, то ли думает, а надо ли говорить-то вообще? – Я думаю, что если они вдвоём не решат этот вопрос, то для неё это плохо закончится, Тэхён, – Ким старший решает, что он должен знать о том, что происходит с его девушкой. – Эти её "призраки", ты их видел? Тэхёново лицо бледнеет, и парень то и дело открывает рот и сразу его закрывает, как рыба. Сокджин многозначительно кивнул. – Вижу, ты в курсе. Знаешь, я сам ещё не до конца разрулил эту проблему, но ты должен сделать всё возможное, чтобы Мэри помирилась с братом. – Хён, ты же прекрасно понимаешь, что я только этим и занимаюсь, – Тэхён всем своим видом показывает, что это безуспешно, – у них всё вроде бы и нормально, но с другой стороны любой дурак почувствует стену, которую они сами же и построили. – Парень безысходно выдыхает. Ким старший одобрительно кивает. – Согласен, но с этим надо что-то делать. Оба понимают, что без содействия и Мэридит и Чонгука ничего не выйдет, но и оставлять всё на самотёк тоже было нельзя.

***

Последние несколько дней Ханаби не отходит от Чонгука, буквально чуть не поселившись в его квартире. Не то, чтобы парень ей не рад, скорее наоборот бесконечно счастлив. Однако он всё ещё ждёт "подножки" от Чимина. Об их беседе с Чимином он умалчивает, а Ханаби в свою очередь, врёт Чимину, ссылаясь на то, что поехала отдохнуть и обещает подумать над предложением. Брюнет прекрасно знает, где она и с кем, но уж больно ему хотелось уничтожить соперника в пух и прах, поэтому сдерживает. Чонгук не в силах больше ждать сам назначает Паку встречу. Чимин снова приходит раньше, то и дело, поглядывая на наручные часы. И когда Чон объявляется, то Пак сразу хмурится. – Даже не думай, что нуна ответит согласием на твоё предложение, – с лёту сообщает Чонгук, придерживаясь тактики «лучшая защита – нападение». На что Чимин лишь ухмыляется. – А почему бы и нет? – Потому, что Ханаби моя, – Чон был слишком уверен, даже не подозревая, какой козырь держит в рукаве Чимин, пока карты не вскрылись. – Думаешь? – Чимину определенно нравится эта игра, и он был даже уверен в своей победе, так же, как уверен в своем имени. – Тогда давай по другому: я предлагаю тебе сделку! Чонгук сто процентов уверен, что его это не заинтересует, однако решает выслушать. – Я говорю с отцом, и он оставляет вас с сестрой в покое, а ты оставляешь в покое мою невесту, – как же Чимину нравится наблюдать, как резко меняется выражение лица Чона. Он не предполагал, что Пак зайдет так далеко, но на войне все средства хороши, так считает Чимин. – Подумай и дай мне ответ, – Чимин ретируется в неизвестном направлении, а Чонгук будто цепенеет. Его сердце отбивает бешеный ритм. Потерять любимую, но помочь сестре. Предать сестру, но не причинить любимой боль. Чонгук просто разрывается от этих мыслей. Хочется выть во весь голос от отчаяния. Долго он слоняется по улицам, задумавшись, а когда подходит к дому – у подъезда его ждёт Ханаби. – Чонгук, – её голос звучит так холодно, и парень понимает, что именно затеял Чимин только сейчас. Он уверен, что теперь она все знает. – Почему ты мне не сказал, что встретился ним? – чем больше девушка говорит, тем больше её голос срывался от дрожи. – Вы оба, вы, что издеваетесь надо мной? – она наконец-то поднимает взгляд на шатена. И парень видит, как блестят её глаза от скопившихся слёз. – Нуна... – Вы так решили отомстить мне, за то, что я долго металась? – её голос, совсем хриплый, дрожит, – Чонгук, что ты ответил на сделку? Он медлит с ответом и испуганно смотрит девушке в глаза. – Нуна… - судорожно повторяет Чонгук, – я... не могу предать семью... – услышав ответ, девушка закрывает глаза, ей до одури больно и страшно. В растерянности, что делать дальше, она разворачивает и спешит уйти, но её вновь останавливает голос Чонгука. – Но я точно также не хочу терять тебя! – он вовремя спохватывается, понимая, что следующей встречи может не быть. Все его надежды с треском разбиваются с последующими словами девушки. – Я соглашусь на его предложение, – теперь уже слова звучали увереннее. Чонгук удивлённо смотрит и теперь кажется, что перед глазами её силуэт расплывается, потому что глаза слезятся. – Мы найдем выход, нуна, пожалуйста! – парень хочет подойти, но стоит ему сделать шаг к ней, она отступает на два назад. – Я возвращаюсь в Осаку, – продолжает шатенка и с каждым произнесенным словом в Чонгуке нарастает паника. – Нуна, зачем? – это последнее, что спрашивает Чонгук, перед тем, как она уходит. – Я не хочу, чтобы тебе было больно выбирать, – это было последнее, что отвечает Ханаби, перед тем, как она уходит.