Испытай мой апокалипсис

Сан-Франциско, Калифорния, США       Прошла неделя с тех пор, как начался новый учебный год. Раф каждый день беспокоили ночные кошмары, а днём перед глазами появлялись необычные картинки, связанные между собой (ну, по крайней мере она так думала). Умывшись с утра, девушка выпила две чашки кофе, чтобы пережить школьный день и не заснуть, всё-таки три часа сна для человека далеки от нормы. Комната Раф не представляла собой ничего особенного: небольшая односпальная кровать, рядом компьютерный стол, напротив шкаф — всё по минимуму. Хотя, в принципе, больше девушке и не нужно было. — Раф, с тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросила Анжели, выходя из гостиной, чтобы закрыть дверь за дочерью, когда та уйдёт в школу. — Да, всё нормально, мам, — отмахнулась белокурая, устало плетясь в коридор, чтобы переобуться и уйти. Женщина, конечно, не поверила дочери, но допрос устраивать не стала, потому что и без этого прекрасно знала причины такого состояния Раф. Таблетки ей уже не помогали, врачи расходились во мнениях, а дочь увядала на глазах. Сердце больно защемило, а руки задрожали — Анжели очень переживала за дочь. Раф, попытавшись улыбнуться, схватила рюкзак с тумбы, зонтик на всякий случай, накинула кожаную куртку кремового цвета и покинула квартиру. До школы добираться достаточно далеко, потому что раньше семья Раф жила в другом районе, а после переезда блондинка не стала менять место обучения, хотя школа её района находится совсем рядом. Дождавшись жёлтого автобуса, который довозил прямо до ворот школы, Раф села на своё привычное место у окна в самом конце салона и включила музыку в наушниках. За окном мелькали дома, школы, торговые центры, мини-магазины, кафе, офисы, которые уже порядком наскучили девушке. Привычные пейзажи, ничего нового, ничто не меняется — всё однообразно и занудно. Конечно, холериком Раф не назовёшь, но однообразия в её жизни было предостаточно (даже эти ночные кошмары она уже прировняла в обыденности), поэтому всё вокруг постепенно начинало раздражать и угнетать. Вскоре автобус остановился возле небольшого четырёхэтажного здания с плиточной облицовкой мятно-зелёного цвета, и Раф вышла из автобуса, где её уже на тротуарах ожидали подруги. В старшей школе учится всего восемь классов — по два класса в каждой параллели девятых-двенадцатых классов — а в самих классах по 14-16 человек (в зависимости от того, про какой курс идёт речь). — Раф, привет, — накинулись на девушку подруги. Первой из них была темнокожая шатенка с неестественными, фиалковыми глазами — Ури, которая любила носить линзы. С ней у блондинки более близкие отношения, нежели с Дольче, потому что с Ури они вместе с детства благодаря родителям, а с той знакомы всего пару лет. Дольче — девушка с крашеными розовыми волосами и голубыми глазами. — Привет, — улыбнулась белокурая. — Давно ждёте? — Нет, всего пару минут, — ответила розоволосая. — Ну что, теперь все в сборе, можно идти на урок. — Да, пойдёмте, а то миссис Хардман опять будет ругаться из-за опоздавших, — поторопила девушек Ури. Первым уроком у них была тригонометрия, с которой у Раф особых проблем не было, однако всё-таки она была ближе к гуманитарным наукам. Миссис Хардман — это маленького роста женщина лет пятидесяти с крашеными бордовыми волосами по плечи и карими глазами. В школе её всегда можно было увидеть в деловом костюме чёрного цвета, состоящим из длинной юбки, почти в пол, и пиджака. Кабинеты в школе были совершенно одинаковыми, поэтому ученики даже не всегда понимали, в чём смысл переходить из одного кабинета в другой, если они практически идентичны друг другу. Приятного жёлтого цвета стена создавали уютную атмосферу в классе и в некоторой степени способствовали мотивации учеников для изучения того или иного предмета, полу-прозрачные белые шторы частично прикрывали окна, а одиночные парты создавали некие трудности для учащихся в плане списывания на какой-либо проверочной или контрольной, что радовало учителей и зачастую огорчало учеников, однако они прекрасно понимали, что это ради их блага (всё-таки чужие знания вряд ли помогут в университете). Уроки проходили медленно, новые темы давались с трудом, а голова Раф была забита вовсе не текстами учебников, потому что от ночного сна всё ещё остались отголоски в голове. «Какая-то незнакомая улица. Много людей. Симпатичный парень с иссиня-чёрными волосами и янтарными, если я не ошибаюсь, глазами. Черный мотоцикл. Осколки. Вспышка. Интересно, что это всё значит?» — размышляла девушка, глядя в одну точку на стене за спиной учительницы. Авария? Этот же сон она связывала с другими, которые уже пару недель не дают покоя, но в единую картину они пока что не связывались, однако некоторые нити переплетения блондинка замечала. Резкий звон в ушах. Звук битого стекла. Множество непонятных картинок, которые сменяли мгновенно друг друга. — Хватит! — крикнула Раф, закрывая уши руками и внезапно поднимаясь со стула. Когда она поняла, что своим поведением озадачила класс и удивила учительницу, хотелось провалиться сквозь землю и перевестись на домашнее обучение. — Простите, — виновато произнесла голубоглазая, схватила свои вещи и быстро выбежала из класса. Звон в ушах не прекращался, и это сводило с ума. Выбежав из кабинета, Раф кинула рюкзак в соседнюю стену, а сама опустилась на пол, схватившись за голову. Почему-то её не покидало ощущение, будто за ней кто-то следит, но, оглянувшись, она удостоверилась, что никого нет. — Мисс Хастингс, вам плохо? — послышался позади блондинки голос учительницы. Увидев свою ученицу на полу в полуобморочном состоянии, миссис Хардман испугалась и послала одноклассника Раф за врачом, а сама подошла к ученице и попыталась поговорить с ней, но та не отвечала. Светловолосая не слышала вопросов учительницы, а сама боялась даже глаза открыть. После небольшого осмотра врача, в школу вызвали Анжели, которая забрала дочь домой. По пути Раф не разговаривала с мамой, хотя звон прекратился, да и состояние налаживалось. Она была словно хрупкий хрустальный цветок, который можно так просто разбить изнутри. Дома блондинка сразу же выпила несколько таблеток, которые прописывали ей ранее врачи, заснула, т.к. многие из лекарств вызывали сонливость. Анжели не знала, что делать с дочерью, поэтому решила вечером обсудить с мужем вопрос о домашнем обучении, ведь так продолжаться больше не может. Этого не выдержит ни Раф, ни сама миссис Хастингс. Конечно, Малаки тоже беспокоился о своей дочери, но из-за работы редко бывал дома и не был полностью осведомлён обо всех припадках Раф. «Кафе было заполнено юношами и девушками, которые танцевали в такт музыке и выпивали неимоверное количество алкогольных напитков. — Ещё бокал Шардоне¹, — в приказном тоне обратилась к бармену девушка лет двадцати. Бармен удивился такому заявлению, прекрасно осознавая, что этой мисс пора остановиться, но приказ просьбу всё-таки выполнил. Выпив бокал залпом, брюнетка вернулась на танцпол. Вдалеке был человек, который явно не относился к этому обществу, он словно наблюдал за происходящим, изучал кого-то. Его глаза быстро нашли свою цель: парень с иссиня-чёрными волосами и его девушка, видимо, с тёмными волосами откровенно целовались, сидя за одним из столиков. Вскоре, когда их действия уже не подчинялись разуму, они покинули кафе. Силуэт того человека тоже исчез.» Блондинка резко проснулась, пытаясь отдышаться. Странно, что после таких снов становилось трудно дышать, будто кто-то тебя душил. Подойдя к зеркалу, Раф заметила, что её кожа на шее слегка покраснела, но она не придала этому большого значения. Этот сон. Этот парень. Она снова видела его во сне. Что всё это могло значить? Голубоглазая чувствовала себя неким зрителем, будто она сидела в кинотеатре и следила за какими-то событиями, пытаясь уловить в них микроскопическую деталь, которая привела бы её к истине. Но в чём смысл? Эти сны окончательно сбивали с толка. Она видела его во снах, достаточно четкое очертание лица и силуэта целиком. Этот парень был всегда, однако почти всегда сон заканчивался криками, ощущением страданий и страха. Дорога, мотоцикл, стекло и люди. Много людей. Каждый раз сердце было готово выпрыгнуть из груди от этой мешанины чувств ужаса и беспокойства. Раф предполагала, что это были кадры аварии и не иначе. Связать все это с остальным было затруднительно, логика приходила в полный тупик. Может она где-то посмотрела или перечитала новости, что так отразилось на её подсознании? Особая впечатлительность? Непохоже на нее. Включив компьютер, девушка решила поискать в интернете какую-нибудь информацию об авариях, которые случились недавно в Сан-Франциско (всё-таки последние сны не давали покоя, а времени и сил добраться до интернета практически не было). Ничего похожего на её сон. Раф уныло пролистала новостные ленты по похожей тематике в городе за последний год. Ничего. С другой стороны, картинка той дороги, на которой прерывались большинство снов не были похожими ни на одну из дорог Сан-Франциско. Здания, окружающие улицу также были иной архитектуры, здесь такого не найдешь. Скорее всего, что-то южное и теплое, судя по полураздетым людям, лица которых мелькали вокруг. Хм. Лос-Анджелес? Калифорния? Аварии в Калифорнии. Снова нет похожих случаев. Все весьма примитивно и стандартно. Раф молча откинулась на спинку стула, массируя виски. Все же это бессмысленно, ведь страна огромная и искать все списки ДТП — невозможно, она не знала ни город, ни год, ни страну. Может это было где-то вообще не здесь или просто игра её фантазии, вообще все, что угодно. Напоследок пролистнув новостной паблик Таймс в социальной сети, она планировала закончить с этим и лечь в постель. Но. Стоп. Взгляд зацепился за выделенную публикацию. "В Майами под колесами автомобиля погиб Сульфус Филдс, сын, владельца акций крупной сети международной круизной компании, Джона Филдс. Авария произошла днём в понедельник, 17 июля этого года. По неофициальным данным, водитель сбил юношу, который ехал по дороге возле дома №47 на Линкольн Роуд. После случившегося водитель с места аварии скрылся. Обстоятельства происшествия уточняются. Есть информация, что водитель иномарки мог быть пьян." «И это всё?» — мысленно удивилась девушка. С одной стороны, информации было более, чем достаточно, а с другой стороны, слишком мало, потому что ничего конкретно об этой аварии неизвестно. Но на черно-белой фотографии был он. Именно он. Проведя в интернете ещё час, Раф узнала кое-что о жизни Сульфуса Филдс (слава тому, кто создал социальные сети). Она точно видела его впервые, не встречала ранее, да и вообще — Майами на противоположном побережье страны, слишком далеко для Сан-Франциско. «И всё-таки почему он снится мне?» — никак не понимала она, закрывая все вкладки и выключая компьютер. — И зачем тебе всё это? — усмехнулся чей-то голос за спиной блондинки. Испугавшись, она чуть не упала со стула, но едва смогла удержать равновесие, схватившись за стол. Голос был одновременно и знакомым, и незнакомым. Обернувшись, Раф никого не увидела и решила, что это её воображение уже слишком разыгралось. Внезапно стало как-то душно, поэтому она приоткрыла окно и посмотрела на ночной город. На Сан-Франциско опустились сумерки, во многих дома уже горел свет, торговые центры заканчивали работать, а люди толпились в продуктовых магазинах, словно бабочки, летящие на свет, потому что рабочий день закончился несколько минут назад. — Ты думаешь, что меня ветром унесёт, или что? — вновь усмехнулся кто-то. Вновь обернувшись, Раф никого не увидела. — Кто здесь? — испуганно спросила она, мысленно надеясь, что никто не ответит. Всё, пора звонить в психушку. — А какие у тебя есть варианты? — Исчезни! — прикрикнула девушка, выходя из комнаты. Она прошла на кухню за стаканом воды. — И что сделаешь, если не исчезну? — вновь сказал кто-то. От неожиданности девушка уронила стакан, который разбился в дребезги. Из комнаты выбежала Анжели, обеспокоенно глядя на дочь: — Раф, всё в порядке? — Да, мам, прости, я случайно, — оправдывалась блондинка, подбирая осколки. — Точно всё нормально? — недоверчиво переспросила женщина. — Да. — Слушай, хватит уже так реагировать, а, — наконец-то перестал смеяться кто-то. Видимо, его очень забавляла Раф своей неуклюжестью. — Мне нужна твоя помощь. — Да не буду я тебе помогать, отстань! — шикнула девушка. Прибравшись, она вернулась в свою комнату, чтобы родители не сдали её в дурдом от того, что их дочь разговаривает с кем-то невидимым. — У тебя нет выбора. — Я буду тебя игнорировать, — Раф попыталась говорить уверенно, но получалось плохо. Не обратив внимание на то, что осталась в одежде, голубоглазая легла на кровать, зарывшись с головой под одеяло. — Серьёзно? Может, ещё в прятки поиграем? Спорю, что ты меня не найдёшь, — негодовал призрак (да и призрак ли это?). Поняв, что девушка идти на контакт с ним не хочет, он решил продолжить: — Отлично. В таком случае, я буду петь. Предупреждаю сразу: у меня ни слуха, ни голоса, так что не обессудь, — ответа не было. — Клаустрофоб, вылезай из этой кожи. Сильно взрывчатое вещество стремится, тянется к той кнопке. Почувствуй, как истребляют твой род оскверняющим огненным градом… Поэтому мы пересекаем границу во власти полного затмения… Испытай мой апокалипсис! ² — Да, голоса действительно нет, — устало протянула девушка, уткнувшись головой в подушку. — Заткнись. — Несущее смерть видение, пророчество открыто… Смерть магнитом притягивает ещё ближе. Почувствуй, как истребляют твой род оскверняющим огненным градом². — Ладно, я поговорю с тобой, только не пой больше никогда! — разозлилась девушка, «выныривая» из-под одеяла. — Начнём с главного: ты кто? — Ты сегодня изучила мои страницы в соц.сетях вдоль и поперёк, — усмехнулся он. — Похоже, я тебе очень понравился… — Ты Сульфус Филдс? — удивлённо посмотрела в сторону звука Раф, не замечая ехидных ноток в голосе призрака. К такому жизнь её не готовила. — Да. — Странно… ты мне снился, — задумчиво проговорила девушка, вспоминая свои ночные кошмары. — Как романтично, — саркастически произнёс он. — Знаешь, сколько девушек мне это говорили? — Диагноз ясен — нарциссизм, — вздохнула блондинка, картинно закатывая глаза. — Вот придурок, я же не в этом смысле. Мне снилась твоя жизнь, та авария, сегодня приснилось какое-то кафе, где ты с друзьями что-то праздновал… — День рождения? — теперь пришла очередь удивляться Сульфусу. Почему этой девчонке снилась его жизнь? Как много она знает? Да кто она?! — А я откуда знаю? Так, ладно, со своими снами сама разберусь. Чего тебе нужно? — Раф всё-таки склонялась к варианту о переезде в психушку. — Помоги мне найти моего убийцу и узнать, почему это произошло…