Light-Blue

Pov Автор

Глория       Глория в спешке расхаживала по комнатам, стуча каблуками по начищенному полу. Она нервничала, злилась, спешила. Это было ее обычным состоянием. По своей природе девушка была раздраженная, взбалмошная, из тех людей, которые редко улыбаются по-настоящему и думают о многих хорошо. Она была самой старшей в семье, Гло Эддингтон воспитывали с любовью, еще маленькой девочкой она добивалась всего, чего хотела. Сначала ангельскими глазками, потом плачем и криком. Ее баловали, покупали все, что только видели на своем пути, ласкали и расхваливали. Глория никогда не слышала критики в своей адрес, она гордо задрала нос повыше с самых ранних лет. Не знающая ни в чем отказа, нужды, упрека, она выросла избалованной, наглой, заботящейся только о себе. Но разве эта девушка могла быть другой? Дело было совсем не в ней, так ее воспитали. Когда маленькая Гло перестала быть милым ангелочком, то от нее постарались откупиться игрушками, конфетами, заменить внимание родителей, чем угодно. Девочка хотела любви, не смотря на свою вредность и жуткий характер, но не получала того, чего хотела. Тогда все плохие чувства в ней укрепились, она росла, злясь на мир. Люди не любили ее, не терпели такой самовлюбленности. И в конце концов она нашла своего единственного друга - деньги. К двадцати трем годам у нее не было образования, жениха или молодого человека. Все парни сбегали от нее через неделю, Глория не считала нужным учиться, ведь у нее было состояние ее отца, которая он тратила, устраивая шумные сумасшедшие вечеринки с кучей алкоголя и знаменитыми ди-джеями. Ее лицо почти всегда было хмурым, девушка всегда находила к чему придраться. Все, чему она научилась за свою жизнь: надо быть милой, притворно сладко улыбаться людям, всегда напоминать о себе. Гло любила быть в центре внимания, она умела быть в центре внимания. У нее было прекрасное ангельское личико, и по красоте ей уступали все ее сестры, мать, фальшивые подружки. И она знала это, гордилась своей красотой, ей казалось, что счастье в красоте, в богатстве. Самые красивые парни засматривались на нее, приходили на ее вечеринки, оставались с ней наедине, но на этом все заканчивалось. И Глория все еще могла врать себе о том, что она счастлива, что у нее есть все, что нужно, врала себе о своей идеальности, начиная путать правду и ложь.       Сегодня должна была состояться очередная грандиозная вечеринка около бассейна рядом с роскошным огромным особняком, пройти просто так было нельзя, только по приглашениям. Девушка передвигалась быстро и нервно, нахмурившись, замечая недостатки, ее укладка пружинила от быстрых шагов. Люди собирались у входа, ди-джей занял свое место, прислуга наполняла стаканы напитками. Глория нервничала, сжимала руки в кулаки, злилась непонятно на что, пытаясь нацепить милую фальшивую улыбку. Она встречала гостей, заливисто смеялась, подмигивала парням, предлагала выпить или потанцевать. Все веселились, но она не могла расслабиться, что-то продолжало грызть ее. Эддингтон выпила третий стакан с пуншем и направилась в центр танцпола, здесь музыка играла так громко, что сердце начинало биться в такт с ней, внутри все дрожало, а мысли вылетали прочь из головы. Танцуя, девушка чувствовала на себе взгляды, ей это нравилось. Только в такие моменты она забывала обо всем, успокаивалась, отдыхала. Ей приходилось напиться, выкурить пару косяков или идти в центр танцпола, где голову разрывает от громкой музыки, чтобы перестать быть такой фальшивой, какой она была всегда. Она делала это, чтобы вспомнить, кто же она такая, ведь смотря в зеркало, девушка не узнавала себя. Глория теряла себя, не зная, как это остановить или хотя бы замедлить.       Новый парень рядом с ней, такой красавчик. Брюнет с красивыми серыми глазами, подкаченным торсом и идеальной улыбкой. Это было так обычно для Гло, этот парень был обычным, стандартным, они всегда смотрела на внешность, ведь не собиралась проводить со всеми ними больше нескольких ночей. Девушка не смогла бы любить кого-то хотя бы в половину так, как любила сама себя. Алкоголь постепенно выветривался из ее организма, музыка за окном стихла, Эддингтон поднялась с постели, рассматривая заснувшего рядом с ней молодого человека, аккуратно поправляя одеяло на нем, закусывая губу. Как бы ей не хотелось, по ночам все было по-другому, ночь забирала всю ложь, оставляя лишь голую правду. И все ее тщательно выстроенное поддельное счастье в мгновенье разрушалась. Она не могла справиться одна в этом мире, ей было ужасно одиноко, ей хотелось поговорить с кем-то, деньги больше не приносили ей того удовольствия, парни на одну ночь больше не заставляли чувствовать ее крутой. Они пользовались ей, и как бы Глория не хотела закрывать глаза на это, она понимала все это. Тяжесть, которая переполняла ее внутри, все сильнее давила на нее, не давая спокойно вздохнуть. Девушка поскорее одевалась, желая покинуть особняк и вернуться домой. Просто подальше отсюда, ей казалось, что так будет легче, но ее боль следовала за ней, не хотела ее отпускать.       Гло быстро взбежала вверх по лестнице, молясь о том, чтобы быть незамеченной. Всем было все равно на ее отсутствие, но слезы подступали к горлу, и она не могла больше сдерживать себя. Все ее эмоции накапливались, жили внутри нее, и в конце концов переполняли. От счастья и радости не осталось и следа. Заперев за собой дверь, почти добегая до кровати, девушка уткнулась лицом в подушку и разрыдалась. Косметика с ее лица смешивалась со слезами, оставляя грязные соленые следы на белоснежной наволочке. Глория плакала, но легче ей не становилось, новые слезы впитывались в ткань, и все ее чувства вырывались наружу. Она устала, устала от одиночества, от фальши, от секса в первый и последний раз, от вечеринок, сводивших ее с ума. Сейчас она признавалась себя во всем. Гло так скучала по семье, они все были так близко, но так далеко от нее, не понимали, не слышали и не хотели слышать. Она так скучала по Фанни, думала о ней в эти минуты, забывая о себе. Никто ее не искал, никто не хотел, чтобы она была найдена. Но только злая и самовлюбленная старшая сестра, которая, кажется, ненавидела ее, сейчас скучала и волновалась. И сон завладевал ее, девушка поддавалась ему, не представляя, что, может быть, где-то далеко Фанни может быть немного счастливее ее.