Rosa Winkel

"02.06.40 Доктор Ваденбург оказался милейшим человеком. Он всегда доброжелателен и вежлив даже с солдатами, хоть и с ноткой рабского покорства. Он помогает мне и в плане освоения медицины, и в плане моих исследований, которые, кстати говоря, не принесли удовлетворительных результатов - первый вариант стимулятора, который я ввел себе перед побегом, показал нулевую эффективность на заключенных, а второй нужно скорректировать - усилился ген, отвечающий за цвет глаз (если у подопытных глаза были голубые, то теперь они стали ярко-синими). На фоне этого, я серьезно обеспокоен своими собственными видениями. Уж не являются ли они признаком смерти мозга? Однако, заключенные, которым был введен первый стимулятор, утверждают, что не видят ничего подобного. Следовательно, препарат безвреден?.. Я не знаю. Боюсь, я схожу с ума. 14.06.40 Доктор Ваденбург сегодня сказал, что еще ни разу не видел такого снисходительного офицера, как Леншерр. Он рассказал, как с заключенными обращался другой офицер, надсмотрщик концлагеря, из которого перевели доктора. Там расстреливали за малейшую провинность, а иногда даже без повода; заключенных использовали в качестве груш для битья, когда солдатам нужно было попрактиковаться в рукопашном бое... Чудовищно. Возможно, Леншерр действительно не так плох. Есть надежда, что ему не до конца промыли мозги. Хотя, он и не должен был проходить настолько тщательную обработку - он ведь не солдат, а, скорее, госслужащий. Нужно будет попробовать его расспросить об этом." - Дневник профессора Ксавье Чарльз озабоченно смотрел на свое отражение в небольшом прямоугольном зеркале, висящем на выложенной белой плиткой стене напротив него. - Может, не надо?..- неуверенно спросил он, поправляя накинутую на голые плечи простыню. - Надо, профессор,- Эрих нервно затянулся сигаретой,- Надо. Леншерр скосил глаза на жутковато поблескивающую винтом, ручками и бритвенно острыми зубчиками машинку для стрижки волос, лежавшую рядом с ножницами на белом полотенце. Нет, ну надо было застрелить именно парикмахера... - Не полагается по уставу такие волосы иметь...- промямлил он, неуверенно беря ножницы,- Мне же потом выговор сделают... Озабоченно уставившись в отражение, мужчина стал разделять волосы, собирая те, которые были наверху в кулак. Огляделся, выругался сквозь зубы. - Подержите, пожалуйста,- обратился он к Чарльзу, и тот, нехотя, перехватил у него пучок волос. Леншерр стал криво обрезать остальные волосы, и сердце его екало каждый раз, когда ножницы оставляли после себя проплешину. Кое-как справившись ножницами, Эрих взял в руки машинку. - Вы хоть знаете, как ей пользоваться?- фыркнул Ксавье, увидев выражение лица мужчины за его спиной. - Имею представление,- ответил Леншерр, прижимая машинку к шее Чарльза, и нажал на ручки. Зубчики пересеклись, срезая волосы под миллиметр. - Я так понимаю, это надолго,- закатил глаза профессор. - Могу побрить под ноль, это будет быстрее,- оскалился отражению Эрих. - Брейте,- безучастно пожал плечами Ксавье. - Серьезно?- приподнял бровь мужчина и отложил машинку. - Да какая разница - миллиметр или ноль?- раздраженно вздохнул Чарльз,- Побыстрее, у меня скоро рука затечет. - Хорошо-хорошо,- выставил перед собой руки Леншерр в успокаивающем жесте и стал взбивать мыльную пену. Когда нужная часть головы была полностью покрыта мылом, мужчина вытер руки и взялся за бритву. - Я... Я хотел спросить,- внезапно заговорил Ксавье. - Я слушаю,- отозвался Эрих, сосредоточенно сведя брови и снимая одну полосу пены с волосами за другой. - Вы ведь проходили какую-то подготовку в СС, верно?- голос Чарльза звучал не совсем уверенно, как будто он еще не полностью сформулировал вопрос. - Ну да,- пожал плечами Леншерр,- А что такое? - Вы могли бы рассказать... Поподробнее? Эрих оторвался от бритья головы и внимательно посмотрел на отражение Чарльза в зеркале. - Если это не является секретными сведениями, конечно,- поспешил добавить Чарльз. - Нет, не является...- мужчина ухмыльнулся и снова принялся орудовать бритвой,- Я проходил ускоренный курс и провел в офицерской школе год. Скажем так, при всем уважении, я бы ни за что туда не вернулся. Подъем в шесть, затем час гимнастики, затем завтрак, затем многочасовая тренировка - полоса препятствий, сборка-разборка оружия, рукопашный бой... Потом обед. После обеда либо лекции, либо очередная тренировка. Затем ужин. И так семь дней в неделю,- улыбка мужчины стала шире,- Помню зимой нас однажды заставили бегать по снегу босиком. На самом деле, мы не бегали, это была просто проверка - подчинишься ли ты своему командиру... - И что же сделали Вы? - Я подчинился,- хмыкнул мужчина,- К счастью, отморозить ноги нам не дали. - Господи, Вы понимаете всю абсурдность, всю жестокость приказов и все равно их выполняете...- прошептал профессор, с отчаянием смотря на Эриха, который замер с занесенным для очередного движения сверкающим лезвием в руке. Было слышно, как о желтоватую эмаль ванны слева разбиваются капли воды. Леншерр наклонился и повернул до упора ручку крана. Звук прекратился. - Порой, жестокость - цена величия,- тихо сказал он, наконец. - Это не Ваши слова, герр Леншерр,- так же тихо ответил ему Чарльз, качая головой,- Я... Я Вас... Узнал немного лучше, и мне не кажется, что Вы... - Прошу,- лицо Эриха исказилось, он тяжело положил руку Ксавье на плечо,- Прошу, прекратите. Я не хочу ссоры. Пожалуйста. - Как пожелаете,- снова пожал плечами профессор,- Но Вы же не глупый человек - Вы же понимаете, что пока мы не решим этот вопрос, мы так или иначе будем на него натыкаться. - Оно того не стоит...- пробормотал себе под нос Эрих и вновь занялся бритьем. - Не стоит?!- начал было возмущаться Чарльз, но Леншерр его остановил. - Профессор,- мужчина внимательно посмотрел отражению Ксавье в глаза,- Пожалуйста. Тот раздраженно передернул плечами и замолчал. - Как Ваши исследования?- чуть погодя, спросил Эрих. - Нужно корректировать действие препарата,- безэмоционально ответил Чарльз,- Я уже написал примерную формулу, отправлю в Берлин при первой возможности. - Корректировать?- удивился Леншерр,- Спасибо, можете отпускать,- сказал он, прикоснувшись к руке Ксавье, которой тот держал волосы; Чарльз с облегчением разжал пальцы и стал растирать онемевшую руку,- Так этот Ваш стимулятор действует? - Конечно,- фыркнул профессор, и Леншерр заметил, что в его голосе явно не достает презрения и раздражения; это даже было похоже на беседу двух... Друзей? Нет, скорее, товарищей. - Удивительно,- пробормотал мужчина и снова взялся за ножницы,- Куда?- с улыбкой спросил он, приостановив Ксавье за плечо; тот уже собирался уйти,- Еще не все. С этими словами, он принялся напряженно всматриваться в зеркало, зажав между пальцами левой руки длинную челку и занеся ножницы правой. Выругавшись, он развернул Чарльза к себе лицом и проделал ту же операцию. - Черт с ним,- в конце концов, сказал он, выпуская пряди из пальцев,- Профессор, попрошу не двигаться,- он поддел волосы ножницами прямо над бровью и одним движением подрезал их, а затем подровнял под них остальные,- Более-менее,- кивнул он, осматривая дело рук своих,- Так, теперь последний штрих...- он потянулся за круглой жестяной баночкой на полке над раковиной. Лицо Чарльза исказила мука: - Нет, только не это... Не надо этой гадостью намазывать мои волосы... То, что от них осталось. - Надо,- широко улыбнулся Леншерр, зачерпывая пальцем густую беловатую субстанцию и с хлюпаньем растирая ее меж ладоней,- И с каких это пор помада для волос стала гадостью, просветите меня? - От нее волосы грязными выглядят,- поморщился Чарльз,- И никакого проку. - Вы, вероятно, использовали не ту помаду не в тех количествах,- усмехнулся мужчина, вмазывая в волосы Ксавье бриолин. - А Вы, я посмотрю, в этом эксперт,- хмыкнул Чарльз. И все равно, язвительности стало гораздо меньше. - Я много в чем эксперт,- улыбнулся Эрих, вытирая руки,- Можем поговорить об этом как-нибудь. - Это было и правда самое убогое приглашение на свидание в моей жизни,- ухмыльнулся Ксавье, но, увидев серьезное лицо Леншерра, рассмеялся в голос. - Я... Профессор, не подумайте ничего такого,- твердо возразил мужчина, и Чарльз перестал смеяться, вновь посмотрев на него. - Вы что, серьезно?- он изогнул бровь,- Боги, значит, правда, что у немцев нет чувства юмора. - Я подумал, Вы можете меня не правильно понять,- Эрих был заметно сконфужен, впрочем, он и не особо старался это скрыть,- Вы ведь британец, а не немец, и, может, в Британии к такому по-другому относятся... - Конечно, по-другому,- хмыкнул Ксавье, отдавая мужчине белую простыню с плеч, на которой клочьями осели его волосы,- В Британии за это не отправляют в тюрьму. Чарльз, с высоко поднятой головой - как всегда, когда последнее слово оставалось за ним - вышел из ванной. Эрих постоял несколько секунд, вперив взор во что-то невидимое прямо перед собой и комкая в руках простыню, а потом позвал служанку, чтобы она убралась. Сам он пошел к себе в кабинет, сел за стол и сделал следующую запись: "12:34; 14 июня 40-го Сегодня я стриг Чарльза. Признаться, я не хотел этого делать - у него красивые волосы. Но устав есть устав. Он - гений, не иначе. Хоть я и не сомневался в этом, но все равно было крайне удивительно узнать, что стимулятор работает. Это невероятно... Чарльз спрашивал про мою подготовку в СС. То, что я ему рассказал, произвело на него отрицательное впечатление. Еще бы. Это хорошо, что мы с ним стали общаться - теперь я могу быть в курсе ведения эксперимента, не вызывая его недовольства и подозрений."