Венок из ирисов

      Элия Мартелл сидела в глубоком кресле, вертя в руках бокал с остатками вина, и наблюдала, как Его Милость король Рейегар метался из угла в угол. Мужчина был заметно расстроен — между тонкими светлыми бровями пролегла вертикальная морщинка. Он размышлял.       — Прекрати мельтешить, Рей, — терпение принцессы подошло к концу. Она потянулась за бутылкой и долила себя вина. — Или я подумаю, что ты серьёзно влюбился в эту девочку.       Рейегар бросил на собеседницу мимолётный взгляд и, упав в кресло напротив, прикрыл глаза ладонью.       — Рейегар? — голос Элии был полон удивления. — Так ты действительно в неё влюбился?       Девушка подалась вперёд и с нескрываемым любопытством уставилась на Таргариена. Тот не стал утруждать себя ответом.       — О, Семеро, ну наконец-то! — Элия Дорнийская вскочила со своего места. Настал её черед мерить комнату шагами. — Почему ты молчишь? Рассказывай всё. И с подробностями. Думаю, это будет достойной платой за то, что я шпионила для тебя.       — Элия! — укоризненно воскликнул король. — Ты не шпионила. Ты просто добывала необходимую информацию.       — Называй, как хочешь, но суть от этого не меняется. Я намеренно сблизилась с Кейтилин, хотя ничуть об этом не жалею. Она — чудесная девушка. Разумная, спокойная, добрая. Невероятно рассудительная. И без ума от тебя. Не могу понять, что так расстроило тебя. Как по мне, то она станет идеальной королевой Семи Королевств.       — Ты забываешь о Старках. Она обещана Брандону. Лорд Талли вот-вот объявит о помолвке.       — Не вижу в этом большой проблемы. В конце концов, ты — король. Хостеру Талли не найти зятя лучше. Тем более, этот Старк не вызывает у меня особого доверия. Он с Баратеоном на пару скоро перепортит всех девок в округе. И если лорду Роберту всё равно где совершать свои похождения, то Старк мог бы поостеречься блудить в доме своей будущей жены. Думаешь, Кейтилин мечтает о таком муже?       Рейегар поморщился. Ему не хотелось обсуждать наследника лорда Севера. Тот был глубоко неприятен королю. И Рейегар не понимал, в чём, собственно, причина этой неприязни. Брандон Старк был молодым мужчиной, пока не обременённым ни семьёй, ни особыми обязанностями, связанными с управлением лордством. Он вполне мог позволить себе развлекаться. По крайней мере, так поступали многие мужчины. Даже не обладающие свободой Старка. Но у Рейегара зубы сводило всякий раз, когда он представлял, что северянин, нагулявшись как следует, принесёт клятвы любви и верности Кейтилин Талли. И не будет их блюсти.       Кейтилин. Кейтилин Талли была той самой причиной, по которой Рейегар Таргариен всё чаще желал разбить лицо Брандона Старка в кровь. Желал и сам боялся своих желаний. Ещё ни одна женщина не вызывала у короля таких чувств. И это тоже неимоверно пугало его. Она была наваждением. Улыбчивым наваждением с приятным смехом, твёрдой рукой и мелодичным голосом. Наваждением, которое ему так отчаянно хотелось поцеловать тогда, у конюшни. Заключить в свои объятия и поцеловать, пересекая границы дозволенного. И он бы сделал это, наплевав на все правила приличия, если бы не ещё один чёртов Старк.       — Рейегар! Поговори с лордом Хостером. Уверена, что он не откажет тебе, — Элия остановилась перед мужчиной, отвлекая от размышлений.       — Я не могу, Элия! Не могу просить его нарушить клятву, данную Старкам. В этом нет чести.       — Сдаётся мне, что ты слишком печёшься о благородстве и чести, милый. Они хороши, когда о них вспоминают в нужный момент. В конце концов, о помолвке ещё не объявлено.       Рейегар посмотрел на дорнийку невыразимо тяжёлым взглядом.       — Это неправильно, Элия. И ты это знаешь.       Принцесса неприязненно передёрнула плечами.       — И что ты собираешься делать?       — Не знаю, — устало выдохнул король. — Я не хочу причинить ей боль и запятнать её репутацию. Понимаю, что нужно держаться от Кейтилин подальше, но не могу.       — Мой бедный король, — принцесса наклонилась, и заправила выбившуюся прядь светлых волос за ухо Рейегара и сочувственно погладила его по щеке. Мужчина поймал её ладонь и приложил к губам. — Если ты решил, что не будешь за неё бороться, то не подавай ей надежды. Не смущай Кейтилин. Ей и так придётся тяжело с этой её любовью.       — Ты так уверена, что она полюбила меня?       — Да. Как и в том, что солнце встаёт на востоке и садится на западе.       Лицо Рейегара на мгновение исказилось мукой, но он быстро пришёл в себя.       — Хорошо, я постараюсь казаться равнодушным к ней.       Элия печально улыбнулась, услышав эти слова. Она желала Рейегару счастья, а он спешил от него отказаться. Конечно, это было благородно, но какое ей дело до благородства, если два её друга будут страдать?       — А ты, пожалуйста, отвлеки Неда Старка от пристального наблюдения за Кейтилин. Не хочу, чтобы он мешал ей. Похоже, что Эддард не поделился тем, что знает с отцом или братом. Он поступил достойно, но кто знает, что придёт ему на ум в следующий момент. Справишься?       — А ты сомневаешься? — смоляные брови Элии изумлённо приподнялись. — Думаешь, не смогу очаровать эту северную глыбу льда?       — Конечно, сможешь. Порой мне кажется, что ты можешь абсолютно всё.       — Если бы, мой друг. Если бы.       Тонкая фигурка, облачённая в золотистое платье, появилась перед Недом в тот самый момент, когда он заметил леди Талли, входящую в зал в обществе Лизы и Лианны. Его глаза на секунду расширились, когда он отметил непривычно алый шёлк её платья и глубокий вырез декольте, а затем ему закрыли обзор.       — Лорд Старк, могу ли я пригласить вас на танец?       Элия Мартелл смотрела на него с любезной улыбкой, но в глубине её глаз плясали чертята. Она мягко склонила голову на бок, давая возможность любоваться своей изящной шеей, и Неду показалось, что Бенджен, сидящий рядом, забыл, как дышать.       — Миледи? — удивлению Эддарда не было предела. Ему показалось, что принцесса Дорна обращалась к кому-то другому, но тут она протянула ему тонкую руку. — Прошу простить меня, миледи, но я вынужден отказаться.       — Обещали танец другой? — теперь она явно смеялась над ним, и Нед почувствовал, как кровь прилила к его бледным щекам от стыда и возмущения одновременно. Где это видано, чтобы леди сама приглашала мужчину на танец, а при отказе ещё и вела себя подобным образом?       — Нет, он никому ничего не обещал, принцесса Элия! — Брандон вдруг появился рядом с Недом и незаметно подтолкнул его вперёд. — Эддард с удовольствием потанцует с вами. Не так ли, Нед?       Неду удалось выдержать настойчивый, полный укоризны взгляд брата лишь пару секунд, а затем он принял протянутую руку дорнийки, остро чувствуя всю комичность ситуации.       — Спасибо за приглашение, миледи, — пробормотал Старк, привлекая её к себе, и чувствуя себя ещё большим глупцом.       — Это вам спасибо, милорд. Признаться, я давно хочу потанцевать с вами.       Нед не знал, что ответить на подобное признание, поэтому лишь кивнул и отвёл взгляд, увлекая принцессу в центр зала.       — Милорд, я предпочитаю, чтобы мой партнёр смотрел только на меня одну, — прошептала Элия на миг прижавшись к Неду в танце. У юноши перехватило дыхание. Он оторвался от гармоничной пары, которую составляли леди Талли и Брандон и взглянул на девушку в своих руках.       — Простите, миледи…       — Постараюсь, милорд, — она улыбнулась лишь краешком губ, но Нед опять почувствовал себя шутом, — Только если вы пообещаете больше не сводить с меня глаз. Клянётесь?       Нед думал было прервать танец, холодно поклониться и уйти прочь. Быть игрушкой в руках этой своенравной дорнийки ему совершенно не хотелось. Но одна её маленькая рука с неожиданной силой сжала его собственную, а вторая — впилась в плечо.       — Пожалуйста, милорд, — она больше не улыбалась. Смотрела на него своими большими, тёмными глазами. Неду показалось, что если глядеть в них достаточно долго, то можно пропасть.       — Конечно, миледи, — чувствуя себя нелепым волчонком, которого гипнотизировал удав, сказал Нед.       На этот раз её улыбка была совершенно особенной. Непохожей на те, которые Старк видел до этого. Она была настоящей.       Нед сдержал своё слово. Поэтому момент, когда Кейтилин Талли приняла приглашение на танец от короля, он пропустил.