Венок из ирисов

      Ни один из них не поверил. Кейтилин Талли смотрела, как недоверие проступает на лицах окружающих её мужчин, как хмурятся их брови, как губы изгибаются в усмешке или, наоборот, гневно поджимаются. Кейтилин смотрела и думала, насколько сильно она сама верила рассказу Барбри Старк (Старк ли?). Выходило, что настолько сильно, что стояла здесь, бросая вызов Старкам и собственному отцу. Стояла, частично прикрывая собой Барбри, сидящую в кресле.       Кет подумала, что, будь её воля — в Риверране больше не будут проводиться турниры. Никогда.       — Всё это — наглая ложь, — холодно уронил Рикард Старк, буравя свою предполагаемую невестку яростным взглядом. — Мой сын не женат, а лишь собирается жениться. На вас, леди Кейтилин. А эта наглая девка ждёт ублюдка от кого-то другого и при этом осмеливается вешать его на Брана. Я не понимаю, почему вы собрали нас, чтобы обсудить это. Если бы Брандон был женат, вы бы об этом знали. Я бы об этом знал.       — Боюсь, милорд, «эта наглая девка», как вы выразились, действительно жена вашего сына, — Барбри поднялась на ноги и встала рядом с Кейтилин. Одна её рука покоилась на животе, а вторая вскользь коснулась пальцев Кет. Кейтилин с тревогой взглянула на её бледное лицо. Ей хотелось пожать этой отважной девушке руку, но она сдержалась. Это могло показаться проявлением слабости. А при Рикарде Старке лучше не показывать своей слабости. — Пред ликами Старых Богов мы с Браном — муж и жена. Свадебный обряд был проведён в Барроутоне, Ульрик Дастин* был посажённым отцом Брана, а к чардреву меня вёл мой собственный отец.       — Значит так, да? Тогда где твой благородный лорд-отец? — едко осведомился Рикард. — Ульрик Дастин, к сожалению, не сможет подтвердить твои слова, так как скончался два месяца тому назад, но вот Родрик… Я бы хотел лично потолковать с ним.       — Отец слёг с лихорадкой и не смог поехать со мной.       — Значит, вместо того, чтобы ухаживать за больным отцом, ты стоишь здесь, возводя напраслину на моего сына, бесстыжая дрянь?       Кейтилин дёрнулась как от удара. Слова лорда Старка, пропитанные такой слепящей ненавистью, заставили её похолодеть. Почему он суров к бедной девушке? В конце концов, если она лжёт, то это легко доказать. Если, конечно, Брандон, наконец, явится и ответит на некоторые вопросы. Да и лорд Родрик в присутствии Рикарда и Брана не станет лгать своему сюзерену.       — Отец, прошу тебя… — Эддард вышел из тени и встал за Рикардом. Его лицо было спокойным, но мечущийся взгляд давал понять, что он тоже обескуражен этой новостью.       — Не вмешивайся, Нед. Лучше скажи, где провёл эту чёртову ночь твой брат?       — Я не знаю. На его поиски уже посланы слуги.       Рикард бросил на среднего сына злой взгляд, а затем опять повернулся к Барбри.       — Будет лучше, девочка, если ты скажешь правду и прекратишь вводить нас в заблуждение. Обещаю, ты не будешь наказана. Я поговорю об этом с Родриком, — на этот раз голос лорда Севера был мягок и тих. Кейтилин поразилась такой перемене.       — Я говорю правду, милорд. Я — супруга Брандона Старка, наследника Винтерфелла и ношу под сердцем его ребёнка.       — Ложь. Ты такая же грязная лгунья и интриганка как твой отец. Он всю свою жизнь хотел породниться со Старками, даже если для этого пришлось бы подложить свою дочь под Брандона. И даже если бастард в твоём чреве от Брандона, это ещё не говорит о том, что ты — его жена. Мой сын следует моей воле и никогда не женится на дочери вассала.       — Увы, отец, я уже на ней женат, — Брандон Старк стоял на пороге комнаты и смело смотрел на отца.       Под его серыми глазами залегли глубокие тени. Лицо было бледным, а одежда в беспорядке и Кет поняла, что эту ночь он провёл в объятиях очередной красотки. Волна омерзения охватила всё её существо. Кейтилин нашла руку Барбри и сжала, одновременно испытывая небывалое облегчение и радость.       Теперь Брандон Старк и его распутство были не её проблемой. Если бы Кейтилин могла, она бы пустилась в пляс, как маленькая девочка, которую освободили от тягостного наказания.       Но вместо этого Кейтилин с едва заметным торжеством смотрела, как на лице Рикарда Старка проступило потрясение.       — Что ты сказал?       — Я сказал, что действительно женат на Барбри, отец. Женат по законам Севера с точным соблюдением всех условий. Ну, кроме твоего присутствия. Прости, что не сказал тебе раньше. По правде говоря, я хотел сделать это в день финального турнира, а затем расторгнуть помолвку с леди Кейтилин.        — В этот день я хотел сообщить собравшимся о вашем обручении с моей дочерью, — молчавший до этого момента Хостер взглянул на Брана с нескрываемым отвращением. — Вы хотели опозорить мою дочь, милорд, рассказав о своей свадьбе после этого заявления?       — Нет, лорд Талли. Я бы сделал это утром, до вашего заявления. У меня и в мыслях не было желания оскорбить вас.       — Как бы там ни было, вы это сделали. Отныне в моём доме вам не рады. Прошу покинуть его, прихватив с собой жену.       — Папа, леди Барбри нужно отдохнуть. Она проделала долгий путь, — Кейтилин решилась подать голос, с волнением глядя на покачнувшуюся Старк.       — Не желаю ничего слышать, Кетти. Если хочешь, можешь предоставить им в пользование наш дом на колёсах, но чтобы духу их здесь не было, — лорд Хостер взглянул на Рикарда Старка. — Я не виню тебя в случившемся, мой друг. Вина целиком лежит на твоём нерадивом сыне. Если ему так хотелось жениться по любви, то стоило сделать это по-человечески, объяснившись с теми, которые зависят от его решений. Ты и твои младшие дети можете остаться до окончания турнира. Я не держу на тебя зла.       Рикард Старк лишь угрюмо кивнул, не отрывая глаз от старшего сына. Кейтилин понадеялась, что это от потрясения и стыда, а не от пренебрежения к словам её отца.       — Мы оставим вас. Похоже, вам всем нужно серьёзно поговорить. Пойдём, Кейтилин.       Кейтилин ободряюще улыбнулась Барбри и последовала вслед за отцом. Несмотря ни на что, единственная, кого она жалела при сложившейся ситуации — это эта красивая, упорная девушка. Барбри слабо улыбнулась в ответ.       — Леди Кейтилин? — оклик Брандона заставил Кейтилин застыть на пороге.       — Да, милорд?       — Простите ли вы меня?       — Возможно, как только немного приду в себя. Но если вы не хотите навлечь на себя мой настоящий гнев, вам стоит хорошо позаботиться о своей жене. Берегите и защищайте её, — говоря это Кейтилин, посмотрела на Неда. На его устах играла злая, острая, понимающая улыбка, так не свойственная ему. Кейтилин гордо вздёрнула голову и не отвела взгляд.       В конце концов, это не она повела себя недостойно. Не она вышла замуж за другого, «забыв» сообщить об этом жениху.       Напротив, она всеми силами подавляла в себе любовь к Рейегару.       Не она виновата, что девиз «семья, долг, честь» оказался неприменим к Брандону Старку.