Аваллак'Х

Первое, что Аваллак’х ощутил, оказавшись в воде, была мимолетно промелькнувшая в его душе радость. Однако, открыв глаза, которые сразу же защипало, он увидел, как прямо на него движется мутно-зеленая стена с шипами длинною с его пятерню. Точнее, двигалась не стена, а это он сам всплывал под действием выталкивающей силы воды. Вовремя среагировав, эльф вытянул руку и втиснул ладонь в пространство меж шипами: поверхность была гладкой и приятной на ощупь. С трудом справившись с нарастающей паникой, Аваллак’х осмотрелся — совсем рядом, буквально в метре от него, блеснул спасительный луч чужого, зеленоватого солнца, и уже спустя несколько секунд, ловко проскользнув под колючками, эльф всплыл на поверхность. «Вода пресная и теплая — уже хорошо. И припекает как приятно». Отфыркавшись и отдышавшись, Аваллак’х оценил ситуацию. Водоем, в котором он очутился после перемещения, вероятно, был озером. Стена, грозившая убить его, оказалась всего-навсего листом растения, подобного кувшинке, настолько огромным, что на нем, как подумалось эльфу, можно было устроить танцы и, в добавок к этому, еще и разместить целый оркестр. Вся поверхность воды была усеяна такими круглыми площадками для танцев естественного происхождения. Кое-где из воды торчали исполинские остролистые травы. Казалось, их форма и размер идеально подошли бы для изготовления незамысловатой, очень узкой лодки; из стеблей получились бы отличные весла. Это все было бы исполнимо, если б здешние кувшинки не заполонили собой все вокруг, так что проплыть между ними было невозможно, как, впрочем, и просто пройти по ним, как по суше: местами промежуток между отдельными листьями был таков, что даже высокому Elle преодолеть его в прыжке было бы затруднительно. Из оцепенения Лиса вывел вдруг раздавшийся невдалеке всплеск, а затем он услышал знакомый голос Сойлера. — Креван! Ауберон! Вы меня слышите? Повернув голову, на расстоянии нескольких листьев, Аваллак’х заметил торчащие из воды головы неразлучников. — Я тут! А где Ауберон? — Я в порядке! — донеслось с другой стороны. — Чуть не убился об растение, правда. Но зато наконец-то попил. — А я чуть не утонул! — добавил Фьерн, крепко цепляясь за мантию брата. — Плавать-то я так и не научился. — Кто-нибудь ранен? — уточнил Сойлер. — Нет! — хором ответили король и Аваллак’х. — Тогда я предлагаю высадиться на одном из листьев и обсохнуть. — Это будет проблематично, — заметил Креван, осматривая кувшинку. — Тут по бокам такие шипы, что без труда пронзят любого из нас насквозь. — Шипы обломаем. Плывите к нам. — Но так опять придется нырять, — пожаловался король, — и я могу пораниться. — Но нас двое, — возразил Сойлер, — и я тащу Фьерна. Он в воде паникует. — Ладно, уговорил. Спустя несколько минут все четверо уже дрейфовали около одного листа, пытаясь обломать с одного его боку колючки, но то ли сил в руках не хватало, то ли колючки были настолько прочными, так или иначе успехом их действия не увенчались. Извлекши из сумки нож и изрядно попыхтев, Креван все же срезал один из шипов — и вода вокруг окрасилась в бурый цвет от излившегося изнутри растения сока. — Я надеюсь, он неядовитый, — заметил Сойлер, сражаясь со вторым шипом. Через полчаса, взгромоздившись на лист, эльфы грелись на солнышке, кто сидя, кто лежа, в одних подштанниках. Одежду разложили рядом, чтоб та просохла. — А красивое небо здесь, — промурлыкал Ауберон, глядя на бескрайнюю зелень над головой. — Определенно мне здесь больше нравится, чем в предыдущей сфере. — Это потому, что ты не умираешь от жажды, — сказал Сойлер, вываливая подле себя содержимое своей дорожной сумки. — Креван, у тебя еда осталась какая-нибудь? — Нет, — удобно устроившись на животе возле края листа, он пялился на воду, словно пытаясь рассмотреть что-то в глубине. — Только зелья. Но если учесть тот факт, что здесь имеется растительность, то и животные, наверное, какие-нибудь водятся. Точнее, рыбы или земноводные. А, значит, и потенциальная еда имеется. — Судя по размерам травы, могу предположить, что и животные тут таких габаритов, что как бы нам самим едой не стать. Так что я б на твоем месте отодвинулся чуть-чуть от края. — То есть, — подал голос Ауберон, — теперь нам грозит смерть от голода или от того, что нас сожрут? — За первое я бы не волновался: без пищи можно протянуть достаточно долго. А вот насчет второго… — А я бы на вашем месте переживал за то, — вмешался Фьерн, — что портал открылся под водой и следующий, скорей всего, откроется также под водой, а мы с вами тут на листочке греемся. — Ну, а что ты предлагаешь, — покосился на брата Сойлер, — сделать глубокий вдох, занырнуть и ждать портал под водой? — Я предлагаю достать кристаллы и попробовать определить, где он может открыться. — В предыдущей Сфере это не очень-то сработало, — нахмурился Креван, отвлекшись от созерцания водной глади. — Но надо же что-то делать. — Фьерн прав, — неожиданно согласился Сойлер, уже начав раскладывать прозрачные кристаллы концентрическими кругами. — Сидеть сложа руки может себе позволить разве что Его Величество: он на отдыхе. — Своеобразный такой отдых, я бы сказал, — вынув из воды один из отломанных шипов, Ауберон вертел его в руках. — Каждый день думаешь, что, вероятно, он последний. — Ты б поосторожней с колючкой, — предупредил Сойлер. — Это тебе не зубочистка. — Скажешь тоже… Уж скорей — гарпун. — Давай, Твое Величество, — рассмеялся Фьерн, — налови нам рыбки.

***

Солнце вошло в зенит, и стало жарко. Вода активно испарялась с поверхности озера, создавая легкий эффект парника. Одежда высохла, и эльфы снова облачились в свои помятые мантии и даже натянули на головы капюшоны, чтобы уберечься от полуденного пекла. Неразлучники все еще, склонившись, сидели над кристаллами и пристально следили за тем, не промелькнут ли в них какие признаки естественной магической активности. Аваллак’х старательно изображал в тетрадке местную флору, а так же фауну в лице четырех Elle, которые, подняв руки, прыгали по гигантскому листу кувшинки и звали на помощь. Ауберон, до этого успешно делавший вид, что не смотрит за тем, чем занят Лис, не выдержал и издал предательский смешок у него за спиной. Аваллак’х обернулся. — Креван, ты настолько в отчаянии? — прошептал король. — Нет, — тряхнул завившимися от воды в локоны волосами Лис, — я просто… осознал, что был не готов ко всему этому. Я не могу сказать, что так уж боюсь смерти, но не хочу долго и мучительно дохнуть от голода, или холода, или жажды. Я боюсь, что, пройдя почти полный круг, мы застрянем где-нибудь в шаге от дома и все наши усилия окажутся напрасными. — А я, как ни странно, не хочу обратно. Сейчас я так занят мыслями о том, как бы выжить, что все остальное отступило от меня. Я чувствую себя будто обновленным. Если же мы вернемся, я снова начну думать, вспоминать… Аваллак’х нахмурился. — Я клятвенно обещал вернуться с тобой или, по крайней мере, не вернуться вообще. — Не переживай, я от вас никуда не сбегу и, если мы выживем, вернусь на трон. Я только надеюсь, что то, что происходит с нами сейчас, изменит меня хоть чуть-чуть… Не успел Ауберон договорить, как лист, на котором сидели эльфы, несильно тряхнуло и он вдруг медленно начал крутиться на месте. — Это еще что такое? — спросил Фьерн. — Я не уверен, — ответил Сойлер, внимательно смотря на спокойную воду, — но мне кажется, лист только что отделился от ножки и мы теперь в свободном плавании. — Ну, далеко-то мы не уплывем, — попытался успокоить и его, и себя Ауберон. — Нам всякая прочая растительность помешает. — Что-то я не уверен, — протянул Лис, указывая куда-то вперед, по направлению их наметившегося движения. Проследив за его взглядом, Ауберон и неразлучники заметили, как часть листьев медленно, но верно, в абсолютной тишине уходит под воду, оставляя после себя пространную дорогу, петляющую меж высоких трав, уводящую, казалось, в никуда.