Аваллак'Х

Над самым ухом раскатисто громыхнуло — и он очнулся. Ощутил, как что-то нездешней тягой влечет его за собой, засасывает, уже захватывая и неистово трепля полы его недлинной походной мантии. Не без труда Аваллак’х открыл глаза. Узрел пред собой лучистую рябь портала. «Надо же, прямо здесь образовался. Это везение или насмешка судьбы? Скорее второе, потому что даже так я просто не доползу». Эльф сжал руку в кулак, захватив при этом горсть мелкого жёлтого песка. Сообразив, что двигаться он может, повернул голову: в полутора метрах от него на земле лежал король. «Отключился. Или… умер? Нет, все-таки дышит. Боги, у него на животе живого места не осталось. Хорошо, что он не чувствует ожог». Аваллак’х снова перевел взгляд на словно бы ожидающий их портал, затем — на землю, сплошь усеянную трупами крабовидных существ. «Ну не можем же мы сдохнуть в шаге от возможного спасения. Здесь шансов у нас нет: на запах свежей крови набегут новые монстры… Даже если доберёмся до портала, возможно, не переживём перемещения». Аваллак’х потянулся рукой, но до кончиков пальцев короля чуть-чуть не достал. — Ауберон, ты меня слышишь? — прохрипел Лис, дивясь, каким чужим показался ему собственный голос. — Ауберон? Очнись! Реакции не последовало. Тяжело дыша, Аваллак’х перевалился на бок, но тут же сообразил, что расстояние, отделявшее его от цели, не сильно уменьшилось. Перекатился на живот и понял, что на этом силы его кончились. Упёрся лбом в каменистую землю. Вдохнул пыльный воздух. Несколько раз, вздрогнув всем телом, чихнул. — Ауберон, — протянул Лис, уже отчаявшись, — очнись же! На этот раз король услышал: разомкнул веки и на пару секунд бессмысленным взором вперился в ясное небо. Быстро осознав, в каком плачевном состоянии сейчас находится его тело, с надрывом застонал. — Портал, — пояснил ведун. Портал, который король бы даже не заметил, если б ему не сказали. Теперь же он явственно ощутил влекущую за собой, неестественную прохладу и сквозняк. — Я тебя не дотащу. Придется тебе самому. — Я не могу. — Я тоже, но нужно смочь. Просто придвинься ближе — а портал сделает своё дело. Ауберон было сделал движение приподняться, но тут же, взвыв, оставил эту затею. Мысленно выругавшись и собрав остатки сил, Аваллак’х подполз ближе и, ухватив короля за предплечье, попробовал пододвинуть его в нужном направлении. «Жаль, что я давно перестал уроки у Эредина брать. Глядишь, сейчас было бы легче… Что ж ты тяжелый-то какой? Свинец, что ли, в костях?» Из затеи Аваллак’ха ничего б не вышло, если б сам Ауберон не помог ему, нелепо перебирая по земле руками и ногами. — Хорошо, что нас никто не видит, — неожиданно рассмеялся король, отчего боль только усилилась. — Нашел время красоваться. Лис дёрнул в последний раз и, поняв, что дело сделано и они вот-вот покинут эту сферу, обмяк и доверился судьбе.

***

— Живы? — Ага. Просто без сознания. Так-так. Король ранен. — А Креван — нет, но… — Что? — У него напрочь отсутствует магическая аура. — Понятно. Щит, значит, открыл. — Доведет он себя этим Щитом до состояния обычного Elle. — Уж лучше так, чем распрощаться с жизнью… Я займусь королем: у него сильный ожог, и не от огня. А ты помоги Кревану. — Что, прямо в глотку ему вливать? — Ну да. — А вдруг захлебнется? — Эх, — цокнул языком Сойлер, — сорви вместе со стеблем, сделай что-то вроде трубки. — А если я ему пищевод поцарапаю? — беспомощно развел руками Фьерн, стоя на коленях пред лежащим без чувств Лисом. — Или вообще попаду не туда? Я ж не лекарь. — А ты методом проб и ошибок. А лучше, знаешь что, засунь сначала себе. Качнув головой, Фьерн снова потряс Кревана за плечо: а вдруг тот всё-таки очнётся и Фьерну не придется на свой страх и риск исполнять над ним опасных оздоровительных мероприятий. Сойлер тем временем ловко убрал с аубероновой груди только мешающие куски ткани, сорвал с ближайшего куста несколько податливых веток с листьями, изломал их и выжал содержавшийся в них пурпурный сок на рану. Затем достал из сумки свернутое в несколько раз покрывало и положил его под голову королю. — Ну вот, остаётся только ждать, — повернулся к брату. — А ты все ещё возишься с Креваном. Ну что ты на него смотришь, словно он любовь всей твоей жизни? — Да я все ещё надеюсь, что он придет в себя и сам… — Ладно, — Сойлер нехотя поднялся, уже высматривая подходящее растение, — я понял: он твой приятель — ты не можешь.

***

Первое, о чем подумал Ауберон, когда очнулся, было то, что он, наверно, умер и попал… — Это Авалон? — Размечтался, — послышалось откуда-то со стороны. Король без труда вдохнул и с удовольствием выдохнул. Коснулся подушечками пальцев груди и живота — и боли не почувствовал! Только ровная и по ощущениям здоровая кожа. — Отлично заживляет, правда, Твоё Величество? Ауберон приподнял голову, а затем и легко принял сидячее положение. Осмотрел место, где ещё совсем недавно была язва. Поднял взгляд на расположившегося на покрывале рядом улыбающегося Фьерна. — А что случилось-то? И где Кре… — осекся, увидев, что Лис лежит поблизости, все ещё без сознания. — Он как? — Будет жить, — поспешил успокоить короля Фьерн. — Просто сильно ослаб и ему понадобится больше времени на восстановление, чем тебе. У тебя ведь был просто ожог. — А куда ж он делся? — Ауберон снова уставился на чудесным образом исцелившийся участок кожи. — И куда делась татуировка? Фьерн пожал плечами. — Считай, сгорела. Теперь будешь без нее. Или без татуировки ты на троне не усидишь? — На этот трон ещё вернуться надо. А где Сойлер? — Новый мир исследует, а я остался за вами присмотреть. — И давно вы здесь? — Чуть подольше, чем вы. — А до этого где были? — А, в одном очень симпатичном мире, только там представители фауны чуточку больше, чем хотелось бы, и нам пришлось побегать, но, кроме этого, все прошло не так плохо. А вы куда угодили? — В пустыню какую-то, — неопределенно ответил Ауберон. — Там насекомые ядовитые оказались. — Это я понял. А тут, — он указал на окружавший их пейзаж, — достаточно неплохо. Только сейчас Ауберон заметил: со всех сторон их обступала словно бы выплавленная из стекла, сверкающая на солнце, прозрачная растительность, а внутри каждой веточки и каждого листа медленно пульсировала ярко-красная жидкость. — Надеюсь, это не чья-то кровь. — Нет, — помотал головой Фьерн, — просто сок, кстати, очень терпкий и горький на вкус. Зато раны заживляет отменно. — Так это благодаря ему я сейчас не корчусь от боли? — Да. — А откуда вы узнали, что сок не ядовитый? — Выпав из портала, мы расцарапали себе руки, а через час на месте порезов была только чистая кожа. А потом я попробовал принять сок внутрь и, как видишь, все ещё жив. И Креван тоже, даже уже менее бледный. Только вот сок этот плохо смывается что с кожи, что с одежды. Осмотрев его мантию, король, и вправду, заметил, на ней многочисленные бурые пятна. — Главное, лечит хорошо. Фьерн кивнул. — Подождем, пока Кревану полегчает, и двинемся дальше. Даже если потребуется, разок-другой пропустим портал. — И не забудьте набрать побольше этой жидкости в дорогу: похоже, она нам нужнее, чем еда. — В этом не сомневайся, — ухмыльнулся ведун. — Будем надеяться, что она не слишком быстро портится и теряет свои свойства. Через несколько часов вернулся весь перепачканный в соке Сойлер. А к вечеру, к немалой радости его спутников, пришел в себя и Аваллак’х. Усевшись кругом, эльфы поужинали фруктами, прихваченными братьями из соседней сферы, а затем улеглись отдыхать. — Нам несказанно повезло, — заметил пребывающий в необычайно хорошем настроении Сойлер, — даже «светлячок» не нужен: эти листья прекрасно отражают звездный свет. — И, кстати, здесь не холодно, — отозвался Ауберон, — что очень странно. — А ты потрогай стебли — удивишься. Он последовал совету. — Хм. Они, что, вроде как «теплокровные»? — Похоже на то. И лечат, и греют. — Скажи ещё, они плотоядные. — Нет, мы уже провели здесь одну ночь… —…и весьма неплохо, между прочим, — добавил Фьерн. — …и нас никто не съел. — И это утешает, — подал ещё слабый голос Креван. — А знаете, что мне это все напоминает? — покосился на остальных Ауберон. — Когда мне ещё только весь народ Elle на попечение отдали, в восточном крыле дворца, куда потом террасу пристроили, был сад. А в нем рядом с прудом — хрустальный, в виде ветвей плюща, шатер. Красиво там было, пока кто-то, возможно из слуг, случайно его не разбил. Заранее зная, к чему клонит король, братья и Аваллак’х промолчали. Заметив их реакцию, не решился продолжить и Ауберон. Но мысль уже завладела его сознанием, и он знал, что так просто она его теперь не отпустит. На что бы он ни направлял своё внимание, как бы ни старался себя отвлечь, почти всегда все сводилось к одному. Нет, воспоминания отнюдь не мешали ему жить, даже наоборот, и он не хотел бы ничего забыть. В конце концов, несмотря на то, что Лару было не вернуть, Шиадаль все ещё где-то существовала, а значит, у него всегда оставалась надежда, что когда-нибудь... Пусть и в этот раз он уснет в хрустальном шатре*, и пусть она снова привидится ему.