Аваллак'Х

Шиадаль не могла бы и примерно сказать, сколько времени она провела в комнате, поджидая возвращения загадочного белокурого эльфа: время не летело и не тянулось — его просто не существовало. Сначала она скромно сидела на краешке кровати Дикая. Затем прилегла. Взяла с тумбочки одну из потрепанных книг по зельеварению и попыталась углубиться в чтение. Тщетно. Повздыхав, встала и подошла к кровати, принадлежащей Ауберону. Кровать как кровать: заправленная, без изысков, безликая. По ней эльфка ничего не узнает о том, кто провел на ней всего одну ночь, даже запах, наверно, не сохранился. Шиадаль в который раз поискала глазами хоть какие-нибудь личные вещи Ауберона, но не было абсолютно ничего, словно он прибыл сюда в одной одежде, которая была на нем тогда, на собрании, не обременив себя чем-то еще. Ни дорожной сумки, ни плаща… хотя плащ, скорее всего, красуется у него на плечах. А может, и не было никакого эльфа, а ей все привиделось? Может, Шиадаль просто задремала в зале заседаний, а теперь гоняется за миражом? Она решительно тряхнула головой, чтобы согнать с себя наваждение. Улеглась на его кровать и уткнулась носом в грубое покрывало. Запах незнакомый, чуждый, и это не запах тела, это… просто чистое белье, не более того. «Нет, так положительно невозможно, нужно срочно что-то предпринять, а то я с ума сойду тут в одиночестве». Вскочив на ноги, Шиадаль поспешно разгладила бледно-голубое платье, поправила у зеркала прическу и проскользнула в длинный и просторный коридор; тихо прикрыла за собой дверь, словно боясь кого-то потревожить. Огляделась. Пусто, но шумно: за стеной — огромная кухня и в отсутствие господ говорливые dh’oine. Где-то в печке подгорает хлеб. Страшно захотелось корочку, с той стороны, которую еще можно спасти. Но заходить одной к рабам отчего-то боязно. «Значит, он, вероятно, в саду… Но сад огромный, там и до утра проплутать можно. Так мы точно разминемся. О, Богиня, ну что ж коридоры длинные какие и зачем их так много? И как только Итлина сразу сориентировалась? Боюсь, я теперь даже дорогу к себе не найду. Ох, а вот это, кажется, выход на парадную лестницу, а за ней ворота и сам сад, который, к сожалению, огибает весь дворец по кругу. Хоть лошадь бери, но я не помню, как пройти на конюшню… Так, стой, Шиадаль! И думай головой вместо того, чтобы ноги понапрасну стаптывать. Ну конечно! Как я раньше не догадалась?! Терраса! Оттуда большую часть сада должно быть видно. Правда, она недостроена. Там, наверно, горы мусора, но зато я точно знаю, где она. Нужно только все время идти прямо от парадной лестницы. Если, конечно, глупые рабы не превратили дворец в лабиринт, где без карты не разберешься… Спокойно, Шиадаль, ты сможешь». И Шиадаль смогла, ибо главный архитектор и проектировщик самого масштабного строительного комплекса в земле Elle был вменяем и последователен. Путь на террасу, однако, был тернист: несколько раз эльфка спотыкалась и неоднократно цеплялась подолом за неотшлифованные камни, а когда наконец добралась до нужного места, платье было безнадежно испорчено. Она не могла этого видеть, но подозревала, что и ее безупречную прическу постигла та же участь. Одна из вплетенных в волосы цепочек сильно перетянула особенно тяжелую прядь, и, морщась от боли, Шиадаль без сожаления разорвала одно из звеньев. Подумав, также вытащила все зачарованные и невидимые шпильки. Освободившись от магического воздействия, кудри распрямились. Критически осмотрев платье и вздохнув, эльфка отодрала длинный подол. «Было красивое. А теперь просто удобное». Шиадаль шагнула к самому краю террасы и посмотрела вниз. «Высоко. И никаких перил. Вид зато, как на картинке». Под темно-синим звездным небом, словно лежащий в руинах, местами пустой, странный и неизведанный, со спящими фонтанами и смешно торчащими из земли ровными рядками кипарисов, окутанный искрящимся маревом магических фонарей, простирался бескрайний тирналийский сад. Зачарованная дивным зрелищем, Шиадаль задышала через раз. А затем, издав почти беззвучный стон, и вовсе замерла. Посреди всего этого несовершенства стоял Ауберон, не двигаясь, рассматривая что-то в прохладном воздухе. Сощурившись, Шиадаль до боли напрягла зрение, чтобы разглядеть его безупречный профиль и стройную фигуру; как плащ, облепляя плечи, мягкими складками струится вниз. И почему-то складки эти тянули вниз и саму Шиадаль. В них хотелось спрятаться, укрыться, потеряться… Но какой же крутой склон, и насколько сильно желание выкрикнуть уже знакомое имя… Прилично ли это? А ступеней в сад все еще нет, спуститься можно только с противоположной стороны, и на это уйдет добрых полчаса. Но и не прыгать же в самом деле? Словно во сне, Шиадаль щелкнула пальцами и вызвала «светлячка». Силой мысли приказала ему двигаться. Сфера поплыла, медленно, покачиваясь, словно лодка на волнах, неуверенно, плавно, чтобы не спугнуть. И эльф ее заметил. Протянул руку к ее сияющей поверхности. Ощутив сильный жар, отошел на шаг. Нашел глазами и саму заклинательницу белой сферы. На какое-то время оба замерли в нерешительности. А затем Шиадаль поманила «светлячка» обратно к себе, а вместе с ним — и прекрасного незнакомца. Подойдя к террасе настолько близко, насколько это было возможно, эльф задрал голову и посмотрел на Шиадаль снизу вверх, прикидывая, преодолимо ли разделявшее их расстояние. Юрко подплывшая к девушке сфера осветила ее точеные черты. — Ты — Ауберон? — спросила эльфка, когда вновь обрела дар членораздельной речи. — Да, — ответил он, неожиданно улыбнувшись. — Откуда ты знаешь? — Твой друг Дикай сказал. А до этого я видела тебя на собрании. Ты спал. — Дремал, — поправил ее Ауберон, улыбаясь ещё шире. — А кто ты? — Шиадаль. — Ты пришла сюда случайно? Или искала меня? Шиадаль покраснела, но в вечернем сумраке это было невозможно заметить. — Честно говоря, да, искала. — Зачем? — Очень хотелось с тобой познакомиться. Ауберон не смутился. — Ты предпочитаешь, чтоб я поднялся к тебе, или сможешь спуститься ко мне? Сощурившись, она оценила высоту склона. Поджала губы. — Только если прыгать… — эльфка покачала головой. — Так прыгай, — невозмутимо отозвался Ауберон, — я тебя поймаю. — А если не поймаешь? — Исключено. — А если поймаешь, и мы упадем оба? — На меня упадешь, — он пожал плечами. — Мне страшно. — Тогда я приду к тебе. — На это уйдет много времени. — Тогда прыгай, потому что склон осыпается, я не смогу по нему взобраться. Вздохнув, Шиадаль подошла к самому краю, осторожно присела на холодный камень. Поерзав, с надеждой посмотрела на ожидающего ее внизу эльфа. — Ты готов? — Уже давно. — Ну тогда… И он ее поймал: покачнулся, но устоял на ногах. Руки его скользнули по ее бедрам, талии, и хотя оба они уже были на земле, разжимать их эльф не спешил. Да и сама Шиадаль прильнула к нему, наконец-то ощутив его щекотящий ноздри запах, легкий, почти неуловимый, ей даже показалось, словно бы женский. Не желая разрывать объятий, Шиадаль крепко сомкнула пальцы у него на шее. Ауберон тоже не предпринимал попыток отстраниться, даже наоборот. — И что теперь? — прошептал он, щекоча горячим дыханием ей висок. — Мне хорошо. И… страшно немного. — Почему? — Я было подумала, что ты мне приснился. — Я самый что ни на есть настоящий, даже обычный. — Ты не прав. — Может быть… Хотя в чем-то я тебя понимаю: мне тоже сейчас кажется, что я сплю, но просыпаться совсем не хочется. — Так что же нам делать? — Хм. Не просыпаться.