Ты найдешь меня в цветочной лавке

      Когда Леа все же успокоилась от порчи столь ценного растения, но еще не избавилась от желания отчитать незнакомца за подобные выкрутасы и то, что из-за него все усилия по выращиванию целебных ягод были впустую, она перешла из теплиц в салон магазинчика. Девушка, конечно, успокаивала себя тем, что прочие кусты остались в целости и сохранности, но было неприятно. Так что заходила Леа с намерением как минимум отчитать больного.       Незнакомца со странностями уже не было ни на кушетке, ни в помещении вообще, равно как и помощников Клауса. Один лишь остался, тот самый, что увел, отчитывая, пациента. Парень смиренно ждал за стойкой, покуда дети облепили его, что-то выпрашивая. Хьюго, как самый наглый из малышей, расселся на самой стойке перед ним и оттягивал ему то рукав куртки, то светлые кудряшки. За что тут же получал по рукам, так как помощник с детьми особо церемониться не собирался.       - Ну, пожалуйста! - сказал Хьюго, вновь протягивая руки. Подобные наказания его не останавливали.       - Что тут случилось, Итан? - не понимала происходящего Леа. Парень вздохнул, закатив глаза, и ответил:       - На свою беду угостил их конфетами Кими, что прихватил с собой. Теперь попрошайничают, отказываясь верить в то, что их не осталось.       Девушка понимающе похлопала Итана по плечу: сладости из лавочки Кими - то еще лакомство, а эта троица сорванцов - чуть ли не самые главные любители. Нехорошо, конечно, было кормить их конфетами до завтрака, но с другой стороны, дети могли вернуться в теплицы и натворить что-нибудь еще, а Леа решила, что с нее на сегодня достаточно.       "Надо будет сводить их, если все улеглось уже с этим нападением", - подумала цветочница. - "Разумеется, если будут себя хорошо вести".       - Прости, что тебе пришлось с ними возиться, - вслух произнесла Леа. - В качестве благодарности могу предложить тебе лишь позавтракать с нами - наверняка за эту ночь вымотался.       - Что верно, то верно, - предложение заморить червячка было встречено Итаном хорошо. Парень в очередной раз отлепил от себя Хьюго, и Леа тут же строгим тоном велела троице идти мыть руки и садиться за стол. После чего девушка оглянулась - в салоне не осталось никого из больных. Только криво расставленные кушетки, раскиданные по полу матрасы да недо-гамак из пленки, так и оставшийся висеть на трех уголках, напоминали о том, что ночью здесь было неспокойно.       - Еще не забыть бы все это убрать, - сказала самой себе Леа, после чего отправилась на кухню в подсобке.       Детям за то, что они лопали сладости до завтрака, в качестве награды досталось по тарелке каши и порции брокколи каждому. Хьюго, как главный противник этого овоща, тут же начал жаловаться, а затем и вовсе попытался украдкой выкинуть капусту под стол или переложить на тарелку к соседу. К несчастью, соседом мальчика оказался Итан, и Хьюго вновь получил по руках за хулиганства с едой.       - Сестренка! - тут же начал жаловаться он Лее, но та в плане еды и растений теплиц была, как всегда, непреклонна:       - Значит, как конфеты кушать - вы первые? Нет уж, Хьюго, покуда не съешь все, никуда из-за стола не выйдешь. И это касается всех, - сердито добавила она, заметив, что Джон по-тихому пытался уговорить свою сестру взять у него порцию капусты.       Мальчишки расстроились, но продолжили есть. Они уже были научены горьким опытом непослушания, хоть время от времени капризничали. Кэт же, как самый тихий и воспитанный ребенок в этой троице, спокойно пережевывала овощи.       - А где их мать? - спросил вдруг Итан.       Леа собиралась было ответить, что женщина спит возле двери, ведущей в теплицы, но вспомнила, что Таллу она там уже не видела, когда выходила после чудачеств пациента. Напрягшись - еще не хватало, чтобы женщина подкинула проблем - Леа быстро бросила парню, чтобы приглядел за малышней, а сама вернулась в салон. Через пару минут она вернулась с довольно мрачным лицом и сказала:       - Она опять в туалете.       Итан все понял без слов, а Кэт, услышав подобное, загрустила. Чтобы как-то приободрить девочку и заодно дать стимул мальчишкам все же доесть завтрак, Леа предложила пойти им всем в кондитерскую Кими после того, как все съедят свои порции и вернется Дюк. Дети этому очень обрадовались, а цветочнице оставалось надеяться, что хозяин магазинчика действительно вернется сегодня.       Дюк появился в магазинчике ближе к обеду и своим появлением очень обрадовал троицу - ведь им пришлось съесть ненавистные овощи, ждать. Разумеется, возвращение мужчины троица встретила как праздник, после чего тут же облепила Лею с просьбами поскорее отправиться в кондитерскую.       - Ладно-ладно, сейчас, - сдалась, наконец, девушка. - Но сначала я переговорю с Дюком, и еще нам нужно по пути зайти к вам домой.       Дети, ликуя от того, что все же добились своего, побежали на улицу. Таллу, к этому моменту все же очухавшуюся, вел под руку Итан, но женщина все еще смотрела на людей вокруг себя как в полудреме. Да и вид у нее оставлял желать лучшего - вся бледная, того гляди ее вновь начнет тошнить. Парень чуть похлопал ее по плечу, приговаривая "давай-давай, пойдем" и повел Таллу дальше. Оказавшись на улице, женщина заметила своих веселящихся детей и Леа услышала слабое, но радостное "ангелочки". От этого на душе стало паршиво.       - Надо отдать ей должное: даже в таком состоянии она любит детей, - сказал Дюк. Но они оба знали, что с каждым разом Талле все сложнее вспомнить своих ангелочков и чаще стали проскальзывать жалобы у пьяной женщины по поводу груза на шее и ублюдка-отца. Дабы отвлечься от мрачных мыслей, Леа обратилась к хозяину:       - Сам-то как, старик?       - Ну-ну, полегче, я еще не развалина, - усмехнулся Дюк, встретив привычное отношение от помощницы. - Просто измотался за ночь, то человек, то кабан, да еще таскай на себе тут всех... Клаус дал мне отлежаться, отдохнуть, ну и микстурку - нервишки в порядок привести. И теперь я как огурчик.       - Рада слышать, - сказала Леа, собирая свою сумку. Прогулка с тройняшками могла затянуться надолго, так что следовало прихватить с собой пару мелочей. - А остальные раненые?       - Ну, я повторю то, что говорил уже много раз: Клаус, несмотря на свой характер - талантлив. Очень многие поправятся в течение нескольких дней. Но, как я понял из его рассуждений, тому юноше-дозорному и дылде пришлось хуже всего. Так что они пробудут под его надзором подольше.       - Ясно, - неоднозначно хмыкнула Леа. - Надо будет заглянуть, и с этого человека потребовать компенсацию.       Дюк удивился таким словам, и тогда девушка рассказала про порчу больным саженца. Хозяин магазина призадумался - все же, этот вид ягод достался им весьма дорого, и лишь на днях он смог до конца расплатиться. С другой стороны, трудно было поверить, что взрослый человек устраивает такие пакости на уровне тройняшек.       - Малышка, он ведь это не нарочно наверняка, - сказал, наконец, Дюк.       - Я все понимаю, Дюк, но это не просто какой-то там зверобой или прочие травы, которые легко достать. Мы из кожи вон лезли, чтобы заполучить эти ягоды и неизвестно, получится ли их купить в следующий раз. Тем более Клаус на днях что-то говорил про ужесточение мер на ряд товаров. Нет, надо как минимум с ним поговорить.       Дюк возражать не стал, да и сам сомневался, как лучше поступить в этом случае. В итоге пришел к выводу, что от разговора хуже не станет, да и Леа, несмотря на некоторую сварливость, когда дело касалось всяких неурядиц, вполне спокойный человек. Решив пока что эту проблему, мужчина приступил к делам магазина, а Леа поспешила нагнать Итана и детей.       Хоть на улицах и было относительно спокойно, от всех следов погрома жители еще не избавились. В основном оставались битые окна, следы пожара, сломанные ящики возле магазинов, остатки мебели из тех домов, где под шумок ограбили жителей. Но больше всего Лею пугали длинные борозды на стенах зданий и мостовой - как от огромного ножа. Невольно она вспомнила руку несчастного дозорного, что страдал почти всю ночь, и поежилась. Отчего-то пришла мысль, что борозды и раны юноши связаны между собой.       Но надо было отдать должное: жители Хропоса довольно быстро сумели разобраться с возникшей проблемой. Среди людей гуляли странные слухи - кто говорил о налете пиратов, кто - о разборках между бандами, а некоторые заявляли, что прибывший отряд Дозора оказался в сговоре с преступниками. Оттого якобы и ущерба от произошедшего больше, чем могло бы быть. Одно Леа уяснила для себя точно - кто бы ни явился на их остров - пираты ли, бандиты ли - всех их поймать не удалось. Более того, девушка услышала, что самый опасный из их числа тоже не был схвачен. Леа напряглась, вспоминая борозды на домах. "Если это сделал человек, и он все еще в городе или поблизости..." - в ее голову закрались нехорошие мысли. Возможно, вывести детей на прогулку до магазинчика Кими - не лучшее ее решение. Из-за этого Леа остаток прогулки нервничала. Дети же напротив - остались довольны, урвав сладенький куш в кондитерской. Кэт в качестве извинения за своих непутевых братьев поделилась с Итаном частью конфет. Хьюго, как всегда устроил беспорядок, залепив кому-то из посетителей зефиром в глаз.       Все это Леа видела, но, к удивлению и радости ребятишек, не отнеслась к ним с привычной строгостью. Девушка слишком погрузилась в плохие мысли о сбежавших преступниках и раненом военном. Впервые за последнее время цветочница ощущала сильное беспокойство, которое не могла ни объяснить, ни унять. А потом пришла простая и вместе с тем - пугающая мысль.       А ведь тот человек, что остался у Клауса вместе с дозорным, может оказаться из числа беглецов-преступников.