Самый трудный день и что было потом

Как-то неожиданно закончилось лето. Приближалась свадьба Галины и Степана. На радостях были приглашены все коллеги из приёмного отделения, но на очередных девчоночьих посиделках, где обсуждалось празднество, Женю вдруг осенило: — Постойте... мы же не можем уйти все и оставить отделение на младший персонал... У Гали на лице вдруг потухла улыбка: — И правда... А что же нам тогда делать? — растерянно спросила она. — Надо искать выход! — Ну, что делать? Что делать? — тут же отреагировала Женя. — Мы с Ильей останемся работать... А то как-то нелепо... бывшая жена на свадьбе у бывшего мужа... Последнее время со Степаном она практически не пересекалась и уловить его настроений в отношении себя она не могла, но помятуя о всех словах, сказанных Степаном после операции и потом тоже, Женя схватилась за эту возможность, как за спасительную соломинку. Ей очень не хотелось снова переживать по этому поводу и портить праздник. — Не-не-не, так не пойдет! — тут же возразила Галя. — Жень, если бы не ты и не твои золотые руки, этого всего, может быть, и не было бы вовсе... Ты ж Стёпке жизнь спасла... — Так, ладно, девушки. Без паники, — вмешалась Ольга. — Я останусь работать и попрошу Вячеслава Александровича спуститься с Олимпа в родные пенаты. А если вдруг будет необходимо что-то, что не в наших силах, свяжусь с профильными отделениями. — Оль, ну а как же... — начала Галя. Ей очень хотелось видеть на свадьбе и Олю с Антоном тоже. От переполняющего ее счастья все вокруг вдруг стали безумно родными. — Ну, вот так, — просто сказала Оля, пожав плечами, и, заметив, что Женя открывает рот, чтобы что-то возразить, добавила: — Жень, вы с Ильей идете на свадьбу. Вам развеяться давно уже пора. — Ладно, — вздохнула Женя, поняв по Ольгиному взгляду, что «торг здесь не уместен». — Но если что, ты же позвонишь? — Обязательно! — кивнула Ольга Михайловна, скрестив за спиной пальцы. — А на посту я попрошу подежурить старшую медсестру из терапии, — вдруг возникла идея у Галины. — За ней как раз должок имеется. Не успели и глазом моргнуть, как наступил знаменательный день. По счастливой случайности ЗАГС находился рядом с больницей, поэтому на церемонию всё-таки явились все сочувствующие, осмелившись на час оставить Приём исключительно на младший медперсонал. Илья Анатольевич, как заведующий, очень сильно возмущался по этому поводу, но после пятиминутного разговора с глазу на глаз с Евгенией Павловной за закрытой дверью кабинета, все аргументы «против» испарились сами собой. Женя ведь очень хорошо знала рычаги воздействия, а он не мог сопротивляться ее глазам, голосу, губам... После ЗАГСа празднование плавно переместилось в ресторан, куда со счастливыми молодоженами отправились лишь не менее счастливые обладатели законного выходного. По началу Женя немного напрягалась, что не скрылось от внимания Ильи — он заметил, что она слишком серьезна для почетного гостя на свадьбе, но Женя только отшутилась, что, мол, важность возложенного статуса давит. Чуть позже она увидела, что Степан вовсе не выискивает ее полным упрека взглядом среди гостей, как можно было бы предположить, а всецело занят своей невестой. Евгения с облегчением вздохнула и, расслабившись, позволила себе наслаждаться праздником. В самом разгаре мероприятия Илья вдруг притянул ее к себе и шепнул на ухо: — Женька, давай сбежим! Женя удивленно приподняла брови в ответ на столь дерзкое предложение, но по ярким озорным вспышкам в ее глазах Илья понял, что он попал в самую точку. Она заговорщически прищурилась и процедила сквозь зубы: — Выходи за мной через пять минут... — потом встала, игриво улыбнулась и деловито вышла из зала. Через три минуты в фойе ресторана появился Илья: — Пять минут — это слишком долго без тебя, — произнес он, целуя ее в губы и оставляя еще один быстрый поцелуй на щеке. — Идем отсюда поскорее. — А куда мы пойдем? — поинтересовалась Женя, зеркаля его жест и обнимая его за талию. — Ооо!... — многообещающе протянул Илья, а потом вдруг посмотрел на нее улыбаясь и сказал: — Понятия не имею! Мне просто очень захотелось побыть с тобой без всей этой шумной толпы. — Ты прямо мысли мои прочитал, Илюш... — Женя погладила его по щеке и еще сильнее прижалась к нему. — Ну, для того я тут и есть, с тобой рядом, — глядя на нее, сказал Илья, — чтобы любить и угадывать и исполнять твои желания. Женя засмеялась. — Ой, какие слова! Меня прям от важности распирает! Так что, «я-не-волшебник-я-только-учусь», куда мы с тобой идем-то? — Вот не можете вы, Евгения Павловна, без цели! — усмехнулся Илья. — Ладно, тогда идем в парк есть мороженое. — Ух ты! Шикарная цель! — воскликнула Женя. — Я так давно не ходила в парк, чтобы просто поесть мороженого. Пошли скорее! В парке оказалось намного романтичнее, чем можно было себе представить. Вечер уже был достаточно поздний, но теплый. Начинало смеркаться, поэтому людей постепенно становилось всё меньше и меньше. Купив мороженого, они нашли уединенную скамеечку под старым раскидистым деревом и устроились на ней. Илья усадил Женю к себе на колени, а она обняла его за шею и чувствовала себя самой счастливой на свете. Он кормил ее мороженым и целовал в сладкие губы. Женя смеялась и говорила, что с мороженым вполне может справиться самостоятельно, но он не обращал внимания на ее протесты, а она не сильно-то и сопротивлялась. — Илюшка..., я себя чувствую просто девчонкой какой-то! — призналась Женя, влюбленно глядя на Илью. — Парк, мороженое, скамейка вот эта и мы тут... Даже не помню, когда со мной такое в последний раз было... — А ты и есть девчонка! — Илья снова поцеловал ее. — И не надо помнить, когда было в последний раз. Ты запомни этот раз и запомни, как я тебя люблю. Она перестала смеяться, только мягкая улыбка осталась на губах. — Мне не надо запоминать, Илюш. Я чувствую каждый день и каждую минуту. Мне очень хорошо с тобой. И знаешь... — она замешкалась, но всё же решилась признаться, — когда я думала, что ты уехал в Москву, мне было очень тяжело. Я же понимала, что из этого ничего путного не вышло бы... из наших отношений на расстоянии... В Москве мне места нет, а без работы я не могу... и без тебя очень плохо... — Женечка, милая, — Илья отставил в сторону стаканчики от мороженого и, повернув ее, поймал ее взгляд. — Ну, что ты такое говоришь? Ты не будешь без меня... И я не буду без тебя. Не могу просто. Да, может быть, у меня в Москве и было бы больше возможностей, но если там нет тебя, то зачем мне всё это? Знаешь, мне Слава тогда сказал, чтобы я не забыл его поблагодарить за место в Москве, но, похоже, мне надо его благодарить, за то, что он тогда позвонил и, сам того не желая, прояснил всю ситуацию. И мы не потеряли нашего драгоценного времени вместе. — Да, не потеряли... — грустно вздохнула Женя, и глаза ее заблестели. Илья тут же понял, что невольно напомнил ей о другой потере, и, прижав ее крепко к себе, заговорил: — Прости, прости... Я не хотел... Я дурак... Он принялся целовать ее лицо, чувствуя на щеках соленую влагу. Женя всхлипнула, чуть отстранилась и стерла слезы. — Илюш, всё нормально... Просто я... Илья не дал ей договорить. — Я тоже очень хотел бы... — Он снова прочитал ее мысли...