Венец творения

       Пальба как в добротных боевиках — это совсем не круто, как и перспектива испортить очередную вещь следами от пуль и кровью. Сержант вжимал меня в пол, морщась от поднявшегося шума: стрельба для его острого слуха — то еще испытание. Мне стало его совсем немного жаль, но такова цена за… Жалость быстро испарилась, когда тело прострелила боль. У меня сейчас шейные позвонки хрустнут! — Мочи ублюдков! — крикнул кто-то, и сквозь бусины кисеи я смогла различить силуэты завсегдатаев, уже опрокинувших столы на пол в качестве своеобразных укрытий, из-за которых принялись отстреливаться от ребят в черном.        Слабая надежда, что пришли за кем угодно, но не за мной и Зимним, рассыпалась в пыль, как только я заметила черные тактические костюмы.        Как они нас только находят? На сержанте точно нет жучков! Я перепотрошила все его тело, я знаю точно! У них такая огромная агентурная сеть по городам Америки? Щ.И.Т.?..        Идиотка! Может, тело Зимнего солдата я и «перепотрошила», но его голову? Откуда он узнал про этот бар? Очевидно же, что вся имеющаяся у него информация заботливо добыта Гидрой! Мы действовали в пределах их ожиданий, и только я не вписывалась в планы — потому мы так долго от них и бегали. — Нужно валить отсюда, — перекатился к нам Гамбит, обворожительно мне улыбнувшись.        Между пальцами он зажимал обыкновенную игральную карту, которая начинала мерцать бледным пурпурным светом. — Идеи? — хмуро осведомился у него сержант, и хватка на моей многострадальной шее наконец разжалась.        Я от неожиданности стукнулась лбом об пол.        Прогремел взрыв, как от гранаты. Очередная автоматная очередь — и меня с двух сторон дернули за руки, буквально волоча за собой. Сержант сделал по контрольному прямо в головы разлетевшимся от взрывной карты Гамбита гидровцам; сам Гамбит бросал карты под ноги тем, кто бежал на нас с другой стороны. Взрывные волны отбрасывали их, наверняка еще и контузили. Однако добивать их Гамбит не спешил — и не выцеливал картами…        Мы вывалились на улицу прямо под рассветные лучи. Несколько черных бронированных машин стояли нараспашку, заехав прямо на тротуар перед баром, потеснив прочие припаркованные. Гамбит ломанулся к ближайшей гидровской машине, утягивая и меня, но всё еще удерживавший с другой стороны Баки дернул так сильно, что потянуло и его. Больно, вполне очевидно, было только мне! Но я даже не пискнула — лишь скривилась. — В их машинах маячки! — оповестил зло он, и Гамбит невинно улыбнулся, вскидывая руки в сдающемся жесте.        Зимний обернулся мимолетно на бар и тут же вскинул пистолет. Дверь распахнулась, но выстрела не раздалось. На улицу вывались посетители бара, а не мужики в черной форме… Послышался визг шин, и на улицу завернули еще две черные машины.        Сержант подбежал к ближайшей припаркованной тачке грязно-коричневого цвета и даже не стал выбивать окно — просто выдрал дверь со стороны водителя с корнем! И толкнул меня внутрь. — Шевелись! — прикрикнул он; я быстро, перебирая конечностями, втянулась на заднее сидение, в ужасе смотря через окно на уже остановившиеся машины, из которых на дорогу… повыпрыгивали еще типы в черной форме и с автоматами наизготовку! — Тебе приглашение нужно?! — Не нервничай так, — нервно усмехнулся Гамбит, и всего одним прикосновением к пассажирской двери отворил её.        Запахло паленым пластиком.        Наконец оба забрались в машину, и сержант начал что-то шаманить под рулем автомобиля. — Отвлеки их! — бросил он из-под руля, очевидно, Гамбиту: я гидровцев отвлечь явно ничем не могла. — Можно и повежливее, — хмыкнул Гамбит, выбираясь в так удачно имевшийся у машины люк в крыше.        Раздались выстрелы, а сразу за ними — взрывы. Я видела, как асфальтированная дорога вспучилась, а припаркованный гидровский транспорт и вовсе взорвался. Одна машина со страшным металлическим скрежетом перевернулась, перекрывая и без того раздолбанную дорогу… Тут дернулся Барнс, заняв водительское сидение, и мы резко двинулись с места. Лишь мгновением позже Гамбит вполз на пассажирское, болезненно морщась. Его восхитительной кровью не пахло; не попали. Видимо, и гидровцев, и штурмовиков из Звездных тренировали одинаково. — Ты как? — всё-таки спросила я, хватаясь за переднее сидение. — Животом ударился, ma chérie, — улыбнулся Гамбит, кладя ладонь поверх моей. — Куда ехать?! — грубо и коротко спросил сержант, сильно хмурясь.        Возможно, он тоже уже осознал, что все места, куда мог бы поехать он, пропалены перед Гидрой. Гамбит назвал адрес, но сержант на него рыкнул, и тогда Гамбит со вздохом убрал свою ладонь и указал пальцем на лобовое стекло, принявшись за работу навигатора.        Мы отъехали от бара буквально квартала на два, а нам на хвост уже упали черные машины! О чем я незамедлительно сообщила спутникам, внутри умирая от страха.        Насколько ужасней будет гидровская лаборатория?!        На резком повороте я врезалась в дверь машины плечом и чуть не выбила стекло лбом. Зимний перекрутил руль и вновь стартанул так, что нас вжало в сидения. Повезло, что дороги сейчас были почти пусты… Только вот на руку это было и преследователям! — Селма, за руль! — крикнул мне сержант, резко появляясь между передними сидениями.        Он забрался на задние и высунулся уже в люк наружу, а я в абсолютной панике послушно переползла за руль. — Я не умею! — сообщила, но хотя бы нащупала педаль газа и вдавила её в пол.        Идеальная память подкинула небогатые уроки покойного отца по вождению. — Ma chérie, ты отлично справляешься! — подбодрил меня Гамбит, высовываясь в окно.        Между его пальцев вспыхнули пурпурным светом игральные карты.        Сразу после броска прогремело несколько взрывов, но в зеркало заднего вида я могла видеть только зад Зимнего, а боковое валялось у бара вместе с дверью! — Езжай прямо. На мост, — приказал сержант.        Я до боли сжимала руль, упрямо смотря на дорогу перед собой. На красный даже не думала тормозить и молча радовалась, что пока никого не сбила. — Сбросимся с моста? — насмешливо спросил Гамбит, но тут же осекся, столкнувшись взглядами с Зимним. — Другая идея есть? Я не захватила купальник! — нервно сострила, морально готовясь к купанию в далеко не теплых водах Гудзона.        Одна из черных машин поравнялась с нами. Я прекрасно видела её слева, незащищенная ничем… Из открытой двери крупного внедорожника мне в лицо смотрело дуло автомата.        Выстрел потонул в криках, скрипе металла и искрах. Машина преследователей исчезла из поля зрения, и я могла воспроизвести предшествующие этому секунды только благодаря идеальной памяти: Зимний буквально кинул в них дверью машины, да так сильно, что внедорожник перевернулся! Сам он с легкостью забрался обратно в машину, чуть не вывалившись из-за силы, которую приложил для отправки «подарочка».        Уже на мосту нас снова нагнали, теперь уже с обеих сторон и сразу стреляя, не церемонясь. Несколько пуль прошили мое тело, перебили запястье и шею, но ни одна не попала в голову. У Гамбита ситуация была получше — он успел бросить несколько карт. Взрыв — и внедорожник прессует нас только с одной стороны. — Стой!.. — выкрикнул Гамбит, но я даже краем глаза не увидела его лица.        Крепкая рука сержанта сжала мою голову и повернула лицом к перезаряжающим автоматы гидровцам. Я ощутила, как руль крутят в сторону, и опустила единственную слушавшуюся руку… Наша несчастная машинка протаранила внедорожник гидровцев, я почти вывалилась к ним в салон; один из автоматов уперся в лоб.        Под масками не видно, но они точно охренели. Аж перезарядку прекратили. На секунды две.        Выстрел я не услышала.        Ощущения вырубились.        Способность мыслить и чувствовать вернулась вместе с ощущением сдавливавшего со всех сторон быстро исчезавшего холода и зудом в горле — прорезались жабры. Мы всё-таки сиганули с моста? Мутация адаптировала зрение для водной среды, и я увидела вцепившегося мне в плечо сержанта, другой рукой державшего бессознательного Гамбита… от которого тянулось вверх и в сторону несколько струек восхитительной крови.        Ударив по руке сержанта, я легко загребла к Гамбиту, оказавшись к нему вплотную, и впилась губами в кровоточащую рану на плече. Не чтобы попробовать!        Подслеповато щурившийся в воде сержант потянулся ко мне рукой, которой ранее удерживал за плечо. Я видела, как меняется цвет его кожи от нехватки кислорода, пока течение медленно несло нас в сторону. Но пока интереснее и важнее был Гамбит! Сержант точно не помрет в ближайшее время, уж в его теле я уверена!        Геном Гамбита оказался такой же восхитительной симфонией, как и у Зимнего Солдата. Даже совершеннее из-за своей необычности! О, эти особые гены, дарующие ему такие кажущиеся сверхъестественными силы! Чтобы воспроизвести нечто подобное на людях моего мира, пришлось бы знатно потрошить многие участки ДНК…        Кажется, мутанты на этой Земле возникли всё-таки не сами собой. Не могла природа совершить столь идеальной эволюции, не оставив следов предшествующих процессов. Нет, я могла понять, как развилась мутация у Гамбита, его гены хранили этапы, что прошли его предки, однако всё-таки это было привнесено извне — как объяснить по-научному, я не имела понятия, ограниченная незавершенным образованием медсестры.        Подстегнутая регенерация уже зарастила пулевые ранения, избавилась от самих пуль и восстановила потерянную кровь. Я «сгладила» мутацию Гамбита, которая не раскрылась в нем в полной мере, от чего давила при использовании на мозг и, наверняка, вызывала головную боль. Снизила и светочувствительность глаз, не снижая остроты зрения… склера из-за вмешательства побелела, но окрас радужки не изменился.        Уровень кислорода пришлось восстанавливать искусственным дыханием: впихнуть в тело Гамбита еще и жабры я уже не могла. Не только потому, что уже сильно хотела жрать.        Сержанта в чувства привела всё тем же способом. Он резко распахнул глаза, но почти сразу же сощурил их. Представляю, как неприятно с ними под водой, с его-то нынешней чувствительностью. Я указала рукой направление к берегу (там дно резко тянулось вверх, да и солнце уже освещало реку, проникая сквозь толщу воды), и он загреб в ту сторону, пока я тащила за собой Гамбита.        Прежде чем мы достигли поверхности Гудзона, мне пришлось еще раз делиться кислородом с Зимним. И дважды — с бессознательным Гамбитом, чей уровень кислорода я наблюдала в режиме реального времени, просто держа его за руку.        Всплыли мы недалеко от берега, но значительно дальше от моста (откуда вверх тянулся дымный след). Когда зрение перестроилось на воздушную среду, я разглядела огромную дыру в нём и несколько машин социальных служб вокруг. Ни одной — черной гидровской.        Я тяжело вздохнула, отворачиваясь. Повезло, что сейчас прилив — течение донесло нас почти до острова с монументом свободы, видневшимся с другой стороны от моста… Сержант уже был на полпути к берегу, и я поспешила за ним. Почти у берега в себя пришел Гамбит… — Я умер? — слабо спросил он, смотря на меня темно-малиновыми радужками.        Они светились у него только когда он пользовался способностью, да и на фоне белых склер казались не такими яркими. — А ты ощущаешь себя мертвым? — удивилась я, даже растерявшись от вопроса.        Пулевые ранения у него были серьезные, но как удачно, что ничего действительно важного не задели. Любимчик Фортуны… — Кажется, всё-таки больше живым, — пробормотал он в ответ, удивленно себя ощупывая. Мы уже были почти у берега, потому я могла встать ногами на дно, удерживая на плаву мутанта. Он и сам встал на ноги, когда понял, что выжил. — Но как? Даже ран нет…        Его растерянность можно было понять. Наверное, последнее, что он запомнил, это падение в реку. — Ну, я не только себя изменять способна, — глупо хихикнула, ощущая накрывающий отходняк.        Мы вроде как оторвались, но надолго ли?        Гамбит неожиданно вцепился в мое плечо так, что я аж пошатнулась, и другой рукой коснулся моего лица. Его большой палец аккуратно потер мой лоб, прямо между бровями… Я не сразу поняла, что он ищет след от пули. — У нас нет времени. Ты знаешь место, где мы можем скрыться? — крикнул нам с берега раздраженный Зимний, заворачивавший трофейный автомат в стянутую футболку.        Его голый торс не вызывал у меня никаких эмоций. Разве что гордость немного: все следы от пойманных пуль уже покраснели, выглядя скорее как свежие шрамы, чем недавние раны. — Нет времени?.. — переспросил Гамбит, и рука на моем плече сжалась сильнее. Радужки зло вспыхнули фуксией, практически неоновым цветом, и даже, кажется, немного испускали свет. — Ты воспользовался Селмой как щитом! Ей выбили мозги!        Гамбит загреб к берегу с явным намерением начистить сержанту морду. От крика я аж в ступор впала, но, осознав, что ругают и бить собираются не меня, активно загребла следом. — Так я же жива! — тут же возмутилась я, спеша за ним, но нагнала только на берегу.        Зимний не двигался с места, лишь мрачно смотрел на Гамбита… Я вцепилась последнему в руку, собираясь остановить от бессмысленной драки. Даже если он задействует мутацию, сержант его в блинчик скатает и не напряжется особо! — Да, ты жива — и это чудо! Даже если он знал, он подставил тебя! Воспользовался! Ты это спокойно принимаешь?! Тебе не больно?! — всё еще на повышенных тонах вопрошал Гамбит, возмущенный произошедшим куда больше меня… — Ну… больно первые мгновения, потом мозг отключается на время регенерации, — опешила я от такого напора и скользнула взглядом на невозмутимо стоящего Зимнего. Он даже не шелохнулся, кажется. Хотя взгляд мой встретил и нахмурился еще больше. — Слушай, это не самое страшное, что со мной случалось! Мне не привыкать ни к боли, ни к тому, что мной кто-то пользуется, — весело рассмеялась, похлопав растерявшегося Гамбита по плечу. — Это ненормально, Селма! — забыв даже о привычном ласковом обращении, Гамбит сильно встряхнул меня за плечи, словно пытаясь привести в сознание. — Ты должна злиться! Обижаться! Протестовать! Это ненормально принимать всё вот так безропотно! — втолковывал мне он, и улыбка быстро сползла с лица.        Я чуть скривилась и надула губы.        Конечно, это ненормально. Но такова моя чертова жизнь. — Гамбит… — хотелось высказаться, хотелось рассказать обо всем пережитом, но остановила себя. Собственная истерика рассосалась из-за реакции Гамбита, и теперь я почти спокойно могла соображать о насущном. — Сержант прав, нам нужно поскорее спрятаться, — напомнила мягким тоном, аккуратно перехватывая его запястья.        Гамбит посмотрел на меня так, будто не мог поверить в мои слова. Будто я сказала что-то нереальное. — Merde! — выругался он, и отпустил меня, хмуро поворачиваясь к Зимнему солдату.        Не подрались. Я облегченно выдохнула, когда оба просто начали обсуждать способ добраться до нужного места.        Оказывается, мы выбрались на берег бруклинского парка. Очень удачно: предложенное Гамбитом убежище находилось именно в Бруклине. Только вот Бруклин большой!        В ходе общения Гамбит и Зимний солдат единогласно решили добираться через канализацию. Я лично убедилась, что этот Нью-Йорк отличается от известного, когда мы меньше, чем через сотню метров от берега нырнули в колодец, попавшись на глаза лишь нескольким людям, вышедшим на раннюю пробежку. Не думаю, что в моём такая же гигантская канализационная сеть! Зато понятно, как здесь обитали всякие твари, вроде обращенного в Ящера Коннорса: есть где развернуться.