Возвращение блудного Мелькора

      Услышав столь неожиданный ответ, Свистков присвистнул и сполз с табуретки. В его опухшей голове загудела сирена скорой помощи и зазвучали убаюкивающе-спокойные голоса психиатрической бригады. Робко высунув голову из-под столешницы, Стриж с грустью понял, как он влип. Назвавшийся Мелькором тип подавал признаки объективно существующего явления и сохранял ледяное спокойствие, словно явился по приглашению.       — Это ведь розыгрыш? — устало спросил Григорий и оглянулся в поисках скрытой камеры.       Ему хотелось, чтобы незваный гость встал, извинился, стер темно-синюю краску, стянул парик и во всем сознался — мол, друзья твои позабавиться решили, да меры не рассчитали — а потом сгинул прочь и забыл бы дорогу сюда. Только так можно оправдать творящийся беспредел. Но гость никуда не спешил, хмурился, барабаня черными пальцами по столу, и молчал. Молчали и хозяин дома, и настроенный на поимку нечисти прибор. Цокая лапками, по кухне пробежала уцелевшая сколопендра и затаилась в пустой кастрюле.       Напряжение нарастало: Стриж и Мелькор пристально глядели друг на друга и чувствовали себя дураками. От волнения Свистков начал беспорядочно крутить колесо компьютерной мыши и дергать шнур от наушников. Нажав "плэй", он запустил приостановленное видео: на экране появились первые титры и зазвучал вступительный саундтрек. Дернувшись от шума, Стриж вырвал наушники из разъема, и величественная музыка вдребезги разнесла воцарившуюся в квартире тишину.       Мелькор сорвался с места и спрятался в холодильнике, закрывшись изнутри. То, с какой ловкостью да при своих габаритах он согнулся в три погибели, примиряло с печальным фактом: в дом пожаловала нечисть.       — Вот гад! — ударив кулаком по столу, разозлился Свистков. — Моргот!       Вдруг гордый Вала решит отомстить за прохладный приём и сожрет на фиг все их съестные запасы? Но выбрасывать целый холодильник из-за одного поганого Мелькора не хотелось, поэтому идея похоронить гостя в морозилке заглохла на этапе планирования. Усевшись лицом к затаившемуся врагу, Стриж гадал, что делать и как жить дальше.       — Привет дежурным! — на кухню зашел полусонный Мир и, к ужасу Григория, потянулся к ручке холодильника. — Что, тишина сегодня?       — И мертвые с косами, — отозвался Стриж, как за действиями сапера, наблюдая за движениями друга.       Вот сейчас он возьмется за ручку, заглянет внутрь, а там... Странная мысль внезапно посетила затуманенный бессонницей и паранормальными явлениями разум. И Стриж ухватился за неё, как за спасительную соломинку.       — Слушай, Мир, у вас физкультура есть? — лениво поинтересовался Григорий, со звоном потряхивая самодельную конструкцию для ловли призраков.       — А то! — Мир обернулся к другу, недовольный грубым обращением с антенной. — Четыре раза в неделю, и гоняют, черти, до потери памяти. А что?       — Мне просто кажется, что ты того... потолстел. Вон, даже живот расти начал, — пожал плечами Стриж, надевая наушники.       Ему было жаль растерянного и обиженного невольной колкостью друга, но обстоятельства требовали решительности. Фыркнув, Мир критично оглядел себя, но руку от холодильника убрал. "Это мышцы растут", — буркнул он и, выпив воды, ушел спать.       Едва в коридоре погас свет, Свистков метнулся к проходу, чтобы никто из друзей больше не помешал назревшим разборкам. Подперев для надежности дверь табуретом, он перевел дух и быстро прокрутил в голове новый план. За какие-то секунды у хозяина квартиры возникла отчаянная идея.       Он уже не удивился, застав Мелькора перед ноутбуком, с трагическим молчанием внимавшего голосу дублера. Судя по выражению лица Валы, видео произвело на него неизгладимое впечатление.       — Темный властелин Саурон тайно создал единое кольцо, — эпично вещал динамик.       Услышав знакомое имя, Мелькор вцепился в ноут, как в спасательный круг. Образ ученика и соратника, придуманный режиссером, заставил его пустить скупую слезу. "До чего эльфы проклятые довели, — бормотал он, обращаясь к несуществующему Саурону: - Ты ведь никогда не любил тяжелые доспехи". Узнав за несколько секунд экранного времени судьбу верного последователя, Темный вздохнул и отодвинулся от потока голубоватого искусственного света.       "Сейчас или никогда!" — шагнув вперед, Стриж гордо выпрямился, представляя себя на очередной Игре, а Мелькора — удачно загримированным Владом (в конце концов, это его персонаж).       — Вижу, наши летописи поразили вас, владыка Мелькор, — Свистков остановил фильм, переключая внимание гостя на себя.       Признав реальным странный случай: оживший книжный герой в стесненных коммунальных условиях, Григорий ясно осознал, что пора действовать. Для начала необходимо спрятать двухметрового Моргота от посторонних глаз. Но куда? Ведь он не хомяк, в коробку не запихнешь.       — Ты и есть тот самый волшебник, призвавший меня из-за Грани Арды? — Мелькор вступил в диалог, и его голос звучал мрачно и повелительно.       Свистков с трудом поборол желание пасть перед Владыкой Тьмы на колени и умолять о снисхождении. Власть существа росла с каждой минутой. "Чего ты ждал, глупец? Он же бог!" — вытерев вспотевшие ладони о майку, Стриж попытался вновь направить разговор в нужное русло.       — Да, вы правы. Меня зовут Дримдорф, и я один из сильнейших магов современности! — врал Свистков безбожно, притом не краснея.       Чувствовал ли Мелькор обман, подозревал ли человека в коварстве? Помыслы Темного были сокрыты, но его лукавая усмешка настораживала.       — Какой награды ты желаешь, Дримдорф? — вдруг спросил Вала, поставив находчивого парня в тупик.       Стриж застыл с открытым ртом. Мысли испарились все до одной. Первым порывом было величественно отринуть непристойное предложение, как поступали храбрые эльфийские воины. И потом невыносимо страдали, прикованные к скале. Логика в лице внутренней добродетели подсказывала, что помогать злодею, пусть и ослабленному, плохо. Но невидимый черт убедительно склонял к иному выбору.       "Ты ведь уже подсобил ему. Почему бы не взять положенную награду?" — один ноль в пользу Мелькора.       "Я не осознавал, что делаю. Это было непредумышленное деяние!" — штанга!       "Оглянись, брат! У тебя столько проблем: денег на ремонт нет, машины нет, девушки нет, высшего образования нет и не предвидится. Первая серьезная проверка — и ты безработный! Бери, пока дают", — два ноль в пользу Темного лорда.       "Мелькор — зло. Я не предам мир людей", — Григорий решительно пресек внутренний спор и....       Проснулся!       Протерев глаза, он обнаружил себя в пижаме, в собственной кровати, опоздавшим на службу. Хмурое солнце глядело в незашторенное окно, грозя облачным кулаком. Соседи по квартире собирались на учебу, суетились, выясняя, чья очередь идти в ванную и кто будет на завтрак овсянку. Разбудить друга никто и не подумал. Вероятно, это была страшная месть Мира за вчерашний "комплимент".       — Мы думали, у тебя выходной! — одна глупая отмазка на троих.       "Еще бы сказали: тебе ко второй паре", — Стриж рухнул в кровать, закрыв лицо подушкой. Беззаботный щебет соседей начинал его бесить. Нестерпимо болела голова, реагируя вспышками тупой боли на каждый хлопок двери. Настроение казалось безнадежно испорченным, не хотелось ни спать, ни есть, ни жить. Да еще и странные сны с фигурировавшим в них Мелькором. Хватит уже играть, Стриж, хватит! В тяжелой атмосфере безысходности истошный крик Линки, готовившей завтрак, был как бальзам на душу: спасибо тебе, хитрая многоножка из кастрюли.       Стоп! Какая многоножка?! Встать все же пришлось. Тут и обнаружилось, что странные происшествия к снам не имеют ну никакого отношения. Над кроватью висел-сиял целехонький щит. На кухне Мир добивал бесполезной антенной пищавшую сколопендру, а Линка и Уильям сидели на подоконнике, вжавшись в оконную раму. Разлитая овсянка раскорячилась на полу и плите.       — Слушай, Гриш, у тебя становится невозможно жить! — пожаловался Мир, соскребая остатки насекомого в мусорный пакет.       — Ну так не живи, — с легкостью ответил Стриж, улыбнулся, пожелав всем приятного аппетита, и ушел умываться.       Легкое злорадство пришлось ему по душе.

***

      Утренняя мгла и сырость быстро сменились солнечной погодой, редкой для последних дней. Едва Свистков вышел из подъезда, как взору предстала прекрасная картина: припаркованному соседскому джипу кто-то проткнул все четыре колеса, да еще и залил черной краской лобовое стекло. Собиравшийся ехать по делам хозяин теперь бегал вокруг "ласточки", громогласно обещая оторвать вредителю все выступающие части тела. От его ругани белье на соседском балконе свернулось в трубочку.       В метро Григория никто не толкал, не наступал на ноги и не торопил. Ему даже досталось свободное сидение без борьбы за него с бабками-дачницами и наглыми студентами. На работе — о чудо! — никто не заметил опоздания участкового уполномоченного полиции. Но на этом лимит удачи наступившего дня оказался исчерпан.       Едва успел Григорий переодеться и включить компьютер, как на него обрушился шквал звонков пострадавших граждан, требовавших любой ценой пресечь противоправные деяния, устранить угрозы общественной безопасности, задокументировать обстоятельства совершения преступлений и совершить прочие действия в пределах предоставленной законом компетенции. Да и поводы-то все, как на подбор, несуразные.       "Вот К. с улицы Поддубного 45, кв. 12, жалуется, что её мужа укусила сбежавшая из магазина гадюка, и просит арестовать наглую змею. На уточняющий вопрос, кем ей приходится гадюка, отвечала, что свекровь. Почему из магазина — сдачу не поделили. Ладно, разберемся. Докладываю дежурному: бытовая драка, хулиганство.       Еще лучше: П. (адрес неразборчиво) просит срочно принять меры по поимке психа (ой, блин, лица, страдающего психическим расстройством и представляющего опасность для окружающих), гуляющего по крыше в чем мать родила и распевающего шансон. Сообщил, куда следует. Бригада в теме, уже едет.       А вот еще заявление. Пенсионерка в письменной форме требует закрыть притон для занятия проституцией, незаконного потребления наркотических средств, психотропных веществ, установить их организаторов и принять меры. Что за адрес? Вот блин!       — Алло, здравствуйте, баба Света! Ага, это я, да, нормально все. Как ваш кот? Баба Света, в шестьдесят шестой нет притона, там я с друзьями живу! Не стыдно вам? Вот-вот. Хорошо, извинения принимаю. В шестьдесят седьмой тоже нет притона и в шестьдесят восьмой нет. А в семидесятой живете вы! (Убейте меня кто-нибудь..)".       Время до обеда пролетело незаметно. К полудню активность граждан поубавилась, что определенно радовало и настраивало на позитивные мысли об отдыхе и предстоящей Игре. "Пляска Хаоса" уже на следующих выходных! До заветного кружочка на календаре оставалось каких-то три дня. Эх, мечты-мечты...       Но после обеда позвонил дежурный и все испортил. Григория Свисткова впервые вызвали на срочное совещание по важному вопросу. Прибрав бумаги на столе и поправив форму, Стриж метнулся в кабинет руководителя. На полпути он вспомнил, что забыл блокнот и ручку. На месте подумал и взял диктофон. Потом хорошо подумал и ограничился первым вариантом, а то нехорошо как-то получается.       Дверь приемной с непривычки показалась слишком тяжелой. Раньше Свистков никогда здесь не был и теперь воспользовался случаем и осмотрелся. Секретаря на рабочем месте не оказалось, видимо, вопрос действительно был очень важный и очень секретный. Внутри кабинета уже собрались сотрудники правоохранительных структур, расположив стулья полукругом, ибо на всех места за совещательным столом не хватило.       Жмурясь от яркого света, Свистков скромно встал у стены, стыдясь своего страха вступить в круг важных представителей силовых ведомств. Среди рослых мужчин в форме с серьезными аббревиатурами он чувствовал себя маленьким и бесполезным. Зачем его вообще позвали сюда? Для мебели? Для отчетности: мол, привлекли всех, даже участкового? Но от услышанных обрывочных фраз любопытство молодого стража порядка разгоралось все сильней.       До начала совещания собравшиеся шумно что-то обсуждали, иногда бросаясь обвинениями в адрес коллег. Свистков уловил витавшую в зале враждебность, а еще заметил, что все представители структурных подразделений держались вместе. Темно-синяя форма Министерства Внутренних Дел — их большинство. Стриж вытянулся по струнке, заметив погоны старшего начальствующего состава — подполковника полиции.       За свободными стульями бродили, меря паркет тяжелой поступью, крепкие парни в камуфляже и бронежилетах: спецназ Службы исполнения наказаний. По их злобно-виноватым взглядам и плохо скрываемому беспокойству Свистков легко угадал повестку срочного собрания. МЧС-овцы уже совещались о чем-то своем, а остальные их не тревожили. Спокойствие сохраняли только двое офицеров спецслужб, с поистине эльфийским безразличием на лицах ожидавших появления полковника. В углу одиноко маялся доктор, которого выдавал видневшийся из-под плаща посеревший от времени халат.       Наконец явился сердитый полковник, и пестрая толпа быстро расселась по местам. Свистков скромно примостился возле печального, то и дело вздыхавшего доктора. Они оказались единственными, кто молчал и смотрел на руководителя в ожидании ответов. Даже с началом совещания споры и упреки не утихли, пока утомленный щекотливой ситуацией полковник не рявкнул. Призвав собравшихся к порядку, он умолк и с тоской посмотрел в окно — туда, где кипела городская жизнь, полная скрытых опасностей.       — Огласите повестку, — продолжил он, не отрывая взгляд от окна.       Съежившийся доктор нехотя встал:       — Это моя вина, — начал он. — Меня отвлекли просьбы санитара, и я слишком поздно обнаружил пропажу.       — Мы все виноваты, — проговорил полковник, и собравшиеся синхронно уставились в пол. — Но разбирать ошибки будем позже. Сейчас нам важно понять, куда мог направиться сбежавший преступник и как его быстрей поймать.       — Меня не убедили доводы охраны, что доставленный для лечения гражданин представляет крайнюю опасность, — тяжело вздохнув, продолжал доктор. — Когда мы поняли, что осужденный сбежал, то легкомысленно решили обойтись своими силами. Мы думали, он прячется где-нибудь в подвале или на чердаке, и обшарили каждый угол, и все-таки не смогли его разыскать. Как обычный больной мог скрыться с тщательно охраняемой территории психиатрической лечебницы, так и осталось загадкой. В тот день меня охватило тоскливое отчаяние...       — Спасибо, Геннадий Самуилович, — прервал его полковник. — Теперь послушаем тех, кто должен был по долгу службы следить за осужденным.       Оплошавшие спецназовцы, кашлянув, притворились, что невидимы. Но отвечать все же пришлось.       — Уважаемые коллеги! Дело в том, что осужденный Тихон Смертный, прозванный Гиблым, свихнулся в камере и был направлен на принудительное лечение. Находясь в больнице, он сумел обхитрить своих охранников и скрылся.       — Скрылся?!— удрученно вскричал подполковник. — Вот так просто, из-под носа у особого подразделения? Вам за что деньги платят?!       — Нас заверили, что из-под капельницы он никуда не денется. Ну, мы и отошли покурить, — ответил спецназовец. — Но, по всей вероятности, преступнику помогли — а это значит, что в наших рядах завелся "крот". Мы добросовестно выполняли наши обязанности и своевременно сообщили об инциденте во все инстанции.       — И успокоились на этом?!— сверкнув глазами, перебил докладчика подполковник. Он прекрасно понимал, каким гемор..., кхм, какой головной болью обернется поиск и поимка сбежавшего преступника. Особо опасного, между прочим.       Григорий, поначалу заинтригованный сообщением о беглеце, заскучал. Такое дело ему точно не поручат, можно даже не надеяться. Подняв глаза на полковника, он замер: за спиной руководителя управления маячила знакомая черная фигура. Мелькор, а это, без сомнения, был он, что-то нашептывал на ухо начальника, поглощенного обвинительной речью.       Напуганный Стриж прослушал последние отчеты, избранный план действий и список значащихся в нем имен и должностей. Только последняя фраза, прозвучавшая, как заклинание, выдернула его из нахлынувшего наваждения:       — И младшего лейтенанта Свисткова включите в рабочую группу. Пусть набирается опыта, — кивнул полковник растерянному участковому, почти по-родственному взглянув на него из-за золотой оправы очков.