Притворись моей женой, Грейнджер..

Неделя пролетела незаметно, и гриффиндорка с радостью вернулась на платформу девять и три четверти, означающий переход в совершенно другой, волшебный мир. Было приятно видеть на Кингс-кросс столько юных волшебников, улыбающихся, счастливых, уверенных в завтрашнем дне. Темные времена были в прошлом, когда было страшно высунуть нос из дома, и родители больше не боялись отпускать своих детей в Хогвартс. По привычке, Гермиона отыскала взглядом семейство Уизли, которые сильно выделялись среди толпы своими огненными шевелюрами. По тому, как восторженно смотрели и шептались люди, пытаясь хоть одним глазком увидеть героя, она предположила, что с ними был и Поттер. Девушка покачала головой и улыбнулась: Гарри не раз говорил ей, что такое повышенное внимание к своей персоне жутко смущает и заставляет его чувствовать идиотом. С трудом пробившись через толпу, Гермиона подошла к Уизли. — Всем привет, — запыхавшись, поздоровалась она. Члены семейства обернулись, и она сразу почувствовала себя неловко. Миссис Уизли приняла как данное её замужество с Малфоем, но в душе таила обиду за то, что она предпочла этого «сына Пожирателя» Рону. Она прекрасно видела, как они смотрели друг друга влюбленными глазами совсем недавно, и Молли не нарадовалась, что её сын нашел достойную девушку, уже ставшую всем родной Гермиону. Теперь она не знала, как вести себя, и в общении с ней появились какая-то холодность и напряжение. — Здравствуй, Гермиона, — натянуто улыбнулась Молли. — Привет, — сказала Джинни, и, отвернувшись, продолжила прерванный разговор с Парвати Патил, которая тоже стояла рядом. Сестра Рона всегда отличалась невозмутимостью, и с Гермионой у них сложились прекрасные ровные отношения. Но она никак не понимала, как Грейнджер безуспешно пытавшаяся завладеть вниманием её брата чуть ли не с первого курса, наконец, получив желаемое, просто бросила его. Джинни приняла бы её выбор, если она просто рассталась с ним, ведь она знала, что её брат достаточно вспыльчив и совершенно не умеет разговаривать с девушками, но выскочить замуж за школьного врага? Унизить ещё больше Рона? Их семью? Семейка Малфоев принесла им немало бед, уж не Гермионе ли об этом не знать? Джинни совсем запуталась и решила пока не контактировать с ней, не разобравшись, хотя Гарри просил её относиться к этому проще. Рон что-то пробормотал, смотря куда-то за её спину, и, увидев, Симуса Финнигана и Дина Томаса, поспешил к ним. Только Гарри, виновато улыбнувшись, обнял подругу, тем самым избавив её от чувства, словно она была тут лишней. — Не обращай внимания, — прошептал он тихо. В ответ она лишь кивнула. — Так, поезд уже вот-вот тронется, — сказал миссис Уизли, бросив взгляд на свои наручные часы. — Дети, вам пора. — Джинни, Гарри, Гермиона, — рассеянно проговорила Молли, — а где же Рон? — Я здесь, мама, — появившись у неё за спиной, сказал он. — Идите скорее, — поторопила их миссис Уизли, быстро обняв сначала Джинни и Рона, а затем Гарри. Посмотрев на Гермиону, она неуклюже похлопала её по плечу. — Удачи. Зайдя в поезд, Джинни и Гарри, махнули им с Роном, и пошли в дальний конец, где сидели обычные студенты.

***

Драко находился в скверном настроении с самого утра. Всё раздражало его: вся эта суета в Кингс-кросс, радостно щебечущие младшекурсницы, родители, умиляющиеся своими чадами. Поэтому он не стал задерживаться и, спешно попрощавшись с Люциусом и Нарциссой, сразу зашел в поезд. По привычке он направился в сторону слизеринских купе. Змеиный факультет был единственным, который сидел отдельно ото всех. Увидев своих однокурсников, стоящих в коридоре, он медленной походкой подошел к ним. Разговоры все смолкли. Забини кивнул ему, а остальные... отвернулись. — Грязная кровь так заразна, — успел услышать Драко голос Нотта-младшего до того, как слизеринцы скрылись за дверями купе. — Что всё это значит? — спокойно спросил Малфой Блейза, хотя он еле сдерживал гнев. — Эта кучка придурков решила, что ты спишь с грязнокровкой, и посчитали тебя, — сделав паузу, Забини продолжил: — Предателем. Грейнджер. Какого черта, она умудряется портить жизнь одним лишь своим существованием? Драко просто кивнул, говорить об этом ему не хотелось. Он уже повзрослел, и не нуждался в чьем-то общении или защите, как год назад. Ему вполне хватит Блейза, тем более, что он единственный кто имел на него влияние. — Пойдешь к ним? — безразлично спросил он. — Ты окончательно рехнулся, Малфой, если думаешь, что я присоединюсь к этому стаду баранов. Драко усмехнулся. Они зашли в свободное купе. — Так ты теперь полностью оправдан? — спросил его Блейз. — Из-за гуляющих на свободе Пожирателей мы всё ещё под надзором министерства. — Я слышал, что на тебя напали в Лютном переулке... — Да. Не стоит особого внимания. — Говорят, Пожиратели нападают на грязнокровок. Ты бы зажил спокойно, если они добрались до Грейнджер. — Верно, — ответил Малфой. Не мог же он признаться другу, что следил за ней всю прошлую неделю. Хоть и не сам, но всё же. Мотивов собственного поступка он и сам до конца не понимал. — Ты немного настораживаешь меня, Драко. Где поток ругательств в адрес грязнокровки? Уж не околдовала ли тебя Грейнджер?— скептично спросил Забини. — Блейз, скорее вы с Уизли пойдете в пляс, чем я увижу в Грейнджер человека. Мулат хмыкнул, удовлетворившись ответом, и они заговорили о ничего не значащих вещах. Постепенно поезд начал заполняться студентами, и ему пришлось уйти. Старосты школы должны были сидеть в специальном вагоне, который находился в голове поезда, где они проходили инструктаж и оставляли свои вещи. Затем они расходились по разным вагонам, чтобы следить за порядком в поезде. К своему удивлению, он застал только Паркинсон. — Драко, где ты пропадал так долго? — обвив его за шею, спросила Пэнси и принялась гладить его по груди, спускаясь ниже. Еще рано. Грех не воспользоваться шансом. Малфой усмехнулся, и, схватив её за подбородок, с яростью впился в её податливые губы. — Вижу, ты соскучилась, — сказал он насмешливо. — У тебя не так много времени, чтобы доказать это. Пэнси, скривив рот в ухмылке, опустилась на колени и принялась расстегивать его ширинку. Глядя на него в упор, она приоткрыла припухшие от поцелуя губы и приняла возбужденный член в свой пылающий рот. Язык её скользил медленно, изучая каждый миллиметр его пульсирующей плоти. Она, определенно, дразнила его. Как долго он этого ждал. Слизеринец откинул голову от наслаждения, но вдруг он насторожился. Черт. Услышав приближающиеся шаги, Драко зарылся рукой в волосы Паркинсон и начал двигаться быстрее. Он зарычал, резко толкнувшись бедрами в последний раз, и отпустил её. К тому моменту, когда открылась дверь, он успел надеть брюки, а Пэнси вытереть рукавом мантии рот. Придется поискать место поукромнее.

***

Последовав в вагон для старост, Рон и Гермиона присоединились к старостам факультетов. Гриффиндор представляли Невилл Долгопупс и Парвати Патил, Когтевран — Чжоу Чанг и Майкл Корнер, Пуффендуй —Эрни Макмиллан и Ханна Аббот, и Слизерин... — А где старосты Слизерина? — нахмурившись, спросила Гермиона. Дверь за ними открылась, откуда вошли Пэнси Паркинсон и Драко Малфой собственной персоной. Растрепанные волосы, помятая мантия и запыхавшийся вид Пэнси говорили, что они занимались вовсе не обходом. Драко выглядел в своем черном костюме, как всегда, безукоризненно. Серые и шоколадные глаза встретились на мгновение, и, если взглядом можно было бы уничтожить, от Малфоя осталась бы горстка пепла. Староста Слизерина, намеренно обойдя их с Роном, будто здесь был лишнее пространство, сел, заставив подвинуться Невилла и Эрни. — Я думаю, чей это занудливый голос слышно за километр, оказывается, заучка Грейнджер уже осквернила воздух своим присутствием, - визгливо сказала Пэнси, плюхнувшись рядом с Драко и с обожанием глядя на него. Тот, лениво развалившись, даже не взглянул на свою подружку. Гермиона вспыхнула. Этот идиот даже не думает о последствиях, развлекаясь со своей Паркинсон на виду у всех. Как будто мне больше всех надо. Отлично, теперь меня сочтут за несчастную, влюбленную жертву. Еще Рон... — Будь добра, заткнись, Паркинсон, — сказал Майкл. — Может, вы займетесь делом? — зло спросил Рон. — Уизел, если и ты староста школы, это не позволяет тебе указывать мне, что делать. Даже моя дражайшая жена, — при слове «жена» его рот скривился, — Не имеет такого права, — растягивая слова, сказал Драко. Разразилось молчание, все опустили головы. Краем глаза Гермиона увидела, как задвигались желваки у покрасневшего от злости Рона, и как его руки сжались в кулак. Вдруг он с ненавистью посмотрел на неё, и вышел, захлопнув дверь купе. За что это мне? — Пожалуй, проверю коридор. Студенты нынче разбушевались не на шутку, — нарушил молчание Невилл, и встал. Остальные, кроме Пэнси и Драко, последовали его примеру.

***

— Рассаживайтесь по своим местам, — устало произнесла она, с укоризной глядя на толпившихся в коридоре младшекурсников. Она ходила по «Хогвартс-экспрессу», стараясь утихомирить чересчур возбужденных поездкой студентов. Когда в поезде был установлен относительный порядок, она просто ходила по коридору, изо всех сил стараясь тянуть время. Возвращаться обратно не хотелось. — Прячешься, Грейнджер? — произнес насмешливый голос сзади. — Почему бы тебе не пойти своей дорогой, Малфой? — спросила она раздраженно, даже не посмотрев в его сторону. Он ничего не ответил и, схватив её за запястье, потянул за собой. Открыв первую попавшуюся дверь, слизеринец взглядом заставил освободить купе удивленных второкурсников. — Что ты, ради Мерлина, себе позволяешь? — спросила Гермиона после того, как дверь закрылась. — Твои дружки никогда особо не отличались умом, — начал он, — Но наглость тоже должна иметь свои границы, даже если ты — святой Поттер. —О чем ты? — зло спросила она, тряхнув головой. —Твой очкастый друг подошел ко мне минуту назад и с пеной у рта кричал, чтобы я оставил его грязнокровную подружку в покое. — Почему бы тебе не последовать его совету? — Сохранение легенды. Меня волнует только это. — Если ты так печешься об этом, то почему бы тебе не скрыть свои грязные делишки с Паркинсон? — вышла из себя Гермиона. — Ревнуешь, Грейнджер? — приподнял бровь Малфой. — Я... Нет. Да что ты возомнил о себе? — прошипела она. Драко, не ответив, подошел к ней вплотную и взял обеими руками её лицо, заставив посмотреть в его глаза, а затем медленно наклонил голову. У Гермионы перехватило дыхание. Губы её приоткрылись от такого неожиданного прикосновения. Прекрати это. Что ты делаешь? Почему она не могла пошевелиться, когда ОН был рядом? Когда это началось? — Я не поцелую тебя, Грейнджер, как бы ты этого ни хотела, — усмехнулся Малфой и, убрав руки, сделал шаг назад. — Зачем ты это делаешь? — спросила Гермиона. Голос её дрожал. — Просто мимо проходил твой шрамированный дружок, — довольно сказал он. — Было приятно насладиться перекосившейся рожей Поттера... Смысл сказанных слов не сразу дошел до её сознания. Гарри. Видел. Их. Вместе. Он подумает, что она лгала ему всё это время. — Ты... Ты — ничтожество, — выдавила гриффиндорка внезапно осипшим голосом, и торопливо вышла из купе. Она увидела удаляющуюся фигуру лучшего друга и окликнула его. Гарри обернулся на мгновение, и, покачав головой, пошел в противоположном направлении. Единственный человек, который верил ей и поддерживал её, ушел. Слезы полились из её глаз, но она даже не замечала этого. — Каково быть изгоем, Грейнджер? — спросил с издевкой Малфой. Он стоял, скрестив руки, и наблюдал за ней. Она резко обернулась, так что волосы хлестнули по щекам, и за секунду преодолела отделявшее их расстояние. Кровь стучала в висках, она не соображала, что делает, как её ладонь взметнулась вверх и ударила его. Послышался характерный звук пощечины, и через мгновение она ощутила жжение в ладони. Драко от неожиданности даже отшатнулся, и, придя в себя, дотронулся до своей щеки. Гермиона с удивлением отпрянула, а в следующую секунду ей захотелось истерично рассмеяться. Словно дежавю. Как будто она уже проживала этот момент в прошлом. На третьем курсе. Когда Малфой вывел её из себя, она так же ударила его, лишь бы он, довольный тем, что обрек бедного Клювокрыла на смерть, замолчал. Только сейчас они повзрослели. Он не был тем трусливым мальчишкой, всюду появлявшимся со своими прихвостнями. Он мог быть опасен, Гермиона сама лично убедилась в этом месяц назад. Они стояли и смотрели друг на друга, казалось, целую вечность. Пропитанные насквозь ненавистью друг к другу, отчаянием и злостью, граничащей с сумасшествием. Стиснутые челюсти, потемневшие серые глаза пугали её. Она нервно сглотнула, когда Драко сделал шаг к ней. — Тележка со сладостями, — издалека прозвучавший голос продавщицы сладостей отрезвил их. — Тележка со сладостями. Малфой кинув на неё уничтожающий взгляд, прошел мимо неё.

***

Драко вернулся обратно в вагон старост. Там было пусто: все разбрелись по вагонам, всё-таки их обязанностью было следить за порядком. Он был только рад этому. Слизеринец мог бы убить сейчас. Он бы убил Грейнджер, если не старуха со своей тележкой, так не вовремя появившаяся в коридоре. Он не знал, что разозлило его больше: пощечина или её пресмыкание перед Поттером. Грязнокровка и Мальчик-который-всех-достал? Девчонка Уизли? Её бестолковый брат? Они решили не париться и жить шведской семьей? Драко провел рукой по платиновым волосам — успокаивающий жест. Он не понимал, почему это так задело его. Может потому, что ты сам теперь связан со всем этим дерьмом? Когда он заметил Поттера через дверной проем, в голове его прозвучал голос Нотта. Грязная кровь так заразна… Захотелось, чтобы Грейнджер тоже почувствовала, каково это, когда собственные однокурсники смешивают тебя с грязью. Но было ещё кое-что. Глаза, когда он коснулся её щеки. Взгляд, скользнувший к его губам совершенно внезапно. Он чуть не поцеловал её. Снова. Это всё Пэнси со своим ртом. Грязнокровка не интересует его ни в каком плане.

***

Когда поезд остановился, Гермиона с облегчением выдохнула. Это была самая долгая поездка в её жизни. Студенты, весело переговариваясь и шумно передвигая чемоданы, начали выходить на платформу. Грейнджер, как староста школы, осталась, чтобы проверить, все ли студенты покинули поезд. Конечно, она сделала это в одиночку. Рон либо забыл о своей обязанности, либо попросту не хотел оставаться с ней вдвоем, что казалось более вероятным. Обойдя все вагоны, она с чувством выполненного долга, сошла с поезда. Сверкающий алый паровоз, постепенно набирая скорость, исчез за поворотом. Все уже разъехались на каретах, запряженных фестралами, и только вдалеке слышались голоса ребят. Гермиона вздохнула и зашагала по аллее в сторону замка, задумавшись о том, как непривычно было идти в одиночестве. Она никогда не добиралась пешком от станции Хогсмида до школы, и под конец совсем устала. Опоздаю к распределению. Когда она дошла до замка, огромные дубовые двери распахнулись, пропуская её в просторный, заново отстроенный вестибюль, и до гриффиндорки донеслись разговоры, смех, звон тарелок и бокалов из раскрытых дверей Большого зала. Стараясь остаться незамеченной, она прошла к столу своего факультета и опустилась на скамью рядом с Невиллом и Симусом, решив поискать Гарри и Рона после ужина. К счастью, на неё никто не обратил внимание. Профессор МакГонагалл, поздравив новых студентов с поступлением в одну из лучших школ чародейства и волшебства, объясняла новые порядки и изменения. Гораций Слизнорт утвержден деканом Слизерина, был приглашен новый преподаватель ЗОТИ, и им был никто иной, как Аберфорт Дамблдор. В темно-синей мантии и с длинной бородой, он удивительно был похож на своего брата. Не хватало лишь очков-половинок и более добродушного взгляда, всё-таки Аберфорт производил впечатление жесткого, волевого человека. — Как справляешься с новой должностью, Гермиона? — спросил её Невилл, когда начался банкет. — Выглядишь неважно. — С переменным успехом, — вздохнула она. — Ты только приехала, — пожал плечами Долгопупс, — то ли ещё будет. — Так ты всё ещё сидишь за столом Гриффиндора? — хмыкнул Симус. — Что ты имеешь ввиду? — нахмурилась Грейнджер. Тон, каким был задан вопрос, ей совсем не понравился. — Просто место Малфоев находится чуть дальше, — с издевкой пояснил он, кивнув головой в сторону змеиного факультета. — Ты же теперь носишь фамилию Малфой? Гермиона густо покраснела. Невилл виновато отвел глаза и продолжил сосредоточенно орудовать вилкой. Напротив сидящие Парвати и Фэй Данбар понимающе переглянулись. Все знали, что Симус ожесточился после гибели Лаванды Браун, в которую был влюблен. И было неудивительно, что он так относился к Малфою, бывшему Пожирателю Смерти, ведь и он в какой-то степени был причастен к смерти девушки. По крайней мере, именно так считал Финниган. Гермиона ничего не ответила. Что сказал Малфой? Каково быть изгоем? Страшно. Унизительно. До конца ужина она просидела молча, мечтая оказаться, наконец, в спальне. Она жутко устала, голова её потяжелела, глаза нещадно слипались. В конце концов, десерты исчезли, и МакГонагалл встала из-за стола, объявив об окончании банкета. Гермиона очнулась и встала, желая поскорее выйти из Большого зала, как директор попросила остаться старост школы. Она увидела, как Рон поплелся в сторону профессорского стола, и пошла за ним. — Мистер Уизли, мисс Грейнд…— МакГонагалл не закончила. Ради Мерлина, не надо называть меня «миссис Малфой». — Да, профессор, — перебила она её. Директор на секунду внимательно посмотрела на гриффиндорку. — Так вот, — начала МакГонагалл, — для начала, я хочу поздравить вас с этой ответственной должностью. Не каждому выпадает честь быть примером для подражания для всей школы, — она гордо улыбнулась. Всё-таки это гриффиндорцы. — Что касается ваших обязанностей: старосты должны патрулировать школу два раза в неделю, в остальные дни этим будут заниматься преподаватели. График дежурств согласуйте между собой, — старосты кивнули. — Вы имеете право лишать очков провинившихся студентов по объективным причинам, — выделив последние слова, произнесла она и посмотрела на Уизли. — В вашем подчинении старосты факультетов, они будут помогать вам сохранять порядок в школе. Вы будете жить в Башне старост, который находится на шестом этаже замка, в конце коридора, — подумав, она сказала: — Впрочем, я сама сейчас провожу вас. Они двинулись в сторону выхода. Грейнджер даже не пыталась начать разговор с бывшим парнем, решив, что это не самое удачное время. Тишину нарушал только голос МакГонагалл, которая рассказывала, как восстанавливался разрушенный замок. Миновав несметное количество каменных коридоров и лестниц, они, наконец, очутились перед портретом крючконосого сурового мужчины, чем-то напоминающего Снейпа. Ох. Похоже, с ним придется несладко. — Пароль, — режущим слух голосом произнес мужчина. — Абиенс аби*, — твердо произнесла Минерва. Мужчина на портрете, гордо подняв голову, отъехал с тихим шелестом в сторону, открыв вход в довольно узкий коридор. Вся гостиная была выдержана в нейтрально-бежевых тонах. Камин, в котором уже пылал огонь, занимал почетное место в центре комнаты, а композицию завершали уютный диванчик и пара кресел. На стеклянном кофейном столике с изящными коваными ножками лежал свежий номер «Ежедневного пророка». — Мистер Уизли, ваша комната находится слева, — сказала директор, удовлетворительно осмотревшись. — Мисс Грейнджер, ваша соответственно — справа. — Спасибо, профессор, — поблагодарила Гермиона. Ей здесь очень нравилось. МакГонагалл одобрительно кивнула. — Доброй ночи, — пробурчал Рон и, не дожидаясь ответа, пошел в свою спальню. — Что ж, отдохните, — поправив крошечные очки на лице, сказала Минерва. — Доброй ночи. Когда Гермиона осталась одна в гостиной, она раздумывала над тем, чтобы сейчас же пойти серьезно поговорить с Роном. Но усталость дала о себе знать. Поднявшись в свою комнату, девушка, даже не осмотревшись и не разобрав вещи, забралась на кровать и мгновенно уснула.