More Expensive Than Drugs

23:01. Луна в окне выглядывает из-за туч, целуя сетчатку глаз приятным неярким свечением. Чонгук выдыхает в её сторону пахнущий сожжённым табаком сизый дым (тот, не долетая, растворяется в воздухе). Он вдавливает бычок в пепельницу и, не затушив до конца, оставляет тлеть, чуть дымясь, а сам возвращается в комнату. 23:02. На экране ноутбука высвечивается уведомление о новом сообщении от Тэхёна: «Надеюсь, ты поймёшь». Фраза явно вырвана из контекста, что свидетельствует о том, что это, вероятно, не единственное сообщение, которое уже успел написать Ким. Чонгук хмыкает и открывает диалог. 23:03. «Привет, Чонгук, — и куда только девалось привычное „Гукки“? — Прости, что не отвечал на сообщения и не перезванивал. Я очень долго думал о всяком и вообще-то хотел написать, но только сейчас хватило сил и поднабралось слов, которые я бы хотел сказать». Чон чувствует некоторое подобие беспокойства и начинает ритмично чуть отстукивать ногой по полу, переходя к следующему сообщению: «Ты, наверное, заметил, что в последнее время наши отношения стали совершенно другими, не такими, как раньше. — Может, потому, что ты куда-то пропал на неделю? — Меня это очень беспокоило, и… Прости, Чонгуги… — Тем временем 23:04. Чон пролистывает бессмысленный набор грустных смайликов, отправленных Тэхёном. — Мы встречались достаточно долго, чтобы привыкнуть друг к другу, но ты ведь и сам понимаешь, что это уже не те чувства. Мы больше не можем этого отрицать. Я…». — К чёрту! 23:05. Чон беглым взглядом проходится по тому, что написано ниже, в голове расторопно расписывая в нескольких предложениях всё, о чём Ким распинался в нескольких абзацах, и выделил основное: всё кончено, он теперь встречается с кем-то, кто учится на четвёртом курсе графического дизайна и подрабатывает татуировщиком, а потом банальное «надеюсь, мы сможем общаться так же хорошо, как раньше». (23:06.) Чонгук отдалённо припоминал, как хорошо они общались раньше. На языке жестов практически. В их общении губы и языки куда чаще использовались отнюдь не для того, чтобы произносить слова или вообще какие-либо осознанные звуки (не считая тех, которые можно было бы описать небольшим набором из гласных букв). Поцелуй в шею — равносильно «я хочу тебя». Чонгуковы ладони, неспешно оглаживающие спину Кима, — «ты мне нравишься». Губы Чонгука, плотно обхватывающие чужой член, — «я готов на всё ради тебя», и взгляд при этом, означающий «а делаю я это только потому, что люблю тебя». 23:07. Чонгук припоминает, что Тэхён всегда предпочитал скорее принимать, чем отдавать что-то взамен. Так же, как просто принял предложение Чона, когда тот предложил встречаться. Так же, как принимал в себя его член, принимал по самое основание — не важно как, не важно где и, в общем-то, не важно чем. 23:08. Чонгук думает, что им стоило бы почаще разговаривать друг с другом, и, может, тогда сейчас всё было бы иначе. Может, Ким просто привык, заскучал и захотел попробовать что-то новое. Чонгук останавливает длинные пальцы в воздухе в нескольких сантиметрах от клавиатуры и задумывается. (23:09.) А затем отстукивает короткое «без проблем» и отправляет. Тэхён читает мгновенно и тут же закидывает младшего ещё одним набором смайликов — виноватых или улыбающихся, а потом снова извиняется и желает спокойной ночи. 23:10. Чонгук знает, что Ким никогда не засыпает так рано, засиживаясь порой и до самого утра. Когда он ночевал у Чона, в это время всё обычно только начиналось — начиналось ненавязчиво и тягуче: медленными поцелуями в губы, переплетением ног, когда они лежали на узком диване, прикосновениями рук на шее, плечах, спине и талии, а позже — на ягодицах и… 23:11. Теперь это не важно. Важно то, что нынче осень, начинает холодать. Тэхён был рядом в тепло и невообразимую жару, делал так, чтобы становилось ещё жарче, но когда ртуть в термометре начала опускаться на деления ниже и его тепло стало ещё необходимей, он вдруг решил уйти. 23:12. Чонгук наконец начинает чувствовать себя брошенным. Он вытаскивает сигарету из пачки, лежащей на столе, закуривает прямо в комнате и пепел стряхивает в кружку с кофе. 23:13. Чон думает, что наверняка ведь Тэхён со своим новым парнем уже переспал, и мысленно материт обоих так, что самому голова начинает болеть от такого количество матов, мысленно промотанных и совмещённых друг с другом в течение всего пяти минут. 23:18. Он делает глоток того самого кофе, в котором плавают пепельные хлопья, затем тушит в нём оставшийся окурок, и, надеясь успокоиться, произносит вслух: — Шлюха. Легче не становится. 23:19. Чон чувствует солёную влагу на собственных щеках, но быстро её вытирает тыльной стороной ладони, даже самому себе отказываясь признаться в том, почему из его глаз вдруг потекли слёзы. Предположим, просто обидно, особенно оттого, что бросили его впервые. 23:20. В груди что-то колет, словно бы ударяясь о рёбра с каждым ударом сердца, и Чонгук с удивлением понимает, что игнорирует это чувство уже не менее пятнадцати минут. Хотя и жалеть-то не о чем: он влюбился в образ, выстроенный из крохотных элементов собственных наблюдений, в которых Ким даже участвовал лишь пассивно. В роде того, как, когда они ещё не были знакомы непосредственно друг с другом, Чон наблюдал за старшим издалека, запоминая его походку, мимику, то, как он шутит и по-детски кривляется с друзьями, то, каким дерзким и самоуверенным он пытается казаться при разговоре с незнакомцами, то, как меняется выражение его лица, когда он поёт… 23:21. А что знал Тэхён о Чонгуке? Имя, возраст, места жительства, учёбы и работы и адрес странички в социальных сетях. Быть может, если бы они чуть чаще разговаривали, Ким смог бы посмотреть на Чонгука иначе и по-настоящему влюбиться. 23:22. Чон думает, что вполне мог бы написать об этом ему, а не прокручивать всё в своей собственной голове, но что тогда? Тэхён лёгкими ударами пальцев по клавиатуре отправил младшего в ящик под названием «прошлое» с ярко-красной надписью «не трогать!», так чего уж этому прошлому самостоятельно что-то ворошить и кричать о том, что оно рассчитывало на то, чтобы быть настоящим и будущим. 23:23 — подходящее время для того, чтобы загадать желание. Ровно половина секунды уходит на то, чтобы в голове Чонгука проскочила мысль: «Желаю, чтобы Тэхён вернулся», но он тут же мотает головой и загадывает, чтобы зима в этом году оказалась хотя бы более-менее тёплой. 23:24. Рядом с аватаркой Тэхёна снова загорается значок «онлайн» и тут же от него приходит новое сообщение: «Кстати, забыл сказать. Чимин уже давно часто поглядывает на тебя. Думаю, ты ему нравишься, так что приглядись к нему», и подмигивающий эмодзи. 23:25. — Сука, — шипит Чонгук и яростно набирает злобное «иди на хуй», но уже через несколько секунд, поразмыслив и глубоко вздохнув, стирает и заменяет на короткое «ок». 23:26. Тэхён вновь отправляет радостные и подмигивающие смайлики и со словами «всё, ушёл», видимо, действительно уходит. (23:27.) Чонгук сильно ударяет рукой по столу и случайно опрокидывает кружку с недопитым кофе, который капает на пол и растекается тёмно-коричневыми струйками с вкраплениями сгустков пепла и измельчённых кофейных зёрен. Пропитавшийся чёрным напитком бычок безжизненно валяется в небольшой лужице на столе. 23:28. Чон уходит в ванную за тряпкой и, вернувшись, просто кидает её у подножия стола. 23:29. Внутри теперь плещется вязкое, чуть кисловатое на вкус отвращение — и к пролитому кофе, в который он умудрился вступить ногой, и к чёртовому Ким Тэхёну, которому, кажется, изначально на Чонгука было плевать. А плакать по-прежнему хочется, но он лишь глубоко вздыхает пару раз, закрывает глаза и приходит к единственному верному решению… 23:30. Всё кончено.