Один раз и навсегда

      Лондон встретил его проливным дождём. Проклиная весь свет и самого себя за то, что не стал брать с собой зонт, Иван прижал к себе сумку с вещами и со всех ног бросился в здание аэропорта. Наверное, стоило поймать такси и сразу поехать в гостиницу. Его утомил перелёт, а ещё надо было срочно позвонить Николаю и сообщить о том, что он прибыл, а телефон, словно на зло своему хозяину, разрядился.       Проще говоря, путешествие заведомо началось худшим образом. Дождь только усилился, когда он оказался в здании, но несмотря ни на что, Брагинский старался не терять оптимизма. В конце концов, он выбрался в другую страну, и здесь будет на что посмотреть. Всё хорошо, определённо лучше, чем он только может вообразить. Очень хотелось на это надеяться, во всяком случае.       Пройдя регистрацию с остальными пассажирами, Иван не без труда поймал такси, ибо желающих было очень много. Назвав нужный адрес, парень перевёл дух. Дождь потихоньку стихал, а за окном виднелись немного диковинные для него здания, двухэтажные автобусы, часто встречающиеся пёстрые магазинчики, а после на фоне всего этого замаячил знаменитый Биг-Бен. Сразу стало как-то приятнее на душе.       Отбросив все ненужные мысли, он стал смотреть на пейзажи, стараясь думать только о хорошем. Кругом ходили люди. Они спешили по своим делам, кто-то под зонтами, а кто-то спрятавшись под капюшон куртки. В этом, если подумать, было что-то по-домашнему уютное, хотя Англия казалась Ивану очень мрачной. И это даже не из-за дождя и туч на небе, или непривычной архитектуры, или просто потому, что это чужая страна. Быть может, всё кругом слишком отличалось от того, что было привычно Брагинскому.       Доехав до гостиницы и сразу же поселившись в заранее забронированный номер, Ваня первым делом снял с себя промокшую одежду и направился в душ. В ванной обнаружилась стиральная машина, что несказанно порадовало парня. Определённо, стоит сказать спасибо Штефану, это он выбирал для него гостиницу, и выбрал явно лучшую. И плевать, что до центра надо ехать на автобусе или долго идти пешком, Иван будет только рад пешей прогулке.       Он присел на не слишком мягкую, но вполне удобную кровать и включил телевизор. Включил просто для того, чтобы были хоть какие-то звуки ─ полная тишина его немного пугала. Телефон уже немного зарядился, так что Брагинский позвонил брату и заверил его в том, что у него всё отлично, и добрался он хорошо, и номер в гостинице у него просто прекрасный. Ваня в самом деле был всем доволен. Как только они распрощались, и звонок был скинут, парень глубоко выдохнул и прилёг на кровать. Его отчего-то сильно клонило в сон. Даже не снимая с тела банный халат, он забрался под покрывало.       Сперва стоит поспать, а потом уже можно будет пойти прогуляться по городу и посмотреть все достопримечательности. В любом случае, времени у него полно. Так что пара часов сна ничего радикально не изменит. Узор на запястье немного чесался. Брагинский не обратил на это ровным счетом никакого внимания. Он спокойно заснул, так и не заметив, что узор на пару мгновений засверкал пурпурным цветом.

***

      В тусклом свете лампы замаячил огонёк. Совсем ненадолго, но всегда внимательный парень ясно уловил это.       ─ Эй, Артур!       Они находились в маленькой, пропахшей дымом сигарет и запахом кофе комнатке. Из одного-единственного окна виднелся мрачный пейзаж одного из самых неблагополучных кварталов города. Это как раз те места, где никогда не появляются туристы, которых в Лондоне полным-полно в любое время года. Капал дождь, но несмотря на это, возле одного из окон на верёвке висело бельё. Вряд ли оно высохнет под дождём. А впрочем, кому какая разница? Вполне возможно, что хозяина квартиры просто нет дома. Мало ли, оттягивается где-то в пабе или просто крепко спит, наплевав на всё, в том числе и на это самое бельё.       ─ Чего тебе?       Молодой на вид мужчина недовольно переводит взгляд на своего компаньона. Ему противна эта комната, потому как здесь жили турки ─ эмигранты из чужой страны, смуглые, резкие, хамоватые и постоянно пьющие кофе и курящие дешевые сигареты. Артур Кёркленд на дух не переносил иностранцев, а к эмигрантам и вовсе испытывал отвращение. Без особого повода ─ просто он их ненавидел и всегда был рад, если появлялась необходимость стрелять в них.       ─ Твоя ручная икебана, ─ усмехнулся компаньон. ─ Ты не заметил?       На сей раз Артур и вовсе рыкнул, ясно дав понять парню, что об узоре на запястье ему лучше не говорить. Этот самый узор давно стал для него особой проблемой.       Началось всё с того, что проснувшись утром, одиннадцатилетний Кёркленд обнаружил на своём запястье странный рисунок. Он знал о том, что подобные рисунки должны так или иначе быть у всех, но появлялись они либо при рождении, либо в раннем детстве. Артур с этим как-то запоздал. Взволнованная миссис Кёркленд тут же повезла его к специалисту. То был взрослый и образованный седовласый мужчина, которого Артур помнил и по сей день. Он успокоил женщину и заверил её в том, что всё в полном порядке ─ узор появился тогда, когда должен был.       ─ Но почему так поздно? ─ растерянно спросила миссис Кёркленд.       А мужчина лишь улыбнулся.       ─ Потому, что его истинная пара появилась на свет только сегодня.       Для Артура это было потрясением. Мало того, что предполагаемая пара была младше на одиннадцать лет, так ещё и сам узор был странным. Хоть цвет у него был хороший ─ пурпурный, самый редкий, но вот кусок, изображавший полевые цветы, самые обычные ромашки, просто взбесил.       ─ Это в России, ─ сказала миссис Кёркленд, изучив всё, что только можно по этим узорам в сети. ─ Какое проклятие. Просто проклятие… И за что мне всё это?       Стоит отметить, что миссис Кёркленд, которая как и прежде носила фамилию бывшего мужа, была глубоко несчастной женщиной. Её собственный узор пропал с запястья, когда ей было семнадцать лет. Это объяснили тем, что её истинной пары уже нет на свете. Ей было больно от того, что она так и не познала истинное счастье с тем, кто был ей предначертан.       Когда ей исполнилось двадцать, отец поспешил выдать замуж единственную дочь за директора крупной корпорации, на помощь которого он так рассчитывал. Свадьбу в итоге сыграли. Муж был старше на девятнадцать лет ─ уже вполне взрослый и солидный мужчина, но вполне ухоженный, красивый и внешне даже молодой. Бедная миссис Кёркленд очень старалась быть для него хорошей женой. Она даже смогла его полюбить за те три года, что они прожили вместе. Единственным фактором, омрачавшим жизнь, был узор на запястье мужа ─ пурпурный чертополох. Молодая женщина очень боялась того, что однажды найдётся человек с похожим узором и разобьёт её семью.       Когда Артуру было два года, это произошло. Мистер Кёркленд встретил свою истинную пару: обаятельную шотландку с рыжими кудрями и веснушками на красивом лице. Он тотчас забыл жену и подал на развод. Как правило, любой суд учитывал появление истинной пары, так что супругов сразу развели, и миссис Кёркленд вернулась в отчий дом с маленьким сыном на руках. Даже о нём, своем первенце, совершенно забыл мистер Кёркленд, которому новая жена родила трёх сыновей. Они жили в полном достатке, а вот маленький Артур со своей матерью оказались никому не нужны. В скором времени погибли родители миссис Кёркленд, оставив ей прогоревший бизнес и кучу долгов.       Жизнь была очень тяжёлой. То и дело приходили люди, требовавшие деньги, и несчастная женщина не знала, что ей делать. Она надеялась на то, что узор на запястье сына принесёт ему счастье, или этого проклятого узора не будет вовсе. Её надежды рухнули.       А когда Артуру исполнилось двенадцать, миссис Кёркленд решилась на отчаянный шаг ─ она украла деньги. Мальчик знал, что его мать в ту ночь убила человека, но смогла расплатиться с некоторыми долгами. «Так надо, мы спасаем себя» ─ говорила она. И маленький Арти ей верил.       Когда ему было пятнадцать, они с матерью воровали вместе. У них просто не было иного выхода, и они ловко оправдывали все свои действия тем, что таким образом спасают себя. И всё шло ровно, пока однажды они не перешли дорожку очень влиятельным людям. На них открыли охоту, и в скором времени миссис Кёркленд застрелили на глазах у Артура. Юноша, к слову, вскоре отомстил, перерезав глотки всем, кто посмел лишить его самого дорогого для него человека.       В двадцать лет он уже был лидером довольно известной в Лондоне банды грабителей, а в двадцать три Артур решил начать избавляться от конкурентов в мире криминала. В конце концов, и наркобизнес, и торговля оружием, и фальшивые деньги, угон автомобилей, даже аферы с ценными бумагами ─ всё сосредоточилось в его руках. Его уважали, его боялись, о его расположении мечтали все ─ от крупных шишек и до мелких воришек. Полиция всё никак не могла выйти на его след, они даже имени его не знали. Всей стране Кёркленд был известен как «Корсар» ─ настоящий криминальный король, которому лучше не переходить дорогу.       Сейчас ему тридцать четыре года. Он сидел в чёртовой душной комнате, провонявшей кофе, и думал над тем, как он поступит с обманщиком. Один из его наркодилеров слил важную информацию конкурентам из Германии. Кёркленд уже обнаружил крота, а потому залёг на дно, чтобы всё вышло наверняка. Он хорошо знал, как надо устранять проблемы.       ─ Не делай такое лицо, ─ усмехнулся компаньон. ─ Я знаю тебя, как облупленного.       Этого парня звали Доминик Хедервари. Тоже эмигрант, из Венгрии, но совсем не такой, как те люди, которых привык ненавидеть Артур. Изначально Хедервари его раздражал; странный, всегда улыбающийся парень с длинными, собранными в хвост волосами, почти женской чёлкой и кучей колец на неровных пальцах. Раздражал ровно до того момента, когда этот парень однажды в одиночку не забил до смерти сразу шестнадцать человек, вооружившись самой обычной сковородой. Артур присмотрелся, а после взял парня к себе, и в итоге ни разу не пожалел об этом. Тот не раз показал свою верность и оправдал оказанное ему доверие.       ─ Много ты знаешь, ─ хмыкнул Кёркленд.       На самом деле Доминик и правда знал больше всех тех людей, которые окружали Артура. Он знал историю о его матери, знал о том, что Кёркленд не умеет пить, обожает чай, лакричные горькие конфеты, на дух не переносит кофе, комплексует из-за своих слишком больших и густых бровей, регулярно наводит справки о своём отце и единокровных братьях, хотя и ненавидит их лютой ненавистью, каждый год посещает могилу матери и панически боится всего, что касается узора на запястье.       К слову о последнем. Только Хедервари смог рассказать Артур о своём главном страхе. Он помнил о том, что один такой узор сломал жизнь его горячо любимой матери, и был уверен в том, что собственный узор сломает жизнь ему. Именно поэтому он, наплевав на все запреты и здравый смысл, дважды пытался свести метку хирургическим путём. На второй раз он едва не умер ─ запястье долго кровоточило. Узор в тот миг стал из пурпурного красным. В тот день врач сказал ему:       ─ Вы истязаете себя, но при этом мучаете ещё и того, кто обещан вам самой судьбой. Разве он в чём-то виноват?       Артур осознал, что все попытки бессмысленны. Он просто решил, что никогда в жизни не сунется в эту Россию, чтобы не дай Бог не наткнуться там на человека с пурпурным узором на запястье. Такая встреча будет ужасной ошибкой. Кёркленд слишком хорошо знал о том, что любимый или просто важный человек в жизни ─ это больное место, на которое можно надавить. Он сам прошёл через это. Его самый долгий роман с человеком по имени Франциск Бонфуа закончился весьма трагично. А потом он и сам научился использовать людей, играя их жизнями, словно пешками.       В мире криминала нет места любви. А Артур жил именно в этом мире и был вполне всем доволен. Сейчас самый близкий ему человек ─ это вот этот венгр, который знает все его тайны и, Кёркленд точно это знал, унесет их с собой в могилу. Хотя они по сути не были друзьями ─ просто компаньоны.       ─ Ты и сам видел, что он светился, ─ сказал Доминик. ─ Скажи, ты ведь больше не пытался его свести?       Артур хмыкнул.       ─ Нет, конечно. Ещё одна попытка меня убьет.       ─ Или твою истинную пару. Говорят, что так и пару можно убить.       Кёркленд отвёл взгляд.       ─ Мне плевать на пару. Я просто не хочу сам коньки откинуть. Очень надеюсь на то, что никогда в жизни не пересекусь с этим человеком.       Хедервари лишь улыбнулся. На его собственном запястье был кусок причудливого цветка золотистого цвета. Он даже не интересовался, что это за цветок, но знал точно, что никогда не поступит так, как Артур. Если ему суждено будет встретить свою половинку, он будет её любить и оберегать, что бы ни случилось. Он был моложе Кёркленда, видел хоть и не меньше тягот, но не ожесточился и не стал ненавидеть весь мир.       ─ Даже если и так… Не совершай больше таких поступков.       ─ Отвали, венгр.       Доминик вновь усмехнулся и в самом деле отошёл от него.       Они ещё какое-то время ожидали. Вот дверь открылась, и за порог ступил запыхавшийся человек.       ─ Корсар! ─ воскликнул он. ─ Мы нашли его! Он в гостинице прятался. Завтра вылетает в Гамбург, уже купил билет.       Кёркленд довольно ухмыльнулся.       ─ Отлично. Надо позаботиться о том, чтобы этот крысёныш не дожил до вечера.       Хедервари взял со стола пистолет и спрятал его за пояс.       ─ Он один?       ─ Один, ─ кивнул мужчина. ─ Но Грей подозревает, что у него был сообщник, который тоже может попытаться сбежать.       Артур и Доминик переглянулись.       ─ От Корсара ещё никто не уходил, и эти не уйдут.       Сегодня прольётся кровь предателей. Покончив с этим делом, Артур вернётся в свою квартиру, в которой никогда не будет пахнуть кофе, включит хорошую музыку и сможет насладиться минутами уединения за чашечкой чая. А уже глубокой ночью они отыщут новую крысу. Сколько бы их не было ─ Кёркленд найдет и убьёт всех. У него ещё ни разу не дрогнула рука, в которой был сжат пистолет, и считать убитых им людей он давно перестал.       Строго по приказу Корсара все начнут действовать. Его люди уже были на местах и ждали лишь приказа своего главаря.