Дуэль

      Температура воздуха близилась к тридцати градусам по Цельсию, когда ярко-оранжевый диск солнца начал восходить над горизонтом, одаривая своим светом золотые пески с редкими пучками бледно-зеленой травы. Высоко в небе кружились стервятники, один за другим медленно осаждаясь к телу темно-шерстного коня. Голодные птицы принялись жадно выклевывать плоть из открытой раны на боку животного, не обращая никакого внимания на человека, что лежал рядом на земле. Яркие лучи солнца светили в глаза, отчего веки Джерарда затрепетали. Проснувшись, Уэй прямо перед собой увидел, как крупная птица выклевывает мертвой лошади глаза и с удовольствием съедает их. Он медленно поднимается с пыльной дороги, щурясь от яркого света, и отряхивает руки. «Мерзкие животные,» — думает Джерард, глядя на трапезу, развернувшуюся рядом с ним. Он поднял с земли крупный камень и швырнул его в толпящихся стервятников. Те всполошились, разлетаясь в разные стороны, однако, в следующую секунду вновь возвращаясь к своему завтраку. Уэй осмотрелся по сторонам, не замечая вокруг ни души. Его окружал весьма однообразный вид на светлые пески и невысокие горы где-то вдалеке. Вздохнув, он решает двигаться на север. К полудню Джерард Уэй думает, что он идет уже целую вечность, а эта пустынная гладь кажется нескончаемой. «Может, я уже умер,» — мелькает в его мыслях. Он задумывается, не попал ли он на один из кругов Ада. В запасе не было ни еды ни воды, лишь незаряженный кольт в кобуре пояса, да перепачканное в крови мачете. Солнце с каждой минутой распаляется все больше, температура воздуха почти достигает сорока градусов. Зной и жажда так измучили Уэя, что еще чуть-чуть и он начнет бредить. Джерард передвигается медленными шагами, напевая какую-то песню о грязном Джеке, которую часто слышал в барах. Он пел, иногда срываясь на кашель из-за пересохшего горла и думал о том, что хотел бы сейчас оказаться в подобном заведении и выпить огромную кружку холодного пива. Уэй резко замолчал посреди фразы и остановился, увидев в тридцати метрах от себя растущий кактус. С новым приливом сил он сорвался с места, подбегая к растению. Он взял мачете и принялся вырезать небольшое углубление в верхушке кактуса. Уже несколько минут спустя внутри ямки начала скапливаться вода. С заходом солнца Джерард чувствовал себя настолько голодным, что был готов набивать свой рот песком. Рельеф вокруг немного изменился, став более холмистым. Не в силах больше идти, Уэй упал на песок под небольшим холмом и прикрыл глаза. Тут до его слуха донесся еле слышный треск. Джер распахнул веки, в недоумении нахмурившись. Он развернулся и тихо пополз вверх по холму, поняв что звук идет именно из-за него. Добравшись до самой верхней точки, Джерард скрылся за небольшим травяным кустом. В нескольких метрах от него обосновалась небольшая компания индейцев; их было пятеро, они сидели в кругу на земле, возле разведенного костра и ели приготовленное баранье мясо. Их лошади были привязаны к крупному бревну, что лежало на песке. От одного вида еды желудок Уэя заурчал. Ему хотелось выскочить из своего укрытия сию же секунду и забрать все мясо себе, но пришлось себя пересилить; Джерарду не справиться с пятерыми. Он остался лежать на земле, решив, что дождаться пока все уснут будет разумнее. Краснокожие не были глупы, один из них не смел спать и сидел на страже. Он поддерживал легкий огонь в костре, чтобы не замерзнуть в прохладную ночь. Джер подумал: «Пора». Он медленно поднялся и стал подкрадываться к индейцу, крепко сжимая в руке мачете. Оказавшись на достаточном расстоянии, Уэй хватает краснокожего за плечо и быстро перерезает ему горло. Осторожно опустив мертвое тело на песок, он подходит к одному из спящих и проделывает с ним ту же махинацию. Когда Джи добирается до последнего, тот вдруг распахивает глаза и с громким криком бросается на Уэя. Джерард пытается оттолкнуть его, но не добивается успеха. Тогда он с силой пинает врага в голень, отчего краснокожий теряет равновесие и падает на землю, угождая рукой в огонь. Индеец протяжно вскрикивает от боли, но не успевает ничего предпринять прежде, чем Уэй сносит ему голову. Сразу после этого Джерард отбрасывает мачете в сторону, опускаясь на колени и быстрыми нервными движениями снимает остатки мяса с костра. Он жадно вгрызается в пищу, почти не жуя, глотая целыми кусками. Он ест до тех пор, пока вдруг не слышит неразборчивые сдавленные мычания позади себя. Уэй замирает и медленно оборачивается с куском мяса в зубах. И тогда он замечает кого-то, кто сидит за большим бревном, к которому привязаны лошади. Джерард проглатывает еду у себя во рту и тянется за мачете. Затем он встает и осторожно приближается к незнакомому человеку. Это оказывается связанная девушка, одетая в немного рваное грязное голубое платье. Ее волосы почти такие же черные, как волосы Уэя, а широко раскрытые светлые глаза будто пытались что-то сказать, поскольку рот ее был завязан какой-то тряпкой. Джерард немного удивленно осматривает индейскую пленницу, а когда та снова издает мычание, перерезает ткань, закрывающую ее рот. — Благодарю, — произносит девушка, обращаясь к своему спасителю, пока тот избавляется от остальных веревок. Джерард кивает в ответ и возвращается к костру, вновь принимаясь за утоление голода. Незнакомка медленно встает и также опускается возле костра, не отрывая глаз от Уэя. — Что? — спрашивает он с набитым ртом, замечая ее пронзительный взгляд. — Я голодна, — отвечает она, — Могу я взять немного? — девушка указывает на жирный кусок баранины, лежащий перед Уэем. Джи смотрит на нее сузив глаза, явно не желая делиться, однако, все же протягивает небольшой кусок, нанизанный на тонкую палку. Девушка принимает еду, начиная быстро есть. — Я Лейла Санчес, — произносит она, когда Джерард заканчивает трапезу, поднимаясь с места и направляясь в сторону привязанных лошадей, — Могу я узнать ваше имя? — Джерард Уэй, — говорит Джер, бросив на нее быстрый взгляд. — Вы француз? — удивляется девушка, тоже вставая. — Совсем нет, — Уэй проверяет седло на прочность и отвязывает поводья. Лейла подходит ближе и с любопытством наблюдает за его действиями. — Вы собираетесь уехать, оставив их тела вот так? — спрашивает она, оборачиваясь на мертвых краснокожих, — Вы преступник? — вновь задает вопрос Санчес, когда ответа не последовало. — Блять, — ругается Джерард. Из-за назойливой болтовни над ухом у него не получается отвязать кобылу, — При всем моем уважении, женщина, ты можешь заткнуться? — Вы используете грубый тон. В этом нет необходимости. Джерард молча отодвигает ее рукой, снова подходя к костру, чтобы собрать валяющиеся на земле фляжки с водой. Лейла следит за каждым его движением. — Могу я поехать с вами? — спрашивает Санчес, когда Уэй забирается на лошадь. — Исключено, — получает она ответ. — Но я совершенно не знаю, где нахожусь, мне нужна помощь. Вы что, бросите девушку одну ночью среди трупов? — Именно, — говорит Джерард. Затем он пинает лошадь под бок и стремительно удаляется. — Черт, — шипит под нос Лейла, быстро отвязывая вторую кобылу и пускаясь вслед за Уэем.

***

Джерард закатывает глаза, слыша очередное возмущение девушки в адрес ее лошади. Она совершенно точно не умеет ездить верхом, но в своих неудачах винит непослушную лошадь. Они пересекали пустыню всю ночь, держа курс на север, и сколько бы Уэй ни пытался спровадить навязчивую Лейлу Санчес, девушка была непреклонна. — Джерард, — зовет Лейла. Уэй изо всех сил делает вид, что ничего не слышит. Он старался игнорировать ее присутствие, однако, эта задача оказалась не такой простой, поскольку девушка попалась на редкость болтливая, — Джерард, вы можете ехать чуть медленнее? — То, что ты не умеешь ездить верхом, не является моей проблемой, — отвечает Джи. — Мне попалась ужасно упрямая лошадь, Джерард, прошу вас, езжайте помедленнее. Уэй только грузно выдыхает. — Могу я все же узнать, куда мы едем? — спрашивает Санчес. Девушка на протяжении всего пути пыталась вытянуть хоть какую нибудь информацию, но Джерард, словно полная противоположность ей самой, оказался совершенно не разговорчив. Сейчас Уэй тоже молчит. — У вас есть дом, Джерард? — был следующий вопрос, — Как вы попали в пустыню? Почему вы не хотите говорить? — Блять, надо было оставить тебя там связанной, — говорит Джерард, полностью измотанный. — Вы используете очень грубые слова, Джерард. Вы из тех людей, что часто посещают ужасные развратные бордели, любите много выпить и сорвать куш побольше. При этом вас не заботит, если для этого придется убивать людей. — А вы, похоже, из тех охрененно праведных дамочек из богатых семей, гордящихся своим семейным бизнесом, везде сующих свой нос и считающих себя самыми умными, — раздраженно ответил Уэй. Лейла нахмурилась. — Я совершенно не горжусь бизнесом своего отца, Джерард. Он работорговец. Он получает за это большие деньги, но то, что он делает просто отвратительно, — фыркает она. Джерард хмыкнул. — Как так получилось, что ты оказалась в плену у краснокожих? Папаша продал тебя им? — усмехается он, — Ты, вроде, не негритянка. — У вас нет никакого понятия о морали, Джерард, — твердо отвечает Лейла, — Они похитили меня, когда я вышла за пределы Карлсбада. — Карлсбад? — Уэй вскинул брови, — Ты из Нью-Мексико? — Да. Они собирались привести меня в их поселение, — продолжила Санчес, — Они говорили один день езды на юг. А потом говорили про варварские вещи, которые их вождь со мной сделает. — Стой, ты понимаешь их язык? — удивился Джер. Лейла ухмыльнулась. — Я охрененно праведная дамочка из богатой семьи, везде сующая свой нос, — передразнила она, — Мне интересны люди, Джерард. Разные люди. Я увлекаюсь их нациями, языками и их философией. Уэй упустил тот момент, когда их лошади успели поравняться. Он увеличил скорость, отрываясь вперед. — Ваша удача, мисс Санчес, — говорит Джерард, немного оборачиваясь, — Наш курс лежит на Карлсбад. Только будьте так любезны помолчать оставшуюся часть пути, иначе я буду вынужден снова связать вас и оставить посреди пустыни на растерзание диким койотам.

***

Время близилось к вечеру. Жара, наконец-то, спала, чему Джерард был очень рад. Некогда ясное синее небо заволокло серыми тучами, еле слышный гром доносился откуда-то издалека. На горизонте уже была видна некая цивилизация. Джерард и Лейла не спеша ехали верхом на изможденных лошадях. После особо сильного удара грома, на них обрушился ливень. Уэй, выругавшись, поддал газу и стал стремительно отдаляться от неумело управляющей лошадью девушки. Он остановился возле первого бара, мгновенно спрыгивая с кобылы и наспех привязывая ее у входа. Лейла Санчес, еле справляясь с лошадью и промокнув насквозь, поспела за ним. Войдя в помещение, Джерард облегченно выдохнул, будто спустя долгое время вернулся домой. Лейла наоборот чувствовала себя крайне неуютно, обхватывая себя за плечи и осматриваясь по сторонам. Нет, ей никогда не нравились такие заведения. Они прошли в центр переполненного бара, чудом отыскав свободный столик. Большинство присутствующих наблюдали за только что вошедшими людьми. Грузные дамочки, с большими вырезами на своих платьях, хищно улыбались, глядя на Уэя, а тот подмигивал им в ответ. Санчес поморщилась. — Добрый вечер, — поприветствовала их одна из женщин, подошедшая к их столику, — Я Розмари, и сегодня я буду вас обслуживать. Желаете выпить? — предложила она слащавым голосом. — О, думаю я уже наглотался по пути сюда, — усмехаясь, ответил Джерард, намекая на дождливую погоду. Женщина улыбнулась, — Но от виски не откажусь. — Я ничего не буду, — сказала Лейла, когда взгляд Розмари переметнулся к ней. — Хорошо. Один виски, — повторила официантка, вновь даря недвусмысленную улыбку. — А лучше два, — томно проговорил Уэй, все также ухмыляясь. Розмари кивнула, сверкнув глазами и убежала за барную стойку, — Что? — спросил Джер, увидев полное отвращения лицо Лейлы. — Вы что же, флиртуете с каждой встречной юбкой? — дерзко спросила она. — Вовсе нет, — усмехнулся Уэй, — С тобой же я не заигрываю. — Просто обстоятельства были не те, — произнесла девушка недовольным тоном. — Нет, просто ты мне не нравишься, — ответил Джерард и поднялся с места, направляясь в сторону барной стойки, заметив, что его виски готов. Лейла так и осталась сидеть, оторопев и в возмущении раскрыв рот. Она-то считала себя довольно привлекательной. До этого момента. Джерард осушил первую рюмку виски, наблюдая за официанткой, чистящей бокалы. Розмари улыбалась ему, не отводя глаз. Скользнув по ней взглядом, Уэй отметил, что она была хороша. Пышные белые волосы, не очень длинное красное платье с корсетом, выделяющим все ее прелести, начищенные до блеска черные туфли. Джер даже позавидовал чистоте ее обуви, ведь его собственные сапоги были выпачканы в пыли и крови. За рассматриванием женщины, Уэй не заметил пристальные хищные взгляды окружающих на самом себе. — И давно ты тут работаешь? — спрашивает Джи, крутя в руках пустую рюмку. Официантка усмехается. — Давно, — отвечает, — А как давно ты живешь в нашем городе? Никогда раньше тебя тут не видела. — Я тут проездом, — говорит Джерард, — Я езжу по миру в поисках, где можно поживиться. — Так ты вор? — наигранно вскидывает брови Розмари. — Я не ворую, а всего лишь беру взаймы, — улыбается Уэй, беря в руки вторую рюмку виски, — Есть ли что-то, что я мог бы взять у тебя? — За виски будешь платить, — смеется официантка, отставляя чистый бокал в сторону. — Конечно, я все оплачу, — говорит Джер, — Но ведь платить можно по разному. Женщина недолго смотрит на него, а потом подходит и наклоняется ближе. — Боюсь, что сегодня тебе ничего не обломится, Джерард Уэй, — тихо произносит она, а взгляд Джерарда становится серьезным. — Откуда ты знаешь мое имя? — так же тихо цедит он, а потом вздрагивает, проливая виски от того, что кто-то с грохотом кладет перед ним лист. Уэю хватает пары секунд, чтобы понять, в чем дело, когда его взгляд останавливается на жирной надписи «разыскивается», — Твою мать… — выдыхает он и резко вскакивает с места, опрокидывая столики на своем пути. Все в баре тут же всполошились. — Джерард, что происходит? — воскликнула удивленная Лейла, когда Уэй схватил ее за руку и потащил к выходу. Слабый дождь еще шел. Он быстро отвязал лошадей, садясь верхом. Из бара начали вываливаться мужики, доставая из кобуры свои револьверы. — Пошла! — крикнул Джерард, разгоняя лошадь. С первыми выстрелами послышался и истошный визг Санчес. Она, в панике, никак не могла забраться на кобылу. Поколебавшись немного, Уэй разворачивает лошадь, — Твою мать, я пожалею об этом… Вновь приближаясь к бару, Джер кричит девушке хватать его за руку. Чудом не словив пулю, Уэю удается подтянуть Лейлу на свою лошадь, усаживая позади себя. Он снова разворачивается, проезжая мимо бара уже третий раз и только поражается меткости этих мужиков. Точнее ее отсутствию. Джерард гонит лошадь до тех пор, пока они не отдаляются от населенного пункта и звуки выстрелов не стихают. Лейла ведет себя непривычно тихо всю дорогу. — Оторвались, — говорит Уэй, — Но они будут искать нас. Точнее меня. Не знаешь, где в городе можно укрыться? — спрашивает он. В ответ тишина, — Эй! — восклицает Джер, слегка оборачиваясь. От смены положения, руки Лейлы безвольно соскальзывают и она начинает заваливаться набок, — Ох, черт, — понимая, что произошло, Уэй сразу останавливает лошадь, спускаясь и ловя тело девушки, кладя ее на землю. Пуля попала ей в спину. Голубое платье наполовину стало красным. — Джерард, — еле выдавила из себя побелевшая лицом Санчес, — Я чувствую себя плохо. — Лейла, — Уэй опустился рядом с ней, беря ее за руку. Он уже понимал, что она не жилец, — Прости. — Ничего, — еле слышно отвечает девушка, — Лучше так, чем от рук индейского вождя. Джерард кивает, глядя ей в глаза до последнего ее вздоха. Она умирает с застывшим на лице страхом, так и не сомкнув веки. Уэй проводит рукой по ее лицу, навсегда закрывая ее светлые глаза. Он оставляет Лейлу Санчес под небольшим деревом, а сам забирается на лошадь. — Пошла, — говорит Джерард, сам толком не зная, куда направляться. — И куда ты намылился? — вдруг окликнул его знакомый голос. Уэй медленно оборачивается назад, думая, что ему послышалось, — Ну привет, шеф, — в десяти метрах от него верхом на коне восседает Берт МакКрэкен, не очень дружелюбно улыбаясь, а рядом с ним еще трое неизвестных, — Есть разговор.