Дуэль

      Тяжелый удар локтем по носу возвращает Фрэнка в сознание ранним утром. Шипя, он резко садится, осознавая себя на узкой неудобной расшатанной и ужасно скрипучей кровати. Рядом с ним в неестественной позе лежит Уэй, все еще сладко похрапывая в старый полосатый матрас, на котором даже простыни не было. Они так и не смогли определиться кому из них спать в койке, поэтому после долгих дебатов, а потом и получасовой драки, больше похожей на возню обиженных детей, оба просто отключились в усердных попытках столкнуть друг друга с кровати на пол. Во сне Фрэнк отвоевал себе единственную потрепанную подушку, по мягкости больше напоминающую булыжник, в то время как Джерарду досталось поеденное молью покрывало, а вот куда запропастилась дырявая простыня — загадка. Как бы то ни было, что Фрэнку, что Джерарду начхать на издержки их кратковременного жилища. Сегодня они отсюда уйдут, так как деньги у них закончились, и платить хозяевам больше нечем. — Придурок, — буркнул Фрэнк, потирая ушибленный нос, — Эй, просыпайся! Уже рассвет, нам пора освободить комнату. Уэй что-то неразборчиво простонал в матрас, прежде чем еле разлепить глаза. — Мы что, спали вместе? — сонно пробубнил он. Фрэнк скривился из-за того, как двусмысленно прозвучала эта фраза. — Позорище… За свою жизнь я выиграл столько дуэлей, но не смог отвоевать дурацкую койку у какого-то недоростка. Если кому сболтнешь — ты труп. Вскоре они уже приближались к границе города, за которой их поджидали пустыри и палящее солнце. Вещей с собой у них практически не было, тех консервов и пары фляг воды едва ли хватит для двухдневного пропитания, дальше все, на что они могли рассчитывать — только помощь Бога. Собственно, Джерард почти никогда не планирует свою жизнь больше, чем на пару дней вперед, поэтому он находился в весьма приподнятом настроении. О Фрэнке нельзя сказать того же. Всю дорогу он идет молча, угрюмо уставившись взглядом в землю. Голова его полна мыслей о том, что же ему делать дальше, однако на ум не приходит ни одной обнадеживающей идеи, а все альтернативные сценарии дальнейшей жизни приводят его к собственной неминуемой смерти, что крайне раздражает. Тот факт, что Джерард так и не смог вернуть свои деньги удручает еще больше, Кен Нортон, к тому же, объявил охоту за их головами после их неудачной попытки ограбления, поэтому самым логичным решением показалось как можно скорее убраться из этого города. Когда парни проходили мимо одного из последних на их пути перед лицом пустыни домов, стоящая вокруг тишина была разрушена внезапным очень мерзким звуком. Одновременно повернув головы в нужном направлении, Джерард с любопытством, а Фрэнк в раздражении, они увидели молодого паренька в соломенной шляпе с длинным колосом в зубах. В руках он держал гитару, что находилась в очень плачевном состоянии. Судя по тому, как выглядел деревянный корпус, ее частенько оставляли мокнуть под дождем, струны были ржавые и их явно не хватало, а колышки косились в разные стороны, будто вот-вот отвалятся. Тот самый мерзкий звук повторился, когда парнишка вновь ударил по струнам, и еще более мерзкий звук пролился, как только тот раскрыл свой рот и запел. — О, старушка Зои, лицо твое — иссохший изюм, — скрипучим голосом проорал он так, что казалось все живое в радиусе километра мгновенно умирало, — Милая бабушка Зои, пожеван коровами твой лучший костюм… — Да уж, не повезло парню, — поморщился Уэй, — Если Ад и существует, думаю мы только что услышали его звучание. Давай-ка поторопимся и уберемся отсюда до того, как мои уши начнут истекать кровью. — Согласен, — хмуро кивнул Айеро, прикрыв свои уши руками. — Одинокая Зои, красавицей уж тебе не бывать, — слышались завывания сзади, — Бедная дряхлая Зои, ни один мужик боле не хочет тебя брать… Фрэнк и Джерард чуть ли не перешли на бег, чтоб горе-музыкант наконец остался на безопасном для их чувствительного слуха расстоянии. В какой-то момент все стихло, и они почти-что вздохнули с облегчением, как доставучий пацан неожиданно вышел из-за угла стоявшего перед ними заброшенного сарая. — Жизнь старухи Зои очень скоро подойдет к концу, — орет он им в лица, открывая свою пасть так широко, что видно насколько кривые и гнилые у него зубы, — Старая манда это знает, потому и отдается козлу… Джерард злобно скрипит зубами, хватает Фрэнка за предплечье и тащит вперед, надеясь, что им все же удастся оторваться от этого идиота. Парень с гитарой же идет прямо за ними и продолжает свою балладу. — В деревне гремит гром, земля сотрясается… Старуха с козлом совокупляется… Внезапно раздражение Фрэнка достигает критической отметки. Он долгое время терпел выходки Уэя, с достоинством принимал все удары судьбы, всегда верил, что как бы жизнь его не трепала, обязательно настанут лучшие времена, а главное он был убежден, что любой конфликт можно уладить словами, но тут его нервы просто не выдержали. Резко обернувшись на пятках, он молча выхватывает гитару из рук музыканта и тут же разбивает ее ему же об голову. Все мерзкие скребущие на душе звуки мгновенно утихают вместе с тем, как парнишка теряет сознание и плашмя падает на землю. — Это хотел сделать я, — спокойно произносит Джерард, глядя, как кровь сочится из светлой головы парня. — Черт… Твою мать, — Фрэнк отбрасывает разбитый инструмент, как только к нему возвращается здравомыслие, — Я не хотел… — Все в порядке, Фрэнк, я тебя не осуждаю. — Дерьмо, я правда… Я хотел, чтобы он заткнулся, но я не хотел его убивать. Он ведь не… Пожалуйста, скажи, что он еще жив. Уэй секунду смотрит на него, приподняв бровь, затем опускается возле бессознательного тела и прикладывает пальцы к точке пульса на шее. — Ну, — торопит его Фрэнк. — Ты его не убил, — говорит Джерард, вновь поднимаясь на ноги, — Твоя совесть чиста. — Отлично, — выдыхает Айеро, утирая успевший выступить на лбу пот, — Давай поскорее уйдем. Весь оставшийся день пути прошел очень скучно и изнуряюще. Стоило покинуть город, как начались осточертевшие пустынные пейзажи, от вида которых у обоих уже скручивало живот. Когда солнце скрылось за горизонт, уступая место бесчисленным звездам на небе, было принято решение остановиться на ночлег и наконец нормально поесть, если дешевые консервы вообще можно считать за нормальную еду. Разведя небольшой костер, Джерард, скрестив ноги, уселся прямо на холодную землю и пытался подогреть пару банок с супом. Воздух вокруг был разряженным, пусть небо пока и было чистым. Уэй предчувствовал, что ночью, скорее всего, начнется гроза. Вздохнув, Джер бросил мимолетный взгляд на своего спутника. Фрэнк так же сидел на земле чуть поодаль от него, обхватив колени руками и немигающим взглядом наблюдая за огнем. Его брови были чуть сведены вместе, выдавая, что мысли у него были отнюдь не радужные. Фрэнк вообще сегодня целый день был каким-то хмурым и непривычно тихим. Вздохнув еще раз, Уэй тоже уставился на тянущееся к небу пламя. — …в деревне гремит гром, земля сотрясается… Старуха с козлом совокупляется, — тихо стал напевать Джерард, мгновенно привлекая к себе внимание второго человека. — Ты совсем дебил? Уэй тут же прервался, но не потому что вдруг действительно почувствовал себя глупо, а для того чтобы ответить на прямое оскорбление в свой адрес. Нет еще на свете человека, который смог бы заткнуть рот Джерарду Уэю. — Посмотрите, кто заговорил. Узколобый примат пытается высказать конструктивную критику, — в своей излюбленной манере произнес он. Фрэнк раздраженно на него рыкнул. — Эта песня — самое отвратительное дерьмо, которое я когда либо слышал. Джерард хмыкнул: — У тебя просто нет вкуса. — Черт, да почему почти все наше общение ограничивается колкостями и тупыми спорами на пустом месте? — недоумевал Айеро. — Позволь заметить, ты первый меня оскорбил, — произнес второй, чуть прищурившись. Фрэнк не мог поверить, что этот болван действительно мог на него надуться, однако следующие слова подтвердили его неправоту, — Ты весь день был кислее тюремных щи. Я просто хотел поднять тебе настроение. На секунду Фрэнк даже почувствовал себя виноватым. Гребаный Уэй умеет обернуть ситуацию в свою пользу. — Больше было похоже на то, что ты хотел поиздеваться надо мной, — фыркнул он, — Хотя все же, несмотря на всю мерзость этой песни, твой голос звучит чуть лучше того парня. — Умеешь же ты делать комплименты, — саркастично отвечает Джерард, — Неудивительно, что у тебя нет девушки. Фрэнк задохнулся и даже слегка покраснел. — Ты… Ты… Невыносим! Настоящая язва в моем желудке. Ты можешь нормально общаться хоть пять минут? Джерард вздыхает который раз за вечер. — Хорошо, — он прикрывает глаза и сглатывает, будто пытаясь сосредоточиться, — Фрэнк, — пауза, — Как… Твои… — каждое слово будто дается ему с трудом, будто говорить без привычной остроты и саркастичности в голосе ему физически больно, — Дела? — на последнем слове он все же срывается и произносит его с издевательской протяжкой, мол «теперь ты доволен?» — Ты безнадежен, — смерив его взглядом говорит Айеро. Решив закончить на этом диалог, он берет свой едва теплый суп. После еды Фрэнк заваливается набок, спиной к Уэю и собирается уснуть. Вот только сон все никак не приходит, потому что вдруг появившееся скользкое чувство, что за ними наблюдают, никак не дает покоя. В добавок к этому, вскоре, как и думалось Джерарду, началась гроза. Изначально мелкий дождь превратился в ужасный ливень после первого же раската грома. Разведенный костер очень быстро потух, теперь темную местность освещала лишь толстая молния в небе. — Черт бы побрал эту погоду, — пробормотал промокший насквозь Уэй, досадно пнув землю. — Здесь довольно холмистый рельеф, давай попробуем найти укрытие, — Фрэнк пытался перекричать шум дождя, осматриваясь вокруг, — Вон там торчит крупный камень, думаю, мы под ним поместимся. — Пф, какой в этом смысл? Мы уже промокли до нитки и огонь нам уже не разжечь, — стоило Уэю это сказать, как раздается оглушительный удар грома, одновременно с чем молния бьет в землю. Не так близко к ним, однако это заставило волосы на затылке Джерарда встать дыбом. Поежившись, он быстрым шагом направляется в сторону найденного Айеро камня. — Ну и чего ты стоишь? — обернувшись на ходу кричит он, — Душ решил принять? Шевелись, я нашел нам отличное укрытие! — Долбоеб, — говорит Фрэнк с невпечатленным видом, зная, что из-за дождя Уэй его не услышит. Неспешно он следует за ним. — Так намного лучше, — усевшись под камнем выдыхает Джер и в облегчении прикрывает глаза. — Ты что, грозы боишься? — устроившись рядом, Фрэнк поднимает бровь и смотрит на парня с ухмылкой. — Заткнись к е… — ответ обрывается вместе с очередным раскатом грома. Джерард вздрагивает, сильнее вжавшись спиной в камень и злобно смотря в сверкающее небо. Айеро лишь тихо посмеивается. Вскоре, когда Фрэнк почти уснул на плече Уэя, к нему возвращается это склизкое чувство, что за ними наблюдают. Он настороженно осматривается по сторонам и решает поделиться своей паранойей с Джерардом, что тихо сопел себе в грудь. — На всем Диком Западе не найдется таких отчаянных идиотов, которые решили бы тусоваться на пустоши ночью в грозу, — недовольный, что его разбудили, Джер отворачивается от Фрэнка, кладя руки под щеку, — Это каким, интересно, недальновидным тупорылым страдающим кретинизмом аборигеном нужно быть, чтобы пойти на такое, — продолжает сонно бормотать он. — Например нами? После недолгой тишины Уэй снова оборачивается, его недовольное лицо оказывается в нескольких сантиметрах от Айеро. — Не знаю как ты, но за себя скажу, что в данном положении я оказался ввиду непредвиденных обстоятельств. Если бы я мог, я бы с удовольствием сейчас оказался в куда более приятном месте. Фрэнк нахмурился: — В данном положении мы оказались именно по твоей вине. — Ай яй яй, Фрэнки, — Джерард цокнул, — Как подло перекидывать на меня всю ответственность. Так просто обвинить меня во всех своих проблемах, правда? Айеро вздыхает, закатив глаза. И все-таки мысленно он понимает, что сам мало чем отличается от Уэя. Они оба нажили себе неприятностей из-за пристрастия к алкоголю. Джер, похоже, снова успел задремать, когда тихий шелест крадущихся шагов по песку выбил Фрэнка из раздумий. Теперь, когда дождь почти закончился, любой шум с улицы было слышно отчетливее. Напугавшись, он снова растряс парня. — Твою мать, как же ты задрал, — ворчит Уэй, продрав глаза, — Я начинаю злиться… Не успел он начать разбрасываться угрозами, как звук шагов стал более явным, будто тот, кто пытался подойти незамеченным вдруг споткнулся. Джерард заткнулся, тут же сделавшись серьезным. Он бесшумно вытащил мачете, начиная двигаться вперед, чтобы камень, под которым они прятались, не мешал обзору. Чуть обернувшись он тычет пальцем вверх, давая знать Фрэнку, что некто находится прямо над ними. Айеро кивает, тоже принимая оборонительную позицию. Снова послышались осторожные шаги, после чего с камня вдруг опустились длинные спутанные и грязные лохмотья. Парни застыли в недоумении, глядя на свисающее нечто. Только Джерард осторожно потянулся к «этому» рукой, как что-то огромное со стоном рухнуло с камня на землю прямо перед ними. Оно имело человеческую форму, однако жуткая мерзкая растительность вместо лица, свисающая ниже плеч придавала ему устрашающий вид. Существо медленно поднялось, мыча и повергая обоих парней в ужас. — Изыди, Дьявольское отродье! — Уэй замахивается мачете, на что странное создание вздрагивает и машет лохматой головой, прикрываясь руками. — Стой! — кричит оно, и Айеро вдруг этот голос кажется знакомым. — Не волнуйся, я отправлю тебя обратно в Ад, — продолжает Джерард, уже намереваясь снести существу башку, как вдруг Фрэнк останавливает его руку, — Сейчас же отцепись, доставучая ты блоха! Не видишь, я собираюсь провести обряд экзорцизма! — Рэй? — в неверии произносит Фрэнк, подползая чуть ближе. Существо смахивает страшную растительность, оказавшуюся кудрявыми волосами, открывая перепуганное лицо Рэя.