Дети ясной ночи.

Идея попытаться залезть на дерево больше не казалась такой уж ужасной и лишённой смысла. Вот только деревья все как на подбор были либо слишком тонкими, либо совсем прямыми без сучков, либо уж очень скользкими - под этим дождём забраться наверх таким способом становилось невыполнимой задачей. Они бродили здесь уже… Сутки, сказал бы Юу, если бы его кто-нибудь спросил. Бродили без особых надежд, постоянно натыкались на болото, которое, кажется, было везде, но вовремя успевали погасить фонарик и отойти обратно. Отходом назад обычно руководил Керр, напряжённо запоминая едва ли не каждый шаг, который они делали, но от того помня лишь путь на последние три-пять минут, не больше. Но пока и этого вполне хватало. Не то выпрыгивающие из зелёной пучины создания и впрямь чувствовали себя неуютно на поверхности, не то им было неинтересно идти на цель скрытую, как и они в темноте. Но все эти тщательно выбранные пути, бесконечное перемещение во тьме, прятки, страх, давящий на нервы - всё это медленно, но верно высасывало силы. Третий раз они с Лави останавливались передохнуть, не желая дожидаться момента, когда ноги будут едва волочиться. Уже третий раз отчаяние и невозможность найти дорогу заставляла их опуститься к земле и замереть, обещая, что, поднявшись вновь, они обязательно хоть что-то найдут. Невозможность определить время была ещё одной ужасной проблемой: ни Юу, ни Лави не могли даже точно сказать, сколько продолжается их путь, и было ли это дольше, чем хотя бы час? И не застряли ли они здесь уже на неделю? Ещё немного, и рассудок подаст в отставку, — понимали они, и усталые, промокшие, немного злые опускались отдохнуть. Немного отдохнуть и собраться с мыслями. Обычно они выбирали место подальше от топи возле безопасного дерева, что принималось за надёжный ориентир, усаживались с разных сторон, гасили фонарики и уже почти не боялись. Стоило им попробовать остановиться посреди пустой поляны, как начинала кружиться голова, и ощущение, будто всё вокруг них вращается и меняется, насмехаясь над уставшими парнями, заставило тут же подняться на ноги и найти дерево. Дерево, за которое можно схватиться и убедиться, что, по крайней мере, оно никуда не девается. Не перестававший лить дождь выбешивал. Невозможность найти хоть что-то, ну хоть что-то, кроме этих бесконечных деревьев, убивала. Они уже даже попытались вернуться обратно к больнице, но заплутали слишком далеко и надолго. — Мы сдохнем в этой сырости и безнадёжности. Дождь, уныние, тьма. Тут дня, кажется, нет совсем. — Я уже почти согласен снова звонить этим, лишь бы услышать ещё чей-то голос, — Юу зарылся лицом в колени. — То есть мой голос тебя уже не устраивает? — Ничего личного, просто ты здесь со мной, а хочется подтверждения, что существует что-то и кто-то вне этого леса. — Надежда дохнет последней. Оба знали, что сидят здесь уже порядочно. Что пора вставать и идти дальше. Если они всё это время, конечно, не ходили кругами. Иначе было бы очень обидно. Путь продолжился. — Лучше бы здесь был туман, а не этот проклятый дождь, — через некоторое время заметил Лави из-за спины — сейчас дорогу выбирал Юу. Выбирал, как обычно, наобум, всего лишь стараясь не идти в ту сторону, из которой они пришли к дереву.Обычно ногами в ту сторону садился Лави. И они продолжали идти вперёд. До первого подозрительного шороха, блеска кровавой воды в низине или вопля интуиции, которые заставляли резко менять направление. Лави утверждал, что кругами они не ходят, если исходить из того, как меняли направления и куда сколько шли. Юу ему верил. — Лучше бы здесь наступил рассвет или сразу же день, — отметил Канда. — Смотри, мне кажется, или там валяются доски? В мире зелени и болот им ещё не встречалось ничего лишнего. Кроме разве что обитателей болот, но это уже детали. — Они не валяются. Они торчат, — отметил Лави, тоже делая шаги в ту сторону. — Смотри, это… это… же... — Идём обратно, — хором среагировали они, наконец-то сообразив, что эти доски и подозрительные камни являются ничем иным как местным импровизированным кладбищем. А такие места гораздо приятнее обходить по широкой дуге. Собственно, этим парни и занялись, приглушив свет фонариков. — Всё же, наверное, именно тропинка должна была привести нас куда надо. И там был слышен странный шум. Вдруг это было здание, в которое нам надо? — Ты можешь найти нам больницу? — не скрывая раздражения, спросил Юу. — Тогда не поднимай эту тему. — Я чувствую себя идиотом. — Мне об этом сообщать не обязательно… это склеп или вышка? — в голосе Юу отчётливо слышалось изумление. Но, вырисовываясь в темноте, перед парнями действительно возвышалось странное деревянное строение. Назвать его вышкой было бы неправильно: слишком большое, обычная лестница, равномерно спускающаяся вниз, канаты, брёвна - казалось, для постройки были привлечены все возможные деревянные ресурсы и связаны бесконечными канатами. — Что это вообще такое? — Я подобные мостики на канатах в парке аттракционов видел, — хихикнул Лави. — И там наверху ещё такие коридорчики были, и лестницы, и горки, возможно. Я не всё помню. — Эта хрень не похожа на часть парка аттракционов. — Я бы не был так в этом уверен. По мне так очень даже похоже. Только уж точно такого не было здесь, в городе. Насколько я знаю. — Мы в лесу, — напомнил Юу, и всё тут же встало на свои места. Они же в лесу, чему тут удивляться? — Но это однозначно путь наверх. Дождь бил в запрокинутые лица, ухабистое поле так и норовило свернуть ногу хоть кому-нибудь, лестница, спускаясь сверху, пару раз сменила пролёт, и нижняя ступенька торжественно зависла в двадцати дециметрах от земли. Не совсем удобно, но всё же залезть можно, к тому же бруски, вбитые в землю, на которых держался низ лестницы, тоже могли служить опорой на самый крайний случай. Только сколько бы парни не обходили эти навесные мосты, найти, куда они уходят, возможности не было. Кажется, там был путь подняться ещё выше, и с земли в этой темноте уже ничего видно не было, лучи фонариков безжизненно терялись среди теней, и оставался лишь один путь. Лави замер, под ступенью рассматривая под ногами обломки дерева, что когда-то, возможно, тоже были ступенями чуть ближе к земле. Затем он подпрыгнул, цепляясь руками за ступень, и тут же с воем скатился вниз, хватаясь за руки. — Я забыл надеть перчатки! — рычал он, останавливаясь на коленях и вытягивая ладони перед собой. Несколько крупных щепок даже, а не заноз, безжалостно впились в беззащитные ладони и пальцы. — Я забыл грёбанные перчатки! — Некоторые так и умирают от заражения… — пытаясь скрыть облегчение, холодно заметил Юу. Всё же кричал Лави, будто случилось что-то действительно ужасное. — Да что б ты… — вырывая особенно глубоко погрузившиеся занозы, ругался парень. — А ты, Юу! Мог бы и поддержать для приличия! — А нехрен лезть впереди меня! — Ах, впереди меня..! Лави замер, услышав подозрительный скрип. И он всё же слишком хорошо ориентировался в пространстве, чтобы сообразить: — Это с кладбища. Извлечение последних заноз и поспешное натягивание перчаток на окровавленные руки много времени не заняло. В это время Юу уже сам без особых проблем подтянулся на нужную ступень и помог забраться туда же Лави, здесь даже на этой незначительной высоте было немного не по себе. А уж когда они начали поднимать по этим старым, иногда прогибающимся под весом ступеням без перил, стало и вовсе страшно. Потому что всё, что их окружало снизу, сверху и сбоку,было кромешной тьмой. И только впереди с трудом можно выловить новые, не слишком надёжные ступени. — Это довольно высоко, — отметил Лави, когда они, наконец, ступили на пол, так же сбитый из дерева. Вот где действительно было почти спокойно: вокруг какие никакие, а всё же стены и заборчики, пол под ногами, вроде бы, крепкий, и, несмотря на то, что порой кажется, будто вся конструкция заваливается на бок, кренится или встаёт на дыбы, здесь всё же было спокойно. Руки цеплялись за стены и перила, ноги проверяли каждую доску, на которую собирались опереться. И люк наверх с верёвочной лестницей. — Ты жил в Сайлент Хилле, — сжимая канаты в руках и дёргая, проверяя прочность их лестницы, заметил Юу и резко обернулся к Керру. — Ты жил здесь. Здесь работал твой отец, жили твои друзья, ты даже ходил в школу, не как Мояши же на домашнем обучении, ведь так? Тогда какого чёрта мы ориентировались именно на воспоминания мелкого? — Так это же была его история, — уклончиво отметил Лави. — Или ты не хотел акцентировать внимание на своих знаниях? — Да нет там никаких навыков, не приписывай мне то, чего нет, в самом деле! Тут другое. Я вряд ли что дельное вам там бы сказал. Я не помню ничего этого. — Ты до тринадцати тут жил. Мояши жил до десяти или что-то такое. И именно у тебя тут такая хорошая память. Где смысл? — У меня отбило память в тринадцать, теперь рад? И нет, опережая вопросы, я не попадал в аварии или что-то иное. Я тупо никогда не знал, отчего это произошло. — А сейчас? — Старик говорил, что это травма психологическая. Все так говорили… от смерти отца, смены обстановки. Травм-то у меня не было. Ничего не было. Просто однажды… кто-то пришёл и забрал меня из дома, объявив, что отец умер. На самом деле, мне кажется, мне промыли мозги. Как раз мозгоправы из Брукхевена, которые общались со мной в дни после смерти отца. Два, вроде, дня я провёл с ними. Точно не скажу. Не помню. Я… я практически не помню эти места и свою ту жизнь и не знаю, что могло бы случиться со мной, если бы не старик. Ему обо мне никто не говорил, никто не звал, он сам пристально наблюдал за нами, говорит, опасался после пропажи дочери за мою жизнь. — Какого чёрта здесь творилось? — тихо-тихо прошептал Юу, отворачиваясь. — По тебе не скажешь, что у тебя амнезия. — Я, когда только к Старику попал, вообще почти ничего не помнил. Стал цепляться за те навыки и умения, от которых хоть что-то осталось в памяти. Кстати, поэтому он и не противился, когда я стрелять учился. Это то, о чём я всё же помнил. Редкое воспоминание, в котором помню отца. Хотя даже его лица нет. Это, знаешь ли, очень неуютно с моей отчётливой отличной памятью иметь вот такие вот дыры, где всё так размыто и неуверенно. Но со временем я смирился. На такие вещи гораздо проще не обращать внимания, делать вид, что проблемы нет. Кошмар какой, я ведь со Стариком так и не виделся с первого похода в город. — Он хоть знает, что ты пострадал? — Нет. Я же звонил ему, говорил, что всё нормально, отдыхаю. Думаю, он будет удивлён, увидев меня без глаза. — Я во время этой встречи предпочту оказаться подальше. Например, на работе. — Он снова тряхнул лестницу, вздыхая. — На новой, чтоб её, работе. До экзаменов придется потянуть, а там посмотрим, смогу ли поступить. — А почему ты на самом деле первый раз отчислился? Вроде, три года же проучился, или сколько? Я слышал версию, что у тебя конфликт с кем-то из преподавателей был, но мало ли. — Сегодня ночь раскрытия секретов? Если эта лестница выведет нас в безопасное место, я расскажу. С этими словами Юу, вцепившись в мокрые волокна посильнее, нашёл первую ступеньку ногой и начал подниматься. Как ни странно, лестница казалась довольно прочной и надёжной, впрочем, как и вся эта навесная конструкция, что повышало процент возможности найти здесь нужного им хранителя света. По сути, это было очень даже умно - разместить своё разросшееся в целую систему логово повыше от всех опасностей. Никаких летающих или обитающих на деревьях монстров Юу пока здесь не видел. Вопрос были лишь в том, какую из себя опасность мог представлять этот самый любитель света. Недаром же сказочник так выделил слово «тихоня». И можно ли с ним общаться, как со сказочником, в самом деле. — Откуда здесь настолько разумные создания? Люди это или что? — наконец-то выбираясь на новый уровень, пробормотал Юу. Нет, он отлично помнил, что ему рассказали Сэм и Хизер о том, что в мире могут быть и фантомы, отражающие реально существовавшие личности, и - очень редко - другие реальные люди и монстры, сохранившие рассудок, и бесконечные монстры, дублирующие всего одного превращенного. Город мог использовать любые ресурсы: мысли, воспоминания, иллюзии, кошмары и мечты, переворачивая их с ног на голову, меняя местами, вылепляя в реальность, материализуя, играя с имеющейся плотью и камнем. Глупо было пытаться определить происхождение каждого образа. Это не было его вопросом. Он всего лишь пришёл сюда в поиске Алмы Кармы. Теперь узкая навесная тропинка с низко натянутыми канатами, за которые можно держаться руками, тянулась вперёд и назад. Конструкция держалась только за счёт свисающих сверху тросов. — Итак, почему ты отчислился? — Не поверишь, но были проблемы с преподом. — Да ладно? Твой характер, конечно, не сахар, но… — Но это была женщина. — Эмм, — протянул Лави, начиная понимать. — Да ладно? То есть она… Какой ужас… — Ну, она молодая была, только преподавать начала, — пожал плечами Юу. — И была довольно настойчива. Слишком, я бы сказал. — А решить этот вопрос никак нельзя было? — Очень настойчива — это значит, она нашла мой адрес, телефон, и это больше уже напоминало преследование. — Ахренеть, — Лави рассмеялся, размазывая по щекам холодные капли и протирая глаза. — Да, кстати, одно время нашего знакомства ты мне её напоминал, — протянул Юу, выбирая сторону и начиная продвигаться вперёд. — Когда караулил у квартиры и пытался добиться, чтобы я к тебе переехал. — Ну, так я же был прав, и так оказалось удобнее! — конечно, обидно, когда твои лучшие порывы не оценивают, как следует. — Смотри, там сбоку, если присмотреться, такой же мост раскачивается, только он повыше! — И почти параллельно нашему проходит. Тут и впрямь целый навесной город. — Для всего одного человека? — Надеюсь, что так, — отодвигая ветви близко растущей сосны и продолжая путь, ответил Юу. Редкое поскрипывание сырых досок, натяжение тросов, лёгкое раскачивание — всё это становилось привычным и приятным. Ещё бы крышу над головой, и Юу был бы благодарен строителю этого странного места по гроб жизни. Ну, или чуть меньше. Крыши здесь всё равно нет, в отличие от бесконечного дождя. Юу теперь окончательно уверился в том, что дождь действительно бесконечен - ещё немного, и начнёт сводить с ума не хуже старинной пытки. Новой лестницы не оказалось в помине, просто навесной путь вдруг начал изгибаться вверх постепенно всё сильнее, заставляя с силой цепляться за канаты, потому что ноги скользили. Наклон увеличивался до почти сорока градусов, уходя всё выше, и Юу уже пару раз почти соскользнул на страшно ругающегося Лави. Керр шёл позади, и стоило только японцу поскользнуться, он толкал назад и товарища. Нечаянно, конечно, но Лави легче не становилось. А вот когда Лави сзади вскрикнул из-за подкосившейся ноги, хлопнулся на колено и нечаянно отцепился руками с канатов, выручать его пришлось уже Канде. Перехватывая за плечо и упираясь носком в нахлёст досок. Дерево угрожающе заскрипело, прогибаясь, но единственное, на чём был сосредоточен Канда, это попытка не дать Лави соскользнуть в пропасть. Постепенно вытягивая Керра и убеждаясь, что тот сам уже ухватился за канат, Юу не то расслабился, не то перенёс вес неудачно, но с громким хрустом дерево разошлось по швам. Нога резко, как бывает во сне, ушла вниз, не находя больше опоры, и голень обожгла боль. Рефлекторно дёрнувшись вверх, Канда сделал лишь хуже, судя по боли, и рухнул на сырое дерево, пытаясь теперь уже сам отогнуть доску и полезшие из неё щепки. Тяжело опустившийся рядом Лави присвистнул и накрыл окровавленную конечность рукой. — Не двигайся, ты хуже сделаешь. Лучше попробовать его отогнуть, край, — Лави смахнул намокшие волосы с лица. — Хорошо, как ты тут подберёшься? — самому удерживаться на мокрой покатой поверхности и пытаться при этом вытащить ногу, не очень-то удобно. Лави потянул на себя лом (просто чудо, что не уронил), затем подсунул острый конец под доску, надавил в сторону, при этом слегка придавливая ногу и слыша вздох со стороны Юу. Доски заскрипели уже прямо под Керром, прозрачно намекая на возможность пролома в совершенно любом месте. Лави отогнул пару торчащих щепок, стараясь не расцарапать ещё сильнее ноги, и, ломая их у основания, доска приподнялась ещё сильнее, Канда дёрнул ногу на себя опять, почти успевая вытащить. Теперь уже доски, соскользнувшие с острия лома, прищемили стопу, что было не так серьёзно. Всего несколько движений, и половина доски, сломанная в щепки, полетела в пропасть, а оба парня оказались на свободе. — Как нога? — тяжело дыша, спросил Лави, но Юу уже поднимался. И, несмотря на то, что ноги его дрожали не то от боли, не то от напряжения, японец задерживаться не собирался. — Просто царапина, ничего серьёзного. — Ты даже не посмотрел, — а вот на взгляд Лави, там было немало крови. — Сначала вылезем, а потом всё остальное. Иначе мы ещё сильней застрянем. Лави с явной неохотой кивнул, и они стали забираться в два раза осторожней и медленней. Не только от травмы, но и от страха опять оказаться в подобной ситуации. Всё же эти доски оказались не такими прочными, как казалось ему на первый взгляд. Небольшую горизонтальную площадку с шестом, уходящим вверх, они оба восприняли с восторгом и, только выбравшись на неё, заметили, что рядом колышутся верхушки сосен. Высоких сосен. Действительно высоких. А шест уходит вверх так же, как ещё несколько канатов. Так же, как ещё одна навесная, похожая дорожка, сразу же под наклоном уходящая вверх и являющаяся единственным приемлемым путём. Если, конечно, идти вверх, потому что путь вниз никто не отменял. Но ведь им нужно всё выше, ведь так? Они упали вместе, не сговариваясь, продолжая пялиться на верхушки старых деревьев. — На чём они висят? — озвучил общий вопрос Канда. — Может быть, у этого мира вдалеке есть огромная дырявая крыша-дуршлаг, через которую всё время льёт дождь, — тихо ответил Керр, оборачиваясь к Канде. — Как твоя нога? Юу накрыл рукой мокрую не только от воды, но и местами от крови штанину, сжимая ладонь и морщась от боли. — Всё в порядке. — Ты даже не посмотрел. Надо хотя бы перевязать, ты так не думаешь? — Я вообще не думаю. Чёрт, это глупо. — Учитывая вокруг наличие различных монстров? — криво усмехнулся Лави, уже начиная расстегивать молнию на поясной сумке. Потом уже стал осматривать ногу Юу, убеждаясь, что всё не так радужно, как могло бы быть. Пара небольших ран, довольно глубоких, Лави даже не был уверен, что кровотечение удастся остановить. Но он мог только обработать края вокруг ран и замотать, надеясь на лучшее. Несмотря на желание, сразу после этого они никуда не двинулись. Сил отчего-то совсем не было, и немного клонило в сон. Отдыхая вокруг шеста так же, как недавно вокруг дерева, они ждали, когда перестанут ныть пальцы, отдохнут ноги, Лави, морщась, оттирал кровь с пальцев и разминал мышцы рук. Юу отгонял навязчивое желание позвонить и узнать, сколько времени прошло снаружи в реальном мире, и ждал, когда боль в голени, разгоревшаяся из-за обработки, немного утихнет. Они сидели так какое-то время, они ждали чего-то, что подскажет, что пора двигаться. Но здесь, очевидно, нет смены дня и ночи. И ничего не происходит. — Как твои руки? — Нормально. — Тогда, — Юу поднялся на хрустнувшие ноги, тут же хватаясь за плечо парня в поиске опоры, — тогда пошли отсюда. — Ты сам-то уверен, что всё нормально? — Лави осторожно поднялся, при этом стараясь поддерживать и Канду. — Да, — выдохнул брюнет и тускло улыбнулся. — Болит, но ничего смертельного. Им обоим хотелось сказать что-то ещё, поделиться сомнениями. Сколько они бродили по лесу, прежде чем отыскали путь наверх? А тут у них даже есть своя дорога, что значительно лучше лесного многообразья путей. И снова цепляясь за канаты, под треск и стон дерева, невзирая на ледяной уже дождь, бьющий в лицо, они продолжили забираться всё выше. На сей раз путь не кажется таким безопасным, своеобразный мост раскачивается сильнее, чем прежде, и прямо на глазах парней один из канатов с хлопком лопнул и отлетел в сторону. Это почти не сказалось на прочности, таких канатов много, но позже, пристально вглядываясь, Юу обнаружил, что таких обрубов и обрывков старых креплений здесь много. Да и канаты выглядят по-разному, будто их крепили в разное время. И доски под ногами, если присмотреться, иногда закреплены дополнительно, иногда вообще заменены. Кто-то здесь есть, и он заботится о безопасности этих путей. — Только бы не вышло, как в кошмарах, и мы не слетели с этой высоты из-за какого-нибудь лопнувшего каната, — тихо пробормотал Лави, натыкаясь на очередной «пенёк» вместо крепления. Новый островок безопасности вызвал восторженный вопль осветившего его Лави, и Юу расплылся в улыбке: этот новый «остров» был просторным, крепким, со стенами и имел крышу. Он имеет чёртову крышу! И, забравшись внутрь, парни даже нашли странное, металлическое, обложенное камнями углубление с золой, где, кажется, разводили костёр. И картину уюта и спокойствия разрушали лишь… Туши монстров. Туши монстров, развешенные, выпотрошенные у одной из стен, там, где специальная система полок, поддонов, банок. Это выглядело так, словно кто-то ходил на охоту и здесь приспособил всё, чтобы аккуратно эту добычу освежевать, чтобы ничего не пропало. — Но ведь здесь не нужно есть. Зачем? — Может, по старой памяти он так делал? — запаха от туш болотных тварей, кожистых лап неизвестных монстров и прочей неопределимой гадости, как ни странно, нет. Может быть, она уже давно здесь висит. — Хотя мы уже слышали что-то о голоде и кормёжке. — Это было больше похоже на безумство. Ты голоден? — Нет, — уверенно улыбнулся Лави и тут же шутливо добавил. — После вот такого вида точно нет. И вообще, разве тела монстров здесь не растворяются? Не ускоренно разлагаются? После такого напоминания они решили отойти от туш подальше. Если он ещё здесь, значит ли это, что они живые? И они оба прислонились к противоположной сухой и приятной стене, плечом к плечу, прикрывая глаза, ощущая бесконечную усталость и, вопреки всем предупреждениям, позволяя себе погрузиться в сон. Шум дождя снаружи успокаивал и Юу был уверен, что им здесь ничего не угрожает… Он спал. Он спал и слышал чей-то негромкий весёлый голос. Голос кого-то быстрого и проворно взбирающегося по крепким канатам вслед за кем-то, к кому он и обращался. Рассказывал что-то. Правда, тот не слушал. Он был занят куда более важными вещами. И тот, что лез, знал об этом. Знал, что у Агура есть очень важное предназначения, и единственный, кто может ему помешать, Сторож. Сторож, возвращающий их всех в клинику. Тяжело шагающий, оставляющий глубокие следы даже в камне, когда раздражённо топал ногами. Он взобрался наверх, улыбаясь нерешительно Ауру, но, конечно, не смотря в его сторону. — Я не убивал их, ты ведь знаешь? — тихо пробормотал он, и Агур наверху, на тонких канатах, куда ему не забраться, замер, прислушиваясь. Он всегда знал, что важно. — Я не делал ничего плохо, но они сказали так, и теперь меня все ненавидят. И Сторож снова придёт увести меня обратно. А я так не хочу туда. Человек, что сидел сейчас здесь, хмурился, глядя вдаль, вслушиваясь в шёпот дождя. — Я не убивал их. Почему мне никто не верит? — А ты думаешь, это легко, — тонкие цепкие руки прошлись по канатам, проверяя контрольные узлы. — Ты думаешь, в это легко верить? — Он поймает нас однажды. И Агур расхохотался. — Почему ты не любишь, когда я здесь? — не обращая внимания на смех, спросил мальчик. — Потому что ты водишь вот эту за собой. Мальчик обернулся… Юу распахнул глаза. Ничего не изменилось. Всё такая же темнота вокруг, всё так же льёт дождь, всё так же спокойно вокруг, и пробирающий до костей холод. — Алма… — лишь единственное осознание сжимает грудь. — Он был здесь, — вскакивая на ноги и опрокидывая Лави, произнёс парень. — Юу, какого..? О, мы уснули? Ты видел Алму? — Я видел сон, и там, там Алма говорил с Агуром! Он действительно живёт здесь, и Алма с ним общался. Не слишком много, что-то мешало. Я не понял. — Юу, а может, это был просто сон… — но, встретившись с горящим взглядом Канды, Лави понял, что лучше проглотить свои нелепые предположения. На сей раз наверх они смогли пролезть через люк, он располагался не слишком высоко, и Лави, подсадив Юу, помог забраться ему, затем вскарабкавшись и сам с помощью Юу. Стоит добавить, что при этом они едва не забыли внизу собственное оружие, и им снова пришлось спускаться вниз. Но Юу это не трогало. Он был слишком воодушевлён, слишком взбудоражен этим странным сном, этим удивительным предвестником. Алма был здесь. Алма был жив… Алму обвиняли в чьей-то смерти? Не то же самое ли он говорил Аллену? Он должен был узнать, что именно случилось в этом городе с Алмой и его семьёй. Впереди их ждал новый путь, короткий, но очень уж экстремальный — никаких канатов, за которые можно было схватиться, здесь не было. — Вернёмся и срежем верёвку для подстраховки? — предложил Лави. — Или свернём. — В последнее время подходящих безопасных путей не было. Это место не бесконечно. И у меня всё сильнее возникает ощущение нереальности происходящего. И соответствующая случаю уверенность в моей полной неубиваемости. Как твоя нога? — Так же неубиваема. Откуда у этого города взялись эти люди из Чёрной Башни? — Тема была неожиданной. Очевидно, давно волновала Канду. — Когда я говорил с Кроссом, у меня возникло двоякое ощущение по поводу самостоятельности этой организации и их истинной цели. — Для себя они тоже что-то отхапать хотят, это само собой. — Присел рядом Лави, принимая это как хорошую возможность отдохнуть. Руки уже едва гнулись, и перчатки на руках обратись жидким, медленно застывающим металлом. Разогнуть ладонь они только мешали. А может быть, это всё была усталость. Он не привык часами карабкаться вот так. — Я знаю про Башню. Или, я должен сказать, не про башню. Про Орден Чёрный. — Орден? — удивился Юу, но тут же сам себя отдёрнул, — ну да, должно же быть у такой организации название. — Они имеют свою историю. Появились ещё в семнадцатом веке. И сейчас не так самостоятельны, как хотят это показать. Тогда они знали о Семье, и им противостоять пытались. Собственно, для того и собраны были. Они были первыми, кто принялся за изучение всей этой магической чуши. А потом сами попали в беду, связанную с собственным начальством. Если прав, их спонсировала Церковь. И ещё там влиятельные покровители были из некоторых стран. Вроде как они устраняли угрозу, Семья была объявлена демонами, жаждущими уничтожить или поработить людей - вот такая вот песня. Потому и был Орден, международная организация со штаб-квартирами по разным странам. По поводу конфликта знаю мало. Но в итоге выпутаться им помогли их же враги в итоге - Семья. Помогли отделиться, исчезнуть с радаров своих боссов. И продолжить деятельность, уже не трогая Семью; оказалось, многие беды подобного характера были связаны вовсе не с ними. Так что Орден им как бы должен. Они даже сейчас держатся на плаву во многом за счёт связи с Семьей. — Мило, — хмуро кивнул Канда, оставляя остальные мысли при себе. — Откуда ты это знаешь? — Поискал информацию, когда мы встретились у них. Контора показалась мне подозрительной. Не сам, конечно, всё искал. Ещё и деду позвонить пришлось. Он очень насторожился. Я сказал, что встретил девушку оттуда. — А он не в курсе… — Понятия не имею, если честно. Он в курсе, что я с тобой живу, но до тебя я так живо интересовался дамами… — Что даже мне с первого взгляда стало ясно, что это маскировка. — Эй! Мне нравятся женщины! То есть… да и мужчины. Некоторые. Что в этом такого? Люблю я вообще… мага или кто ты там у нас теперь? — Пошли за верёвкой, — поднялся Юу, не желая развивать эту тему. — А Орден и все демоны мира подождут. —А духи? — Они тоже! Пришлось возвращаться, срезать одну из множества поддерживающих мосты верёвок, чтобы подстраховать себя на случай падения, и продвигаться дальше. Однако мосты разных конфигураций становились всё меньше, полноценные строения, даже целые комнаты встречались всё чаще. Будто они наконец-то прибыли в самый центр этого городка на воздухе. За небольшим складом с приоткрытой дверью Юу и Лави обнаружил огромное количество… лампочек, фонариков, коробков спичек, зажигалок, фейерверка, проводов, предохранителей, счётчиков, пробок и ещё самых разных предметов, так или иначе относящихся к светотехнике. — Действительно логово вора света, — первым совладав с чувствами, заметил Лави, отворачиваясь. — Ты понимаешь, Юу, он должен быть где-то здесь, действительно должен быть. Господи, но на чём, на чём же эта хрень вообще держится? Мы же уже гораздо выше деревьев! — На канатах, — неуверенно покосился Юу. — Или на твоей дырявой крыше. — Я начинаю находить в этом городе своё очарование. — Кстати, это не только канаты, — уверено шагая по прочному широкому дереву, ответил Юу. — смотри, это же провода. Высоковольтные кабели! И там сверху, кажется, даже закреплена лампа. — Или даже прожектор, — кивнул Лави. И, обернувшись, воскликнул, — Там что-то было! Ты видел! Лави кинулся по переходу между башнями вперёд, и Юу хотел за ним, но то, чего так жаждал догнать Керр, вдруг выпрыгнуло сверху, едва придерживаясь за один из канатов, выполняя трюк, какому позавидовали бы лучшие воздушные акробаты. Впрочем, Юу не видел этого. Юу видел лишь слепящее глаза сияние. А затем что-то толкнуло его в грудь, опора пропала, и он рухнул вниз.